𝓖𝓵𝓪𝓿𝓪 4 ℘

⟣──────⟡──────⟢

Ой, девочки... (Старше 18 лет! 😐) Я искренне надеюсь, что у вас есть мужчина, которого вы сможете затрахать после этой главы😅😈. Если не хотите читать потрахушку, можете смело пролистать эту главу.

⟣──────⟡──────⟢

Придя в замок, Драко проводил Асторию в гостиную, а сам быстро направился на восьмой этаж. Внутри бушевали странные эмоции. Всё вибрировало от желания, ожидания, предвкушения. А в мыслях постоянно была голая Грейнджер… Комнату не открыть, если в ней кто‑то уже есть. Поэтому тот, кто внутри, сам должен попросить комнату впустить пришедшего. Но у Драко с Тео есть один способ подавать знак — ещё с детства. Что у одного, что у второго есть маленькая металлическая юла. Драко вытащил её из кармана и, надеясь, что такая же юла сейчас находится где‑то перед глазами Нотта, крутанул её на полу и стал ждать, уставившись на стену. — Давай же! — прорычал он от нетерпения. Ещё несколько секунд — и появилась дверь. Драко подобрал юлу с пола и пошёл к двери. Дёрнул за ручку и, как только открыл дверь, услышал стон. Быстро закрыв за собой дверь, двинулся к кровати, на ходу снимая мантию. Грейнджер, как только увидела Драко, сразу зажалась под Ноттом на кровати. А Тео, лёжа на ней, даже не прекратил трахать её. Только посмотрел на Драко и сказал с весельем в голосе: — Так и знал, что примчишься. Грейнджер схватилась пальцами за плечи Тео и попыталась отодвинуться, жалобно поскуливая. — Империо не применял? — спросил Драко, смотря, как она нервничает. — Нет. — Пусть он уйдёт! — взвизгнула панически она и потянула на себя одеяло. А Тео остановился, лёжа на ней, и сказал, кивнув на пол: — Вон там. В кармане брюк. Драко обернулся и, заметив одежду, пошёл к брюкам. Вытащив оттуда флакон с приворотным зельем, вернулся к кровати. Сразу потянул Гермиону за подбородок, заставляя её повернуться лицом к нему. Тео, не отрывая от неё нежного взгляда, тихо сказал: — Давай, детка. Выпей несколько капель. Тебе понравится, что будет потом. — Я не хочу... — всё так же жалобно прошептала она и попыталась отвернуться порозовевшими щеками. Но Драко держал её, и тогда она с силой оттолкнула его руку и отвернулась, всё ещё натягивая одеяло к груди. — Пусть он уйдёт! — настойчиво сказала она, пытаясь натянуть одеяло уже на голову. Драко, теряя терпение, отдёрнул от неё одеяло и снова схватил за подбородок. Приблизился к её лицу и, уже с ума сходя от нетерпения, резко сказал: — Грейнджер! Открой рот! Но она зажала губы и попыталась плотнее закрыть грудь руками. А коленями она то и дело водила туда‑сюда по телу Тео, как будто пыталась найти более безопасное положение. Но Нотт лежал на ней и не давал ей даже отстраниться. — Может, империо наложить на неё? — спросил Драко, посмотрев на Тео. — Не хочу я делать ей больно. А Тео явно не мог спокойно лежать и снова стал вдалбливаться в неё. — Под империо она мне не нравится... Не хочу... — прерывисто ответил он. — Ладно. Значит, будем делать по-плохому. — Драко по-другому положил пальцы на её скулы и с силой повернул к себе. Она зажмурила глаза и сильнее сжала губы. А руками вцепилась в его руку, но Драко, игнорируя её протесты, надавил на болевые точки большим и указательным пальцами. Издав всхлип, она всё-таки приоткрыла рот, но, заплакав, снова сжала. — Тео... Пожалуйста... — прошептала она, уже плача сквозь сжатые зубы. Тео посмотрел на неё, потом на Драко и сказал: — Подожди. Не дави на неё. Отпусти... Драко отпустил и чуть отстранился. Тео наклонился к ней и тихо, нежно, как будто любит её, сказал: — Тише, малышка... Ты же знаешь, что я не причиню тебе вреда. Знаешь? Она медленно кивнула и посмотрела на Драко. Но Теодор нежно повернул её лицо к себе и прошептал: — Он тоже с ума по тебе сходит и не причинит тебе вреда. Я хочу, чтобы ты приняла из его рук приворотное. Ты это сделаешь для меня? Пожалуйста... Я этого очень хочу... Гермиона снова посмотрела на Драко. Несколько секунд её взгляд блуждал по его лицу, и всё-таки она приоткрыла влажные, чуть припухшие губы. Драко быстро капнул ей несколько капель. Практически сразу её взгляд изменился: стал нежным, робким, будто сквозь тонкую дымку. Она ещё немного зажималась — плечи чуть приподняты, бёдра напряжены, — но уже не так сильно. Она тихо постанывала от того, как её трахал её Нотт: каждый толчок выбивал из горла короткий, сдавленный звук и заставлял скользить по