Часть 3. После экзамена

Лолите нужно было срочно написать Ястребу, чтобы предупредить о задержке. Пальцы привычно потянулись к плечу, но вместо сумки рука хлопнула по пустому воздуху. Мысли на секунду сбились: — Изу, стой! Мы вещи забыли! — она резко затормозила, едва не пропахав кроссовками асфальт. — Ой... и правда, — Мидория остановился, взгляд устремился куда-то в землю, — Хорошо, что недалеко ушли. Пойдем... На веснушчатом лице застыла вымученная, едва заметная улыбка. Он выглядел так, будто из него выкачали весь воздух. Развернувшись, Лолита пыталась подбодрить его на ходу: — Слушай, ты же из-за баллов так убиваешься? — она заглянула ему прямо в глаза, заставляя отвлечься от самобичевания. Лицо парня тут же исказилось, брови сошлись на переносице.  — Эй-эй, не смей раскисать! Это же тест на героя. Неужели ты думаешь, что там нет скрытых очков за спасение? Лола на секунду прищурилась, рассматривая плывущие облака, словно искала там подтверждение своим словам, а затем снова впилась взглядом в Изуку:  — Ты ведь сделал это эффектно! В самую последнюю секунду, когда другие бежали прочь. Ты правильно расставил приоритеты, как настоящий герой: сначала жизнь человека, потом — остальное. Они обязаны, просто обязаны тебя принять! Её голос зазвенел от искренней уверенности. Она увидела, как зрачки Мидории расширились, а в глубине зеленых глаз блеснула слабая, дрожащая надежда. — Знаешь... возможно, ты права, — он шмыгнул носом, и в его голосе наконец-то появилась жизнь, хоть он всё еще немного заикался, — Это... это звучит логично. — Вот именно! Да, через неделю мы будем это праздновать, увидишь! Лолита так яростно замахала руками, изображая радость, что локтем ощутимо вписалась в чье-то плечо. — Ой! Простите, ради бога! Она испуганно обернулась, готовая к нагоняю, но незнакомец не злился.  Напротив, он выглядел возбужденным: — О, а я вас видел! — парень развернулся к ним. — Ты у меня прямо из-под носа увела тех роботов! Реакция — во! Но я бы конечно и сам справился, — он ткнул пальцем в сторону Лолиты, широко и открыто улыбаясь.  Девушка наконец разглядела его: красные волосы, что стоят дыбом, азартный блеск в глазах и какая-то бешеная, мужская энергетика. — А, это ты. — Лолита невольно заулыбалась в ответ. — Погоди, у тебя же та причуда... как её... Затвердевание? Помню, как твои руки стали... — она поднесла палец к губе, пытаясь подобрать сравнение, но тут же заметила, что её ладони мелко дрожат. Смутившись, она спрятала руки за спину: — В общем, ты выглядел как неприступная скала. — Затвердевание? — Мидория буквально подпрыгнул на месте. Грусть испарилась, уступив место фанатичному блеску. — О! А ты вообще того гиганта в лепешку расшиб, это было очень мужественно! — высокий парень хлопнул кулаком о кулак, и раздался сухой, каменный стук. Лолита рассмеялась, чувствуя, как напряжение окончательно уходит: — Так, герои, давайте по порядку. Я — Лолита, этот фанатик — Изуку. А ты? — Эйджиро Киришима. Глядите. — он с гордостью засучил рукава. Его кожа на глазах начала покрываться острыми гранями, становясь похожей на необработанный гранит. Изуку издал восторженный вдох:  — Невероятно... А можно... потрогать? Это же как броня, да? — он, совершенно забыв о личном пространстве, уже тянул руки к предплечью Эйджиро. — Изу, ну ты совсем уже! — Лолита притворно возмутилась, хотя её собственные пальцы так и чесались проверить эту текстуру на ощупь. — Да ладно вам, щупайте, она крепкая. — Киришима довольно оскалился, демонстрируя острые зубы. Лолита не выдержала и тоже прикоснулась к его руке. Под пальцами была не кожа, а холодный и непоколебимый камень.  