Глава 6. Доверие и страх

Тихий электрический гул сканера нарушил лесную тишину. Голубоватый луч несколько раз пробежал по грубо вырезанным на деревянных дощечках символам, считывая их структуру. — Перевод завершен, — раздался ровный, синтезированный голос Ашаса. — И что там? — с нетерпением спросил я, не отрывая взгляда от послания. — Текст следующий: «Дорогой гость. Мы обсудили твое предложение о сотрудничестве. Просим понять наши опасения, но мы готовы к диалогу. Мы высылаем гонца для сопровождения, чтобы вы могли явиться к нам. Спасибо за понимание». Ашас сделал паузу, анализируя контекст. — Это всё, что написано на дощечках. Судя по лингвистическому анализу, они выбирали слова очень осторожно. — Они боятся нас, — констатировал я, скрестив руки на груди. — Нужно пойти и показать, что мы не враги. Если мы продолжим сидеть в лесу, их страх только усилится. — Что ты предлагаешь, Кайза? — задумчиво спросил ИИ. Я окинул взглядом наш временный лагерь и грузовой отсек тяжелого экзоскелета. — Нужно прийти с дарами. Дать им понять, что мы не завоеватели, а всего лишь гости, готовые платить за гостеприимство. Они должны увидеть, что мы не несем опасности, а наоборот — можем быть полезны. — Логично, — твердо отозвался Ашас. — Обмен ресурсами — база любой дипломатии. Давай подготовим груз. — Я предлагаю дать им картофель, — решительно заявил я. — Мы не просто дадим еду, мы научим их выращивать её. Местный климат и почва идеально подходят для корнеплодов. Это решит их проблему с продовольствием в долгосрочной перспективе. — Дружище, это гениальное решение, — в голосе Ашаса проскользнули нотки одобрения. — Аграрная технология вместо оружия. Это стабилизирует регион. Я достал два герметичных контейнера с семенным картофелем и погрузил их в грузовой отсек экзоскелета. — Ладно, пока ждем гонца, давай займемся базой, — скомандовал я. — Нужно подготовить производство. Выноси детали станков. Начнем с инструментов. — Что именно нужно воспроизвести в первую очередь? — уточнил ИИ. — Сельхозтехнику. Комбайн пока рано, но плуг, борону и культиватор мы сделать обязаны. Я бы собрал простую технику для аграрных работ. — Анализ ресурсов показывает, что у нас недостаточно металла для создания полноценных машин, — сухо и расчетливо произнес Ашас. — И то верно... — вздохнул я. — Придется импровизировать. В этот момент Ашас, находившийся в режиме патрулирования, резко развернулся. Механические приводы экзоскелета взвыли, и он вскинул мою винтовку. — Сканеры зафиксировали движение в периметре, — металлическим голосом произнес он, делая шаг вперед. Из густых зарослей папоротника к нам приближался странный ящер. Он отличался от тех воинов, что мы видели раньше. Его чешуя переливалась, подстраиваясь под цвет листвы. Это был не просто ящеролюд, а скорее хамелеон. Внезапно фигура растворилась в воздухе. Ашас мгновенно среагировал, наводя ствол на пустое место, где тепловизор еще фиксировал тепловой след. Через секунду хамелеон появился снова, замерев на месте с поднятыми лапами. — Зачем ты это сделал? — строго спросил я, выходя вперед и жестом прося Ашаса опустить оружие. — П-п-простите... — дрожащим женским голосом произнес хамелеон. Теперь я мог разглядеть её лучше. На ней был белый плащ, скрывающий легкую кольчужную броню с металлическими вставками, похожую на ту, что носил командир, но более изящную. — Я испугалась... — виновато произнесла она, опуская глаза. — Я не могу контролировать маскировку, когда мне страшно. Это рефлекс. — Не извиняйся, — попросил я, стараясь улыбнуться как можно дружелюбнее, хотя понимал, что моя улыбка может выглядеть для них странно. Она попыталась улыбнуться в ответ, но вышло нелепо и скованно. Затем она опустилась на одно колено, склонив голову. — Я — Лифа. Мой долг — сопроводить вас в целости и сохранности в деревню, — она произнесла это так быстро и четко, словно заучивала фразу всю ночь, чтобы не сплоховать перед «монстрами». — Моё