простыне. При этом она неотрывно смотрела на Драко. А он, сидя возле её головы, перевёл взгляд на её руки, закрывающие грудь. Взялся за кисти и медленно отвёл их в стороны. Грейнджер переложила ладони на предплечья Нотта. Драко заметил, как её пальцы впились в напряжённые мышцы его рук и как она перевела взгляд с него на Тео. Тео, увидев этот взгляд, наклонился и с влажным, жадным звуком поцеловал её в губы. Но почти сразу отстранился и перешёл на более быстрый, жёсткий темп. Кровать тихо скрипнула. Грудь Гермионы стала покачиваться от активных движений Нотта: мягкая, упругая плоть дрожала при каждом толчке, соски — розовые, тугие, налившиеся. Драко нерешительно протянул руку и провёл пальцами по груди, задержавшись на твёрдом соске. Не из желания сделать ей приятно, а из безумного, вожделенного любопытства начал гладить круговыми движениями. Как и думал — кожа нежная, почти бархатистая. Ему совсем не хотелось убирать руку. Почувствовал под пальцами, как сосок твердеет ещё сильнее, наливается, становится горячее. От его прикосновения Гермиона выгнулась дугой, и простыня смялась под её лопатками. Она закусила губу так, что на ней остался белый след. Драко покрутил сосок в пальцах, почувствовал, как тот податливо скользит между подушечками, и оттянул. Накрыл всей ладонью грудь и сжал нежную плоть — тёплую, мягкую, упругую. Она низко, протяжно, с дрожью в голосе застонала. У него пересохло во рту. Слюна стала вязкой, язык прилип к нёбу. Тео, бросив быстрый взгляд на Драко, спросил хриплым, прерывистым голосом: — Хочешь её? Драко не ответил. Тео усмехнулся — уголки его губ дрогнули, и он сказал: — Раздевайся. Я уже скоро… Драко встал и начал раздеваться почти механически, словно наблюдая за собой со стороны. Пока расстёгивал манжеты рубашки, не смотрел на Грейнджер, но чувствовал её взгляд на себе. Пуговицы поддавались неохотно, будто сопротивлялись его спешке. Поэтому он расстегнул всего пару штук у воротника. Стянув рубашку через голову, кинул её в сторону. Взгляд скользнул к Гермионе. Она, не отрывая от него глаз, закусила губу. Это зрелище заставило его усмехнуться. Пряжка ремня поддалась с характерным громким щелчком. Он расстегнул брюки. Каждое движение отдавалось в теле электрическим разрядом от желания и ожидания: мышцы живота были напряжены, кровь гулко стучала в паху. Скинув обувь и брюки, он снова посмотрел на Гермиону. Она оторвала руку от плеча Нотта и протянула её к Драко. Пальцы чуть дрогнули. Он помедлил всего секунду, взглянув на шрам «Грязнокровка», но всё-таки забрался на кровать и взял её за руку. Невольно отметил, как приятно держать её ладонь — аккуратную, нежную, с идеальными ноготками, покрытыми прозрачным лаком. И как отвратительно смотрится её шрам — так же уродливо, как его собственная Чёрная метка: тёмная, будто выжженная, на внутренней стороне предплечья. Грейнджер потянула его к себе. Приблизившись ближе, Драко заметил в её глазах ненормальный блеск. Действие приворотного зелья. За стенами этой комнаты у неё никогда не было такого взгляда. Все её желания — только Амортенция. Но это было неважно. Ему интересно только её тело, а не душа. — Поцелуй меня… — прошептала она и притянула его ещё ближе. Драко склонился над её губами и наконец коснулся их. Как же долго он этого хотел…её губы нежные, сладкие, сводящие с ума. Он даже забыл про Нотта. Сейчас он видел и чувствовал только Грейнджер. И безумно хотел её. Внутри всё сжималось от этого желания. Кровь пульсировала в венах и приливала в пах. Драко лёг на живот, взял её за лицо и повернул к себе. Поцелуй стал жадным, почти яростным — словно он пытался забрать каждую частичку её дыхания, каждый стон, каждый вздох. Тео продолжал двигаться внутри неё, задавая глубокий, жёсткий ритм, от которого Гермиона выгибалась навстречу обоим. Её стоны становились всё отчаяннее, пальцы впивались в плечи Драко, оставляя полумесяцы ногтей. Он разорвал поцелуй и посмотрел на неё. Глаза затуманены, щёки пылают, губы припухли и блестят от поцелуев. Драко провёл рукой по её телу, чувствуя, как напряжены мышцы, как дрожит каждая клеточка. — Какая же ты красивая, чёрт побери… — прошептал он, хотя слова ощущались пустыми и лживыми. Но ему захотелось сказать именно это. Тео ускорил движения, входя глубже, жёстче. Гермиона застонала громче, тело начало содрогаться в оргазме. Драко отстранился, чтобы снять трусы, и в