Банкет

Зал торжеств университет был превращен в ледяной дворец: повсюду серебристые ленты, белые ели и холодный блеск хрусталя. Но даже праздничные огни не могли рассеять тяжелую, почти осязаемую атмосферу, которую привнесли с собой «Вороны». Они вошли единым строем, одетые в черные костюмы, идеально подогнанные по фигурам. В центре, как темное божество, шел Рико, а по правую руку от него — Жан Моро. Жан выглядел безупречно. Высокий воротник рубашки скрывал бинты на шее, а умелый грим маскировал желтоватые тени под глазами. Но его взгляд был устремлен строго перед собой, в пустоту. Он двигался как идеально отлаженный механизм, который Рико вел на невидимых нитях. — Улыбайся, Жан, — едва слышно прошептал Рико, не меняя выражения лица. — Мы здесь, чтобы показать им, что «Эдгар Аллан» непоколебим. На банкете уже были «Троянцы» и «Лисы». Джереми Нокс стоял в окружении своих товарищей, но как только двери распахнулись, его взгляд мгновенно нашел Третьего номера. Радость на лице Джереми сменилась тревогой и тенью боли. Две недели тишины. Две недели, в течение которых Жан «болел». Рядом с «Лисами» Нил Джостен и Кевин Дэй тоже замерли. Кевин заметно побледнел, увидев Жана рядом с Рико — слишком близко, слишком тесно. Когда официальная часть закончилась и гостям разрешили свободно перемещаться, Джереми, игнорируя предупреждающие взгляды своих сокомандников, направился прямиком к паре Воронов. — Рико. Жан, — голос Джереми был твердым, хотя пальцы, сжимавшие бокал с соком, побелели. — Рад видеть тебя в строю, Жан. Мы все очень переживали. Жан почувствовал, как рука Рико собственнически легла ему на плечо. Пальцы Короля сжались, едва заметно, но Жан почувствовал, как ногти впились в ткань пиджака. — Какая трогательная забота, Нокс, — Рико ослепительно улыбнулся, но его глаза оставались мертвыми. — Жан был тронут вашим вниманием. Правда, он был слишком слаб, чтобы отвечать на звонки. Мы решили, что полный покой — лучшее лекарство. Джереми не сводил глаз с Жана. — Жан, как ты себя чувствуешь? Ты... ты выглядишь очень бледным. Жан открыл рот, но слова застряли в горле. Он чувствовал запах парфюма Рико — тяжелый, удушающий. Он видел свет и тепло, исходящее от Джереми, но между ними была пропасть. — Со мной всё в порядке, Джереми, — голос Жана был ровным и лишенным эмоций. — Рико очень хорошо заботился обо мне. Никто другой не смог бы сделать для меня больше. Рико довольно кивнул, поглаживая плечо Жана. — Видишь, Нокс? Мы — семья. И нам не нужны посредники, чтобы понимать друг друга. Жан осознал, что мир за пределами Гнезда полон фальши. Люди говорят о дружбе, но исчезают, как только начинаются трудности. Только Вороны остаются верными до конца. — Это неправда, — быстро сказал Джереми, делая шаг вперед. — Жан, ты ведь знаешь, что это не так. Если тебе нужно... — Ему ничего не нужно, — отрезал Рико, и в его голосе прорезался металл. — Наслаждайся праздником, Джереми. Танцуй, пей, радуйся солнцу, пока можешь. А мой Номер Три останется там, где ему и место. Своему Королю. В этот момент к ним подошел Нил Джостен, глядя на Рико с той самой дерзкой усмешкой, которая всегда выводила Морияму из себя. — Привет, Рико. Решил выгулять свою любимую куклу? — Нил перевел взгляд на Жана. — Моро, если ты сейчас не моргнешь дважды, мы решим, что Рико вставил тебе в спину батарейки. Рико скрипнул зубами. Напряжение в кругу стало почти физически ощутимым. — Пошли, Жан, — бросил Рико, разворачивая его. — Здесь слишком сильно пахнет помойкой. Перед тем как уйти, Жан на долю секунды поднял глаза. Его взгляд встретился с взглядом Джереми. В этом коротком контакте не было просьбы о помощи — там была только бесконечная, выжженная пустыня и тихое, едва уловимое «прости». Рико увел его к столу старейшин, снова демонстрируя всем, что Жан Моро — это часть его свиты, его трофей, его тень. *** Рико мастерски играет роль "единственного защитника", отравляя разум Жана ложью о том, что другие его просто используют.