Новый друг и знакомство с уборщиком

Престон и Клэр продолжили свой путь в спокойном, размеренном темпе. Утренний воздух всё ещё сохранял прохладу, но город теперь начал просыпаться ещё сильнее: где-то хлопнула дверь подъезда, вдали проехала машина, и редкие прохожие торопливо пересекали улицу и ненадолго зырили удивлёнными глазами на Престона и непонимающе на Клэр. Ведь не каждый день встретишь такой необычный дуэт из великана и маленькой девочки. Некоторое время они шли молча – не неловко, но и не слишком свободно, словно каждый был занят своими мыслями. Клэр несколько раз украдкой бросала взгляды на своего учителя, явно собираясь что-то спросить, но каждый раз передумывала. Наконец она всё же набралась смелости. – Эмм, мистер Марлоу, – робко сказала Клэр, слегка замедлив шаг. – Можно кое-что спросить у вас? – Да, – коротко ответил Марлоу, не переводя на неё взгляд. Его голос звучал спокойно, без раздражения. – Спрашивай что хочешь. Клэр на секунду замялась, будто проверяя, действительно ли он не против одного и другого, а затем всё-таки задала вопрос: – А почему вы решили стать учителем? В тот же момент Престон резко остановился, словно его кто-то дёрнул за невидимую нить. Клэр от неожиданности чуть не врезалась в него и едва успела сделать шаг в сторону. Она посмотрела на него непонимающе и с ноткой тревоги. Мужчина стоял неподвижно. Его взгляд был направлен куда-то вниз, на серый асфальт под ногами, но казалось, что он его вовсе не смотрел на него. В его лице мелькнула растерянность – мелкая, почти неуловимая, но заметная. – Видишь ли… – начал он не сразу, делая короткую паузу, словно подбирая слова, хотя возможно так и было на самом деле. – Изначально я не думал становиться учителем. Просто…, – он в растерянности почесал макушку. – так получилось. Само собой. Клэр нахмурилась, слегка наклонив голову. – Получилось само собой? – переспросила она, не до конца понимая. – То есть вы не хотели быть учителем? – Да нет же, дело не в этом, – Престон тихо выдохнул и чуть покачал головой. – Я был безработным уже несколько месяцев. Сбережения заканчивались… даже при том, что я экономил буквально на всём. Мне нужно было срочно что-то делать. Он ненадолго замолчал, затем медленно поднял левую руку, а точнее то, что от неё осталось. Его взгляд на секунду задержался на бинтах, и голос стал чуть тише. – А на работу меня никто брать не хотел, потому что… – он сделал короткую паузу и едва заметно усмехнулся без радости. – Думаю, ты и сама понимаешь, почему. Клэр невольно опустила взгляд, не зная, куда деть глаза. – Но потом я увидел вакансию в этой школе, – продолжил он уже ровнее. – Первую за столь долгое время. И решил… так сказать попытать удачу. Получить хоть какую-то работу и выбраться из этой финансовой ямы. Престон слегка пожал плечами, как будто речь шла о чём-то обыденном, хотя в голосе всё ещё чувствовалась усталость от пережитого. – А дальше всё как-то… быстро закрутилось. Встреча с мисс Грейс, разговор, предложение стать учителем физкультуры… – он коротко хмыкнул. – И вот уже на следующий день я стою перед вами и пытаюсь чему-то научить. Хотя у меня никогда не было опыта в роли учителя я решил попробовать себя в этом направлении и до сих не знаю сделал ли я верный выбор. Клэр на секунду представила эту картину и тихо кивнула. Ей эта ситуация чем-то напоминает её собственную, где основой было якобы отсутствие выбора из-за его единственного предложения. – Понятно, – сказала она, переводя взгляд вперёд. В её голосе не было ни насмешки, ни сомнения – только спокойное принятие ответа. На несколько секунд между ними снова повисла тишина. Шаги глухо отдавались по тротуару. Марлоу шёл опустив голову вниз и с задумчивым взглядом смотря прямо. – А что насчёт тебя? – вдруг спросил Престон, слегка повернув голову в её сторону. В его голосе появился лёгкий интерес. Клэр моргнула, будто вопрос застал её врасплох. – Я? А что со мной? – не поняла она. – Ты выглядишь так, словно не привыкла к этой школе, – пояснил он. – Как будто ты не всегда в ней училась… и до сих пор к ней привыкаешь. Как и я собственно к своей новой работе. Он чуть прищурился, наблюдая за её реакцией. – Я правильно всё понял? Клэр тяжело и довольно громко вздохнула. Плечи её на мгновение опустились, будто вместе с этим выдохом из неё вышла часть напряжения. Разговоры о школе она не любила. Совсем. Ну нелюбимая эта тема которую не хотелось обсуждать с никем, тем более с тем кого она знала ещё слишком мало. Но с другой стороны… мистер Марлоу не выглядел человеком, который станет смеяться или делать поспешные выводы. Он тот, кто спокойно и без негатива выслушает её и поставить всё на место. Это немного облегчало задачу. – Да, так и есть, вы угадали, – с лёгкой долей сарказма проговорила Клэр, скосив на него взгляд. – Балл вам за дедукцию, Шерлок. Престон негромко усмехнулся, принимая шутку без лишних комментариев. Клэр же почти сразу посерьёзнела. – Мы с семьёй переехали сюда пару месяцев назад, – продолжила она уже более спокойно. – А в эту школу я поступила чуть больше месяца назад… и сразу в середине учебного года. Она нервно улыбнулась, но в этой улыбке чувствовалось больше напряжения, чем веселья. – Для меня этот день был, наверное, одним из самых… – она запнулась, будто не могла подобрать слово, затем всё же договорила, чуть тише: – отстойных в моей жизни. На секунду её взгляд потускнел, словно она снова оказалась в том самом моменте. – Новая школа, новые люди… и ты стоишь посреди всего этого и вообще не понимаешь, куда себя деть… мерзость одним словом. Она коротко усмехнулась, но уже без прежнего сарказма. – В общем… да. Не самый лучший старт. Но возможно и не худший. Престон тихо хмыкнул, но в этом звуке не было насмешки, а скорее узнаваемое, почти усталое понимание, как будто он уже не раз слышал подобные слова, пусть и не вслух. – Представляю, – сказал он спокойно, не повышая голоса. – Врываться в уже сложившийся коллектив – удовольствие ниже среднего. Особенно когда никто не ждёт твоего появления. А если и ждут, то не с распростёртыми объятиями. Клэр пожала плечами, будто хотела показать, что это пустяк, мелочь, не стоящая внимания. Но тело выдало её раньше: пальцы чуть сильнее сжали лямку рюкзака, а плечи едва заметно напряглись. – Особенно когда ты не просто «новенькая», а новенькая в середине года, – продолжила она, чуть ускорив шаг, словно убегая от собственных слов. – У всех уже свои компании, свои шутки, свои… правила. Правила