этот момент Тео кончил ей на живот — горячие, густые струи легли на нежную кожу, смешиваясь с потом. — Твоя очередь, — хрипло произнёс Нотт, вытерев живот Гермионы краем одеяла, и откинулся на спину, тяжело дыша. Драко не нужно было повторять дважды. Он быстро устроился между её ног, будто принял очередь в гольфе. И он не собирался ласкать её, дарить наслаждение. Драко хотел только собственного удовлетворения. Он протянул руку к подушке и напряжённым голосом приказал: — Обопрись ногами и подними задницу. Гермиона послушно сделала, как он сказал. Драко сразу подсунул подушку под её ягодицы, приподняв бёдра. Взяв член в руку, приблизился к половым губам и несколько раз медленно провёл головкой по крайне чувствительной, всё ещё пульсирующей после оргазма коже, собирая влагу. Шлёпнул пару раз по клитору — влажно и сочно. Она заёрзала и сорванно вздохнула. Направив член, он медленно погрузился внутрь и ощутил опьяняющее, почти оглушающее удовольствие от горячего, скользкого, тесного жара. Вошёл до самого упора. Возбуждение было настолько сильным, что вся длина едва помещалась. Да… сила возбуждения могла влиять на длину. Не сильно, но вполне ощутимо. И сейчас приходилось следить за напором. Иначе ей было бы больно. Драко начал двигаться, наслаждаясь каждым мгновением, каждым дюймом. От недавнего оргазма её мышцы всё ещё были плотно сжаты, и он чувствовал, как тесно, как жадно она обхватывает его. Наслаждение раскатывалось по всему телу тяжёлыми, сладкими волнами. С ума сводило то, как она тихо, сдавленно постанывала, сжимала его ногами, гладила нежными пальчиками по спине, поднималась выше — до затылка — и зарывалась ими в волосы. «С ума сойти… Грейнджер теребит мои волосы. А я не то чтобы против… Мне нравится». Он наклонился ниже, чтобы быть ближе, чтобы чувствовать её горячее дыхание на своей коже. Чтобы почувствовать наконец её настоящий запах — не из флакона с Амортенцией. И да… Это именно её запах. «Чёрт… Мерлин! Как такое вообще возможно?!» Гермиона застонала громче, когда он нашёл более глубокий, более приятный ритм. Её пальцы впились в его кожу, спина выгнулась дугой. Драко увидел, как пульсирует жилка на её шее, как дрожат ресницы, как приоткрытый рот ловит воздух. Она сжала его ногами сильнее, притягивая ближе, и Драко потерял контроль. Стал двигаться быстро, резко, чувствуя, как близко кульминация. Её стоны и прерывистые вздохи подстёгивали, заставляли вбиваться ещё глубже, ещё жёстче. Гермиона положила ладони на его плечи и провела по телу вниз, оставляя горячие следы. «Такие нежные ладошки… Хочу, чтобы ты подрочила мне…» Драко наклонился и поймал её губы в жадный поцелуй. Языки сплелись, влажные, горячие. Её руки продолжали гладить его спину, лопатки, поясницу. Он провёл ладонью по её боку вниз до бедра, ощущая, как напрягаются мышцы под пальцами. Гермиона сжала его сильнее коленями — и он только закрыл глаза от острого наслаждения. Вернул руку к её голове, зарылся пальцами в кудри и слегка оттянул их назад, открывая доступ к шее. Его губы переместились на шею — оставляли там горячие поцелуи и едва заметные, собственнические укусы. От этих ощущений Гермиона снова впилась ногтями в его плечи. От этого он стал двигаться быстрее, глубже, грубее. Резко выскользнув из неё, он схватил её за ногу и заставил перевернуться на живот. Из-за подушки под бёдрами её попка аппетитно поднялась вверх — круглая, упругая, с влажными следами на внутренней стороне бёдер. Драко не удержался: наклонился и впился зубами в нежную кожу ягодицы. Грейнджер взвизгнула и дёрнулась навстречу ему. Тео низко засмеялся, наблюдая за ними со стороны. Он стоял у стены и курил, лениво выпуская дым. Грейнджер оттопырила попку ещё сильнее назад, словно предлагая себя полностью. Драко провёл рукой между её ног — там было мокро, горячо, скользко от желания. Наклонился, поцеловал между лопаток, оставляя влажный горячий след, а пальцами снова скользнул вниз, лаская набухший клитор круговыми движениями. Гермиона застонала громче, бёдра сами начали двигаться ему навстречу. Не в силах больше ждать, Драко вошёл снова — на этот раз с новой, почти звериной силой. Движения стали глубокими, чуть грубыми, хотя он всё ещё старался не вгонять на всю длину. «Не хочу, чтобы ей было больно». Он чувствовал, как она сжимается вокруг него, как тело жадно отвечает на каждый толчок. Гермиона сильнее выгнула