Часть 2. Это аксиома!

Офис Hogwarts Costumes стремительно терял своих сотрудников, окна гасли одно за другим, все использовали официально разрешённую подготовку к корпоративу. Гермиона же не торопилась, она сидела за своим столом, безнадёжно утонувшим под ворохом бумаг, и в последний раз перепроверяла квартальные отчёты. Последние письма разосланы, суммы сошлись, налоговый монстр прикорнул в своей пещере. И пусть, ради Мерлина, спит ближайшие двое суток! Она сделала всё возможное, что бы работа не беспокоила её во время корпоратива. Как только последний файл закрылся, а компьютер ушёл в спящий режим, мысли Гермионы тут же перескочили на предстоящий праздник. И конкретно — на красный бархатный кафтан, который уже должен был висеть в отделе дизайна. Северус, как и ожидалось, отнёсся к её просьбе с редким пониманием — или, точнее, с плохо скрытым облегчением. Реквизит прошлого года напоминал ему о травме, хотя травмой он стал для его коллег. Снейп выдал не только искусственную бороду, но и весь комплект: штаны, шапку с помпоном и внушительный (пока пустой) мешок для подарков. С подарками всё было просто. Корпорация выдавала стандартный фирменный набор (блокнотик, ручка, чашка, бутылочка шампанского — состав менялся, но суть оставалась), его и требовалось получить каждому сотруднику, от назначеннего символа Нового Года. Никто, конечно, не заставлял Деда Мороза и Снегурочку играть роль тамады для сотни с лишним человек (в этом году список грозил увеличится до трёхста). Можно было спокойно раздать базовый пакет и уйти в тень. Но! Если хотелось попасть на доску почёта в холле (а Гермиона очень хотела), то максимум очков набирался именно на новогодней вечеринке. И лучше всего, не просто раздать канцелярию, а запомниться! Да, это была детская игра, реальной награды не было. Реальные премии платили за продажи, выполнения планов. Но доска почёта… Отдел финансов ни разу на неё не попал! А ведь они, по мнению Грейнджер, тащили на себе половину компании. Просто на корпоративах финансисты обычно растворялись в фоне, как невидимый эльф-помощник, как всегда… Несправедливо! Подарки — проблема номер два. И её Гермиона уже решила. Базовый набор, и парочка оригинальных сюрпризов были куплены и продуманы до мелочей. Получить бюджет на закупки (или выделить из личных средств, управляющая финансами могла позволить себе пару новогодних кружек и носков) проблемой не являлось. Главная беда всплыла в костюме. Прошлый Дед Мороз, был на голову выше и на два размера шире. Ходить в нём, не запутавшись в подоле и не грохнувшись о собственные складки, было нереально. Спотыкающийся Дед Мороз, размахивающий мешком для равновесия, — это могло бы принести пару сочувствующих голосов, но нет, план требовал достоинства, Гермиона победит и сохранит конечности целыми! И тут встал выбор хуже, чем между салатом с крабовыми палочками и курочкой с ананасами (подставьте любые любимые блюда). Отдать костюм в руки Полумны Лавгуд — значило получить обратно, возможно, шедевр, но совершенно непредсказуемый. Красный латекс? Светодиоды по всему подолу? Борода из страусиных перьев и мигающих гирлянд? Будет сделано, Полумна и не такое может! Альтернатива — близнецы Уизли. Их юмор был прямолинейнее, предсказуемее в своей взрывоопасности. Риск нарваться на костюм, фаршированный конфетти, или на бороду, которая при каждом «хо-хо-хо» издаёт неприличный звук, казался меньшим злом, чем полная потеря связи с реальностью. Что будет делать Гермиона если в ней не признают Мороза? Выбор был сделан. Услышав просьбу, Фред и Джордж переглянулись с тем самым мерцающим огоньком в глазах, от которого у любого здравомыслящего сотрудника мгновенно сжималось всё внутри. Они охотно кивнули. Даже слишком охотно. Чтож, даже если борода начнёт крякать при каждом прикосновении или шапка внезапно запоёт хэви-метал — это не так уж и плохо… В крайнем случае, всегда был план Б: легендарный склад реквизита. К нему, кстати, можно было прибегнуть сразу. Но нет, только не это. Склад Hogwarts Costumes был чёрной дырой времени и пространства. Сотрудники входили туда молодыми и полными