о которых ты не знаешь. Она сделала короткую паузу, подбирая слово, и тихо усмехнулась. – А ты как будто приходишь на спектакль, где все уже знают роли, кроме тебя. И при этом никто не собирается останавливаться ради того, чтобы ввести тебя в курс дела. Она на секунду замолчала, глядя под ноги, словно там можно было найти более правильные формулировки. Потом добавила тише, почти вполголоса: – И никто не собирается тебе их объяснять. Престон не перебивал. Он даже не пытался вставить что-то ободряющее или «правильное». Просто шёл рядом, давая ей пространство для слов. И, похоже, именно это молчаливое присутствие подталкивало её говорить дальше. – В прошлой школе было по-другому… – Клэр запнулась, словно наступила на невидимую границу. – Там меня… не трогали. Почти. Вообще. Она чуть повела плечом, будто стряхивая неприятное воспоминание. – Сначала это казалось даже удобным. Никаких проблем, никакого внимания, никто не лезет в твои дела, не жизнь, а сказка… Короткая усмешка сорвалась с её губ, но в ней не было радости. – А потом понимаешь, что тебя не трогают, потому что тебя… как будто нет. Слова повисли в воздухе. Несколько секунд они шли молча. Улица постепенно оживала: где-то хлопнула дверь магазина, мимо проехала машина, кто-то торопливо прошёл мимо, не обращая на них внимания. Но между ними возникла своя тишина – плотная, но не давящая. – Здесь же всё иначе, – наконец добавила Клэр, чуть тише, чем раньше. – Тут тебя либо просто замечают… либо замечают слишком сильно. Она невольно поёжилась, словно от сквозняка, которого не было. Престон слегка кивнул, принимая её слова без лишних комментариев. – Золотой середины не существует, да? – негромко произнёс он, скорее как мысль вслух, чем как вопрос. – А жаль, мне бы тоже она не помешала. – Если найдёте – скажите, – буркнула Клэр, чуть насупившись, но без прежней резкости. – Я бы с радостью туда переехала. Желательно навсегда. Он усмехнулся уголком губ, почти незаметно. – К сожалению, таких мест обычно нет. Люди либо лезут в твою жизнь, либо делают вид, что тебя не существует. Редко бывает что-то между… и ещё реже это «между» длится долго. Клэр бросила на него короткий взгляд – быстрый, оценивающий. Но в нём уже не было той скованности, что раньше. – Вы так говорите, будто уже проходили через это. Престон на секунду замедлил шаг. Его взгляд скользнул вперёд, но стало ясно: он смотрит не на дорогу. – Можно и так сказать, – ответил он уклончиво, не вдаваясь в подробности. Внутри тут же отозвался знакомый голос, с привычной насмешкой: – Можно и так сказать»? Серьёзно? Да ты мастер недосказанности. Давай ещё скажи, что у тебя было «не самое простое детство». Вот это будет клишированная фраза. Престон едва заметно поморщился, но внешне никак не отреагировал. Лишь глубже вдохнул, возвращая внимание к реальности. Клэр, к счастью, этого не заметила. Она уже снова утонула в своих мыслях. – Самое сложное – это не уроки, – призналась она после небольшой паузы. – И даже не учителя. Хотя порою они доставляют уйму неудобств. – Да, знакомая картина, – буркнул Престон. Она замялась, будто решая, стоит ли продолжать, но всё же договорила: – А люди, – она чуть замялась вспомнив кое-что. – И не совсем… люди. Престон кивнул почти сразу, без раздумий. – Всегда они. Клэр слегка удивилась такой быстрой реакции. – Вы даже не спросите, что именно я имею в виду? – Не обязательно, – спокойно ответил он. – Обычно под этим подразумевается одно и то же. Формулировки разные, но суть одинаковая. Она прищурилась, словно проверяя его слова на прочность. – И что же? Престон пожал плечами, но голос его остался ровным и уверенным: – Давление. Ожидания. Чужие мнения, которые почему-то становятся важнее собственных. И страх сделать что-то не так… даже когда ты ещё ничего не сделал. Клэр замерла на полушаге. На этот раз она посмотрела на него дольше обычного, не отводя взгляд. – …Да, – тихо сказала она, почти удивлённо. – Примерно так. Она отвернулась, но теперь её шаг стал ровнее, увереннее, будто внутри что-то слегка выпрямилось. – Но я справлюсь, – добавила она уже твёрже, с едва заметным упрямством. – Я всегда справляюсь. Престон посмотрел на неё, и на его лице мелькнуло что-то тёплое, почти одобрительное. Без лишнего пафоса – просто констатация. – В этом я не сомневаюсь. Внутренний голос тут же не удержался: – О, ну конечно. Маленький боец, сильная и независимая. Сейчас ещё мотивационную речь толкни, давай. Вдруг и она пойдёт по твоим стопам? Престон мысленно вздохнул с глубоким раздражением и даже немного с гневом. Ему хотелось грозно взглянуть на своего внутреннего собеседника со стороны осуждающим взглядом. «Лучше бы до никогда не дошло. И тебе не помешало бы помолчать о таких вещах» – Да ладно, ладно, молчу я… ну почти. Он перевёл взгляд обратно на дорогу, будто этим жестом окончательно отгородился от лишних комментариев. – Но знаешь, – добавил он уже вслух, чуть мягче, – справляться в одиночку – не всегда лучший вариант. Клэр чуть нахмурилась, не сразу уловив, к чему он клонит. – В смысле? – В прямом, – он пожал плечами. – Иногда проще, когда есть кто-то, кто может… хотя бы выслушать. Не обязательно помогать. Иногда достаточно просто не быть одному. Она задумалась. На лице отразилась короткая тень сомнения, а затем – воспоминание. В памяти всплыли лица её новых друзей: короткие разговоры, неловкие шутки, редкие, но искренние моменты, когда она не чувствовала себя лишней. Так в последний раз она чувствовала себя у себя в родном доме, с друзьями из весьма небезопасного леса. – У меня есть такие люди, – сказала она спустя пару секунд. – Немного… но есть. – Тогда тебе повезло, – кивнул Престон. – Не у всех есть даже это. И многие понимают это слишком поздно. Клэр тихо хмыкнула, но уже без прежнего напряжения. – Значит, я не совсем безнадёжна. – Я бы так не сказал с самого начала, – спокойно ответил он. Она снова посмотрела на него – и на этот раз уже без прежней настороженности. Взгляд стал мягче, почти открытым. – А что насчёт вас? – А? – Марлоу слегка удивился, будто вопрос застал его врасплох. – Я? А что со мной не так? Клэр на секунду замялась, но всё же продолжила, стараясь говорить ровно: – Вы ведь пришли в эту школу совсем недавно… и, кажется, ни с кем толком не знакомы. Я не видела, чтобы вы общались с другими учителями. И… – она чуть опустила голос, – судя по тому, что вы рассказывали… у вас, похоже, совсем нет друзей. Она подняла на него взгляд – осторожный, но искренний. – Как вы справляетесь? Престон остановился. Просто замер на месте, будто шаг сам по себе оборвался. Его взгляд медленно опустился вниз, на серый асфальт под ногами. Вопрос был простым. Настолько простым, что на него, казалось, можно ответить без раздумий – парой слов, не вдаваясь в детали. Но слова не складывались. Где-то внутри всё будто застряло, спуталось. И он не сразу понял, откуда взялась эта тихая, почти незаметная грусть. – Честно… – начал он, медленно, подбирая каждое слово. – Я и сам не до конца понимаю, как мне удаётся изо дня в день держаться. Он коротко усмехнулся, но без веселья. – И, наверное, ещё меньше понимаю, почему мне так долго везёт справляться с этим… в одиночку. Клэр сразу почувствовала, что задела что-то важное. Что-то, о чём, возможно, не стоило спрашивать. – Оу… – она опустила взгляд, сжав лямку рюкзака. – Простите. Я… не хотела лезть не в своё дело. Мне не стоило спрашивать. – Я не сержусь, – спокойно ответил Престон. – И не обижен. Он на секунду замолчал, будто прислушиваясь к собственным мыслям. – Просто… иногда сам не понимаю, как всё это работает. Его пальцы медленно коснулись бинтов на лице – осторожно, почти невесомо, словно он боялся надавить сильнее, чем нужно. Место по которому где жизнь ударила сильнее всего. – Снаружи всё выглядит… более-менее понятно. Логично даже. – он чуть склонил голову. – Но если посмотреть изнутри… там всё совсем иначе. Короткая пауза. – И, честно говоря, узнав, как оно устроено внутри… мало кто захотел бы оказаться на этом месте. Он замолчал. Тишина между ними растянулась, но не стала неловкой – скорее тяжёлой, наполненной мыслями, которые не так просто выразить словами. Престон ушёл в себя, а Клэр пыталась разобраться в услышанном, словно собирала смысл по кусочкам. – Можно сказать… мы в чём-то похожи, – тихо произнесла она, глядя себе под ноги. – По крайней мере… я тоже не особо вписываюсь. Она чуть сжала губы. – Просто у меня есть друзья. Немного… но есть. А у вас… – она запнулась, – никого. И добавила почти шёпотом: – Это… звучит обидно. Престон негромко вздохнул и выпрямился, будто стряхивая с себя лишние мысли. – Такова жизнь, – сказал он спокойно. – Она не раздаёт близких людей просто так. Их приходится искать. Иногда долго. Иногда… безуспешно. И уже тише, почти неслышно, добавил: – Особенно если ты не самый подходящий кандидат для чьей-то дружбы. Клэр не услышала последних слов. Она была слишком занята своими мыслями. Её взгляд блуждал – то по дороге, то по фигуре учителя. Она замечала, как он чуть ссутулился, как избегает лишних движений, как старается держаться… ровно. Слишком ровно. И это выдавало больше, чем любые слова. «Ему правда одиноко», – мелькнула мысль. И от этого внутри стало как-то… неправильно тихо. Тогда в её голове возникла идея. Спонтанная, странная, возможно, даже глупая. Но в тот момент она показалась единственно правильной. Клэр резко шагнула вперёд, обошла его и остановилась прямо перед ним, преградив дорогу. Престон чуть удивлённо поднял взгляд. А она, собравшись с духом, сказала: – Тогда… может, я стану вашим первым другом в этой школе? Престон замер, словно его на мгновение выбило из привычного ритма. Он смотрел на Клэр сверху вниз, не столько с удивлением, сколько с попыткой осмыслить сказанное. Слова он услышал сразу, но их значение, их вес, всё доходили до него медленно, будто с задержкой. – Ты… щас это серьёзно? – наконец спросил он, чуть нахмурившись, всё ещё не до конца веря, что не ослышался. Клэр в тот же момент растеряла часть своей решимости. Плечи едва заметно опустились, взгляд на секунду метнулся в сторону, но отступать она уже не собиралась – слишком поздно было делать вид, что это была шутка. – Я… ну… да… – она неловко переступила с ноги на ногу, чувствуя, как слова начинают путаться. – В смысле… это звучит странно, да? Я понимаю… Она запнулась, раздражённо выдохнула и сжала лямку рюкзака чуть сильнее, чем нужно, словно пытаясь таким образом удержать себя в руках. – Просто… вы помогли мне. Ну, там… с утра… и вообще… – она замялась, недовольно поморщилась и раздражённо простонала. – Чёрт, я ужасно объясняю, не так ли? Клэр на секунду зажмурилась, будто собираясь с мыслями, а затем снова подняла на него взгляд, но уже более прямой, пусть и всё ещё немного неуверенный. – После всего этого разговора… я не могу просто взять и сделать вид, что ничего не было, понимаете? – сказала она тише, но уже без прежней спешки. – Это было бы… неправильно. Она отвела взгляд, но продолжила, уже медленнее, подбирая слова внимательнее: – Вы сами сказали, что одному не всегда лучше… и я… – она слегка пожала плечами, – подумала, что если это правда, то… почему бы не попробовать? Небольшая пауза повисла между ними, но на этот раз Клэр не спешила её заполнять, позволяя словам «улечься». – К тому же… – добавила она почти шёпотом, – вы немного… похожи на меня. В этом плане. Она неловко усмехнулась, чуть опустив голову. – Только… в более сложной версии… и старее. – Мне ещё нет даже сорока лет, – с ноткой личной обиды Престон повернул голову влево. – Не такой я уж и стар. – Пфр! Да что ты говоришь?! Тебе почти сорок, а ты всё ещё без даже без отношений не говоря о женщинах. «А ты заткнись. Ты вообще младше меня, забыл?» – В моём случае искать логику в возрасте непрофессионально. Клэр, не подозревая о внутреннем конфликте между учителем и непонятно кем ещё, глубоко вдохнула, словно она решилась довести начатое до конца. – В общем… да. Я не хочу просто пройти мимо. Вот и всё. После этих слов она резко подняла руку и вытянула её вперёд, сжав в кулак. Жест получился неуклюжим, почти детским, и от этого ещё более искренним. Престон посмотрел на неё с ещё большим непониманием. – Эм… – она отвела взгляд, чувствуя, как щёки предательски теплеют. – У нас… обычно так делают. Типа… ну… закрепляют договорённость. Всё равно лучше чем давать глупую клятву на мизинцах… как малые дети. Клэр чуть поморщилась, явно недовольная тем, как это звучит. – Можете считать это… официальным предложением дружбы. Наверное. Тишина, повисшая после этого, уже не была просто паузой – она стала чем-то более ощутимым. Престон не двигался. Его взгляд остановился на протянутом кулаке, словно перед ним лежал не просто жест, а выбор, к которому он явно не был готов. Мысли в голове начали наслаиваться одна на другую, перебивая и заглушая сами себя. «Это шутка?...» «Нет… она не выглядит так, будто шутит…» «Дети