поясницу, подставляя попку, и вдруг содрогнулась во втором оргазме. Мышцы плотным, пульсирующим кольцом стиснули его член. Это стало последней каплей. Драко замер на мгновение — а затем волна удовольствия накрыла его с головой. Он низко, хрипло застонал. Движения стали рваными, неконтролируемыми, пока он не замер окончательно, изливаясь глубоко внутри неё. Тео всё это время стоял у стены и, глядя на них, спокойно курил. Когда всё закончилось, он подошёл к кровати и лёг рядом с Грейнджер. Убрал локон волос от её лица и тихо спросил: — Ты как? Она попыталась сфокусировать взгляд на его лице, но всё казалось размытым. Губы задрожали, когда она попыталась что-то сказать, но из горла вырвался лишь хриплый, сорванный стон. Нотт осторожно провёл рукой по её спине, словно пытаясь успокоить. — Всё хорошо. Отдохни немного, — сказал он, устраиваясь удобнее рядом. Гермиона лежала на животе неподвижно. Только вытащила подушку из-под себя и положила под грудь. Её дыхание всё ещё было тяжёлым, тело мелко подрагивало от последствий. Взгляд рассеянный, но в нём не было страха. Тео посмотрел на неё пристально, словно изучая. Гермиона чуть улыбнулась, глядя на него в ответ. От его взгляда её тело само по себе начало принимать более мягкие, почти соблазнительные позы. Драко лежал на боку с другой стороны и едва касаясь поглаживал её по спине кончиками пальцев. Гермиона реагировала и на его присутствие, и на прикосновения. Но переведя взгляд на него, тихо спросила: — И сколько раз вы это уже делали? — Что? — с удивлением переспросил Драко, и его пальцы замерли на её пояснице. — Это ведь не первый раз? — уточнила она, опершись на локти. — Мне было не больно. Значит, это уже не первый. И, похоже, вы стираете мне память. Раз я ничего не помню… Но я прекрасно помню, как мы общались. Особенно с тобой. — Она многозначительно посмотрела на Драко. — Как ты оскорблял меня. Как я ненавидела тебя… А сейчас у меня совершенно противоположные чувства. Значит… вы поите меня приворотным. Но у приворотного есть особое свойство — сглаживать в памяти момент, когда я его выпила. Вот я и спрашиваю: сколько раз я уже была здесь с вами? Драко перевёл удивлённый взгляд на Тео, в глазах явный вопрос. Тео пожал плечами и ответил: — Это же Грейнджер. Даже обдолбанная она будет анализировать. — Да… но… — Драко с сомнением посмотрел сначала на Тео, потом снова на неё. По идее, под приворотным она должна была быть не умнее чайки. Тео решил пояснить: — Я дал ей значительно меньше, чем в прошлый раз. Даже с учётом того, что ты капнул сегодня, она выпила намного меньше. Поэтому, в отличие от того раза, сегодня она может хоть немного соображать. Быть более похожей на себя. И ещё сказывается отсутствие Империо. Под Империо она совсем как марионетка. — Так вы ответите мне? — Гермиона посмотрела поочерёдно на обоих. — Во второй раз, — ответил Драко, чувствуя себя странно. Всё равно, если бы его поймали за мастурбацией в тринадцать лет и спокойно сказали, что для его возраста это нормально. — И зачем вы это делаете? Тео тихо засмеялся, глядя на Драко, и ответил: — Потому что с ума сходим по тебе. Драко спокойно, почти шёпотом спросил: — И ты не злишься? Не хочешь уйти? Раз ты всё понимаешь. Грейнджер помолчала немного, глядя перед собой на собственные пальцы, которые медленно перебирали складки сбившейся простыни. Нахмурив брови, неторопливо ответила: — Я всё осознаю. Наверное… Но уходить не хочу. Драко наклонился ближе, провёл пальцами по её щеке: — И что ты чувствуешь? Она пожала плечами и глядя прямо на Драко, ответила со слабой улыбкой: — Я же обдолбанная. Спроси меня завтра — я тебе ярко обрисую, что чувствую из-за всей этой ситуации. А сейчас… я даже сконцентрироваться на этом не могу. — Остроумно, Грейнджер, — хмыкнул Тео, закуривая новую сигарету. — Но даже обдолбанная ты должна понимать: ты ничего не вспомнишь о нас. Гермиона посмотрела на него и тихо спросила: — И долго вы собираетесь так делать со мной? Он медленно выпустил дым и пожал плечами: — Не знаю… — Усмехнулся. — Если я скажу, что это в последний раз, поверишь? — Нет, — едва слышно ответила Гермиона. Потом перевела взгляд то на одного, то на другого. — Когда вы наиграетесь… что будет потом? — А потом, — медленно произнёс Драко, — всё встанет на свои места. Как будто ничего не было. — Значит, я просто забуду всё это? — Именно так, — подтвердил он, глядя ей