Глава 12.

Гермиона боялась лишний раз моргать. Она молча наблюдала за тем, как Драко хозяйничает на её кухне, пытаясь приготовить девушке чай. Он не позволил ей встать с дивана и хотя бы объяснить ему, как пользоваться электрическим чайником, и рассказать, где у неё что лежит. Малфой просто усадил её на диван, замотал, как в кокон, в плед, и нагло ухмыльнулся, удаляясь на битву с кухонными черепками. Гермиона же не стала отказывать себе в удовольствии смотреть на него и тихонько хихикать, пока Драко ругался как сапожник, надеясь разобраться с магловской техникой самостоятельно. Это было очень смешно. Но он не сдавался и в итоге смог победить в этой битве, преподнеся ей ромашковый чай, найденный где-то в глубине одного из шкафчиков. — Спасибо, — едва слышно сказала Гермиона, испытывая странные ощущения от мысли, что Драко в её квартире и чувствует себя здесь невероятно свободно, хоть и не знает ни единого метра вокруг. Малфой самодовольно кивнул, устраиваясь в её кресле-качалке, начиная плавно покачиваться, не спуская с неё глаз. Гермиона покраснела, как только поняла, что он смотрит на неё, и уткнулась взглядом в кружку, делая осторожный глоток чая. Облизав губы, она стала глядеть по сторонам, лишь бы хоть чем-то занять себя, но такая неловкость прежде была ей незнакома, поэтому Гермиона и вела себя очень глупо. — Ты нервничаешь, — протянул Драко, ставя локоть на подлокотник кресла, подпирая кулаком подбородок. Грейнджер чуть не закашлялась, когда сделала ещё глоток чая, уставившись на Малфоя круглыми глазами. Хотелось провалиться под землю от смущения. — Я просто… — она неопределённо пожала плечами, не представляя, как выразить всё, что творилось у неё в голове. Она себе-то не могла всё объяснить! Но Драко не обиделся, он просто хмыкнул и спокойно пересел к ней на диван, обнимая одной рукой за плечи, слегка прижимая к себе. Гермиона застыла, мигом превратившись в каменную статую, едва дыша от клубка эмоций в груди. — Грейнджер, расслабься, — мягко сказал Малфой, наклоняясь к ней и зарываясь носом в её волосы. Он выглядел таким обычным и даже домашним, закатав рукава чёрной рубашки, скинув пиджак сразу же, войдя в её обитель, что Гермиона вздрогнула и быстро поставила чашку на столик возле дивана, встав на ноги. Правда, чуть не запуталась в пледе, но сумела не упасть, окончательно не опозорившись. Драко недоумённо смотрел на девушку, удивлённо моргнув, как в замедленной съёмке. — Ты чего? — Перестань! — вскрикнула Гермиона, будучи в шоке от своей вспышки. Но эмоции требовали выхода, как и желание получить ответы на все вопросы. Она никогда не могла жить спокойно, пока чего-то не знала. — Перестань вести себя так, будто мы уже десять лет женаты и ты знаешь меня от и до! Малфой закатил глаза и покачал головой, всем видом выражая скучающее равнодушие к её изумлению касаемо его же поведения. Гермиона топнула ногой, чуть не зарычав от бешенства. Надо же быть таким ослом! — Опять ты это делаешь! — Хорошо, Грейнджер, хорошо, — фыркнул Драко, поднимая руки. Он немного изменил позу, опуская ладонь на спинку дивана и садясь так, будто был чёртовым лордом. Хотя почему же «будто». Насколько она знала, Малфой действительно был поганым лордом. — Как мне себя вести? — полюбопытствовал Драко, явно видя её взвинченное состояние. — Скажи мне. Потому что мне очень интересно. Гермиона переступила с ноги на ногу, сама теряясь от того, как лихо всё закрутилось. Ещё час назад она едва не рыдала над бумагами в Министерстве, даже не догадываясь, что Драко прилетит к ней в кабинет на крыльях ярости и заставит Кингсли предоставить ей отпуск. Тогда ей было проще, потому что она знала, чего ожидать. А сейчас Гермиона просто хотела биться головой о стену, ведь никакого плана больше не было. Господи, да она даже никогда не была в отношениях, чтобы знать, как ведут себя влюблённые парочки. Безнадёжна. — Ну же, Грейнджер, — надавил Драко, заставляя