Часть 4 Ночные разговоры

Ночь в академии Шрек была тихой. Слишком тихой. Юхао лежал на своей кровати в общежитии, уставившись в потолок. Его соседи по комнате давно спали, их ровное дыхание заполняло темноту. Но сон не шёл к нему. Его мысли постоянно возвращались к тому моменту. К её лицу. К тому, как её щёки окрасились розовым, когда он сказал, что она красивая. К тому, как она убежала, словно испугавшись собственных чувств. “Я обидел её? Или... что-то другое?” Юхао вздохнул и сел. Сон явно не придёт сегодня. Может быть, медитация поможет успокоить разум. Он скрестил ноги в позе лотоса и закрыл глаза, позволяя своему сознанию погрузиться в духовное море. Ледяные просторы встретили его привычным холодом. Но на этот раз атмосфера была... другой. Не такой враждебной. Почти... задумчивой. Юхао прошёл несколько шагов по замёрзшей земле, намереваясь просто посидеть где-нибудь в одиночестве, когда— — Почему ты не спишь? Он вздрогнул и обернулся. Бин Бин стояла в нескольких метрах от него, материализованная в человеческой форме. Её нефритово-зелёные волосы развевались на невидимом ветру, ледяные глаза смотрели на него с привычной холодностью. Но в её позе было что-то... менее напряжённое, чем раньше. — Ты мешаешь мне, — добавила она, скрестив руки. — Твои мысли слишком громкие. — Прости, — Юхао потёр затылок виноватым жестом. — Просто... много думаю. Не могу заснуть. Бин Бин смотрела на него долгое мгновение, затем, к его удивлению, медленно подошла и села на ледяной камень неподалёку. Не рядом — между ними оставалось добрых три метра — но это был первый раз, когда она сама приблизилась к нему. — О чём? — холодно спросила она, но в её голосе была нотка... любопытства? Юхао колебался. Говорить о своих чувствах, о своих страхах было непривычно. Но что-то в ночной тишине духовного моря, что-то в её присутствии делало это... проще. — О матери, — тихо сказал он, садясь на землю. — О том, что я обещал ей. Бин Бин не ответила, просто ждала. — Она умерла, когда мне было десять, — продолжил Юхао, его голос стал тише. — Моя мать. Единственный человек, который когда-либо любил меня. Она работала до изнеможения, пытаясь прокормить нас обоих. А я... я был бесполезен. Слабый. Ненужный. Его руки сжались в кулаки. — Перед смертью она сказала мне... сказала, чтобы я стал сильным. Чтобы доказал всем, что я не просто бесполезный ребёнок от презренного слуги. Я обещал ей. Обещал, что стану кем-то. Что она сможет гордиться мной. Молчание повисло в воздухе. — Глупое обещание, — наконец сказала Бин Бин. Юхао поднял голову, готовясь к резкому комментарию, но её лицо было... задумчивым. — Она мертва, — продолжила Бин Бин. — Она не узнает, станешь ты сильным или нет. Это обещание... только для тебя самого. — Знаю, — тихо признал Юхао. — Но это всё, что у меня осталось от неё. Это обещание. Эта мечта. Если я откажусь от неё... — Тогда ты откажешься от последней связи с ней, — закончила Бин Бин. Юхао кивнул, удивлённый, что она поняла. Бин Бин смотрела на него долгое мгновение, затем медленно отвернулась, глядя на бесконечные ледяные просторы своего домена. — Я понимаю, — тихо сказала она. — Больше, чем ты думаешь. Юхао осторожно поднял взгляд. — А ты? — он спросил, его голос был мягким, не настойчивым. — У тебя была семья в Крайнем Севере? Бин Бин застыла. Долгая пауза растянулась между ними. Юхао уже решил, что она не ответит, когда— — ...