"Txon oengahu"

— Догоняй! — крикнул Нетейам с озорной улыбкой, наклоняясь вперёд. — Hona, nìwin! — скомандовала Ли'эль. Хона почувствовала азарт хозяйки и рванула вперёд, крылья загудели мощнее, рассекая ночной воздух. Икран Нетейама не отставал, он подлетел ближе, и Нетейам бросил на неё взгляд полный вызова, но с тёплой улыбкой. Они летели, наслаждаясь каждым моментом друг с другом. Сначала гонка: Хона ныряла в воздушные потоки, делала резкие виражи вокруг парящих скал, обгоняя икран Нетейама на длину крыла. Он не сдавался, его зверь взмывал вверх, перелетал через неё и снова вырывался вперёд. Ветер бил в лицо, трепал косы и перья обручей, а смех их разносился над спящим лесом: лёгкий, свободный. Потом они замедлились, перешли на спокойный полёт бок о бок. Икраны планировали почти без взмахов, используя восходящие потоки над горами Аллелуя. Они пронеслись над водопадом: брызги взлетели вверх, искрясь в лунных лучах, и слегка коснулись их ног, холодные и приятные. Ли'эль раскинула руки, чувствуя, как ветер обнимает тело, а Нетейам летел рядом, иногда подлетая так близко, что их икраны почти касались крыльями. Они пролетали мимо священного места. Ли'эль посмотрела вниз, на священную поляну, где росло Древо Душ. Его ветви светились мягким розово-фиолетовым сиянием, волокна покачивались в лёгком ночном бризе, словно живое сердце Пандоры. Оно было таким красивым в лунном свете, спокойным, вечным, манящим. Она засмотрелась на него, забыв на миг о ветре и скорости. — Дозорный, может отдохнём? — сказала она с лёгкой усмешкой, кивнув в сторону Древа. Нетейам усмехнулся этому прозвищу — хотя он и вправду был дозорным на рейдах. Слово прозвучало тепло, почти ласково, и он не стал спорить. Он просто кивнул и мягко направил своего икрана вниз, в плавном спиральном снижении. Ли'эль довольно улыбнулась и повторила его действия, Хона послушно последовала за соседом, крылья сложились в грациозном пике. Они приземлились на краю поляны почти бесшумно. Икраны сразу отошли в тень, свернувшись отдыхать, а Ли'эль и Нетейам спрыгнули на мягкий мох. Ли'эль медленно шла к стволу Древа Душ, ступая босиком по мягкому мху. Пальцы её скользили по каждой свисающей ветви. Свет Древа отражался в её глазах, делая их глубже, ярче. Нетейам стоял чуть поодаль, не спеша подходить. Он засмотрелся на неё не в силах отвести взгляд. Лунный свет падал на её лицо, подсвечивая высокие скулы, маленькие биолюминесцентные точки на коже, мягкую линию губ. Она завораживала его. — Красиво, правда? — сказала она смотря на Древо. — Да.. — ответил он, но он смотрел не на дерево, а на неё.. Ли'эль остановилась у самого ствола, потянулась к своей длинной косе и грациозно соединила цахейлу с одной из свисающих ветвей. Волокна Древа тут же оживились, и связь установилась: мгновенная, глубокая. Она сделала глубокий вдох, закрыла глаза. Грудь поднялась, плечи расслабились, а на лице появилась тихая, блаженная улыбка словно она слышала голоса предков, чувствовала дыхание всей Пандоры. Нетейам наконец шагнул ближе, но не спешил соединяться с Древом. Он просто смотрел на неё. — Когда Торук Макто объединил кланы и напал на небесных людей… — Ли'эль немного замялась, голос её стал тише, почти шёпотом. — Умер мой отец. Она опустила взгляд на светящиеся волокна в своих руках, словно ища в них опору. — Когда мы приходим сюда с мамой, она часто рассказывает мне