Поводок Мориямы.

Тренировка закончилась в пять утра. Жан не шел в свою комнату — он полз по стенам коридоров, оставляя на черном бетоне влажные отпечатки пота и, местами крови. Его тело превратилось в одну сплошную пульсирующую рану, а разум был затуманен шоком. Он едва успел стянуть с себя разбитую защиту и рухнуть на кровать, даже не накрывшись одеялом, когда дверь его комнаты тихо открылась. Жан вздрогнул, инстинктивно пытаясь сжаться, ожидая нового удара. Но шаги были мягкими. Не было яростного стука ботинок. Рико вошел, неся в руках небольшую аптечку и стакан воды. На нем была чистая черная футболка, волосы мокрые после душа, а лицо... лицо было непривычно спокойным. Почти нежным. — Тш-ш, Жан. Это я, — тихо сказал Рико, садясь на край кровати. — Не дергайся. Жан замер, глядя на него расширенными от ужаса глазами. Такая «забота» Рико всегда пугала его больше, чем открытая агрессия. Это означало, что Король пришел забирать не тело, а душу. Рико достал антисептик и ватный диск. Он начал осторожно стирать кровь с рассеченной скулы Жана. Его пальцы были прохладными и удивительно точными. — Тебе больно, я знаю, — прошептал Рико, глядя Жану прямо в глаза. — Но ты ведь понимаешь, почему это произошло? Ты спровоцировал меня, Жан. Ты впустил в наш дом чужого. Ты позволил этому ничтожеству, Ноксу, залезть тебе в голову. Жан попытался что-то сказать, но Рико приложил палец к его губам. — Тебе не нужно оправдываться. Я не злюсь. Я просто... разочарован. Мы с тобой — одно целое, Жан. Ты мой Номер Три. Ты — моя правая рука. Ты ведь знаешь, что только здесь, в Гнезде, ты имеешь ценность? Он начал бинтовать разбитые ребра Жана, затягивая узлы чуть сильнее, чем нужно, заставляя Жана тихо шипеть от боли. — Посмотри на Джереми Нокса, — продолжал Рико вкрадчиво. — Он улыбается тебе, дарит подарки, зовет в Калифорнию. Ты правда думаешь, что ему нужен ты? Жан Моро со всеми твоими шрамами, твоей тьмой и твоим прошлым? Нет. Ему нужна красивая история. Он хочет почувствовать себя героем, который «спас» бедного Ворона. Как только он увидит, насколько ты сломлен внутри, он выбросит тебя, как испорченную игрушку. Рико наклонился ниже, его дыхание коснулось уха Жана. — Лисы, Троянцы... они все одинаковые. Они лицемеры. Они смеются над тобой за спиной, Жан. Они видят в тебе только мою тень. Для них ты — монстр, который просто надел маску. И только я... только я знаю, кто ты на самом деле. И я принимаю тебя таким. Рико закончил с бинтами и внезапно погладил Жана по волосам. Это было так похоже на человеческий жест, что Жана затрясло. — Я — единственный, кто никогда тебя не бросит, потому что ты — часть меня. Ты ведь не хочешь снова остаться один, Жан? В том подвале, откуда я тебя забрал? — Нет... — едва слышно выдохнул Жан. — Вот и молодец, — Рико улыбнулся. Это была улыбка хозяина, довольного своим псом. — Завтра мы скажем прессе, что ты подхватил грипп. Ты отдохнешь пару дней. Я сам буду приносить тебе еду. Никто не увидит тебя таким слабым. Только я. Рико встал и направился к двери, но на пороге обернулся. — И забудь тот номер, Жан. Джереми Нокс больше никогда не поднимет трубку, если увидит твой вызов. Я позаботился о том, чтобы он понял: ты — моя собственность. И лезть к Воронам — смертельно опасно для его карьеры. Спи, мой Третий. Дверь закрылась, и в комнате воцарилась тишина. Жан лежал неподвижно, задыхаясь от «заботы», которая сдавливала его грудь крепче любых бинтов. Рико снова выстроил вокруг него стены, и на этот раз они казались абсолютно непробиваемыми. *** Что вы чувствуете после этой сцены? Этот психологический абьюз Рико часто называют "сахарным шоу" — когда он притворяется единственным другом, чтобы изолировать жертву.