Ощущение было настолько странным, что у неё по спине пробежали мурашки.  Она быстро отдернула руку, пытаясь скрыть нахлынувший восторг за маской серьезности: — Впечатляет... Но мы, кажется, пришли, — она выдохнула, когда они поравнялись с воротами академии. — Так вы забыли что-то, как я вижу? — Киришима весело хохотнул, глядя на их пустые руки. — А я думал, вы такие странные, что налегке, совсем без вещей пришли. — Ага, — Лолита картинно закатила глаза и упёрла руки в бока, — это мы просто невероятно ответственные будущие герои, — зашагав быстрее она вдогонку крикнула отставшим парняя, — Мидория, идём быстрее, нужно забрать вещи! — Ладно, ребят, я тогда пойду, а то нужно домой спешить, рад был познакомиться! Надеюсь мы с вами попадём в один класс, — радостно крикнул Киришима и ушёл.  —Тоде рад был встретиться, пока! — уже в догонку попрощался Мидория.  —————————————————— Домой Лолита вернулась в сумерках. Стоило переступить порог, как в лицо дунуло запахом свежего кофе и мужского одеколона.  Ястреб развалился перед телевизором, по-хозяйски раскинув алые крылья во всю ширь дивана.  Картина была сюрреалистичной: сам герой даже не шевелился, зато его перья жили собственной жизнью. Одно придерживало кружку у его губ, второе поправляло сползающий плед, пара других возилась у открытого окна, а еще десяток мелких перышек параллельно перебирали бумаги на столе. — Ты так скоро совсем разленишься, — буркнула Лолита, разуваясь и с трудом пытаясь что-то найти в недрах сумки, — Тоже мне, герой номер три. Встать и поприветствовать любимую соседку — ниже твоего достоинства? — Ой, да ладно тебе, — Ястреб лениво повернул голову, блеснув хитрым прищуром из-под золотистых прядей, — Я и так уверен, что ты справилась. По себе знаю, насколько твоя тетка сурова в плане тренировок. Если ты выжила у неё, то экзамен UA для тебя — прогулка в парке. Он сладко, до хруста в костях, потянулся и всё-таки соизволил подняться. Перья тут же послушно вернулись в крылья, аккуратно складываясь за спиной. — Ну и как посидели с этим твоим другом? — он оперся плечом о стену прямо перед девушкой, сложив руки на груди, — Надеюсь, он не из этих... подозрительных типов? А то в вашем возрасте у парней только одно в голове. — Это у тебя только одно в голове, — отрезала девушка, наконец нащупав на дне сумки заветную коробочку, — Его зовут Изуку. И, между прочим, его мама передала тебе пирожные. Она протянула ему угощение. Лицо Ястреба на мгновение просияло — он обожал сладкое — но радость мгновенно испарилась. Лицо его вдруг стало жестким, а взгляд — пугающе серьезным: — Ты ведь не болтала лишнего? — он выпрямился, и в комнате сразу стало как будто теснее, — О том, с кем живешь. Это секрет, Долорес. Если это всплывет, проблемы будут и у меня, и, что хуже, у тебя. — Да не дура я, — Лолита ловко обошла его, направляясь к своей комнате. — Сказала, что приехала к дяде. Тётушка Инко, конечно, хотела познакомиться с «родственником», но я заверила её, что ты жутко занятой трудоголик, которого вечно нет дома. Она зашла в комнату, но не закрыла дверь, продолжая говорить уже оттуда: — И не называй меня так. Вообще, тебе не помешало бы наконец прояснить, как именно ты связан с моей тётей. Я до сих пор не знаю твоего настоящего имени! — её голос стал более резким, в нем послышалась затаенная обида, — Мы не сможем вечно делать вид, что совсем не знакомы. Нам нужна нормальная легенда, как мы «подружились», а не это всё. Парень слышал шуршание одежды за дверью — Лолита переодевалась, так что он целомудренно остался в коридоре. Отправив