иногда делают такие вещи… это нормально…» «Но… со мной?» «Это плохая идея. Очень плохая» «Ты уже видел, к чему это приводит» «Люди рядом с тобой…» Он едва заметно сжал челюсть, чувствуя, как внутри поднимается привычное напряжение. «Нет. Лучше сразу остановить это» «Сказать что-нибудь нейтральное. Аккуратно. Не обидеть» «Отшутиться. Или просто отказаться...» Рука Клэр всё ещё оставалась вытянутой, и с каждой секундой её уверенность понемногу таяла. Она начинала сомневаться, хотя и старалась этого не показывать. Внутри Престона уже почти сформировалось решение – привычное, безопасное, отточенное годами: держать дистанцию, не подпускать, не вовлекаться. Не подвергать её жизнь риску. И именно в этот момент вмешался голос. – О, давай. Ну началось. Опять. Престон внутренне поморщился. «Только не сейчас» – Нет, как раз сейчас, – голос стал жёстче, резче обычного. – Ты серьёзно собираешься снова это сделать? «Это разумно» – Это трусость. Он стиснул зубы, но ничего не ответил. – Ты боишься навредить? – продолжил голос, уже без привычной насмешки, но с неприятной прямотой. – Смешно. Ты уже живёшь так, будто вредишь одним своим существованием. Короткая пауза, будто давая словам впитаться. – Посмотри на неё, – добавил он тише, но точнее. – Она не знает всего. Но знает достаточно, чтобы сделать шаг. Даже если она маленькая девочка, чего тебе стоит дружить даже с такой? Ещё одна пауза. И снова твёрдый факт в лицо. – А ты что? Снова убежишь? Престон не ответил, но внутри что-то дрогнуло. – Потеряешь что-то? – усмехнулся голос. – У тебя вообще есть что терять? И это задело. Слишком точно и без возможности отвернуться. Престон медленно выдохнул, будто сбрасывая с себя накопившееся напряжение, и снова посмотрел на её руку – маленький сжатый кулак, протянутый вперёд с такой странной смесью неловкости и решимости. «Я определённо потом буду жалеть об этом…» Он колебался ещё секунду, возможно, дольше, чем стоило. Но затем всё же сделал выбор. Медленно подняв правую руку, он на мгновение замер в нескольких сантиметрах от её кулака, словно проверяя самого себя в последний раз, и только потом лёгким, осторожным движением коснулся его своим. Жест вышел коротким, почти неуверенным, но вполне реальным. – …Ладно, – тихо сказал он. – Попробуем. Клэр на секунду замерла, будто не сразу поверила в произошедшее. А затем её лицо едва заметно оживилось – не яркой эмоцией, а чем-то более сдержанным, но искренним, как будто внутри неё стало немного легче. Она чуть кивнула, словно закрепляя этот момент. – Тогда… договорились. Престон медленно убрал руку, словно опасаясь, что это простое, почти детское действие может вдруг что-то изменить слишком резко. Он всё ещё не до конца понимал, что именно сейчас произошло и к чему это в итоге приведёт, но, что было для него по-настоящему непривычно, он впервые за долгое время не почувствовал острой потребности тут же отстраниться, закрыться или свести всё к шутке. Клэр же, наоборот, выглядела так, будто только что провернула нечто важное – пусть и немного нелепое. – Теперь мы официально друзья… – она посмотрела на него искоса, и в её взгляде мелькнуло озорство, которое раньше скрывалось за тревогой. – Мистер Маршмеллоу. Престон моргнул, явно не ожидав такого поворота. – А?.. – он даже слегка приоткрыл рот от неожиданности. – С каких это пор я… так зовусь? – С тех самых, как вы появились в школе, – усмехнулась Клэр, чуть пожав плечами. – Половина учеников уже так вас называет. Ну вы сами подумайте… вам ведь это подходи-и-ит. Она нарочно протянула последнюю фразу, явно ожидая реакции. – Не не н-неси чепуху… – тут же сбился Престон, и это предательство собственного языка выдало его быстрее, чем любые слова. Он неловко отвернулся, будто надеясь спрятать смущение. – Э-это не так. Клэр не выдержала и улыбнулась шире. Теперь её это уже не пугало – наоборот, в этом было что-то живое. – А вот теперь вы точно волнуетесь, – заметила она с явным удовольствием. – А я-то думала, куда делся тот неуверенный в себе новичок. А он, оказывается, никуда и не уходил. Престон тихо фыркнул, стараясь вернуть себе привычное самообладание, но лёгкое смущение всё ещё цеплялось за голос. – Да ладно тебе, у меня нет проблем с общением с людьми, – буркнул он, чуть нахмурившись. – Просто… не всегда получается сразу наладить контакт. Особенно когда людей много и все смотрят на тебя, будто ты… экспонат. Он замолчал на секунду, словно сам не ожидал, что скажет это вслух, но затем лишь слегка повёл плечом, как будто отмахиваясь от собственных слов. Клэр посмотрела на него внимательнее, но уже без прежнего напряжения, а скорее с тихим пониманием. – Ну… тогда считайте, что у вас уже есть один «успешный контакт», – сказала она чуть мягче, чем раньше. Престон бросил на неё короткий взгляд, и уголок его губ едва заметно дёрнулся вверх и он усмехнулся. – Похоже на то. На этом они остановились и двинулись дальше, но уже в приподнятом настроении. Где-то впереди показалось здание школы. Сначала размытый силуэт, едва проступающий сквозь холодный утренний свет, затем всё более чёткие очертания: ровные линии фасада, тёмные прямоугольники окон, знакомые ворота и дорожка, по которой каждый день проходили десятки учеников. С каждым шагом оно становилось всё реальнее и вместе с этим в воздухе будто появлялось что-то тяжёлое, почти осязаемое. Клэр невольно замедлила шаг. – Ну вот… почти пришли, – тихо пробормотала она. В её голосе снова мелькнула та самая нота в виде смеси готовности и скрытого напряжения, как перед прыжком в холодную воду, когда ты уже решился, но тело всё ещё сопротивляется. Престон это заметил, но ничего не сказал. Он лишь чуть сбавил шаг, подстраиваясь под неё, оставаясь на той же дистанции – не ближе, чем нужно, но и не дальше, чем следует. Его присутствие не давило, но и не исчезало. Иногда этого было достаточно. Одного небольшого внимания к деталям. Подойдя к воротам, Марлоу остановился. Он машинально положил правую руку на грудь, а культю прижал к туловищу, после чего окинул здание коротким, оценивающим взглядом, будто пытался разом охватить всё: стены, окна, вход и то, что его там ждёт. – Ну что? Зайдём внутрь? – спокойно поинтересовался он, не отрывая взгляда от школы. – Я, пожалуй, останусь здесь, – ответила Клэр. В её тоне не было прежней тревоги, но это решение всё равно заставило Престона слегка вопросительно хмыкнуть и повернуть к ней голову. – Уроки ещё не начались, мне некуда спешить, – добавила