Двойной агент.

Тишину в салоне разорвал резкий стук по стеклу. Казуя и Мами отпрянули друг от друга так быстро, словно их ударило током. У окна стоял инструктор, похлопывая планшетом по ладони и указывая на часы. — Ну что, Киношита, долго будем двигатель вхолостую мучить? — крикнул он через стекло. — Пора на трассу!

Возвращение в реальность

Казуя чувствовал, как пылают его уши. Он судорожно выжал сцепление, стараясь не смотреть на Мами. Она же, в мгновение ока, вернула себе маску спокойствия, хотя её дыхание всё еще было чуть сбитым. — Удачи, Казу-кун, — негромко сказала она, выходя из машины. — Помни: главное — держать дистанцию. Слишком близко — и аварии не избежать. Она захлопнула дверь, и Казуя остался один в кабине, которая всё еще хранила тепло её присутствия.

Тень Чизуру

Выехав на учебный маршрут, Казуя вел машину на автомате. Перед глазами стояло лицо Мами, её отчаянный шепот о том, что он должен стать «самостоятельным». Но как только он выехал на главную дорогу, его взгляд упал на экран телефона, закрепленного в держателе.

1 пропущенный вызов: Ичиносе Чизуру.

Сердце Казуи совершило болезненный кульбит. Этот звонок был как ледяной душ. Пока он здесь, в замкнутом мирке автошколы, Чизуру ждала его ответа где-то там. «Что я творю?» — подумал он, едва не проскочив на красный. — «Я пообещал Мами, что мы сдадим на права вместе. Но ради чего я вообще всё это начал?! Чтобы возить Мизухару на сьемки? Или чтобы.. Казуя потряс головой: я должен состредоточится на дороге!

Вечерний звонок

Вечером, после занятий, Казуя сидел на своей кровати, глядя на телефон. Он знал: нужно перезвонить Чизуру. Но в ушах всё еще стоял голос Мами: «Помни, чему я тебя учила!» Он наконец набрал номер. — Алло, Мизухара? Прости, я был на практике... — Всё в порядке, — голос Чизуру звучал непривычно мягко, почти неуверенно. — Я просто хотела узнать... как твои успехи? Ты скоро получишь права? Казуя замялся. Он почувствовал себя изменником, хотя ничего предосудительного формально не совершил. — Да, — ответил он. — Мой инструктор... то есть, я сам... в общем, у меня прогресс. Кажется, я начинаю понимать, как управлять своей жизнью. На том конце провода повисло молчание. — Вот как, — тихо произнесла Чизуру. — Это хорошо, Казуя. Нам... нам нужно будет серьезно поговорить, когда ты освободишься. О «расследовании». И о нас. Казуя сжал телефон так сильно, что костяшки пальцев побелели. Слова Чизуру о «расследовании» и серьезном разговоре подействовали на него как ледяной душ, смывая остатки того дурмана, в который его погрузила близость Мами в машине. — Да, Мизухара, — твердо сказал он в трубку, и его голос больше не дрожал. — Я всё помню. Расследование продолжается. — Казуя? Ты какой-то... серьезный, — в голосе Чизуру послышалось удивление. — Я доберусь до правды, — пообещал он. — Я расколю её. Я узнаю, что она замышляет на самом деле. Больше никаких игр.

Внутренняя борьба

Положив трубку, Казуя рухнул на кровать. Внутри него бушевал шторм. «Я пообещал... Пообещал Мизухаре, что выведу Мами на чистую воду. Но как я могу это сделать, если сегодня в машине она... она была такой настоящей? Или это тоже был её ход? Урок вождения как урок манипуляции?» Он вспомнил её взгляд, её руку на своей. «"Помни, чему я тебя учила", да? Она хочет, чтобы я сдал. Она хочет, чтобы я стал самостоятельным. Но ради чего? Чтобы я сам, своими руками, привез её к финалу своего плана?»

План Казуи: Двойной агент

Казуя понял: чтобы по-настоящему «расколоть» Мами, он должен пойти до конца. Он должен продолжать играть роль «ученика», который поддается её чарам. «Если я сейчас оттолкну её, она снова закроется. Я должен стать для неё настолько своим, чтобы она сама не заметила, как выдаст свою главную цель. Мизухара ждет результатов. Я не могу её подвести. Я стану тем, кем она меня считает — идиотом, но идиотом, который видит всё насквозь».

На следующее утро

Казуя пришел в автошколу с новой решимостью. Когда он увидел Мами у автомата с кофе, он не отвел взгляд. Напротив, он подошел к ней с уверенной улыбкой. — Доброе утро, наставница, — сказал он, специально используя слово, которое подчеркивало её влияние. — Я вчера тренировался. Повторял всё, что ты говорила. Кажется, я готов к «финальному заезду». Мами обернулась. Она выглядела немного усталой, под глазами залегли едва заметные тени — видимо, ночь была непростой и для неё. Она внимательно посмотрела на него, пытаясь уловить подвох. — Ты выглядишь слишком воодушевленным, Казу-кун, — заметила она, прищурившись. — Неужели слова Чизуру так тебя взбодрили? — При чем тут она? — Казуя сделал шаг ближе, имитируя ту самую «взаимность», от которой у него самого кружилась голова. — Я просто понял, что ты была права. Я должен ехать сам. И я хочу, чтобы ты была рядом, когда я получу этот документ. Мами слегка улыбнулась. Это была победная улыбка, но в ней промелькнуло что-то еще — капля горечи. Она не знала, что за этой «преданностью» Казуи стоит обещание, данное другой женщине. Казуя чувствовал, как земля уходит из-под ног. В голове пульсировала одна и та же мысль: «Ва-банк. Только так я узнаю правду». Битва началась. Казуя ведет свою игру, пытаясь «расколоть» Мами, в то время как она думает, что окончательно переманила его на свою сторону. Кто из них первым допустит ошибку на этом опасном повороте?