Да. Её голос был настолько тихим, что он едва его услышал. — Снежная Императрица. Сюэ Ди. Мы... названные сёстры. Юхао не перебивал, боясь разорвать момент. Бин Бин подняла руку, и в воздухе материализовалась иллюзия — бескрайние ледяные просторы, простирающиеся до горизонта. Северное сияние танцевало в небе, окрашивая всё в переливающиеся оттенки зелёного и синего. Это был Крайний Север. Её дом. — Я встретила её триста тысяч лет назад, — продолжила Бин Бин, глядя на иллюзию. — Я была молода тогда. Всего сто тысяч лет культивации. Гордая. Самоуверенная. Я думала, что могу бросить вызов любому в Крайнем Севере. Слабая улыбка тронула её губы — ностальгическая, почти печальная. — Сюэ Ди показала мне, насколько я была неправа. Она победила меня одним взмахом руки. Но вместо того, чтобы убить меня, как я того заслуживала... она предложила мне дружбу. — Почему? — тихо спросил Юхао. — Она сказала... что видит в моих глазах одиночество, — Бин Бин коснулась своей груди, словно вспоминая старую боль. — Что узнаёт его, потому что сама одинока. В Крайнем Севере... сила означает изоляцию. Чем сильнее ты становишься, тем меньше существ могут стоять рядом с тобой как равные. Иллюзия изменилась, показывая две фигуры — одна белоснежная и величественная, другая зелёная и грациозная — стоящие бок о бок на вершине ледяной горы. — Мы стали сёстрами, — продолжила Бин Бин. — Правили Крайним Севером вместе. Она — Снежная Императрица, я — Ледяная Императрица. Вместе мы были непобедимы. Никто не осмеливался бросить нам вызов. Её голос был наполнен гордостью, но под ней проступала боль. — В Крайнем Севере... у нас было всё. Власть. Территория. Уважение. У нас была... семья. — Ты скучаешь по ней, — тихо сказал Юхао. Это не был вопрос. Бин Бин закрыла глаза, и иллюзия медленно растаяла. — ...Каждый день. Молчание снова опустилось на них. Но на этот раз оно было другим. Не неловким. Не напряжённым. Просто... тихим. Комфортным. Как будто они оба нашли что-то общее в своём одиночестве. Юхао посмотрел на Бин Бин — на профиль её лица, освещённый ледяным сиянием. Она выглядела... грустной. Уязвимой. Совсем не как холодная, высокомерная императрица, которая постоянно огрызалась на него. Она выглядела... человечной. — Спасибо, что поговорила со мной, Бин Ди, — мягко сказал он. Бин Бин вздрогнула, словно вернувшись из воспоминаний. Она быстро отвернулась, но Юхао успел заметить слабый румянец на её щеках. — ...Хм. Ты просто не давал мне покоя, — пробормотала она. — Твои громкие мысли мешали мне отдыхать. Но её голос был мягче, чем обычно. Почти... нежным. — Всё равно, спасибо, — повторил Юхао, слабо улыбаясь. Бин Бин не ответила, но её плечи немного расслабились. Они сидели в тишине ещё несколько минут, просто разделяя пространство, не нуждаясь в словах. И когда Юхао наконец вышел из медитации, чтобы попытаться уснуть, он заметил, что на её губах играла лёгкая улыбка. Что-то изменилось между ними. Что-то важное. Вдалеке, скрытый в золотистом тумане своего домена, Скайдрим наблюдал. Его большие, мягкие глаза были прикованы к двум фигурам — Бин Бин и Юхао — сидящим в относительной гармонии. Его обычная игривая улыбка сменилась чем-то более серьёзным. Бин'эр... Он видел это. Видел, как она смотрела на мальчика. Видел мягкость в её глазах, когда она рассказывала о Крайнем Севере. Видел, как её холодная маска медленно таяла. Впервые за миллион лет — миллион долгих, одиноких лет — Бин Бин открывалась кому-то. Не ему. Никогда ему. Но... этому человеческому мальчику. Что-то болезненное сжало его грудь. Старая, знакомая боль. Боль невзаимной любви, которую он нёс так долго, что она стала частью его существования. — Может быть... это хорошо, — тихо прошептал он себе под нос. Бин'эр заслуживала счастья. Заслуживала того, чтобы кто-то растопил её ледяное сердце. Даже если это не он. Даже если это причиняло боль. “Если она счастлива... если она может улыбаться...” Тихая улыбка вернулась на его лицо, но в ней была грусть. — Тогда этого достаточно, Бин'эр. Этого достаточно. Он медленно отвернулся, оставив их наедине, и исчез обратно в свой золотистый туман. Одиночество было его старым другом. Он привык к нему. Но сегодня оно казалось немного тяжелее, чем обычно.