в рот кусок пирожного, он несколько секунд жевал, глядя в пустоту, они между прочим были очень вкусными — с яблоком. — Да ладно тебе, я же говорил — тайна. Это для твоей же безопасности. Меньше знаешь — крепче спишь. Да и меньше шансов сболтнуть лишнее под давлением, — прошамкал он с набитым ртом. В ответ раздался лишь сухой и громкий хлопок двери. Ястреб закатил глаза, вздохнул и дожёвывая, на ходу, поплёлся обратно к дивану. Девушка рухнула на кровать, чувствуя, как внутри всё клокочет от несправедливости. Она понимала, что он прав, что работа героя топ-уровня накладывает свои ограничения, но... неужели она не заслужила хотя бы имени? Обида присутствовала. Экран телефона мигнул. Сообщение от Изуку:  «Ты хорошо добралась? Спасибо еще раз за сегодня!» Девушка невольно улыбнулась, и напряжение в плечах немного спало: «Всё такой же милаш», — подумала она и подоткнула одеяло. Прижав колени к груди, напечатала ответ: «Да, всё хорошо, это тебе спасибо^^» «И Инко такая чудесная. Как же мне повезло, что он всё еще живет здесь» — мечтательно закрыв глаза, она погружалась в сон. О Бакуго Лолита старалась не думать. Его образ был как старый шрам, который начинает ныть к дождю — лучше не трогать, чтобы не заболело снова.  Девушка выжигала мысли о нем из своей головы, и, к её облегчению, Изуку тоже не поднимал эту тему.  В глубине души она надеялась на одну простую вещь: что Кацуки Бакуго больше никогда, ни при каких обстоятельствах не появится в её жизни. Она долго прорабатывала это с психологом, пытаясь разгадать загадку собственного страха. Сама не понимала, почему он оставил такой глубокий след, но забыть не могла. На бумаге всё выглядело почти обыденно: он не делал ничего «катастрофического». Да, унижал, обзывал, обманывал, мог ударить — но ведь буллинг повсеместен. К тому же, прошло столько лет. Лола даже не была уверена, встретятся ли они когда-нибудь снова. Жизнь могла развести их навсегда, и эта неопределенность была её единственным убежищем. В глубине души она лелеяла надежду: если столкновение всё же произойдет, всё будет иначе. Она верила, что сможет постоять за себя. Ведь он наверняка повзрослел и изменился, растеряв ту бессмысленную детскую жестокость. Да и она сама стала другой — теперь её объективно не за что было зацепить.  Но логика часто пасовала перед инстинктами. Для подсознания девушки он оставался стихийным бедствием.  Главным кошмаром была абсолютная иррациональность его агрессии. Она до сих пор не понимала, почему он переключился с Изуку на неё — в детстве она была тише воды, ниже травы. Его ярость вспыхивала не с того, не с сего, без видимого повода.  Эта непредсказуемость выжгла в ней гипербдительность на долгие годы: даже сейчас, в безопасности, она изредка ловила себя на том, что сканирует пространство в ожидании «взрыва». Его красные глаза преследовали её года три после переезда. Психолог твердил, что всё в прошлом, но тело помнило.  Самое ироничное, что со всеми остальными девушка была другой. Годы работы над собой выковали в ней стальной стержень. Если бы сейчас кто-то другой попробовал её задеть, она бы не дрогнула — она научилась отвечать ударом на удар, ставить на место хамов и защищать свои границы. Но она боялась, что с ним это не сработает. Другие люди были понятными, а он оставался единственной непредсказуемостью в таком логичном мире.  Она боялась не его физической силы, а того ледяного паралича, который он в ней вызывал. Что при встрече её новая личность просто аннигилирует, снова превращая её в ту маленькую, беззащитную девочку, которая не могла дышать под его взглядом.