энтузиазма, а выходили через трое суток с безумным взглядом и в костюме то ли феи, то ли банана. Каждый считал своим долгом пожертвовать хотя бы один ненужный наряд в общий каталог. А Дамблдор, с его бесконечной любовью к «творческому разнообразию», только подливал масла в огонь дополняя бесконечный каталог. За годы правления президента, склад превратился в настоящую сокровищницу абсурда: от кружевных трусов викторианской эпохи до полного комплекта доспехов рыцарей-джедаев. Летали слухи, что где-то в глубине можно откопать костюм Тони Старка, никто так и не нашёл, а отважившиеся так и не вернулись… Но было много костюмов ложки. Много-много костюмов ложек. Зачем? Никто не знал. Но все были уверены, у Дамблдора на это есть философский смысл. Возможно, про равенство столовых приборов. Вилок, впрочем, так никто и не нашёл… Если бы голову Полумны Лавгуд можно было представить в виде комнаты, то это точно был бы их склад. Поэтому Гермиона держала его как крайний вариант. Бороду и красный плащ там найти — раз плюнуть. Дед Мороз был самым популярным образом в компании: половина содержимого склада, по грубым прикидкам, состояла именно из красных кафтанов разных размеров и степеней потрёпанности. Вторая проблема — куда менее значительная, но всё равно раздражающая — оставалась Снегурочка. Кто она? Тайна, так и не получила ответа. Гермиона опросила друзей. Гарри и Рон только пожали плечами. Им она верила. Гарри врать не стал бы, а по Рону любая ложь читалась быстрее, чем в финансовом отчёте ошибка. Жаль, конечно, хотелось заранее договориться о сценарии, репетиции, распределении ролей в конкурсах. Но ничего — кем бы ни оказалась эта загадочная внучка, они справятся. Гермиона Грейнджер умела работать в команде. Даже с неизвестными переменными. Теперь, за два часа до отъезда, пришло время забрать результат трудов близнецов. Поднявшись на этаж дизайнеров, Гермиона сразу окунулась в привычный апокалипсис, с лёгким ароматом мандаринов. По сравнению с этим хаосом её стол с бумажными завалами казался образцом минимализма и дзена. Гул швейных машинок не стихал ни на секунду, отпариватели шипели, как рассерженные коты, а в воздухе витали горячие споры о том, сколько именно блёсток допустимо на одном квадратном сантиметре ткани. Обрезки материи валялись повсюду, блестки прилипали к подошвам, словно офисный пол решил стать новогодней дискотекой. По стенам висели эскизы от классических деловых костюмов до, явно, нарушавших пару законов физики, гравитации и хорошего вкуса летающих кораблей. Пробираясь между стеллажами, Гермиона невольно задержалась у рабочего места Полумны. На манекене красовался уже готовый костюм. Что это было — определить не удавалось, но глаз не оторвать. Нечто струящееся, серебристо-голубое, с элементами, напоминающими то ли рыбью чешую, то ли осколки льда из неизвестного измерения. На столе валялись картинки морских коньков, схемы созвездий, фотографии верблюдов и… почему-то рецепт суши. Гермиона сдержанно вздохнула. Нет, она всё равно разгадает. Должна разгадать. Ставка слишком высока. Целый год свежего кофе по утрам от личного кофейного эльфа по имени Гарри Поттер того стоила. Наконец она добралась до импровизированной мастерской близнецов, которое больше походило на эпицентр взрыва в магазине тканей и фейерверков одновременно. — О, мы уж думали, что ты сдрейфила! — воскликнул Джордж. — Примеришь? — подхватил Фред с торжествующей ухмылкой, снимая с вешалки её костюм и разворачивая его, как фокусник главный трофей. Бархат остался бархатом — красным, плотным, праздничным. Силуэт же… он изменился кардинально. Кафтан стал приталенным, рукава укоротились ровно до нужной длины, подол… Подол теперь заканчивался значительно выше колена. Даже мешок для подарков преобразился, стал изящнее и был украшен тонкой серебряной тесьмой, которая поблёскивала, словно подмигивая. — А не коротковато ли…? — спросила Гермиона, прикидывая длину туники на глаз. Вывод был неутешительным. В таком виде она рисковала стать самым… пикантным Дедом Морозом в истории Hogwarts Costumes. — Ну ты же просила укоротить! — невинно развёл руками