Глава 13. Опасная тайна

      Юкино пришлось почти полчаса простоять под дверью у входа в казино, тревожно озираясь по сторонам, в страхе, что её примут за заядлого игрока и арестуют, прежде чем хозяйка наконец открыла. Изуми была в тёплом домашнем халатике, стилизованном под кимоно, и с бигудями на волосах.       — Проходи, проходи, дорогуша, — позвала кицунэ.       — Вы нашли что-то для моей сестры? — спросила Юкино, когда они устроились на кожаном диване.       Изуми вздохнула.       — Юки-Онна слишком могущественный дух. Лишь ей самой под силу снять проклятие.       — Что?..       — Не отчаивайся, — Изуми грустно улыбнулась. — Следующей зимой она снова восстанет из снегов, и ты сможешь попытаться снова принести ей дары.       Юкино оцепенела и замерла с приоткрытым ртом. Она не могла поверить, в такой короткий, простой и безнадёжный ответ.       — Но папа сказал… — пробормотала она, — что есть ритуал…       — Твой папа? — удивилась Изуми.       — Да, он… — Юкино запнулась и отвела взгляд. — Неважно.       Изуми снова вздохнула и погладила её по плечу.       — Поплачь, если тебе нужно.       До этих слов глаза Юкино были сухими, но теперь в них вдруг защипало. Изуми, не умолкая, говорила о том, что не всегда нужно скрывать эмоции. Юкино пыталась держать себя в руках и не поддаваться, но вскоре уже не могла ровно дышать: слёзы душили её изнутри.       — Такая юная, а уже по уши в заботах о больной сестрёнке! Ну разве же это справедливо? Ты так нужна матушке, ты такая добрая и ответственная, ах!       Юкино спрятала лицо в ладони, мечтая остаться одной. Утешения Изуми делали только хуже.       — Канэко-сан… — выдавила Юкино наконец, — прошу, не могли бы вы заварить чаю? Думаю, он мне поможет успокоиться.       — Ах, хорошая идея!       Изуми ещё немного задержала руку на её плече и ушла. Деревянные подошвы её тапочек застучали по полу.       Юкино осталась одна в сумрачном зале. Её придавило к дивану, будто кто-то положил сверху одеяло, набитое свинцовыми шариками. Всё, за что она боролась последние месяцы, все её цели и надежды вдруг показались совершенно бессмысленными, пустой тратой времени. Развлечения и подавно.       Она ощутила, будто в затылок упирается холодный взгляд матери, и в воображении прозвучал её голос: «Вся в отца. Предпочла интрижку семье. Да и с кем? Где вы вообще находите этих демонов и что находите в них?»       Юкино поёжилась от того, как едко и осуждающе прозвучали эти слова в её собственной голове. Она должна вернуться в Ито. Сегодня же. Ночным поездом, если Акира откажется везти её. Проще даже не просить его.       Её взгляд блуждал по залу, ни за что особо не цепляясь. Но вдруг дуновение холода заставило Юкино плотнее закутаться в кофту и сосредоточиться. Теперь она искала взглядом источник этого холода. Где-то открылась дверь или заработал кондиционер? Нет.       Вместо этого она увидела блеск витающих над полом снежинок. В приглушённом подвальном свете они сияли, как на солнце. Нахмурившись, Юкино перегнулась через подлокотник дивана и присмотрелась. Вокруг снежинок вился едва заметный белый порог — именно он веял холодом. Сами же они собирались в своего рода тропинку, уходящую в темноту коридора. Вместо страха и изумления Юкино испытала болезненный укол надежды.       Она подскочила с дивана и поспешила в коридор, следуя за снежинками, но стараясь оставаться тихой, чтобы не привлечь внимание Изуми. В полной темноте стало видно, что снежинки слегка светятся и мерцают, напоминая звёзды. Они привели Юкино к двери. Петли тихонько скрипнули, пуская внутрь. Здесь царил сильный цветочный аромат. Юкино нашла пальцами выключатель и щёлкнула им. Под потолком загорелась люстра форме огромного цветка сакуры, озарив всё приглушённым розоватым светом. Комната оказалась женской спаленкой, заваленной одеждой, блокнотами, тюбиками, пузырьками и игрушками.       Помимо кровати и шкафов с одеждой, здесь стоял письменный стол с ноутбуком, поверх которого лежала старинная книга, из которой торчало несколько закладок. Обложка без названия — лишь текстура старой кожи. Открыв книгу на первой закладке, Юкино тихо охнула и зажала рот ладонью.       Исписанные от руки страницы повествовали о ёкаях, их проклятиях и способах исцеления от них. Никаких сомнений: Изуми изучала эту книгу, чтобы помочь Юкино. Если где-то есть ответы, то именно здесь. Конечно, странно думать, что Изуми нашла лекарство, но утаила его. Зачем бы ей делать это? Тем не менее... Зачем-то ведь снежинки привели Юкино сюда. Впрочем, встаёт вопрос, кем они посланы? Хотелось думать, что духом отца.       