Глава 12-«Акулья тишина Топера»

Машина ехала слишком плавно. Слишком ровно. Слишком тихо для того, что у Айлы творилось внутри. Ворчащий мотор внедорожника Топера рвал воздух короткими рывками, и каждый звучал как вопрос: куда они везут её? зачем? смогут ли мальки догадаться? видел ли Рейф? Она сидела на заднем сиденье, Оливия рядом — будто тень, будто контролёр, будто хозяйка положения. Топер — впереди, локоть на руле, лицо спокойное, будто он всего лишь увозит кого-то с пляжа «ради безопасности». А не вырывает Айлу у тех, с кем ей было хорошо. Айла сжала кулаки на коленях. — Ты хочешь объяснить, что вообще… — начала она. — Позже, — спокойно сказала Оливия. Слишком спокойно. Так говорит человек, который уверен, что он прав. И уверен, что у другого нет выбора. — Позже — это когда? — Айла резко повернулась к ней. — Когда вы закончите решать мою жизнь за меня? Оливия медленно моргнула, будто удивилась дерзости. Но не рассердилась — это было бы слишком человеческим. Она просто слегка улыбнулась. — Не драматизируй. Мы знаем, что лучше. — Вы ничего обо мне не знаете! Топер бросил взгляд в зеркало. Тот самый — снисходительно-старший, как будто он старше её на десять лет, а не на три года. — Айла, — сказал он так, будто объяснял что-то ребёнку. — Ты — Уитмор. Это уже говорит достаточно. — Это не определяет, кто я. — На этом острове — ещё как определяет, — отрезал он. Тишина сгустилась. Айла смотрела в окно — пальмы пролетали одна за другой, дорога уходила в тень, машина сворачивала туда, где начинались аккуратные дома, ровные газоны и дорогие заборы. Туда, где каждый дом стоил, как мини-отель. Туда, где жили они — «акулы». И каждый метр этой дороги давил ей на грудь всё сильнее. Дом Топера Он был такой же роскошный, как и дом Кэмеронов, только холоднее. Меньше жизни. Больше стекла. Больше «правильно» и меньше «живут». Топер вышел первым. Открыл дверь Айле. Протянул руку, будто вытаскивал её из машины на красную дорожку. — Прошу. — Это не приглашение, — прошептала она. — Это выглядит как похищение. — Никто тебя не похищает, — сказал он. — Мы забрали тебя от проблем. — Вы и есть проблема. Топер медленно выдохнул, будто ему надоело её упрямство. — Давай просто поговорим. Они вошли в дом. Холодный пол. Лёгкий запах соли и кондиционера. Тишина, нарушаемая только их шагами. Оливия шла впереди, не оглядываясь — она была уверена, что Айла идёт за ней. И, что самое неприятное — она была права. Они поднялись на второй этаж, в одну из гостевых комнат. Академически аккуратную, как на картинке: белая постель, большой телевизор, пустая тумба. Комната, в которой никто не живёт, а только изображает, что живёт. Оливия закрыла за ними дверь. — Всё, можешь выдохнуть. Мы просто хотим поговорить. Айла скрестила руки. — Тогда говорите. Разговор, которого Айла не ждала Оливия села на край кровати. Топер встал у стены, скрестив руки. Выглядели они так, будто собирались провести интервенцию. — Ты влипаешь в ненужные компании, — начала Оливия. — В какие ещё компании? — Мальки, — с лёгкой гримасой сказала она. — Пожалуйста. Айла, ты же умная. Айла молчала. Внутри всё кипело. — Они не такие, какими кажутся, — вставил Топер. — Они тащат вниз всех, кто к ним приближается. — Они… просто люди. Нормальные. Между прочим, намного честнее, чем многие акулы. Оливия встрепенулась. — Ты хочешь сказать, что мы нечестные? — Я хочу сказать, что вы даже не спрашиваете, чего я хочу! — сорвалось у неё. Топер чуть подался вперёд. — Мы видели, как ты с ними. Ты слишком… — он искал слово. — Открытая. Легко