Джордж. — Просила… Но не до уровня «Дед Мороз из календаря для взрослых»! Хотя. Наверное, она всё-таки немного преувеличивала. — И вообще, мы всю ночь старались, создавая сий шедевр. Ты не можешь отказать! — добавил второй Уизли, — А если в нашей зарплате вдруг появится лишний нолик — мы сочтём это знаком высшего расположения! Времени, Фред, конечно, накинул многовато-то. Гермиона достаточно знала их способности. На ушивку ушло от силы час-полтора. Но костюм был действительно хорош. Ну, выглядел, хотя бы вполне невинно. Туника теперь напоминала скорее платье, но густая белоснежная борода точно не позволит спутать её с сексуальной эльфийкой. А если юбка всё-таки окажется слишком откровенной — рядом заботливо висели штаны. В красно-белую полоску, как у леденца на палочке, но это мелочи. Плюс длинный халат-плащ, если подпоясать, он спокойно прикроет всё лишнее. Самое подозрительное. В костюме не было видно ни одной хлопушки, ни одного скрытого свистка, ни одного провода или подозрительного шва. Ни единого намёка на «уизлевский подвох». Это пугающе интриговало. — Спасибо, — сказала Гермиона, ожидая подвоха. Потому что, если помпон на шапке начнёт рассказывать пошлые анекдоты, а борода запоёт «Jingle Bells» фальцетом — это может даже добавит очков в финальном голосовании. — Нолик прибавить не могу… Может, есть другие пожелания? — Гермиона! Обижаешь! — почти хором воскликнули близнецы. — Это от почти чистого сердца! — Мы ж почти семья! Слова отозвались волной воспоминаний. Ведь правда, когда Гермиона только устроилась в компанию, она почти сразу познакомилась с Роном. Отношения вспыхнули быстро, ярко. Начиналось всё волшебно, как в сказке. Но продлилось недолго (как в той же сказке). Они оба были упрямыми. А точнее… это она была упряма. Она ставила карьеру выше всего, не хотела уступать ни в чём, стремясь получить повышение, засиживаясь до второго пришествия на работе. А Рон терпел, он всё принимал… Пять лет назад она решила, что поступила правильно, выбрав работу. Сейчас ей двадцать восемь, она директор финансового отдела известнейшей компании, и она до сих пор считает что поступила верно. Они расстались друзьями, это было главное. Рон уже второй год встречался с милой девушкой из отдела продаж, и Гермиона искренне за него радовалась. А семья Уизли продолжала приглашать её на все праздники, как свою. — Слушайте, — внезапно осенило её, — а вы не знаете, кто будет Снегурочкой? И почему она только сейчас вспомнила о главных сплетниках (а заодно и создателях слухов) всего офиса? Кто, как не близнецы, знает абсолютно всё о всех? Фред и Джордж переглянулись. В глазах у обоих заплясали озорные чертики, что обычно предвещали проблемы для других. — Увы, Герм, мы сами в полном недоумении, — протянул Джордж с такой хитрой физиономией, что поверить в это было совершенно невозможно. — Значит, великие и ужасные Уизли не разузнали главную тайну года? — Гермиона изобразила максимально удивлённо-разочарованное лицо. — Неожиданно. — Очень плохо играешь, — тут же констатировал Фред. — Золотая малина твоя, — поддакнул Джордж. — Ой, да ладно вам! Просто скажите! — сдалась она. Как они так быстро её раскусили? Неужели она такая плохая актриса? — Мы и не врали, — пожал плечами Фред, но его улыбка говорила совсем о другом. О том, что они знают. И знают отлично. И именно поэтому молчат. Гермиона скрестила руки на груди, стараясь сохранить строгий вид. Близнецы явно что-то скрывали. Их ухмылки были слишком широкими, слишком невинными, чтобы быть правдивыми. Слишком… уизлевскими. — Ладно, ладно, — сдался наконец Джордж, оглядываясь по сторонам, будто делился тайной. — Но это строго между нами, Герм. Клятвенно. Он переглянулся с братом. Фред кивнул и подмигнул с ухмылкой. — Снегурочка — это Снейп — Что-о?! Гермиона поперхнулась воздухом. Северус Снейп в образе её внучки? С его-то вечным выражением лица «я ненавижу всех вас, а Новый год больше всего»? Это вообще возможно? А если и так, то это смертельно опасно для всех участников. Она уже открыла рот, что бы сообщить. На такой глупый розыгрыш она не поведётся. Снейп бы сказал ей, что