её с поражением упасть рядом с ним. Она уныло повесила голову, чувствуя своим бедром его, отчего снова покраснела, но спрятала свою очевидную и стыдливую реакцию за распущенными волосами. Но Драко не дал Грейнджер закрыться, убрав кудри ей на спину, поглаживая согнутыми пальцами по щеке. — Ты боишься меня? — неуверенно спросил он, кажется, тоже находясь в смятении. Гермиона приложила много сил, чтобы взглянуть на него и успокоить, попытавшись хоть как-нибудь описать сумбур, происходивший не только в её голове, но и в жизни. — Не тебя, а то, что между нами. Драко непонимающе нахмурился, и она слегка улыбнулась, беря его за руку, гладящую её щёку. Он мельком посмотрел на их сплетённые ладони и вернул ей взгляд. — Я боюсь… — Гермиона закусила губу, призывая всю гриффиндорскую смелость, чтобы объясниться. — Я никогда не была в отношениях, понимаешь? Я с парнями-то почти не общалась. Конечно, мои лучшие друзья парни, но это… другое. Я даже на свидании не была. Поэтому мне… я понятия не имею, как себя вести, чтобы тебе понравиться и… — Но ты мне уже нравишься, — ласково перебил её Драко. Она зависла, видя улыбку на его лице. Он поцеловал её ладонь, зажатую в его руке, и Гермиона чуть не превратилась в лужицу от таких нежных действий, которые смотрелись настолько естественно и привычно, что казалось, будто они и вправду вместе уже очень долгое время. — Пойми, что тебе не нужно вести себя определённым образом, чтобы понравиться мне. Я всю жизнь наблюдал такое поведение и, скажу по секрету, в нём нет ничего привлекательного. Никто не сможет любить куклу. А ты невероятно живая, Грейнджер, настолько, что иногда это пугает. Она хмыкнула, и Драко коротко рассмеялся, бросая на неё довольный взгляд. — Просто будь собой, ладно? — Малфой наклонился к ней, замирая в миллиметре от её губ, и Гермиона резко втянула в себя воздух, закипая какими-то новыми, но хорошо знакомыми чувствами. — Ты и так сделала меня своим рабом. Не нужно больше никого порабощать. — Ревнуешь? — спросила она просто так, не подозревая, каким будет ответ. — Ревную, — сглотнул Драко, обнимая Гермиону за плечи, прислонившись своим лбом к её. — Невероятно сильно ревную. Когда был в Азкабане, я часто думал о том, что ты делаешь. И всегда приходил в бешенство от мысли, что ты могла ходить с кем-то на свидания и всё остальное. — Такого никогда не было… — Знаю, но это не мешает мне желать убить каждого, кто посмотрит на тебя, — усмехнулся он. Гермиона опустила руки ему на плечи, и Драко подался к ней ещё ближе, совсем не оставив пространства и воздуха между ними. Они дышали дыханием друг друга, сходя с ума от близости. — Звучит нездорово. — Может быть, но мне как-то плевать, — нагло фыркнул Малфой и наконец-то поцеловал её. В этот раз она почувствовала только радость, любовь и жгучее желание, собиравшееся всё это время где-то под рёбрами, медленно опускающееся вниз. Гермиона пискнула ему в рот, когда Драко подхватил её под бёдра и усадил к себе на колени, чтобы было удобнее целовать её. Он исследовал её тело жадными прикосновениями и не давал отстраняться даже тогда, когда ей требовался воздух. Гермиона попыталась разорвать поцелуй и, чудом сделав это, застонала, потому что Драко уже перешёл на шею, покусывая нежную кожу. Она зажмурилась от удовольствия и неверия, поглаживая его по волосам, периодически спускаясь ладонями к плечам и груди. Почему-то начать расправляться с его одеждой ей не хватало смелости, но и Драко не спешил её раздевать. Вместо этого он встал на ноги, прижав её к себе, отчего Гермиона взвизгнула от неожиданности, но сразу засмеялась, увидев его до безобразия довольное лицо. Драко нашёл спальню и вошёл в комнату, осторожно опуская Грейнджер на постель. Она обхватила ногами его талию и притянула к себе, переходя к самой долгожданной части, начиная расстёгивать рубашку Малфоя, но он моментально остановил её, прекратив поцелуй. Гермиона свела