Здесь, на этих страницах прятался последний шанс спасти сестру. Юкино подхватила книгу, спрятала её под кофту и прижала к себе локтём — таким образом, чтобы со стороны было не видно, что она что-то несёт. Выключив свет и прикрыв дверь, она вернулась в большой зал и снова села на диван, дожидаясь Изуми, будто бы ничего не произошло.              ***       Как они и договаривались, Юкино встретилась с Акирой возле метро. Сегодня был последний день её импровизированных Токийских каникул, и Акира заготовил для неё кое-что особенное, но что именно, не признавался. Его глаза мерцали хитрыми золотистыми звёздочками, от которых у Юкино всегда бежали приятные мурашки по спине. Он предложил руку.       — Ну что, идём?       — Куда?       — Увидишь!       Что ж, «куда» и правда оправдало и превзошло все её ожидания. Выставка самого Миядзаки! Ранние эскизы, многочисленные наброски персонажей, фотографии и видеозаписи из его студии, а ещё мультимедиа-зал, где по потолку и стенам плыла анимация. Юкино словно дышала вдохновением. Она обнимала Акиру и щебетала об идеях, которые её тут посетили. Он улыбался, подшучивал, что-то хвалил, а в чём-то мог и усомниться. Не льстил, а искренне комментировал. Иногда его слова обижали Юкино, но она понимала, что его честность — огромный плюс.       Остановившись у застеклённого стола с карандашными набросками ёкаев и ками, Юкино долго рассматривала их. Многие образы по-прежнему казались ей фантастическими, но не все. Вот горделивая осанка и идеальные пряди-ленты Юки-Онны, вот оскал инугами.       — Откуда он знает, как выглядит мир духов? — спросила она негромко.       Акира, стоявший за её спиною, ответил в тон:       — Художники всегда видят больше, чем обычные люди.       По пути в гостиницу, Акире позвонили. Он взял трубку, выслушал и глянул на Юкино.       — Изуми спрашивает, не брала ли ты у неё книгу?       Юкино бросило в жар, в горле пересохло. Стараясь ничем себя не выдать, она вопросительно приподняла брови.       — Нет. А у неё пропала книга?       Акира пожал плечами и ответил в трубку:       — Нет, зачем бы ей? Ты, наверное, положила куда-то и сама забыла. Удачи с поисками!       Он убрал трубку и посмотрел на Юкино с лёгким прищуром. Ей стало совсем уж не по себе. Вдруг он чует ложь? Вдруг теперь для него очевидно, что она воровка?       — Ну признавайся, что там? — ухмыльнулся он.       — Г-где?..       — Ю-тян, я тебя не сдам. Неужели после всего, что между нами было, ты мне не доверяешь?       Она виновато опустила голову.       — Книга про то, как снимать проклятья. Изуми-сан сказала, что ничего в ней не нашла, но я хочу изучить сама. Вдруг… — она закусила губу. — Я понимаю, что стоило договориться об этом, а не красть…       — Можешь не оправдываться передо мной.       — Но ведь они всё равно что твоя семья!       — Ты тоже, — прошептал он. Затем сказал твёрже: — Конечно, я не хочу, чтобы ты им вредила. Но от книжки ведь вреда не будет, — он улыбнулся и подмигнул ей. — Потом помогу тебе её незаметно вернуть на место.              Когда они пришли в номер, часа на два всё забылось. Книги, акварели, мотоциклы, проклятья отошли на второй план, уступив место сладкой дрожи от прикосновений к чувствительной коже. Страстные влажные поцелуи сменялись нежностью, похожей на поглаживание пёрышком, а ей на смену приходили щекотка и смех. Вожделение и удовольствие блестели в глазах.       Шаг за шагом Юкино открывала себя новые позы, новые способы получить и доставить наслаждение. Постигала искусство любви.       Они уснули в объятьях друг друга, но она проснулась первой и вспомнила про книгу. Мысли о ней не пускали обратно в сон. Если завтра пора уезжать, то книгу надо будет вернуть утром. А значит, прочитать её нужно сейчас.       Она выбралась из-под тёплой руки Акиры и прокралась к своей сумке. Достала оттуда книгу и устроилась под светом торшера.              «...Святыми словами любой может пленить духа, не нужно быть служителем храма для этого, хотя оные и справляются ловчее. Всякий достаточно уверенный и ловкий, с почерком изящным и точным, сможет поймать бестелесного о́ни или ёкая. Достаточно лишь знать слова мудрости: защищать 保, клятва 誓, закон 法. Тридцать одна черта уверенной кистью, пять пра-слов, соединённых воедино на полосе белой бумаги, — и дух окажется связан».       