истории о нём. Нетейам поджал губы, глаза его потемнели от сочувствия. Он шагнул ближе, сел рядом на мох, не слишком близко, но так, чтобы она чувствовала его присутствие. — Мне жаль, — сказал он тихо, искренне. Ли'эль кивнула, слабо улыбнувшись. — Когда я здесь, иногда такое ощущение, что отец рядом со мной. Будто он смотрит через Эйву… и гордится. Она медленно отсоединила цахейлу от ветви, волокна Древа неохотно отпустили её, свет слегка угас. Потом опустилась на землю, прислонившись спиной к широкому, тёплому стволу. Мох был мягким, как подстилка. — А ты? — спросила тихо. — Ты часто приходишь сюда? Нетейам кивнул. — После рейдов… или когда тяжело. Здесь проще услышать себя. — Ты прав. — она одобряюще кивнула. — Как твоя рана? — спросила Ли'эль тихо, опуская взгляд на его бок. — Всё в порядке, уже ничего нет, — ответил Нетейам спокойно, но в голосе чувствовалась благодарность. Ли'эль радостно улыбнулась, от души, глаза её загорелись мягким светом Древа. Она чуть наклонила голову вниз, и несколько мелких косичек выскользнули из-за уха, упав на лицо, скрывая щёки. — Это хорошо, — прошептала она, всё ещё улыбаясь. Нетейам посмотрел на неё внимательно. Потом медленно протянул руку и аккуратно убрал непослушные косички обратно за ухо. Пальцы его едва коснулись кожи, лёгко, как перышко, но тепло от этого прикосновения разлилось по её щеке. Ли'эль замерла на миг, но не отстранилась, только подняла глаза и встретилась с его взглядом. — Знаешь, — начал Нетейам тихо, глядя на свисающие ветви Древа, но краем глаза на неё. — Когда я подстрелил твою мишень в тот день… это было не случайно. Ли'эль повернула голову, удивлённо приподняв бровь. — Что? Он усмехнулся, слегка краснея, даже в свете Древа это было заметно. — Я специально её подстрелил. Хотел, чтобы ты обратила внимание. Просто… не знал, как подойти и заговорить. Думал: «Если украду мишень, она точно крикнет, и будет повод». Ли'эль замерла на миг, потом прыснула и рассмеялась, прикрывая рот ладонью. — Серьёзно? — выдохнула она сквозь смех. — Ты, старший сын Оло’эйктана и дочери Тсахик, меткий стрелок, решил «украсть мишень», чтобы заговорить со мной? Я думала, ты просто хвастаешься! Нетейам тоже начал смеяться, тихо, но от души, плечи его затряслись. — Да, план был гениальный, — признался он, качая головой. — А потом ты крикнула «это была моя мишень!», и я чуть с дерева не свалился. Ли'эль толкнула его плечом, хохоча громче. — Sxawng! Рассвет пришёл мягко: первые лучи солнца пробрались сквозь густую листву, окрашивая всё в золотисто-розовые тона. Среди нижних ветвей Древа Душ, на мягком мху у ствола, виднелись двое. Они уснули, не заметив, как ночь сменилась утром. Голова Ли'эль лежала на плече Нетейама, её дыхание было ровным и тихим. Пальцы их переплелись, словно боялись отпустить. Лучи солнца коснулись их лиц, подсветив их синюю кожу. Ли'эль зажмурилась от света, нахмурилась, но потом медленно открыла глаза. Первое, что она увидела — природу Пандоры, а потом.. его лицо, спокойное во сне. Она повернула голову, опять оглядывая пейзаж вокруг: парящие горы в утреннем тумане, лес внизу, пробуждающийся от ночи... Дым.. Тонкая, но заметная струя дыма поднималась вдалеке со стороны Древа-Дома. Ли'эль нахмурилась, резко привстала на локте. Сердце ухнуло вниз. Дым шёл густой, чёрный и его было много. Она испуганно тряхнула Нетейама за плечо. — Нетейам! Он