брови на переносице, ничего не понимая. Драко навис сверху, опираясь на локоть, полубоком лёжа на ней. — Грейнджер, мы не будем заниматься сейчас сексом, — ровно произнёс он, чем почти оскорбил Гермиону. Она опустила руки себе на живот, не зная, что сказать на это заявление. Видимо, на её лице было всё написано весьма чётко, потому что Драко снова поцеловал её до такой степени властно, горячо и развязно, что Гермиона мигом забыла обо всём на свете. Но ничто не длится вечно. — Ты на больничном, не забывай, — сказал Драко, тяжело дыша после поцелуя. — Я не прикоснусь к тебе, пока не услышу от целителя, чтобы ты полностью здорова. Она натурально заскулила, прижав ладони к лицу. — Но этого может никогда не случиться! — Значит, постарайся лучше следить за своим здоровьем, чтобы случилось, — раздражающе-поучительно проговорил парень, падая на спину, уставившись в потолок. Гермиона захныкала от такой жёсткой кары, повернувшись к нему боком. — Ты садист, Малфой, — обиженно сказала она. Драко улыбнулся, принимая идентичную ей позу, только вдобавок обнимая её за талию, водя рукой по её телу, не переходя никаких границ. Хотя ей этого очень хотелось. — Сама выбрала, — лишь усмехнулся он, заставляя её закатить глаза. Гермиона насупилась, но не смогла держать руки при себе, начиная изучать Драко через одежду. Она провела ладонью по его щеке, чувствуя щетину, убрала чёлку с глаз и коснулась кончиками пальцев мягких губ. Он поцеловал её подушечки, вызывая в груди трепет. — Ты поправился. И выглядишь отдохнувшим. — Почти всё время на свободе я ел и спал, — хмыкнул Малфой. — Не вылезал из кровати, разве что ради еды. Она задумчиво кивнула, не прекращая своего занятия. Это казалось кощунством. Драко, впрочем, тоже не отставал, но особенно ему приглянулись её волосы, в которые он зарывался пальцами и беспрестанно накручивал кудри на них, наблюдая, как они забавно ведут себя. Это внушало покой и по-настоящему гипнотизировало его. — Твои родители в порядке? — спросила Гермиона без задней мысли. Он пожал плечами, пялясь на свою руку и её волосы. — Вполне. Мама, конечно, счастлива. Нарядила вместе с эльфами весь дом. Пройти негде из-за ёлки в каждой комнате. Гермиона улыбнулась, радуясь за него, хоть и не забывая, что вряд ли ей удастся попасть на празднование Рождества в Малфой-Мэноре. — Надеюсь, ты хорошо проведёшь время с семьёй. Драко странно на неё посмотрел и даже перестал играть с её волосами, приняв очень серьёзный вид. — А ты где будешь? — Ох, я… Эм, — Гермиона закусила губу, не желая говорить ему правду. — Ну, мои родители сейчас у родственников во Франции. У тёти, маминой сестры, так что, наверное, проведу время с Джинни. — А где Поттер и Уизли? — нахмурился Драко, не отступая. — На задании, и никто не знает, когда они вернутся. Единственное, что мне удалось узнать, так то, что они в Аргентине. Малфой приподнял брови в удивлении, но в остальном никак не показал своих эмоций. И Гермиона решила, что вопрос с празднованием Рождества закрыт, но не тут-то было. — Давай проведём Рождество вместе? — предложил Драко, по всей видимости, не представляя, что это значит для неё. Гермиона таращилась на него, думая, как бы поделикатнее ему отказать. — Драко, ты наконец-то выбрался из тюрьмы, твои родители так этого ждали. Лучше проведи это время с ними, Рождество ведь семейный праздник. Малфой сел к ней боком, смотря сверху вниз на Гермиону, отчего она неуверенно отвела взгляд. — При чём тут мои родители? Я говорю про нас с тобой. К тому же, я уверен, что ни отец, ни мама не будут против тебя. Это ведь только твоя заслуга, что я вернулся домой. — Ну да, конечно, — пробурчала Грейнджер, уставившись в окно. Несмотря на желание проводить с Драко как можно больше времени, она не собиралась праздновать Рождество в месте, где её пытали, а потом ещё смачно напомнили об этом. Да и компания Люциуса Малфоя, мягко говоря, не прельщала её, поэтому