имя Кайза. А это Ашас. Веди нас, Лифа. Она кивнула, поднялась и внезапно рванула с места. Я опешил. Это был не бег, а размытое пятно. Лифа исчезла за поворотом лесной тропы за доли секунды. — Ашас, какую скорость она развила? — ошеломленно спросил я. — Пиковая скорость — 74 километра в час, — отрапортовал ИИ. — Невероятно... Через минуту Лифа вернулась. Она заметила, что мы остались на месте, и теперь смотрела на меня с недоумением, слегка запыхавшись. — Извини, Лифа, но мы не можем передвигаться так быстро, — развел я руками, указывая на громоздкий экзоскелет. — Наш вид слабее физически. Её глаза округлились. — Нет, это вы меня простите! Я виновата, нужно было спросить... Я просто... Я жестом остановил её извинения и показал на дорогу: — Веди. Обычным шагом. Мы двинулись в путь. Лифа шла впереди, я следовал за ней, а замыкал шествие Ашас, чьи тяжелые шаги сотрясали землю. Звенящее молчание нагнетало обстановку. Я хотел завязать разговор, но боялся сказать что-то не то. Дорога казалась бесконечной. Вскоре лес стал редеть, и мы вышли на широкую проселочную дорогу, укатанную телегами. Деревья здесь стояли плотной стеной, не давая заглянуть в чащу. — Говорят, вы убили Гропа... — тихо, с сомнением в голосе произнесла Лифа, не оборачиваясь. Я напрягся. В памяти всплыл образ ящеролюда, который выстрелил в меня из арбалета при нашей первой встрече. — Да, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал твердо, но с сожалением. — Он напал на меня первым. У меня не было выбора. Лифа кинула на меня косой взгляд через плечо. В её глазах читалась смесь страха и любопытства, но она промолчала. Дальнейший путь прошел в тишине. Наконец, лес расступился, и мы вышли к деревне. Поселение было внушительным. Его окружала бревенчатая стена высотой метров восемь. Ворота охраняли два огромных существа, совершенно не похожих на ящеров. Это были человекоподобные вороны, закованные в сверкающие серебристые латы. Возле них стояли огромные боевые молоты, которые стражи лишь слегка придерживали одной рукой, демонстрируя чудовищную силу. — Я привела чужака, которого пригласил Совет Старейшин! — крикнула Лифа, её голос эхом отлетел от стен. Вороны-стражи синхронно повернули головы, окинули нас пронзительным взглядом черных глаз-бусинок и, не проронив ни слова, толкнули створки ворот. Внутри деревня выглядела обжитой и аккуратной. Мы увидели ряды добротных домов из бревен, крыши которых были покрыты красноватой глиняной черепицей. Дорога была широкой и чистой. Однако атмосфера была напряженной. Жители — в основном ящеролюды разных мастей — разбегались, едва завидев нас. Хлопали ставни, скрипели двери. Лишь дети, спрятавшись за бочками и углами домов, смотрели на нас в полном недоумении и детском восторге. — Пришли, — с облегчением выдохнула Лифа, указывая на большое здание в конце улицы. Это был особняк, явно принадлежащий лидеру. Из дверей тут же вышел старик в сопровождении свиты. Он выглядел опрятно и величественно. На нем была богатая мантия, но вырез на груди открывал старый, жутковатый шрам от ожога. — Здравствуй, дорогой гость, — произнес он глубоким, скрипучим голосом, в котором чувствовалась усталость. — Проходи. Мой дом — твой дом. — Благодарю, — коротко ответил я, стараясь соответствовать торжественности момента. Мы вошли в небольшой, но уютный зал, освещенный масляными лампами. Посредине стоял массивный стол из темного дерева. У стены замерла прислуга — три молодые ящеролюдки в легких платьях, они смотрели на нас с опаской. — Присаживайся, — жестом пригласил старик. Я молча кивнул и сел. Старик устроился напротив. Его желтые глаза с вертикальными зрачками внимательно, изучающе скользили по мне, по моему странному костюму и по Ашасу. В этом взгляде не было раболепия — только осторожность хищника. — Ашас, — обратился я к напарнику, — покажи наш дар. ИИ в экзоскелете шагнул вперед и с глухим стуком поставил на стол один из контейнеров, сдвигая