нехотя открыл глаза, моргнул от света, но увидев её испуганное лицо, мгновенно проснулся. Улыбка исчезла, взгляд стал серьёзным. — Что... Ли'эль молча указала рукой в сторону дыма. Нетейам встал одним движением, посмотрел туда же. Лицо его посерьёзнело, мышцы напряглись. — Надо домой! Скорее! — сказала она, уже вскакивая на ноги. Она сложила губы и издала пронзительный зов на который отзывалась Хона. Нетейам сделал то же самое для своего икрана. Через секунды в небе мелькнули тени, два икрана нырнули вниз и приземлились на поляне. Ли'эль и Нетейам запрыгнули на спины, соединили цахейлу и рванули в сторону Древа-Дома, к поднимающемуся дыму. Сердце Ли'эль колотилось что там случилось? Нападение? Пожар? Они летели быстро, ветер бил в лицо, но теперь уже не от радости, а от тревоги. Хона и икран Нетейама мчались на полной скорости, крылья загудели от усилий. Ни слова не было сказано, только взгляды полные тревоги. Когда Древо-Дом показалось впереди, сердце Ли'эль сжалось. Огонь. Гигантские языки пламени пожирали корни и ветви, дым валил густыми клубами, застилая небо. Внизу сновали машины небесных людей. Ампуты и «Самсоны», их прожекторы резали дым, а пулемёты стучали, отгоняя бегущих На’ви. Клан в панике покидал дом: кто-то спускался по корням, кто-то взмывал на икранах, дети плакали, взрослые кричали имена близких. На глазах Ли'эль мгновенно выступили слёзы: горячие, жгучие. Она направила Хону ближе, ниже, игнорируя опасность. — Мам! Мама! — кричала она, голос срывался, глаза метались по толпе бегущих фигур. Ринан нигде не было видно. — Нет... — прошептала Ли'эль, горло сжалось. — НЕТ, МАМААА! Слёзы хлынули по щекам, она готова была рыдать в голос. Древо-Дом горело, их дом, их жизнь, второй раз за поколение. — Ли'эль! Надо уходить! — крикнул Нетейам, подлетая ближе. — Нет… я без мамы не улечу… мама! — она рыдала, уши её опустились вниз, тело дрожало. Нетейам поджал губы, взгляд его стал решительным. — Я… я поищу её там, — сказал он твёрдо и рванул вниз, в дым и огонь. Ли'эль полетела в противоположную сторону, над поляной, где бежали последние На’ви. — Мама! Мам! Она оглядывалась отчаянно, видела знакомые лица, но не то, что искала. Все были здесь… кроме неё. Она остановилась в воздухе, Хона зависла на месте. — ТВОЮЖ МАТЬ! — слёзы хлынули сильнее. Она уже рыдала в голос, плечи тряслись. — Ли'эль! Maite! — раздалось издалека, сквозь шум и треск огня. Ли'эль резко повернула голову. Из зарослей у подножия выскочила Ринан: волосы растрепаны, лицо в саже, но живая. Она бежала, раздвигая руками кусты и высокую траву, что мешали на пути. Ли'эль расплакалась ещё сильнее от облегчения, от боли. Хона нырнула вниз, приземлилась рядом, и Ринан запрыгнула на спину икрана за дочерью, крепко обняв её. — Я здесь, maite… я здесь… Ринан плакала, глядя назад на горящее Древо-Дом. Уже второй раз в жизни… С того момента клан Оматикайя стал жить а точнее, скрываться среди пещер в парящих горах Аллелуя. Новое убежище было холодным, тесным и чужим: каменные своды вместо живых ветвей, эхо шагов вместо шёпота листьев, ветер, проникающий в каждую щель. Поначалу все тосковали. Было непросто привыкнуть. Дети плакали по ночам, старики молчали дольше обычного, а воины смотрели на горизонт с сильной яростью. Со временем пещеры стали домом: развесили гамаки между сталактитами, разводили маленькие очаги, плели новые ковры из лиан, собранных