она, чуть пожав плечами, будто стараясь сделать это решение максимально обыденным. – Ты же вроде хотела пораньше сесть за парту, – напомнил он без упрёка, скорее констатируя факт. Клэр на секунду замялась, взгляд скользнул в сторону, будто она искала подходящие слова. – Теперь уже не хочу… – тихо призналась она, а затем добавила чуть увереннее: – По крайней мере, не в одиночестве. Подожду своих… других друзей. А потом уже вместе с ними зайду. Престон внимательно посмотрел на неё, и этот взгляд был не просто мимолётным. В его голове почти автоматически всплыли два образа: Клэр в начале их встречи напряжённая, скованная, сжатая в себе и Клэр сейчас, стоящая перед ним, всё ещё осторожная, но уже заметно более живая, открытая, способная говорить о своих желаниях вслух. Разница была слишком явной, чтобы её игнорировать. Уголки его губ чуть заметно приподнялись. Он коротко кивнул, словно соглашаясь не только с её словами, но и с тем, что увидел. – Тогда увидимся как-нибудь в свободное время… мой маленький друг, – сказал он чуть мягче, чем обычно, и даже позволил себе лёгкое, почти неуклюжее движение рукой на прощание. Клэр на мгновение застыла, удивлённо моргнув. Одно дело просто понимать, что между ними теперь есть что-то вроде дружбы, и совсем другое услышать это вслух. Но это замешательство длилось всего секунду. Она быстро сменила его на тёплую, искреннюю улыбку и помахала ему в ответ. – Увидимся, мистер Маршмеллоу.

***

Марлоу открыл дверь и шагнул внутрь. Перед ним вновь раскинулся знакомый школьный коридор – длинный, пустой, словно вымерший. Тишина здесь была почти неестественной, будто здание затаило дыхание. Потолочные лампы оставались выключенными, и мягкий утренний свет, просачивающийся через окна в конце коридора, лишь подчёркивал эту странную, не нарушаемую пустоту. Он на секунду задержался у входа, прислушиваясь. Ни шагов, ни голосов, ни далёкого шума классов – ничего. – Итак… – негромко произнёс Престон. – Посмотрим на кое-что важное. То, что я умудрился пропустить, – последнее было сказано с скрытым недовольством. Он направился к левой стене и остановился перед большой схемой школы. Взгляд сразу зацепился за чёткие линии и аккуратные обозначения: коридоры, кабинеты, подсобные помещения, хранилища, всё было разложено по полочкам, вплоть до мельчайших деталей. Более того, схема охватывала не один этаж, а все три, что значительно упрощало ориентацию. Престон слегка наклонил голову, внимательно вглядываясь. – Как я вообще мог это пропустить?.. – пробормотал он себе под нос. Мысль неприятно кольнула. Карта ведь висела прямо у входа и он должен был видеть её. И в первый день, когда только пришёл сюда, и потом, когда выходил. Вчера – тоже. Он даже помнил, что собирался подойти к ней после уроков, но в итоге просто забыл. Словно что-то постоянно уводило его внимание в сторону не понарошку. И вот теперь, только на третий день, он наконец стоял перед ней, разглядывая её целиком, вдумчиво, почти скрупулёзно, стараясь запомнить расположение ключевых мест даже если их ему показали вчера. Но закрепить знания лишним не будет. – И вроде всё сходится, но… Палец правой руки медленно скользнул по схеме, повторяя предполагаемый маршрут. – Только вот… я всё никак не нахожу комнату Алисы, – тихо произнёс он, нахмурившись. Он ткнул в один из коридоров, затем провёл линию дальше, словно прокладывая путь в памяти. – Странно… – продолжил он, уже чуть напряжённее. – В первый раз я наткнулся на эту дверь, когда свернул вправо от кабинета директора. Это я помню чётко. А вчера… я оказался вообще с другой стороны. Там просто не было прохода, который вёл бы в тот короткий коридор. Палец замер на том самом месте где всё и началось. – Как так получилось?.. Он отступил на шаг, скрестив руку на груди, и на секунду прикрыл глаз, прокручивая в голове возможные объяснения. Самое простое – ошибка. Память подвела, как это бывает со всеми. Мог перепутать поворот, додумать лишнее, соединить несвязанные детали. Это нормально для всех. Второй вариант – он просто неправильно выстроил маршрут. В первые дни он действительно плохо ориентировался в школе, постоянно путался в коридорах, сбивался с пути. Логично было бы списать всё на это. Но… Престон медленно открыл глаз и снова посмотрел на схему. …что-то в этом не сходилось. Слишком уж чётко он помнил ту дверь. Не просто как абстрактное воспоминание, а как конкретное место, с ощущением пространства вокруг, с направлением, с поворотом. Такие вещи не возникают из ниоткуда и всё же они откуда-то взялись. Логика настойчиво подсказывала: «Ты ошибаешься». Но другая часть – более холодная, выработанная годами – тихо возражала: «Слишком много несостыковок для простой ошибки». Но главный вопрос оставался открытым. – И всё же… почему её здесь нет? – почти шёпотом произнёс он. – Комната Алисы… будто её вообще не существует. Он ещё раз пробежался взглядом по схеме, словно надеясь, что упустил какую-то мелочь, но карта оставалась неизменной, чёткой, логичной… и при этом неполной. Не хватало одного куска, места из которого можно было бы попасть в коридор ведущий в её комнату. Не помогало и то, что сам Престон не знал точного маршрута к синей двери. Предыдущие разы были чистой случайностью когда он отвлекался. – Неужели её действительно… прячут? – мелькнула мысль. Престон отступил от стены, бросив на карту последний, чуть более долгий взгляд, после чего развернулся и двинулся дальше по коридору. Ему незачем было гадать что где и почему находится, это было не его дело, никто не давал ему право, тем более он сам ясно выразился, что не собирается вовлекаться в подобное. Однако отпускать всё на самотёк он не собирается. Медленно, но верно он попытается если не разгадать загадку, то хотя бы приблизиться хоть на шаг ближе к истине. Но это потом, не сейчас, а пока можно расслабиться в тишине и спокойствии. Престон шёл дальше по коридору, всё ещё погружённый в свои мысли. В голове по-прежнему крутилась схема школы, странная «пропажа» комнаты и все те несостыковки, которые никак не хотели складываться в логичную картину и тем более уходить из головы. И именно поэтому он не заметил, как под его ботинком что-то предательски скользнуло. Лёгкий звук, почти как шёпот трения, и нога резко поехала вперёд. – А? – Престон удивлённо посмотрел вниз. Реакция запоздала буквально на долю секунды. И этого хватило сполна. Вторая нога попыталась компенсировать движение… и тут же поехала в другую сторону. – О