привязываешься. А они умеют это использовать. Айла фыркнула. — Ты говоришь так, будто они — преступники. — На самом деле… — Топер чуть улыбнулся, не добром. — Не так уж и далеко. — Прекрати, — сказала Оливия. — Это не тот тон. Айла посмотрела на них обоих. — И ради этого вы меня сюда привезли? Чтобы рассказать, что мои друзья — мусор? — Чтобы сказать, что они тебя утянут вниз, — спокойно ответила Оливия. — И мы не позволим. Мы. Как будто это решение приняли за неё на семейном совете. Айла медленно выдохнула, чувствуя, как внутри нарастает новая волна злости. — Я сама могу решить. — Иногда — нет, — сказал Топер. — Иногда мы должны вмешаться. Айла шагнула назад. — Нет. Вы не должны. Вы делаете это потому, что боитесь потерять контроль. Оливия моргнула. Топер напрягся. Фраза попала точно в цель — Айла это почувствовала. — Нам нужно время, — сказала Оливия. — Чтобы ты успокоилась. Чтобы… — Чтобы что? — перебила она. — Чтобы я забыла, что у меня есть выбор? Топер посмотрел ей прямо в глаза. — На яхте будет спокойнее. Айла замерла. — Что? — Вечер мы проведём на яхте, — повторил он. — Там меньше шансов, что мальки вмешаются. — То есть меньше шансов, что я уйду. Оливия тихо выдохнула. — Айла, хватит видеть врагов там, где их нет. Топер открыл дверь. — Пойдём. Поговорим по дороге. Там проветришь голову. Айла стояла неподвижно. Это было неправильно. Не физически насильственно. Но психологически — ловушка. Акулья ловушка, тонкая, умная, рассчитанная на то, что она не поднимет шум. — Я не поеду. Топер окинул её тяжёлым взглядом. — Айла. — Я не поеду, — повторила она. — Я не обязана! Он сделал к ней шаг — не угрожая, просто сокращая дистанцию. На уровне голоса, дыхания. Так, чтобы она почувствовала его присутствие. — Ты поедешь, — сказал он низко. — Потому что так будет лучше для тебя. — Это ваше «лучше». Не моё. Оливия подошла ближе. — Тогда хотя бы выйди спокойно. Без сцены. И в этот момент Айла поняла: они не будут тащить её за руки. Не будут угрожать. Они будут давить тоном. Взглядом. Уверенностью в том, что они — власть. Что она — часть их мира, нравится ей это или нет. И она сделала шаг. Один. Ровно настолько, чтобы выйти из комнаты. Но внутри неё всё дрожало. Я знала, куда мы едем. Это было, пожалуй, самым неприятным во всей ситуации. Не неизвестность, не страх, не внезапность — а именно это холодное, чёткое понимание маршрута. Повороты были знакомыми, дорога — почти родной. Я могла бы назвать каждый участок наизусть: где асфальт становится неровным, где фонари светят слишком ярко, где пахнет солёной водой ещё до того, как море появляется в поле зрения. Я сидела на заднем сиденье, глядя прямо перед собой, и чувствовала, как внутри меня что-то постепенно сжимается, становится плотнее, тяжелее. Машина ехала ровно, без рывков. Топер вёл спокойно — как всегда. Оливия рядом со мной держалась прямо, будто мы ехали не к яхте, а на семейный ужин. Никто не говорил ни слова. В какой-то момент я подумала, что именно в этой тишине и заключалась вся суть происходящего. Они не кричали, не угрожали, не суетились. Они были уверены. В себе. В своём праве. В том, что делают всё правильно. — Мы ненадолго, — сказала Оливия, будто между делом. — Просто переждём вечер. Я усмехнулась, не поворачивая головы. — Вы так говорите, будто это я попросилась. Она посмотрела на меня внимательно, чуть прищурившись. — Ты слишком остро реагируешь. — Потому что вы слишком много решаете за меня. Топер бросил короткий взгляд в зеркало заднего вида, но ничего не сказал. Его пальцы уверенно