Мы ведь уже встречались

Утро выдалось… помятым. Другого слова эльфийка подобрать не могла. Сон выбил из неё все силы ещё до пробуждения. Мокрое пятно слёз на подушке раздражало, руки не слушались, глаза слипались обратно. Прохладный весенний воздух, льющийся из открытого окна, ни капли не бодрил, а лишь подгонял в сборах. Корсет, затянутый служанками на совесть, мешал дышать. И разве что штаны, которые обычно носить царевнам было нельзя, и удобные сапоги хоть как‑то скрашивали неприятную обстановку. Сопровождать Селлин вызвались несколько воительниц. Уехать полагалось до пробуждения дома. Смело шагнув по внутреннему двору, царевна глубоко вдохнула: три дня пути она воспринимала как небольшое путешествие. После смерти Дайре отец перестал выезжать с дочерьми даже в охотничьи дома, хотя раньше они проводили там много времени в весенние и летние месяцы. За окном экипажа стали мелькать сначала дома, потом деревья, и, наконец, голубые глаза сомкнулись. Воздух раннего утра сморил молодую царевну. После вчерашнего разговора с матерью Локи ещё не раз мысленно к нему возвращался. — Прошу оставить меня наедине с сыном. Тон Фригг не обещал ничего хорошего. Фрейлины тут же, по одной, неспешно и тихо стали покидать зал библиотеки. — Я думала, ребёнок, выращенный мной, будет более обходителен, мягок, кроток, сдержан. И что я вижу? Прекраснейшего мужчину с неукротимым нравом и ледяным сердцем. Чем эта девушка заслужила такое твоё отношение? — Вы на её стороне? — Локи вымученно поморщился, словно от головной боли. — Она моя невеста и должна… Фригг незамедлительно оборвала сына. — Я на стороне здравого смысла. Она в первую очередь — равная тебе по статусу, живая девушка, а не глупая кукла, не деревенская девчонка и не дорожная распутница. Ваш союз угнетает не лишь тебя одного: этой девушке придётся покинуть родной дом, перенять асгардские нравы и порядки. Я ожидаю от неё если не любви, то уважения к тебе как минимум, но это не значит, что ты не должен выказывать его ответно. Сейчас же я то и дело вижу, что она пытается скрыться от тебя, как от огня. Я не хочу разочаровываться в собственном сыне. С её губ не слетело то самое: «Снова». Но оно прозвучало в голове царевича, даже несмотря на то, что сама царица ничего подобного не имела в виду. — Вы правы, этот брак угнетает не меня одного. И я правда ей сочувствую, что она связана со мной, но помочь ничем не могу. Тем более каждый раз, когда Её Высочество старается выказать своё недовольство, я не могу остаться в стороне. Право, она даже очаровательна в своей злобе. Но я обещаю впредь быть сдержаннее. — И извиниться, — Фригг пытливо посмотрела на сына. — И извиниться за столь бестактное поведение. Письма, приложенного к свадебному платью, будет достаточно? Было видно, как царица обдумывает предложенный вариант, и, видимо, решив, что в письме сын сможет быть более красноречивым, мягко кивнула. Сейчас же, сидя над наброском платья, царевич вспомнил, как своевольница пришла на помолвку в альвхеймском наряде. Линии вырисовывались словно сами собой. Портным определённо придётся постараться и уложиться в такие сжатые сроки. О причинах нарушения альвхеймских традиций Локи мог только догадываться. Фрейр, с его удивительной щепетильностью в вопросах соблюдения порядков, слишком быстро сдался. И, исходя из реакции маленькой царевны, было абсолютно понятно, что она тоже не знает причин спешки. Так или иначе, мысли всё время возвращались к эльфийке. Кажется, она и вовсе не помнила его — это было не менее удивительно. В воспоминаниях вспыхнула их первая встреча. Босоногая, в светлом платье выше щиколотки, она стояла на большом столе в библиотеке и тянулась за какой‑то книгой. — Эй! Ты кто такая? Проворная шалунья тут же обернулась, смешно выпучив глаза. — Я кто? Это ты кто? И как ты разговариваешь со мной! Немедленно представься. Опешивший мальчишка насупился и сложил руки на груди. Что эта маленькая хамка себе позволяет? Явилась, понимаешь, в его дом, крадёт его книги, ещё и пытается отчитать, словно равная ему. — Я, между прочим, младший царевич Асгарда, Локи. А вот ты кто и зачем воруешь в нашей библиотеке? Сейчас позову стражу и прикажу выпороть тебя розгами! Голубые глаза напротив тут испуганно моргнули. Девчонка спрыгнула со стола и в мгновение ока оказалась совсем близко к Локи. — Не надо розгами! Я — Селлин, младшая царевна Альвхейма, между прочим. И ничего я не крала! Мы тут в гостях, и царица сказала, что я могу брать что хочу. — Что‑то не похожа ты на царевну, и почему босиком? При ближайшем рассмотрении первое, что кинулось в глаза, были… уши. Пара заострённых, но милых ушек; потом были красивые, чуть вьющиеся белокурые волосы до пояса. От девочки словно исходило сияние. Она была совсем немного младше и заметно ниже. — Ой, они застряли там. В саду вашем, на дереве! Пойдём скорее, поможешь их мне достать! О причинах такого странного местонахождения обуви младший царевич не успел осведомиться: Селлин уже во всю прыть пустилась прочь из библиотеки.