нет-нет-нет, только не это… Престон резко выпрямился, раскинув руку в сторону, словно это могло каким-то образом восстановить баланс. Его обычно сдержанные движения вдруг стали резкими, почти хаотичными. Он попытался сделать шаг назад – плохая идея. Ботинок снова скользнул, и теперь его корпус накренился уже вперёд. – Спокойно… сейчас всё исправим… – пробормотал он, явно пытаясь убедить в этом больше себя, чем ситуацию. – Давай-ка просто прижмёмся к стене и уже от неё и оттолкнёмся. Он дёрнулся к стене с протянутой рукой. Но сильно промахнулся. В надежде попытался схватиться за воздух что, очевидно, не помогло. – Да из чего этот пол вообще сделан? – он посмотрел вниз и увидел как весь пол был не просто мокрым, на неё в принципе не было сухого места. Вода растеклась по нём как большая лужа и было даже слышно как она колышется от движений мужчины. – Зачем тут столько воды разливать? Марлоу попытался ещё раз вывести себя из центра этой ловушки путём резкого смещения своих ног с нынешнец позиции вперёд. Как итог – его длинная фигура на секунду застыла в крайне сомнительном равновесии: одна нога уехала вперёд, вторая куда-то в сторону, корпус наклонён, рука вытянута, а пальцы судорожно ищут хоть какую-то опору. Со стороны это выглядело так, будто он пытается исполнить крайне неудачный танцевальный номер. Тем более выйдя на лёд без коньков. Престон тяжёло вздохнул. – Так, ладно… план Б… Только вот никакого именно плана «Б» у него не было, он блефовал лишь бы не упасть ещё ниже в своих глазах… или точнее сказать в одном глазу. Но он всё равно попытался развернуться корпусом, надеясь хотя бы сесть или сгруппироваться. Но в итоге это только ухудшило ситуацию до точки невозврата. – План Б отменяется! – ноги бежали на месте в попытке не дать телу упасть вниз. Но и тут он просчитался и не рассчитал силу в ногах. Он резко заскользил уже всей поверхностью подошвы, и на этот раз движение было не просто неловким, оно было стремительным и совершенно неконтролируемым. – Да вы издеваетесь… Теперь он действительно падал. Причём не просто падал, а медленно, неотвратимо наклонялся вперёд, прекрасно осознавая, что остановить это уже не получится. Даже используя руку он понимает, что не сможет удержать столь громадное тело. И, что хуже всего – это осознавание того, насколько глупо это выглядит. «Вот так… да? После всего? Пол меня победил…» Но в самый последний момент что-то резко упёрлось ему поперёк груди. Движение оборвалось. Престон замер в наклонённом положении, моргнул, явно не сразу понимая, что произошло. – …Э? Только сейчас он почувствовал давление как длинный, твёрдый предмет, удерживающий его от встречи с полом. Швабра… Самая обычная, ничем не примечательная швабра. Но тем не менее она, если можно сказать, «спасла» его положение. «Серьёзно?» – Престон выгнул бровь. Не успел он толком осмыслить ситуацию, как эта самая швабра уверенно надавила сильнее, отталкивая его назад. Его ботинки ещё пару раз предательски скользнули, но в итоге он был аккуратно, хоть и слегка нелепо, вытолкнут из мокрой зоны на сухой участок пола. Престон, наконец, восстановил равновесие, тяжело выдохнул и несколько секунд просто стоял, приходя в себя. А затем медленно посмотрел вниз. Потом – вперёд. И только после этого, с едва заметным раздражением и каплей уязвлённого достоинства, пробормотал: – …Это было унизительно. Позади послышался негромкий скрип влажной тряпки по полу и ленивое шарканье. – Да, так и есть. Самое настоящее унижение посреди белого дня, – спокойно подтвердил чей-то голос, в котором слышалась лёгкая усмешка. Престон чуть повернул голову, а затем обернулся полностью и уже внимательнее. У стены, в нескольких шагах от мокрого участка, стоял человек, которого он попросту не заметил раньше. Не потому что тот «возник из ниоткуда», а потому что был слишком органичной частью происходящего: тихо работал, двигался без лишнего шума, сливался с этим утренним, почти пустым пространством. В руках у него была та самая швабра, которой он только что остановил падение Престона. Длинная рукоять опиралась на пол, а сам он слегка навалился на неё, наблюдая за ситуацией с выражением спокойного, почти профессионального интереса. Уже этих деталей было достаточно чтобы опознать его. – Я так полагаю… – начал Престон, оглядывая его с головы до ног. – Вы мистер Грей? – Собственной персоной, – ответил мужчина, чуть кивнув. На вид он был значительно моложе, чем ожидал Престон, и заметно ниже, он едва доходил ему до груди. Телосложение у него было худощавое, без намёка на силу, но в движениях читалась уверенность и привычка к физической работе. «Недооценивать его точно не стоит…» – мелькнула мысль у Престона. – «Он только что остановил мою тушу этой шваброй. И сделал это так, будто это часть обычного рабочего дня» Уборщик выглядел соответствующе своей профессии, но с характерными деталями. На нём была рабочая форма, когда-то, вероятно, аккуратная, но теперь уже давно потерявшая первоначальный вид: ткань местами потёрта, местами потемневшая от воды и моющих средств, на рукавах были разводы, пятна, следы старой грязи, которые уже не отстирываются. А может от них и вовсе не пытаются избавиться зная что они неизбежно вернутся. На руках плотные перчатки, тоже не первой свежести, покрытые пылью, остатками грязи и чем-то, что лучше было не идентифицировать. Голову прикрывала синяя кепка, заметно мятая и тоже не избежавшая участи всей остальной экипировки: на ней виднелись пятна, следы пыли, будто её снимали только в крайних случаях. Из-под неё выбивались длинные чёрные волосы, собранные в хвост, но не полностью, а как отдельные пряди упрямо торчали по бокам, придавая ему слегка растрёпанный вид. Лицо было открытым, но тоже не идеально чистым, тут и там лёгкие следы грязи, которые он, судя по всему, уже давно перестал замечать или делает вид будто не видит. Тёмные глаза смотрели внимательно, с лёгкой насмешкой, но без злобы. На груди формы виднелся школьный знак в виде листа клёна, слегка потёртый, но всё ещё различимый. – Ну и ну… – протянул уборщик, даже тихо присвистнув, оглядывая Престона снизу вверх. – Приятель, чем тебя вообще кормили? Быком в сыром виде или ты всё-таки иногда овощи ешь? – Ем и то и другое. В меру, – коротко ответил Марлоу. – В меру? – переспросил тот, прищурившись. – Да ты, наверное, за день съедаешь столько же, сколько я вешу. Серьёзно, какой у тебя рост? – Всего-то двести семьдесят три сантиметра, – пожал плечами