на скалах. Икраны облюбовали вертикальные стены, впиваясь когтями в камень, и их крики эхом разносились по ущельям. Рейды продолжались, теперь с новой злостью. Небесные люди думали, что сломали их, выжгли сердце клана, но только разожгли огонь ярости. Ай-яй-яй-яй-яй-яй! — кричала Ли'эль, вскидывая руки вверх. Вертолёт "Самсон" кувыркнулся в воздухе, дым валил из двигателя, и машина рухнула на землю с грохотом, поднимая облако пыли. Но вдруг в рации раздался голос Ло'ака: — Ли'эль, справа! Она резко повернула голову, из вертолёта высунулся солдат в маске, автомат в руках, прицел уже на ней. Ли'эль рявкнула на него. Хона почувствовала ярость хозяйки и качнулась в сторону, давая угол для выстрела. Ли'эль мгновенно натянула тетиву, стрела легла на место — выстрел. Стрела с шипением ппронзила противника. — Юху! — выкрикнула Ли'эль, улыбка победы расцвела на лице. Ло'ак подлетел ближе на своём икране, ухмыляясь во весь рот. Они протянули друг другу руки на лету, громкий шлепок "дай пять"(или четыре..) прозвучал над полем боя. Объяснить вам ситуацию? Над лесом пролетало порядком десяток вертолётов, уничтожая все на своём пути. Животные бежали прочь в ужасе, издавая громкие звуки, а деревья горели. Даже представить невозможно, насколько было больно Великой Матери. Джейк не хотел брать с собой детей на такое задание, но.. их это не остановило. Ли'эль потянулась за ещё одной стрелой из колчана за спиной, пальцы нащупали пустоту. — Чёрт! Сердце стукнуло от злости и страха, она была уязвима. Она начала осматриваться вокруг, Хона маневрировала между дымом и вспышками, уходя от очередей. И вот на неё уже целился другой вертолёт, "Самсон" с открытым бортом, где солдат в маске прицеливался прямо в неё. — Да чтоб тебя… — прошипела она сквозь зубы, пытаясь отвернуть Хону. Вдруг позади стрелка послышалось громкое: — Хей! Солдат отвлёкся, резко повернул голову назад, и в тот же миг его пронзила стрела Нетейама, вонзившаяся точно в шею. Тело дёрнулось, автомат вывалился из рук, и солдат рухнул вниз. На лице Ли'эль сначала появилось удивление, она моргнула, осмысливая, а потом губы растянулись в широкой, торжествующей улыбке. Нетейам подлетел ближе, его икран поравнялся с Хоной, и он кивнул ей коротко, но с теплотой в глазах. В рации раздался голос Джейка: — Отступаем! — Принято. Спустя какое-то время.. Лиэль вышла из своего шатра, держа в руках миску с густой кашей из зёрен тейлу и свежих ягод, сладковатой, ещё тёплой, с ароматом лесных плодов. Вечер был тихим, парящие горы парили в лунном свете, а внизу, на плоской каменной площадке, вокруг небольшого костра сидел молодняк клана, которые дурачились и болтали. — Салют, — сказала Лиэль с улыбкой и села на свободное место в круге, скрестив ноги. Все весело болтали и дурачились: кто-то рассказывал историю о провалившемся трюке на икране, кто-то подражал голосу Су'наи, и смех разносился эхом по пещере. Лиэль тоже смеялась, от души забывая на миг о усталости, и ела кашу наслаждаясь простым моментом. Потом к ним молча подсел Нетейам. Он опустился на землю рядом с Лиэль, так близко, что их плечи почти коснулись. На секунду они встретились глазами — коротко. Но потом сразу же отвели взгляд друг от друга, секунды не прошло. Они слушали весёлые истории друзей: о том, как Тарин чуть не упал с лианы во время сбора плодов, или как Су'наи пыталась "заговорить" с дирепторсом и