прямо в глаза. Разговор ощущался до скрипа по нервам странным. — А если я не хочу забывать? — ещё тише спросила она. Тео коротко усмехнулся: — Извини, детка. Тебе придётся смириться. Гермиона поджала губы. И бросив острый взгляд на Драко, с недоумением напомнила: — У тебя же есть девушка. — И что? — равнодушно бросил он. — Видимо, ничего… Я думала, у вас с ней всё серьёзно. — Ты думала о моих отношениях с Асторией? — в голосе прорезалась тень раздражения. Об Астории сейчас ему хотелось вспоминать меньше всего. — Просто речевой оборот. Не думала я о тебе. И тем более о твоих отношениях. «Не думала обо мне. Блять… Почему это задевает, как раскалённым железом?» — пронеслось в голове. Драко максимально спрятал реакцию и ответил холодно, почти презрительно: — Да, у меня с Асторией всё хорошо. Когда-нибудь я на ней женюсь. А если ты всерьёз думаешь, что парни хранят верность своим девушкам — жаль разочаровывать. Это дикая глупость. Все ходят налево. И через год даже имени той шлюхи не вспомнят, которая раздвинула ноги пару раз. У тебя тоже есть своё недоразумение в роли парня. Но ты всё равно ебёшься с нами. Гермиона закрыла глаза и тяжело сглотнула. Драко резко сел, неотрывно смотря на неё. — Ты реветь собралась? — спросил Драко, внимательно глядя на неё. — Нет, — дрогнувшим голосом ответила она. — Грейнджер… — раздражённо выдохнул он. — Неужели ты всерьёз рассчитываешь, что между нами что-то будет? Ты максимум годишься на то, чтобы трахать тебя втайне ото всех. Спустись с небес и не беси своей наивностью. Гермиона села, прижала подушку к груди и резко выпалила, глядя ему прямо в глаза: — Если бы не приворотное, меня бы вырвало от тебя! Размечталась о тебе, говоришь?! Да за стенами этой комнаты я тебя презираю! Она быстро вытерла слёзы, а Драко, конечно, не заткнулся: — Тогда чего ты ревёшь?! — Потому что ты заставил меня выпить это грёбаное приворотное! Из-за которого я чувствую к тебе то, чего никогда бы не почувствовала! — практически выкрикнула она. Из глаз снова полились слёзы. — И после этого ты называешь меня одноразовой шлюхой? Ещё и Рона приплетаешь?! И спрашиваешь, почему я реву?! Ты совсем конченый дебил?! — Похоже, в тебя стоит влить побольше приворотного, — огрызнулся Драко. — Ты меня бесишь! — Стоп! — резко прервал Тео. — Я поражаюсь вам. Даже сейчас умудряетесь собачиться. Гермиона эмоционально выкрикнула, глядя на него: — Убери этого ублюдка от меня! Или дай мне мою палочку — я устрою ему весёлую ночку! Тео обхватил её за талию и затащил к себе на колени, подальше от Малфоя. Тот уже раздувая ноздри, смотрел на неё тяжёлым, злобным взглядом. Тео коротко рассмеялся: — Всё. Хватит. Мерлин всемогущий… Существует хоть одна реальность, где вы двое не ругаетесь? Малфой, как ты умудряешься выбесить её даже под приворотным?! Она должна хотеть только трахаться, а вместо этого хочет тебя убить. Блять, как ты это делаешь?! Драко молча посмотрел на Гермиону в объятиях Тео. Внутри кипели горечь и раздражение. Признаваться, что все эти гадости вырвались только потому, что она сказала «не думала о тебе», когда он сам думал о ней сутками, — не хотелось. Он отвернулся, с огромным желанием просто встать и уйти. Нотт всё ещё держал Грейнджер в объятиях и тихо сказал: — Малфой, ты перегнул. Думаю, тебе стоит извиниться. Со слезами в голосе и с тихими всхлипами Гермиона бросила: — Ага, извинится он... Быстрее снова назовёт шлюхой... и грязнокровкой. — Извини, — вырвалось у Драко быстрее, чем он успел осознать. Потом, глядя на неё, тише добавил: — Я не должен был так говорить. Мне жаль, что сорвался. «Чёрт… Почему даже сейчас, с красными глазами и слезами на щеках, она выглядит так… соблазнительно? Я бы трахнул её прямо сейчас… ласково и нежно» — пронеслось в голове, пока он смотрел на неё. Гермиона не ответила. Смотрела в сторону, вытирая слезы. Тео перевёл взгляд с одного на другого и спросил: — Ну что? Закончили с этим? А то у меня уже встал из-за попки Грейнджер. Она посмотрела на него, потом бросила короткий взгляд на Драко… и медленно кивнула. Тео хищно, самодовольно улыбнулся, с тем самым выражением, которое обещало грехи, о которых она завтра не вспомнит. Его ладонь скользнула по её бедру, пальцы вдавливались в нежную плоть, поднимаясь выше, и выше, обхватывая грудь с такой настойчивостью, что дыхание Гермионы сбилось. Он сжал, провернул ладонь, заставив её