лежали на руле, большие, спокойные. Он выглядел так, будто полностью контролирует ситуацию — и это раздражало больше всего. За окном мелькали огни причала. Чем ближе мы подъезжали к воде, тем отчётливее я чувствовала запах соли, влажного дерева, бензина. Всё это всегда ассоциировалось у меня со свободой, с летом, с ощущением, что можно сорваться с места и уехать куда угодно. Сегодня — наоборот. Это ощущалось как тупик. Машина остановилась. Двигатель затих. Тишина стала почти звенящей. — Приехали, — сказал Топер и вышел первым. Я не торопилась. Сидела, чувствуя, как ремень безопасности давит на плечо, как холодный воздух пробирается сквозь приоткрытое окно. Оливия отстегнулась и посмотрела на меня ожидающе. — Айла. — Я выйду, — сказала я. — Можешь не торопить. Я действительно вышла сама. На пирсе было прохладно, ветер сразу растрепал волосы, заставил кожу покрыться мурашками. Яхта Топера стояла у причала — белая, слишком идеальная, будто вырезанная из рекламы. На палубе уже были люди: знакомые лица, бокалы, ленивые разговоры. Кто-то посмотрел на меня с интересом. Кто-то — с плохо скрываемым любопытством. Я остановилась у трапа. — Я не хочу туда, — сказала я спокойно. Топер подошёл ближе, встал напротив. Его лицо было расслабленным, но взгляд — твёрдым. — Айла, давай без сцен. — Это не сцена. Это просьба. — Ты уже здесь, — пожал он плечами. — Зачем усложнять? — Потому что «быть здесь» — не значит соглашаться. Оливия подошла с другой стороны, встала почти вплотную. Я чувствовала её парфюм — слишком сладкий для этой ситуации. — Ты слишком упряма, — сказала она тихо. — Иногда нужно просто довериться. — Вам? — я посмотрела на неё. — Нет. Я развернулась, собираясь сделать шаг назад, к машине, к берегу, к любому месту, где была твёрдая земля под ногами. И в этот момент Топер схватил меня за руку. Не резко. Не грубо. Но крепко. — Айла, — сказал он уже другим тоном. — Хватит. Я дёрнулась. Он удержал. Оливия положила ладонь мне на спину, подталкивая вперёд. Всё происходило слишком быстро и одновременно слишком медленно. Доски пирса скрипели под ногами, ветер усилился, чьи-то голоса на палубе стихли. — Отпустите меня, — сказала я сквозь зубы. — Ты всё портишь, — раздражённо бросила Оливия. Меня буквально подвели к трапу. Я упёрлась ногами, почувствовав, как каблук скользит по дереву. — Я не пойду, — повторила я. — Пойдёшь, — сказал Топер и потянул сильнее. Это был тот момент, когда выбор закончился. Меня затолкнули на яхту — не швырнули, не бросили, но достаточно резко, чтобы я потеряла равновесие. Я споткнулась, едва удержалась на ногах, ухватившись за перила. Сердце билось где-то в горле, дыхание сбилось. Кто-то из гостей неловко отвёл взгляд. Кто-то сделал вид, что ничего не происходит. — Всё нормально, — громко сказал Топер. — Просто недоразумение. Трап подняли. Берег остался по ту сторону. Я стояла на палубе, чувствуя, как под ногами слегка покачивается яхта, как холодный металл перил впивается в ладони. Внутри было пусто и шумно одновременно. Я знала одно: я здесь не по своей воле. И это чувство — быть загнанной в красивую, дорогую ловушку — запомнится мне надолго. Где-то глубоко внутри мелькнула мысль: кто-нибудь заметит, что меня нет? Но я тут же отогнала её. Сейчас у меня не было ни связи, ни союзников, ни плана. Только белая палуба. И акулы вокруг. ____________________ Спасибо за внимание к работе! Если вам нравится мой стиль, подписывайтесь на профиль. Я готовлю много новых историй по разным фандомам, и мне бы очень хотелось, чтобы вы их увидели!