уж лучше одиночество, чем добровольное издевательство над собой. Гермиона прекрасно знает, что Люциус испортит ей праздник, наверняка в итоге потребовав, чтобы она навсегда забыла о его сыне и отошла в сторону. Учитывая, что он говорил ей, когда она просто помогала Драко выйти на свободу, Грейнджер боялась представить, как Люциус начнёт разглагольствовать, узнав об её отношениях со своим сыном. Но весь мыслительный процесс Гермионы прервала хватка Драко на её челюсти, когда он развернул её лицо к себе, чтобы посмотреть в глаза прямым взглядом, где зародилась одна догадка. — Что они сделали? — глухо спросил он, не давая отвернуться, хотя она пыталась. Сдавшись и ругаясь на свою реакцию, которую позволила ему увидеть, Гермиона просто молчала, надеясь, что он оставит эту тему. — Грейнджер, — прошипел Драко. Наивная. Она вздохнула и начала подбирать слова, чтобы описать всё безразлично и так, будто во время встречи с Малфоями её ничего не задело: — Просто я собирала все факты и пришла к тебе домой. Твоя мама пригласила меня, когда была у меня, — Драко сжал челюсть, поражаясь, как много, оказывается, он не знает. — Ну и мы поговорили. — А потом пришёл отец, да? — догадался он. — Да, — она поняла, что нет смысла отпираться. — Он не был любезен. Вот и всё. Драко отпустил её подбородок и дёрнул плечом, словно сдерживал в себе злость на ситуацию и праведный гнев на отца. Его глаза на мгновение стали пустыми, а потом он резко навис над ней, прижав к кровати. Гермиона даже не поняла, что происходит, пока до неё не дошло, что Малфой абсолютно спокойно копается у неё в голове и просматривает встречу со своими родителями. Она ударила его по плечу, прося прекратить, но парень даже не шелохнулся. Закончив, он просто вынырнул из её сознания, глядя так виновато, что Грейнджер моментально забыла о своём раздражении касаемо его поступка. Драко уткнулся лицом ей в шею, оставляя поцелуи на коже и крепко обнимая её. — Прости, прости, — шептал он, практически лёжа на ней, придавливая к кровати, но Гермиона не жаловалось. Она обняла его за плечи и вдохнула запах хвои и пергамента, который был её амортенцией, поглаживая Драко по волосам, чтобы успокоить. Он приподнялся и поцеловал её в губы, лишая посторонних мыслей. Гермиона ахнула ему в рот, когда Драко коснулся её талии под рубашкой, задирая ту, но не начиная лапать, а просто будто хотел показать, что его ничего из слов отца не волнует. Он думает иначе. Их поцелуй набирал обороты очень быстро, и Грейнджер даже задумалась о том, зайдут ли они дальше того, что делали, учитывая, что Драко уже с трудом себя контролировал. Но, видимо, зря она беспокоилась, потому что ровно в эту же секунду в дверь её квартиры начал кто-то долбиться. Малфой вздрогнул и быстро оказался на ногах, доставая палочку из кармана брюк. Гермиона привстала на локтях, недоумённо глядя на парня. — Кто знает, где ты живёшь? — поинтересовался Драко, поправляя мятую рубашку. — Только мальчики, Джинни и… Блейз, — поняла она, удручённо вздыхая. — А ещё твоя мама, потому что твой лучший друг трепло. Драко лукаво улыбнулся, наклонившись к ней, чтобы поцеловать её в лоб. — Это всем известно, — хмыкнул Малфой, выходя из спальни, чтобы открыть дверь. Гермиона сползла с постели и поправила рубашку и обычные классические брюки, так и не переодевшись после прихода домой с работы, лишь сейчас вспомнив об этом. Когда она оказалась в гостиной, Драко уже открыл дверь, получив по лицу точным ударом. — Драко! — она бросилась к нему, помогая подняться. Малфой шокировано смотрел на вошедшего в чужую квартиру Тео, который снял солнцезащитные очки — зимой, — ухмыляясь, а затем начиная смеяться. — А ты что думал? Я, между прочим, переживал за тебя, а ты, срань поганая, даже не написал, когда вышел из тюрьмы! — громко причитал Тео, мельком посмотрел на девушку. — Привет, Грейнджер. Гермиона заторможенно кивнула, держа Драко за руку, находившегося