выгнуться, и только потом пошёл дальше — по изгибу ключицы, по дрожащей шее, до подбородка, который он повернул к себе, заставляя смотреть прямо в его тёмные, пылающие глаза. — Поцелуй меня, детка... — произнес тяжелым голосом. Гермиона поддалась, приблизилась, и их губы встретились — сначала мягко, потом Тео буквально взял всё в свои руки: проник языком в её рот, исследовал, забирал воздух, заставляя голову кружиться. Он уложил её на спину, и матрас принял их вес, пока его руки снова бродили по её телу, не оставляя ни одного дюйма без внимания. — Ещё разок? — прошептал он у самых губ. Гермиона уже задыхалась, щёки горели, взгляд был стеклянным — эффект зелья делал её пьяной, снимая барьеры. — Почему бы и нет... — её голос прозвучал хрипло. — В конце концов, завтра я всё равно ничего не вспомню... Тео усмехнулся, и это был звук победителя. Он знал. Они оба знали... Завтра она проснётся с пустотой в памяти, с лёгкой болью в теле, которую не сможет объяснить. И это знание добавляло перца, извращённой сладости тому, что они могли творить сейчас, могли использовать её, и она умоляла бы ещё. — Не стесняйся, — прошептал он у её шеи, прикусывая мочку уха, вызывая мурашки. Его рука скользнула между её ног, пальцы прижалась к влажной коже, и он провёл вверх, медленно и дразняще. — Я хочу слышать, как ты наслаждаешься... Хочу, чтобы ты кричала. Драко приблизился с другой стороны, будто материализовался из тени, как демон. Он коснулся её плеча и провел кончиками пальцев вниз по руке. Гермиона вздрогнула — от внезапности, от перегрузки чувств. Она повернулась к нему и встретилась с его взглядом. — Ещё не простила? — тихо спросил Драко шёлковым голосом. Он наклонился, и его платиновые волосы коснулись её щеки. — Не знаю... — Я больше не буду говорить тебе правду, — выдохнул он прямо в её ухо, и укусил мочку, заставив застонать. — Что... — отстранилась она, смотря на него. Тео фыркнул, прекратив ласки и тоже уставился на Драко: — Снитч тебе в задницу... Ну ты ещё хочешь поругаться с ней?! Драко лениво улыбнулся. — Ругань с ней как секс, — признался он и посмотрел её в глаза. И вместо слов наклонился к её губам. Тео в это время провел языком по соску и тут же обхватил его губами, посасывая, покусывая, заставляя её выгнуться между ними двоими. Драко целовал её жадно, глубоко, руками обрамляя лицо, не давая отстраниться, и когда оторвался, чтобы вдохнуть, прошептал так тихо, чтобы услышала только она: — Если бы ты только знала, сколько я думаю о тебе... Из-за тебя я даже не хочу прикасаться к своей девушке... Хочу тебя во всех смыслах... Грейнджер... Ты с ума сводишь меня, и я не чувствуя себя, говорю обидные вещи... Не слушай меня! После этих слов он быстро приблизился к её губам и жадно поцеловал и не заметил, как Тео посмотрел на него и усмехнулся из-за его признания. Тео продолжил жадно целовать Гермиону в шею, оставляя влажные, горячие следы на коже, прикусывая и посасывая. Драко уже отстранился от губ Гермионы, его серые глаза горели непристойным огнём, изучая её распахнутый, тяжело дышащий рот. Она едва заметно вздрогнула, когда почувствовала, как пальцы Драко скользнули по её телу, от ребра до пупка. Его ладонь медленно двинулась вниз, лаская кожу, изгибы, которые он так долго представлял в своих грязных фантазиях. Когда он достиг её бедра, то уверенно, почти грубо откинул ногу в сторону, открывая себе доступ. Уверенно он прикоснулся к влажным половым губам и стал медленно водить пальцем вокруг чувствительного бугорка, дразня и заставляя её извиваться. Гермиона выгнулась, а Драко довольно грубо погрузил в неё два пальца. От этого Гермиона застонала в рот Тео во время поцелуя и упёрлась пятками в кровать. Пока Гермиона целуется с Тео, тот мнёт одну её грудь. А Драко наклонился поближе и обхватил губами сосок второй груди, втянув его глубоко, посасывая. Отпустив его с звонким чмоком, провёл языком вокруг, намочил, подул холодным воздухом, и снова втянул, касаясь зубами, щипля, заставляя её подавиться от удовольствия. Гермиона застонала, выгибаясь дугой, её бёдра дёрнулись сами по себе. Драко согнул пальцы внутри неё и стал двигать, задевая чувственную точку, массируя ее, отчего она застонала с языком Теодора во рту. Гермиона положила ладонь на его голову и вцепившись в волосы потянула. Он почувствовал, как она задрожала, её внутренние мышцы пульсирующе сжали его пальцы. Она