Разрывая мосты

***

Казуя стоял на раскаленном асфальте, сжимая в руке временный талон — свидетельство того, что он официально стал водителем. Но он чувствовал себя не победителем, а человеком, который только что взорвал единственный мост, соединявший его два мира. Чизуру была уже совсем близко. Она выглядела безупречно, но её глаза лихорадочно искали в его лице ответ. Мами же почти скрылась за воротами, её тонкая фигурка казалась такой одинокой на фоне огромного города. — Мизухара! — выкрикнул Казуя, когда Чизуру подошла на расстояние шага. — Стой. Подожди здесь. Мне нужно... мне нужно закончить это. Сейчас! Чизуру замерла, её брови взлетели вверх от его неожиданно резкого тона. Она никогда не видела его таким — решительным до безумия. — Казуя? Что случилось? Ты... — Я провалил расследование! — бросил он через плечо, уже начиная бежать в сторону ворот. — Я всё ей рассказал! Я был кретином, Мизухара! Подожди меня, я всё объясню, клянусь!

Погоня за Мами

Он нагнал её уже у самого пешеходного перехода. — Мами-тян! Стой! Мами обернулась. Её лицо было бледным, а глаза — сухими и колючими. — Зачем ты бежишь за мной, Казу-кун? Ты сдал. Иди празднуй со своей «идеальной девушкой». Твоя миссия окончена. — Нет, не окончена! — Казуя тяжело дышал, его сердце готово было выпрыгнуть из груди. — Ты спросила, зачем я признался в шпионаже. Ты думаешь, это была часть игры? Нет. Я признался, потому что не могу больше врать тебе. Ты учила меня водить машину, но на самом деле ты учила меня быть честным хотя бы с самим собой. Он подошел ближе, игнорируя её попытку отстраниться. — Мами, я не знаю, что между нами. Может, это действительно только прошлое. Но я не хочу, чтобы ты уходила, думая, что я просто использовал тебя для «расследования». Тот поцелуй... он был настоящим. Моя ложь после него — вот что было фальшивкой. Прости меня, пожалуйста! Мами долго смотрела на него. Её губы дрогнули, и на мгновение маска снова дала трещину. Она ничего не сказала, но её взгляд... в нём больше не было того уничтожающего холода. Она просто кивнула — едва заметно — и, развернувшись, скрылась в толпе. На этот раз она не убегала. Она просто уходила, зная, что правда наконец произнесена.

Возвращение к Чизуру

Казуя медленно побрел обратно. Чизуру стояла на том же месте, скрестив руки на груди. Её «маска Ичиносе» была надета плотно, но Казуя видел, как дрожат её пальцы. — Расследование закрыто? — тихо спросила она, когда он подошел. — Да, — Казуя опустил голову. — Мами не замышляет ничего против тебя, Мизухара. Всё, что она делала... это была её личная война со мной. Из-за чувств, с которыми она не могла справиться. И я... я всё испортил. Я признался ей, что шпионил по твоему поручению. Чизуру вздрогнула. — Ты рассказал ей о нашей договоренности? Казуя, ты понимаешь, что это значит для моей репутации, если она... — Она не скажет, — перебил её Казуя, поднимая на неё взгляд. — Я верю ей. И ты должна. Она не монстр, Мизухара. Она просто... человек, которому очень больно. И я больше не буду участвовать в этом «расследовании». Если хочешь знать о ней что-то — спрашивай её сама. А я... я больше не хочу лгать ни ей, ни тебе. Чизуру смотрела на него долгие секунды. В её взгляде смешались гнев, недоумение и... странное уважение. — Похоже, ты действительно стал серьезнее, Казуя, — наконец произнесла она, и её голос смягчился. — Ты только что разрушил мой план, но... возможно, ты спас что-то более важное. Пойдем. У тебя теперь есть права. Думаю, пришло время для того самого честного разговора, о котором я говорила. -Казуя кун, послушай.. Но Казуя вдруг оборвал её. -Прости Мизухара.. Я знаю ты хочешь сказать что-то важное, но. Но сейчас я не готов! Чизуру странно посмотрела на него -Казуя?.. -Давай потом, Мизухара мне надо подумать! Казуя побежал но перед тем как окончательно покинуть автошколу повернулся к Мизухаре -Я скажу когда буду готов, Мизухара! Прошло несколько недель с того памятного экзамена. Казуя честно пытался жить «правильно»: он получил права, возил Чизуру на съемки (их разговоры стали глубже, но в воздухе всё равно висело недосказанное), и старался не думать о Мами. Но звонки и сообщения, которые он отправлял ей в моменты слабости, оставались без ответа. «Абонент недоступен» или холодные гудки — она словно испарилась. И вот, когда он меньше всего этого ожидал, он увидел её.

Встреча у вокзального парка

Казуя шел через небольшой сквер недалеко от станции, когда его взгляд зацепился за знакомый силуэт. Мами сидела на скамейке под раскидистым деревом. Но это не была та Мами, к которой он привык. На ней был простой дорожный плащ, волосы чуть растрепаны ветром, а рядом... рядом стоял огромный, тяжелый чемодан. — Мами-тян? — его голос прозвучал как выстрел в тишине парка. Она вздрогнула и медленно подняла голову. В её глазах не было привычного блеска или яда. Только бесконечная, смертельная усталость. — Казу-кун... — тихо сказала она. — Ты всё-таки нашел меня. Или это судьба так зло шутит?

Чемодан правды

Казуя подбежал ближе, глядя то на неё, то на багаж. — Ты уезжаешь? Куда? Почему ты не отвечала на звонки? Я... я места себе не находил! Мами горько усмехнулась и похлопала по крышке чемодана. — Мои родители... они всё решили. После того, как я провалила план по «возвращению блудного сына» — то есть тебя — и устроила скандал в семье, они решили отправить меня подальше. В другой город, в филиал компании отца. С глаз долой. — Но это же... это как ссылка! — Казуя сжал кулаки. — Мами, почему ты не сказала? — А что бы ты сделал? — она резко встала, и в её голосе на мгновение проснулась прежняя сталь. — Прибежал бы спасать меня на своей новой машине? Рассказал бы Чизуру, что тебе жалко «бедную злодейку»? Мне не нужна твоя жалость, Казуя.

Момент прощания

Она потянулась за ручкой чемодана, но Казуя перехватил её руку. В этот раз он не шутил, не кривлялся и не искал оправданий. — Я не жалею тебя, — твердо сказал он. — Я просто благодарен. За то, что ты была настоящей в той машине. За то, что научила меня не только водить, но и видеть, когда я сам за рулем своей жизни. Мами замерла. Её пальцы в его руке на мгновение расслабились. Она посмотрела на него Долго, внимательно, словно пыталась запомнить каждую черточку его лица перед долгой разлукой. — Знаешь, — прошептала она, — я ведь правда хотела всё разрушить. Но когда ты признался... тогда, на экзамене... я поняла, что разрушаю только себя. Она мягко высвободила руку и потянула чемодан в сторону станции. — Прощай, Казу-кун. Постарайся не врезаться ни в кого на своем пути. И береги свою актрису. Она... она заслуживает того идиота, которым ты стал.

Последний взгляд

Она уходила в сторону перрона, не оборачиваясь. Казуя стоял в центре парка, и внутри него что-то окончательно встало на свои места. Это не был финал из фильма, где герои остаются вместе. Это был финал жизни, где люди просто становятся взрослыми.