в смятении из-за удара друга и его пламенной речи. — А теперь ответь мне! Какого хрена эта чёрная задница видела тебя первым, а? Я так-то твой лучший друг, а он сбоку примазался! Почему он в курсе всего, а я узнаю обо всём последним?! Кстати, у тебя очень уютно, Грейнджер, — Тео огляделся, довольно кивая, смотря на интерьер квартиры. Гермиона не могла понять, он просто прикалывался или реально был таким… Чудным. Потому что другого варианта не было. Малфой встал, бросая на неё растерянный взгляд. — Тео, ты что тут делаешь? — спросил Драко. Нотт пожал плечами и развёл руками. — Пришёл требовать и отстаивать своё законное право! — Блять, какое ещё право? — вздохнул Малфой, сжимая пальцами переносицу, куда попал кулак друга. Тео распахнул рот в неверии, что такие очевидные вещи ещё и объяснять надо. — Я должен стать твоим шафером! Я! А не эта дрянная, подгоревшая картофелина! Я столько лет к этому шёл, ждал, когда же ты наконец-то выберешь себе избранницу… Отлично выглядишь, Грейнджер. И когда этот момент настал, ты ещё спрашиваешь?! Гермиона тупо смотрела на Нотта, ощущая себя зрителем в первом ряду какого-то юмористического спектакля, иначе выпады Тео у неё никак не укладывались в голове. Он серьёзно пришёл только потому, что хотел быть шафером на свадьбе Малфоя? Это лечится? Драко, кажется, думал так же, потому что из-под опущенных ресниц смотрел на друга, начиная опасаться за его психологическое здоровье. — Ты реально пришёл сюда только затем, чтобы убедиться, что будешь шафером на моей свадьбе? — медленно уточнил Малфой. Тео как ни в чём не бывало хмыкнул, обходя Гермиону и направляясь на кухню. — Ну да, — кинул он через плечо. — Слушай, Грейнджер, а есть что пожевать? А то я голодный, как кобель во время случки. Гермиона вспыхнула от такого сравнения, даже не возмущаясь, что Тео начал лазить в её холодильнике и грызть красное яблоко, параллельно открывая все кухонные ящики, ища еду. Она была в натуральном ступоре. — Тео, мать твою, ты охренел?! — заорал Драко, быстрее оправившись от шока. Нотт обернулся, откусывая от яблока ещё кусок. — А что такое? — не понял он. — Пошёл нахер отсюда! — рявкнул Малфой, решив ничего больше не говорить. Он лишь поднял руку, указывая Тео на дверь. — Живо! — Я что, помешал вам потрахаться? — скривился парень, но, кажется, не испытывая вины. — Вон! — крикнул Драко так яростно, что Гермиона подскочила и чуть не закрыла уши ладонями. — Ладно-ладно, — фыркнул Тео. — Салазар, какой ты нервный стал. Хотя неудивительно, с таким-то недотрахом. Драко не выдержал и пнул Нотта под задницу, отчего тот пошатнулся, схватившись за стену, но не упав. Он хотел закатить истерику за надругательство над святым, но, посмотрев на Малфоя, понял, что лучше свалить. Жить он хотел больше. — Тебя, кстати, родители искали, — сказал он на пороге, улыбаясь, будто всё происходящее было в порядке вещей. — И ты молчал?! — взвыл Драко, непонятно отчего именно: то ли от бешенства, то ли от желания убить кое-кого. — Я решал важный вопрос и… — Малфой молча захлопнул дверь у него перед носом, застыв к ней спиной, сжимая кулаки. Гермиона не могла терпеть, даже зажимая рот ладонью, смех буквально вырывался из груди. Обернувшись, Драко приподнял брови, и её прорвало. Она захохотала от того абсурда, который видела и слышала минуту назад, не в силах успокоиться. Малфой сдерживался из последних сил, но когда она согнулась пополам, оседая на пол, он присоединился к ней, облокотившись о стену. Они смеялись так долго, что у обоих вскоре заболел живот. Лишь когда боль стала мешать их веселью, им удалось взять себя в руки. — Прости, — выдавил Драко, вытирая выступившие от смеха слёзы в уголках глаз. Гермиона махнула рукой, медленно возвращаясь в горизонтальное положение. — Зато в цирк ходить не надо. Малфой улыбнулся и всё равно засмеялся, видя ответную улыбку на её счастливом лице. И понял одну вещь. Он влюбился в неё.