задрожала так сильно, что вот-вот могла взорваться от перегруза ласк. Тео опустил руку по её телу и хотел коснуться там, где уже находилась рука Драко. Но коснувшись его руки, он грубо, властно оттолкнул его руку и сам стал ласкать её уже совсем по-другому. Медленно. Дразняще. Круговыми движениями по клитору, затем легкие шлепки по влажным губам, затем снова круги, заставляя её дрожать. Гермиона снова застонала, громче, пронзительнее, и приподняла бедра навстречу к его ласками, пытаясь поймать ритм, пытаясь получить больше трения. — Тише, детка... — прошептал Тео и резким движением, схватил Гермиону под бедро и потянул на себя. — Иди ко мне, — сказал он и лёг на спину. Гермиона оседлала его бёдра, а Тео сразу прошелся ладонями по её телу до груди и сжал. Драко наблюдал за ними, и его глаза уже горели от желания и зависти. Но он не стал вмешиваться, позволяя Теодору взять инициативу в свои руки. Только обхватил свой член и стал медленно водить по нему вверх-вниз, не для того, чтобы кончить, а чтобы скрасить ожидание. Тео опустил руки до её талии, пальцами впиваясь в нежную кожу. Он слегка приподнялся, встречая её губы в жадном поцелуе. Как только он снова лёг на спину, сказал: — Приподнимись. Гермиона приподнялась на коленях, опираясь ладонями на его грудь, её волосы растрепались, грудь тяжело вздымается. Тео направил член в неё, потерся головкой о влажные губы, смазал себя её соками, и медленно, очень медленно, с наслаждением, посадил на себя, чувствуя, как она растягивается. А потом стал направлять её в движения, руками задавая ритм, поднимая и опуская. Драко, наблюдая, как подпрыгивает её грудь, не смог удержаться и протянул вторую руку к её соску, щипнул, потянул. От его прикосновения Гермиона закрыла глаза, губы приоткрыла в беззвучном крике, и издала тихий долгий стон, продолжая двигаться на Тео, терзаясь между двумя парнями, между их руками, их желанием. Тео задал новый ритм, направляя её бёдра волнообразно вверх-вниз. От этого её движения стали медленными, размеренными. Драко оставил в покое её грудь и отпустил руку по её животу, пальцы скользнули к месту их соединения, почувствовал, как Тео входит в неё, как она сочится вокруг него. Тео взял Гермиону чуть ниже талии и приподнял, вытащил почти полностью член, и снова вогнал до конца. Оперся ступнями в кровать и сам стал двигаться, ускоряя темп, его дыхание стало тяжелее. А Гермиона скользнула руками по груди Тео. От наслаждения она не может контролировать пальцы и с силой сжала кожу на его груди, оставляя следы от ногтей. Но Тео даже не замечает этой сладкой легкой боли. Драко приблизился к Гермионе, его губы коснулись её шеи, оставляя лёгкие поцелуи. — Откинься чуть назад, — тихо сказал Драко. Гермиона так и сделала, доверившись, рискуя упасть, но Тео продолжал держать её за талию, упираясь пятками в кровать и ритмично, всё быстрее, всё глубже погружает член в неё. А Драко коснулся пальцами клитора Гермионы. От его настойчивых круговых движений, от того, как он одновременно с толчками Тео давил на него, Гермиона снова застонала, громко, без стыда, и откинула голову, закрыла глаза. Другой рукой взял Гермиону за шею и, притянув к себе, поцеловал жадным поцелуем. Усилил свои ласки. Его губы снова коснулись её груди, оставляя влажные следы на коже. Втянул сосок в рот и слегка прикусил. Гермиона сжала губы и приглушённо застонала. — Не сдерживайся, — сказал Тео, проведя пальцем по её сжатым губам. — Давай, детка, я уже близко… — прошептал Тео, его голос задрожал от напряжения. Он стал двигаться более резкими, грубыми толчками. Драко продолжил свои ласки, не прекращая целовать её шею. — Я… — простонала она. — Я не выдержу... Драко приблизился к её уху: — Кончай... Сейчас... — прошептал он, опаляя горячим дыханием её кожу. Его слова стали последней каплей. Волна наслаждения накрыла её с головой, заставляя выгнуться дугой. Тео почувствовал, как она сжимается вокруг него, жалобно поскуливая, и он сам позволил себе кончить. Да так, что в ушах зазвенело. Тео медленно отпустил её и наконец-то расслабился. Гермиона всё еще сидит на нем, слегка дрожа, тяжело дыша и медленно покачиваясь на Тео, приходя в себя. Драко поглаживает её, пытаясь помочь прийти в себя. А когда она слезла с Тео, Драко отстранился, но его взгляд остался прикованным к её телу. Несколько мгновений они лежат неподвижно. Тео провёл рукой по её