Престон. – По сравнению с некоторыми… не так уж и много. – Угу, – протянул Грей. – Только вот они все полулюди, а ты, похоже, единственный человек среди них… и при этом выглядишь так, будто некоторых из них можешь вместе взятых в карман сложить. Престон слегка поморщился. Он не любил когда кто-то так открыто обсуждает его рост. Не потому что он себе не нравился, а потому что это привлекало к нему излишнее внимание которое он старался не привлекать. – Может… сменим тему? – сказал он спокойно, стараясь не звучать грубо. Уборщик на мгновение замер, словно осознал, что перегнул. Его рука, которой он уже собирался продолжить жестикулировать, застыла в воздухе, а затем медленно опустилась. – Ага… понял, – он неловко почесал щёку прямо в перчатке, тут же оставив на коже новый след грязи. – Извини, что-то меня понесло. Бывает. Я иногда… говорю быстрее, чем думаю. Он выдохнул, будто стряхивая неловкость, и затем протянул руку для рукопожатия. Жест был искренним… но перчатка, покрытая пылью, разводами и бог знает чем ещё, явно не делала его самым привлекательным вариантом для приветствия. Сам уборщик, кажется, тоже это понял если судить по взгляду который на секунду скользнул по собственной руке. Но отступать было уже поздно.Престон, впрочем, не колебался. Он спокойно протянул свою руку и сжал его ладонь. – Престон. Престон Марлоу. Новый учитель физкультуры. – Аарон. Аарон Грей, – ответил тот, чуть оживившись. – Единственный и неповторимый уборщик во всей этой школе. Он усмехнулся, и в этой фразе была доля шутки… и доля правды. Рукопожатие длилось недолго, после чего Грей снова перехватил швабру и, привычным движением, вернулся к работе, не прерывая разговор. – Так значит… – он сложил руки на рукояти швабры и на секунду опёрся на неё подбородком, глядя на Престона снизу вверх, – ты тот самый человек среди всей этой компании полулюдей, который вчера устроил небольшой переполох? Это звучало скорее как утверждение, чем вопрос. – Мда… – Престон слегка замялся. – Хотя я бы предпочёл, чтобы моё появление было не таким… заметным. – Понимаю, – кивнул Аарон и снова принялся водить шваброй по полу, ловко обходя те места, где недавно чуть не разбился его собеседник. – Когда я сюда устроился, меня, наоборот, почти не заметили. Ни тебе ажиотажа, ни косых взглядов, вообще ничего. Моё представление как будто можно было вообще отменить и сразу поставить на рабочее место. Он усмехнулся, но уже тише. – Тогда мне казалось, что это плохо. Что я либо никому не нужен, либо произвёл слишком слабое впечатление. Даже переживал по этому поводу, представляешь? Он сделал ещё одно движение шваброй, аккуратно собирая остатки влаги. – А потом, спустя время, до меня дошло, что мне, наоборот, крупно повезло. Быть подальше от центра событий в этом месте… – он на секунду поднял взгляд на Престона, – это, знаешь ли, та ещё привилегия. – Говорите так, будто это место поле боя, а не школа, – заметил Престон, чуть приподняв бровь. Аарон резко замер. Швабра в его руках остановилась, больше не разгоняя по плитке мутные разводы воды, и на мгновение в коридоре повисла странная, почти настороженная тишина. Однако пауза продлилась всего пару секунд. Затем он как ни в чём не бывало продолжил работу, будто ничего и не произошло. – Что ж… – протянул он, слегка покачав головой. – За всё время, что я тут вкалываю, могу сказать одно: объём работы здесь такой, будто я не в школе, а на каком-нибудь полигоне после учений. Или сразу после них. Он тихо усмехнулся собственным словам, но в этой усмешке было больше усталой правды, чем шутки. – Так что, если подумать, твои слова не так уж далеки от истины. Престон провёл взглядом по длинному коридору, затем чуть упёрся рукой в бок, словно прикидывая масштаб. – Даже представить не могу, как можно в одиночку обслуживать всё это, – признался он. – Я только вчера разобрался, где что находится, и то с трудом. А сегодня уже снова чувствую себя так, будто ничего не запомнил. Слишком уж всё тут… большое. Он ненадолго замолчал, затем снова перевёл взгляд на Аарона. – И при этом здесь чисто. Не идеально, но… заметно, что за этим следят. Так что у меня возникает только один вопрос. – он сдела небольшую паузу. – Как? Аарон не ответил сразу. Вместо этого он молча довёл швабру до ведра, с характерным скрипом выжал тряпку, затем опустил её в воду и начал промывать. Движения были резкими, почти механическими, как будто он делал это уже тысячи раз. Вода плеснула о стенки ведра, раздался глухой «плюх», и только после этого он снова провёл шваброй по полу. Лишь закончив этот короткий ритуал, он будто вспомнил о вопросе. – На первый взгляд это и правда кажется чем-то… странным, – наконец сказал он. – Даже невозможным. По крайней мере для человека. Он слегка повернул голову в сторону Престона. – Но, к счастью или к сожалению, я под это определение не совсем подхожу. А потому такие задачки для меня не то чтобы лёгкая прогулка, но и не что-то запредельное. Престон чуть напрягся, уловив смысл. – То есть… вы не человек? – осторожно уточнил он. Аарон тихо хмыкнул. – Приятель, если ты надеялся найти здесь ещё одного «своего», то спешу разочаровать, – сказал он без злобы, но прямо. – Я не человек. Но и не зверь какой-нибудь, если тебе от этого легче. Просто… что-то между. Или рядом. Сам до конца не определился. – он пожал плечами, будто это не имело особого значения. – Скажем так: выгляжу я как человек, но будь я им на самом деле, то вряд ли бы справился с этой работой в одиночку. – …Понятно, – коротко ответил Престон, едва заметно опустив взгляд. Он не стал развивать тему, но внутри всё равно неприятно кольнуло. «Значит, я опять… один», – мелькнула мысль, почти автоматически. – Кстати, – вдруг оживился Аарон, будто вспомнил что-то важное, – я ведь хотел тебя поблагодарить. Пока не забыл, за что именно. Престон удивлённо посмотрел на него. – Меня? За что? – Я вчера заглянул в спортзал после уроков, – начал Аарон, продолжая водить шваброй, но уже чуть ленивее. – Обычно туда не суюсь каждый день, иначе с ума сойти можно. Ученики и учителя умудряются оставлять после себя такое… что хоть в химзащите заходи. Он на секунду поморщился, явно вспомнив что-то не самое приятное. – И вот захожу я, значит… а там чисто. Пол вымыт, окна хоть немного, но протёрты, липкости под ногами нет… Он резко остановился и с отвращением скривился, прижав кулак ко рту. – И запаха меньше. А это уже, поверь, почти чудо. Престон чуть неловко отвёл взгляд. – Решил