получила хвостом по носу. Зал взрывался смехом, и Лиэль хохотала вместе со всеми. Но тут рука Нетейама коснулась руки Лиэль — случайно, на долю секунды, их крайние пальцы сопрекоснулись. Лиэль замерла на миг, но не отодвинулась. Не подавая виду, она медленно но верно переплела его мизинец со своим. Нетейам не сказал ничего, только чуть сильнее сжал её палец в ответ, и они продолжили слушать истории, но теперь с тайной улыбкой в глазах. Когда костёр догорел, оставив только тлеющие угли и лёгкий дымок, все начали потихоньку расходиться. Зевая, обнимаясь на прощание, шёпотом договариваясь о завтрашнем. Ло'ак встал, потянулся и по-братски похлопал Кири и Нетейама по спинам. — Пойдёмте, скауны, — сказал он с ухмылкой. Кири закатила глаза, но встала следом за братом. — Вы идите, я догоню, — сказал Нетейам спокойно, не вставая. Ло'ак на прощание обернулся к Ли'эль и махнул рукой. — Спокойной! — Катись уже, — ответила она. Конечно же в шуточной форме. Эти двое остались наедине. Тишина пещеры обняла их, только потрескивание углей и далёкий шум ветра снаружи. Ли'эль подняла взгляд на Нетейама. В его янтарных глазах отражались угольки, которые всё ещё горели. — Спасибо, — сказала она тихо. — За что? — спросил он, чуть наклонив голову. — За то, что спас меня сегодня. Я могла умереть.. Нетейам улыбнулся, искренне. — Irayo si oe ke lu nì’aw, — ответил он мягко. Ли'эль опустила взгляд, обхватила колени руками и легла на них подбородком. — Мама ругает, говорит больше не летать на рейды, — призналась она, голос стал тише. Нетейам откинулся назад, упираясь руками в камень. — Я такое каждый день слышу. Ли'эль издала короткий смешок. — Я всё равно буду защищать клан.. Нетейам посмотрел на неё, долго с теплотой. — Ты сейчас прям как Ло'ак говоришь. Она подняла глаза, засмеялась ещё больше. — Это комплимент? — Это факт, — ответил он. Они замерли, глядя друг на друга. Нетейам смотрел ей в глаза не отрываясь, словно искал в них ответ на вопрос, который ещё не задал. Ли'эль смотрела в его глаза. Её взгляд невольно скользнул ниже на его губы, чуть приоткрытые от дыхания. Через секунду он повторил её действия, глаза его опустились на её губы. Атмосфера вокруг стала какой-то напряжённой. Туловище Нетейама чуть наклонилось вперёд, лицо приблизилось, медленно как в замедленной съёмке, и Ли'эль почувствовала тепло его дыхания на своей коже. — Нетейам! — раздался громкий голос Нейтири из одного из шатров неподалёку. Они оба вздрогнули и отстранились одновременно. Как будто их поймали на чём-то запретном(хехехе). Потом переглянулись и усмехнулись: тихо, неловко, но с облегчением. — Тебе пора, — сказала Ли'эль, всё ещё улыбаясь, голос чуть хриплый. — Не хочу, — выдохнул Нетейам громко через нос, явно расстроенный, но с искрой в глазах. Он встал с земли, отряхивая руки от пыли. Ли'эль поднялась следом, они стояли близко ближе, чем нужно. Нетейам улыбнулся ей поджав губы, мягко, почти робко. — Спокойной ночи. Чмок. Нетейам замер, он не успел ничего осознать, сердце его стукнуло громче, щека горела от её прикосновения. Ли'эль отстранилась, смущённо улыбаясь, щёки её порозовели. — Спокойной ночи, — прошептала она, глядя на него. Нехотя повернувшись к своему шатру, она ушла махая ему рукой. Нетейам шёл смущённо улыбаясь сам себе, пальцами потирая щёку как идиот. В груди всё трепетало, а ночь казалась вдруг самой лучшей за долгое время.