волосам, нежно поглаживая. — А меня поцелуешь? — спросил Драко и глазами показал на стоящий член. Гермиона тихо ответила: — Я не умею... — Поверь мне, у тебя хорошо получается. Ты уже делала это, — сказал он хриплым и надломленным голосом от желания и нетерпения. — Но я совсем не помню, как я это делала... — Просто возьми в руку и погрузи в рот. Ласкай языком. Двигайся вверх-вниз. Гермиона, лишённая возможности здраво мыслить и чувствовать, Она испытывала только неадекватное влечение и потому подчинилась. Склонилась и стала делать то, что просил Драко. Пока она ласкала его, издавая причмокивающие звуки, Тео встал и стал неторопливо одеваться. Надел трусы и брюки. Подобрал рубашку, надел её, стал застёгивать и посмотрел на Гермиону. Он не чувствует сожаления или еще каких-то негативных чувств к тому, что они сделали с ней. Но появилось чувство собственности. Это даже не полноценное чувство, а всего лишь тень ощущения того, что не хотел бы делиться Гермионой. От этого ощущения он замер, и нахмурив брови, снова посмотрел на Гермиону с членом Драко во рту. Что-то противное зашевелилось внутри. Отвернулся. Заправил рубашку. Застегнул брюки и ремень. Надел жилетку и поднял с пола палочку, металлическую юлу и галстук. Снова посмотрел на парочку на кровати. Драко схватил Грейнджер за волосы и слишком сильно вогнал член ей в рот. Она издала хриплые звуки и упиралась в него ладонями. — Ты полегче! — рыкнул Тео. Драко посмотрев на него, перевел взгляд на Грейнджер. Сразу отпустил её волосы и на автомате сказал: — Извини. Дальше Тео смотреть не стал. Отвернулся и медленно пройдясь по комнате, стал ждать, когда же закончатся звуки чмоканья и тяжёлое дыхание Драко. И когда всё затихло, посмотрел на них. Драко лежит еще и приходит в себя. Грейнджер немного растерянная, вытерла губы и посмотрела на Драко. Тео пошел к ней и взяв за руку, потянул так, чтобы она села на край кровати. Подобрал с пола её бельё и сел у ног Гермионы. Драко, увидев это, удивился: — Ты собрался одевать её? Тео промолчал. Достал палочку и очистил её кожу от следов секса. Стал натягивать трусы на её ноги. — Извращенец... — тихо сказал Драко и тоже стал одеваться. — Я извращенец? — усмехнулся Тео, посмотрев на него. — Ты, вообще-то, вместе со мной трахал её, когда она не в себе. Ты такой же извращенец, как и я. — Заткнись… — еле слышно сказал Драко. Тео продолжил молча одевать Гермиону. А она только наблюдала за ним. Смотрела, как он натянул на её ноги гольфы, юбку, бюстгальтер, блузку. Застёгивая пуговицы, он поднял взгляд и посмотрел ей в глаза. Она внимательно смотрела на него и тихо спросила: — Как думаешь... В теории. Мы могли бы общаться, без постели... Просто общаться? Тео замер от неожиданности вопроса. Застегнул последнюю пуговицу на её блузке и снова посмотрел в глаза. Несколько секунд он молчал, обдумывая ответ. — В теории… — медленно начал он, — да, могли бы. Но знаешь, Грейнджер, я не уверен, что хочу ограничиваться только разговорами. — Мне хотелось бы... — Нет, не хотелось бы. — Перебил её Тео. — Это в тебе говорит приворотное. Ты относишься ко мне с холодом и осторожностью. Но не с желанием общаться. Прикоснувшись пальцем её головы, сказал, твёрдо смотря ей в глаза: — Всё, что ты сейчас думаешь, всё, что говоришь и делаешь, это приворотное. Это не ты. Тео закончил приводить её одежду в порядок, отступил на шаг и добавил: — Давай не будем строить иллюзий. Мы оба знаем, что между нами возможно только одно. Гермиона промолчала и пошла следом за парнями. В коридоре, в котором Тео выловил её ещё перед Выручай‑комнатой, остановил её за руку и сунул в карман палочку. Достал мешочек с антидотом, макнул в него палец и дал Гермионе слизнуть содержимое. Затем быстро наставил на неё палочку и сказал: — Обливиэйт. Потом открытая форма: — Обливейо: Ты задержалась в библиотеке. Если кто-то тебя потерял и не видел в Библиотеке, значит, плохо искали. Напряжение в твоём теле из-за того, что тебе пришлось сегодня много ходить по лестницам. Привкус во рту из-за того, что ты надышалась парами на уроке зельеварения. Сейчас ты идёшь в свою гостиную. Закончив менять её воспоминания, Тео быстро пошел к Драко. Перед тем как свернуть, он ещё раз посмотрел на Грейнджер. Она несколько секунд стояла. А потом спокойным шагом пошла в свою гостиную. Как будто не занималась сексом всего несколько минут назад.

⟣──────⟡──────⟢