крышку. Внутри лежали крупные, мытые клубни. Старик вытянул шею, разглядывая содержимое. Он ожидал увидеть оружие, золото или диковинные механизмы. — Камни? — разочарованно и сухо спросил он, поднимая чешуйчатую бровь. — Ты принес нам камни, чужеземец? — Не камни, — спокойно ответил я, доставая небольшой нож. Грок напрягся, его рука едва заметно дернулась к поясу, но я лишь взял один клубень. — Это «земляное яблоко». Картофель. Я уверенным движением разрезал клубень пополам. Раздался сочный хруст. Я отрезал ломтик и, глядя прямо в глаза старейшине, отправил его в рот, демонстративно прожевал и проглотил. — Это еда, Грок. Старейшина недоверчиво взял половинку клубня. Понюхал. Лизнул срез раздвоенным языком. — Безвкусное, — вынес он вердикт, кладя картофель обратно. — В лесу полно кореньев. Зачем нам твои? — Потому что в лесу коренья нужно искать, а этот растет там, где ты его посадишь. Один такой клубень дает десять новых, — я подался вперед, понизив голос. — Но главное не вкус. Главное то, что он лежит в подвале всю зиму и не гниет. Взгляд Грока изменился. Слово «зима» было для них страшным. — Не гниет? — переспросил он, и в его голосе прорезался неподдельный интерес. — Ты утверждаешь, что это может прокормить нас в Стужу? — Я не утверждаю, я обещаю. Этот контейнер — семена. Мы научим вас сажать, ухаживать и сохранять урожай. Это сытная пища, Грок. Ваши дети перестанут умирать от голода зимой. Старик замолчал. Он взял клубень снова, но теперь держал его не как камень, а как драгоценность. Он взвешивал его в руке, просчитывая варианты. — Никто не делает таких подарков просто так, — наконец произнес он тяжелым тоном. — Если это яд — мы умрем. Если это правда — мы будем тебе обязаны. Какова цена? Ты хочешь наших земель? — Этот контейнер — дар доброй воли. Безвозмездно, — твердо ответил я. — Чтобы вы поняли: я пришел не как завоеватель, а как союзник. Лицо старика дрогнуло. Маска сурового вождя на секунду треснула. Он слишком хорошо знал цену голоду. Он медленно поднялся со своего места и склонил голову так низко, что его лоб почти коснулся стола. Это был жест глубочайшего уважения, граничащий с покорностью. — Если это спасет мой народ... — его голос хрипел, сдерживая эмоции. — То я, Грок, и весь мой клан благодарим тебя. Мы не забудем этого. Он выпрямился, и я увидел, как блестят его глаза. — Лифа! — властно крикнул он, не оборачиваясь. Хамелеон тут же бесшумно появилась в дверях. — С этого дня ты — тень этого человека. Его слово — мое слово. Его враги — твои враги. Слушайся его во всем, — приказал старик тоном, не терпящим возражений. — Хорошо, отец, — Лифа почтительно поклонилась ему и встала за моей спиной. Когда напряжение немного спало, мы снова сели. — Я Кайза, — представился я. — Я Грок, старейшина. — Он подвинул контейнер ближе к себе, словно боясь, что я передумаю. — Ты сказал, что хочешь быть союзником. Что нужно союзнику от маленькой деревни? — У меня есть знания и технологии, — начал я, видя, что теперь меня слушают всерьез. — Я могу решить ваши проблемы с медициной, укрепить дома, дать лучшие инструменты. Грок кивнул, уже деловито: — А взамен? — Мне нужны руки и ресурсы. Металл, дерево, камень. Я не могу строить один. — Люди не будут работать за обещания, — покачал головой старейшина. — Даже по моему приказу они пойдут неохотно. У них свои заботы — охота, собирательство. — Я понимаю. Поэтому я беру на себя полное обеспечение едой всех, кто будет работать на меня, и их семей. — Я указал на картофель. — Сначала — пайки, а когда соберем урожай — полные амбары. Грок посмотрел на клубень, потом на меня. В его глазах зажегся огонек надежды и расчета. — Еда в обмен на труд и камни... — пробормотал он. — Это честная сделка. Я объявлю об этом на Совете. Многие согласятся. — На том и порешили, — сказал я, вставая и протягивая руку. — Договорились, — ответил Грок. Он встал и крепко обхватил мою ладонь обеими чешуйчатыми руками, скрепляя союз.