привести всё в порядок после урока, – спокойно ответил он. – Раз уж теперь это моя зона ответственности. – И правильно сделал, – кивнул Аарон. – Серьёзно, ты мне тогда прилично упростил жизнь. Да, я всё равно прошёлся там потом, но это заняло куда меньше времени и нервов. – он бросил на него быстрый взгляд. – Так что спасибо. – Постараюсь и дальше держать его в таком состоянии, – кивнул Престон. – Всё-таки это часть моей работы. – Вот это настрой, – одобрительно хмыкнул Аарон. – Мне нравится. Он выпрямился, слегка потянувшись, затем добавил уже с привычной полу-шутливой серьёзностью: – Главное – не устраивай катастроф без причины и не взрывай женские писсуары. Тогда точно поладим. Престон на секунду завис, явно не зная, как реагировать. – …Я… постараюсь? – неуверенно выдал он. – Отлично, договорились, – невозмутимо кивнул Аарон, будто это был самый нормальный пункт в списке. Он снова взялся за швабру, затем, словно вспомнив ещё кое-что, бросил взгляд через плечо: – Кстати, а ты вообще куда шёл? Или просто решил устроить утреннюю экскурсию с элементами акробатики? – Скорее второе, – сухо ответил Престон. – Сегодня у меня нет уроков. Мисс Грейс предложила… получше познакомиться со школой. Он на секунду замялся, будто не хотел произносить то слово которое последует дальше. – Назвала это «интеграцией». Аарон тихо усмехнулся. – Ну, она не прогадала. Теперь ты, считай, официально познакомился с лучшим уборщиком в этом заведении. Он отложил швабру и подошёл к своей тележке – старой, скрипучей, на маленьких разболтанных колёсах, но забитой всем необходимым: тряпками, бутылками с химией, щётками и прочими инструментами. Выудив оттуда небольшую тряпку, он присел и начал сосредоточенно оттирать упрямое пятно на плитке. – И это я говорю не потому, что я тут один, – добавил он, подняв вверх указательный палец. – А потому что работаю безупречно. – он кивнул сам себе, явно довольный этим утверждением. – У меня, между прочим, даже есть своя комната. С табличкой, да не простоц, а именной. Он бросил на Престона быстрый взгляд. – Где ты ещё видел, чтобы у уборщика была собственная комната, а? Престон невольно усмехнулся. – Честно говоря, именно по этой табличке я и узнал, как вас зовут. – Вот видишь! – с искренним воодушевлением воскликнул Аарон, даже на секунду отвлёкшись от пятна. – Значит, моя слава идёт впереди меня. Он довольно кивнул и снова вернулся к работе. – Даже те, кто меня не встречал, уже в курсе. Прогресс, по-другому не назовёшь. Оба мужчины негромко рассмеялись, и этот короткий смех неожиданно разрядил обстановку. Аарон машинально поправил свою помятую кепку, сдвинув её чуть выше, и тут же вернулся к работе, снова сосредоточившись на упрямом пятне. – Что ж, будем считать, что наше знакомство официально состоялось, – сказал он, не отрываясь от пола. – Я бы с удовольствием поболтал с тобой ещё, но, увы, сегодня у меня намечается очередной «праздник чистоты». – И на том спасибо, – кивнул Престон. – И за это тоже… ну, за то, что не дали мне так глупо впечататься лицом в пол. – Да не за что, – отмахнулся Аарон. – Вообще-то я должен был поставить предупреждающий знак или хотя бы крикнуть что-нибудь вроде «осторожно, скользко!», особенно для новичков. Просто запомни: если видишь столько воды, да ещё с мыльным раствором, значит, это не просто так. Иначе такую площадь нормально не отмыть. Он усилил нажим, принявшись тереть пятно с большим усердием. Движения стали резче, быстрее, тряпка скользила по плитке с характерным шорохом, но результат оставался прежним – тёмное пятнышко будто намеренно не желало исчезать. Аарон тяжело выдохнул и, почти неосознанно, тихо пробормотал: – Есть пятна, от которых избавиться куда сложнее, чем любые другие. – О каких пятнах речь? – невзначай поинтересовался Престон, склонив голову набок. «Будь я проклят…» – мысленно выругался Аарон, на секунду замерев. – «Опять не уследил за языком». Он быстро взял себя в руки и повернулся к собеседнику, указывая на пол: – Да обычные, бытовые. Есть такие упрямые, которые не сходят, как ни старайся. Приходится возиться с ними дольше остальных, чуть ли не вручную отдирать. – Понятно, – кивнул Престон. – Тогда, может, стоит воспользоваться каким-нибудь очистителем или чем-то подобным? Аарон усмехнулся, не злобно, скорее с лёгкой иронией. Забавно было слышать советы по уборке от человека, который сам только что чуть не разложился на мокром полу. Но в голосе Престона не было ни насмешки, ни поучения, а лишь искреннее желание помочь. – Да, ты прав, без химии тут не обойтись, – согласился он. – Но сначала лучше убрать лишнюю воду. А то вдруг мне снова придётся кого-нибудь вытаскивать из «зоны повышенного риска». – Логично, – коротко отозвался Престон и, махнув рукой, развернулся. – Ладно, не буду отвлекать. Удачного дня. – И тебе не поскользнуться! – крикнул ему вслед Аарон, уже направляясь к тележке. Он начал перебирать её содержимое, отодвигая бутылки и тряпки. – Так… а растворитель где?.. – пробормотал он, всё быстрее перебирая вещи. – Да вы издеваетесь… Опять идти к себе через эти коридоры, которые, кажется, живут своей жизнью и меняют расположение, когда им вздумается! Престон резко остановился. Слова прозвучали уборщика почти буднично, но в его голове они щёлкнули, словно спусковой крючок. Что-то в них зацепило: ни логикой, ни здравым смыслом, а чем-то глубже, почти интуитивным. Он медленно опустил взгляд на пол, затем так же медленно поднял его, уже внимательнее всматриваясь в окружающее пространство. Лицо его стало серьёзным, сосредоточенным, будто он пытался собрать воедино разрозненные куски пазла. – Меняют своё положение… – тихо повторил он себе под нос. – Но может ли это быть… правдой? Идея звучала нелепо, почти абсурдно. У него не было ни доказательств, ни чётких оснований, а лишь смутное ощущение, что что-то здесь не так. Любая здравая логика требовала отбросить подобные мысли как фантазию. Но с другой стороны… много ли он знал об этом месте, чтобы так уверенно отрицать даже самые странные версии? Мысль повисла в сознании, не находя ни подтверждения, ни опровержения. «Потом», – одёрнул он себя. – «Сейчас не время. У меня в планах есть дела поважнее» – А планы податься в балерины у тебя случайно не появились? – язвительно отозвался внутренний голос. Престон тяжело вздохнул, прикрыл глаза и устало провёл ладонью по лицу. – Да, конечно, – пробормотал он вполголоса. – Сразу после того, как научусь не падать на ровном месте.