он Снегурочка, отдавая костюм. Но дверь мастерской распахнулась, и в помещение вплыла Полумна Лавгуд, уже частично облачённая в свой костюм. Аргумент так и остался на языке, разговоры стихли. Все взгляды устремились на неё. Полумна напоминала… ну, сложно сказать. Смесь панды с русалкой, которая случайно забрела на фестиваль единорогов. Серебристый хвост (явно рыбий, но с меховой оторочкой) заменял, видимо, хвост, на голове красовались два переливающихся рога, а по спине струились перья, подозрительно похожие на рыбий гребешок. — В этом году победит принцесса… — произнесло дивное создание Лавгут. Она невозмутимо порылась в ближайшем ящике и извлекла огромные кибер-очки с неоновыми линзами. Гермиона, забыв про Снейпа, решила попытать удачу: — Луна, а ты… будешь русалкой? Очень-очень странной русалкой… — Нет, — лаконично ответила Полумна, не отрываясь от поиска. Голос был мечтательным, как всегда. Ну, я пыталась. Гермиона мысленно вычеркнула «русалку» из списка. Слишком очевидно. Может, спросить про панду? Или про кибер-единорога? Кибер-панду? Панду-единорога? Но не успела. Полумна наконец нашла то, что искала. Странные уши из перьев с мигающими лампочками явились свету. — Поздравляю, — произнесла она, глядя куда-то в район потолка. — Меня? — почему-то Гермиона сразу решила, что это адресовано ей. Хотя вариант что Луна говорит с невидимкой нельзя было исключать. — Да. — С чем? — Я уже говорила: в этом году победит принцесса… — Полумна медленно задумчиво склонила на бок голову. Снежинка на потолке с розовыми стразами отразили свет лампы и мигнули. — Или проиграет, а победит дракон. Хотя… думаю, тут вообще нет ни победителей, ни проигравших. Только искры. И, не добавив ни слова, она уплыла прочь. Близнецы переглянулись — на этот раз с явным пониманием. Они явно сложили два и два. А может, и три. Гермиона этого не заметила, она всё ещё пыталась расшифровать пророчество. Принцесса? Дракон? Искры? Звучало подозрительно похоже на… нет, ерунда. В углу кабинета мигнула маленькая ёлочка, украшенная всем, что только можно представить в самом творческом отделе, от шаров из огрызков ткани, до самодельных фигурок из скрепок и блесток. До корпоратива оставался ровно час.

***

За последние два дня Драко Малфой чётко осознал три вещи, которые он ненавидит всем своим нутром. Первое — сюрпризы. Особенно те, что вытаскивают из потрёпанной шляпы. Второе — когда его публично ставят в идиотское положение. Третье — когда Альбус Дамблдор смотрит вот этим своим взглядом. Всезнающим взглядом старца, который знает о тебе что-то крайне личное, крайне смешное и точно не предназначенное для всеобщего обозрения. Со вторым он разобрался быстро. Смирился с образом «прекрасной новогодней дивы» за одни сутки. В конце концов, Малфои великолепны в любом обличии. Это аксиома! Из этого сразу вытекало третье: попытка договориться с президентом провалилась с треском. Как этот старый лис всегда умудрялся переиграть всех, оставалось загадкой. Драко вышел из кабинета Дамблдора в полной уверенности: кокошник на его голове будет выглядеть просто божественно! Это аксиома! После нескольких примерок он окончательно убедился. Он — идеальная Снегурочка. Костюм шили специально под него. Изящный, выверенный до миллиметра, утончённый. В нём всё ещё угадывался классический образ внучки Деда Мороза, но с такой элегантностью, что даже на мужчине смотрелся безупречно. Голубая шубка с белоснежной оторочкой, серебристые узоры, лёгкий блеск — всё кричало: «Я — шедевр». Это аксиома! Пф-ф. Да легко. Хотят Снегурочку — получат лучшую в истории. Но вот первое… сюрпризы… это всё ещё раздражало. И в равной степени будоражило. Драко узнал, кто будет Дедом Морозом, уже спустя пару часов после рспределения. Это жуткое, басовитое «Хо-хо-хо!», доносящееся из отдела финансов, разнеслось по всему офису. Не услышал только глухой. Или тот, кто принципиально не выходит из своего кабинета. Грейнджер. Ну что ж. Драко поправил идеально уложенные косы, поправил дурацкий безупречно сидящий кокошник, и усмехнулся своему отражению в зеркале. Грейнджер, даже не надейся, что будет легко!