Юкино скользила взглядом по столбикам иероглифов, почти не моргая. Книга описывала подробно и точно, что необходимо сделать, чтобы подчинить ёкая, и как потом его можно использовать. В частности некоторые духи годились для того, чтобы поместить их в охранный оберег, который будет приносить носителю удачу или отводить от него сглазы и проклятья. Если понимание Юкино верно, именно это могло спасти Химавари. Её болезнь по природе своей проклятье, и если некий дух станет щитом, то симптомы отступят.       Не замечая, как затекла нога, подогнутая под тело, Юкино продолжала листать записи старого заклинателя. Большая часть книги была посвящена каталогизации разных ёкаев с описанием их свойств, уязвимостей и того, на что они пригодны, если пойманы в амулет. Лишь немногие подходили для защиты. Наконец пальцы Юкино замерли на развороте и перестали листать страницы. Ответ был перед нею, но от него дрожали губы.       «Инугами — один из самых свирепых духов. Человек, одержимый этой тварью, поддаётся темнейшим сторонам своей души и неизбежно становится душегубом и разбойником. В то же время, заключённый в амулет, дух инугами крайне полезен в целях защиты. Один из немногих он способен укрыть от сильнейших проклятий, включая даже те, что прочат гибель. Однако инугами никогда не бродят без тела, поэтому поймать их — значит сначала одолеть и умертвить носителя, наделённого недюжинной силой и свирепостью. Всякому благоразумному человеку стоит их страшиться. Однако всякому отважному стоит готовиться к битве с тщанием, ибо обуздание инугами, принуждение его к защите, а не разбою — всегда благое и праведное дело».       «Неправда! — хотелось воскликнуть Юкино. — Акира не разбойник! Пусть он и проклят, но остаётся добрым человеком!»       Стоило захлопнуть книгу и выбросить. Слишком уж страшные знания в ней таились. Вместо этого Юкино продолжила заворожённо читать.       «Методика одновременно проста в сути и сложна в исполнении. Освящённая стрела хамая должна достичь бьющегося сердца проклятого носителя — в тот же миг духу инугами станет невтерпёж сидеть внутри, и он хлынет наружу, будто вода из пробитой трубы. Поймать его, начертав священные слова, — дело считанных секунд. Горе тому, кто не успеет».       Юкино медленно перевела взгляд на тумбочку у кровати, где лежали последние покупки и подарки. Среди них игрушечная, цветисто украшенная белая стрела. Милый подарок, знак симпатии и заботы. Но такие продавались именно в храмах.       Акира не мог знать, что дарит оружие против самого себя, верно? Не мог тайно хотеть, чтобы Юкино освободила его от проклятья столь жестоким и бесповоротным способом? Конечно нет. Это просто коварная случайность, что в её руках внезапно оказалось всё необходимое для ритуала. И всё же червячок сомнений точил её разум.              Акира всхрапнул и повернулся во сне с бока на спину, скинув половину одеяла. Теперь его грудь оказалась совершенно открыта. Если бы Юкино хотела, она могла бы подойти и обрушить предательский удар прямо в сердце.       Если подумать, другого такого шанса может и не представиться. Образ Химавари с багровыми разводами на лице и шее встал в воображении. Вот она в лихорадке мечется в постели, а вот Акира, чей сон так крепок и безмятежен. Можно ли забрать одно, чтобы спасти от другого?       Юкино посмотрела на собственные руки, словно они уже заляпаны кровью.       Что ж, ответ был для неё очевиден.       Юкино беззвучно поднялась на ноги и подошла к тумбочке. Белая деревянная стрела легла ей в руку. Такая безобидная на вид. Такая смертоносная в своей сути. Взгляд на Акиру. Его обнажённая грудь продолжала приподниматься и опускаться вместе с мерным дыханием.       Юкино обошла кровать и остановилась возле стола, где лежало всё подряд: скетчбук и маркеры, нож для бумаг, зажигалка, недоеденная пачка печенья…       Она взяла зажигалку и вышла на балкон. Прикрыв за собой раздвижную дверь, Юкино поёжилась от холода и, чиркнув, поднесла огонёк к древку стрелы. Подождала, пока пламя займётся, и со странным удовольствием втянула запах палёного. Наклонив стрелу, она позволила огню пожирать её со всех сторон. Пара минут — и от неё остался лишь уголёк, который Юкино затушила, бросив на пол и притоптав тапочкой.       Теперь — никакого искушения.       Жизнь Химавари — сокровище, но и жизнь Акиры не менее ценна. Старый заклинатель, автор книги, ошибается, считая инугами безнадержными душегубами. Акира заслуживал шанса. Более того, он заслуживал любви, а вовсе не предательства! Если подумать, разве он сделал хоть что-то дурное? Нет. Лишь напугал Юкино пару раз, но взамен неоднократно спасал её.       Пусть его сердце — ключ к спасению Химавари, пойти на такую жертву Юкино не могла. Будь что будет, но она его не предаст.