Глава 14. Весело поболтали?

      Джули сидела, уставившись в экран телефона. Джульетта: Не спишь?       Она моргнула, не веря глазам. Под сообщением была холодная, безжизненная строка.

Сообщение не доставлено.

      Сначала непонимание. Потом — прошибающая волна осознания.       — Он… заблокировал меня, — её голос прозвучал тихо и бесцветно, словно доносился из другого конца туннеля.       Эбигейл и Хейли, болтавшие поодаль, разом замолкли.       — Чего? — Хейли недоверчиво вздёрнула бровь.       — Он меня заблокировал! — Джули вскочила с кровати. Её голос сорвался на высокий и истеричный. Она швырнула телефон на шёлковое покрывало. — Этот… этот мальчишка! Этот щенок! Посмел заблокировать МЕНЯ?       Ярость была жаркой, мгновенной и… исцеляющей. Она сожгла стыд, сомнения и ту дурацкую, наивную надежду. Теперь в ней жило только одно чувство…

Я чрезвычайно оскорблена.

      — Да он вообще понимает, что сделал? — зашипела она и принялась метаться по комнате. — Я, блять, готова была извиняться! Я первая написала! Я! Я… а он… он занёс меня в чёрный список, как какую-то назойливую поклонницу!       Эбигейл свистнула.       — Ну, надо же. У парня появились яйца. Не думала, что в нём есть такое.       — В нём такого и нет! — взорвалась Джули. — В жизни не поверю, что он сам додумался! Это не его решение! Это… это…       — Себастьян, — уверенно закончила Эбигейл, поднимая брошенный телефон. — Сто пудов, это его почерк. Нашептал, надоумил, мозги промыл. Как типично.       Хейли, нахмурившись, обняла подушку.       — Но зачем? Что ему с этого?       — Пфф! — Эбигейл закатила глаза. — Он сам сейчас в полной жопе, вот и тянет Сэма на дно, чтобы не одному тонуть. Классика.       Джули остановилась посреди комнаты, её грудь вздымалась от гнева. Волосы растрепались, а реснички слиплись от слёз, которые она теперь считала признаком слабости.       — Так не пойдёт. Я не позволю ему рушить то, что… — она запнулась, не в силах закончить предложение. — То, что я решила… Привести в порядок.       — И что ты сделаешь? — поинтересовалась Хейли.       — Пойду и снесу его дом вместе с этим чертовым подвалом, — прошипела Джули, но Эбигейл покачала головой.       — Слишком брутально и неэффективно. Ты же не варвар. Ты стратег.       — Ещё и не факт, что это он! — вставила Хейли, всё ещё сомневающаяся в подозрениях подруг.             — Ага… В общем. Иди к нему. Поговори. Выведай, что там за бред он впарил Сэмми. Посмотри ему в глаза.       Идея упала на благодатную почву. Да. Она пойдёт. Она заставит этого мудака пожалеть о том дне, когда он решил влезть в её жизнь.

˚⁺₊✧⁺˚₊⋆ ♡ ⋆₊˚⁺✧₊⁺˚

      На следующее утро Джульетта потратила на сборы больше часа. Никаких следов вчерашних слёз. Только безупречный макияж в стиле «холодная ярость»: стрелки, острые скулы, алые губы. Девушка надела роскошное эпатажное платье с горлом, подчеркивавшее хрупкость её шеи и бледность кожи. Она выглядела как воплощение роковой женщины — хрупкая, но опасная, как осколок хрусталя.       Она не написала, не предупредила. Просто пришла к дому Себастьяна. Её каблуки скандально цокали по каменным ступеням, ведущим в подвал, словно отбивая барабанную дробь перед казнью. Она толкнула дверь без стука.       Себастьян сидел за компьютером, в наушниках. Заметив девушку периферическим зрением, он медленно повернулся.       — Вайнвуд, — произнёс он ровно. — Неожиданно.       — Поговорим? — её голос был гладким, как лёд.       Она прошла в помещение. Себастьян снял наушники и откинулся в кресле, демонстрируя полную расслабленность. Он не предлагал ей сесть.       — Я слушаю.       — Сообщение не доставлено, — заявила она, подходя ближе и останавливаясь перед ним.       Себастьян медленно кивнул, его взгляд был непроницаемым.       — И что ты хочешь от меня? Рекомендацию по настройке мобильной связи?       — Сэм меня заблокировал. Я хочу знать, что тебе об этом известно, — Джули не моргнув глазом выдержала его взгляд. — Виделись вчера?       Он внимательно посмотрел на неё, потом слегка пожал плечами.       — Виделись. Говорили. Он был в ужасном состоянии…       Его спокойствие было обескураживающим. Она ждала колкостей, яда, откровенной вражды. Его хладнокровие слегка выбивало из колеи.       — И, о чем же вы говорили, м? — не сдавалась она.       — Боюсь, это частный разговор.       — Не бойся, я никому не расскажу. Только намекну Эбби, что ты… В прочем, забудь. Частный, так частный.       Она развернулась на каблуках и направилась к выходу. Себастьян устало вздохнул и сдался.       — Если кратко, о том, что он тебе не пара, Вайнвуд. Он это, в принципе, давно понимал. Просто не хотел верить. Просто потребовалось время, чтобы это окончательно осознать.       — И что же помогло ему «осознать»?       На губах Себастьяна дрогнул почти невидимый намёк на улыбку.       — Сравнение.       — О чем ты вообще?       — Пенни. Она видела его состояние. И, в отличие от некоторых, предложила простое человеческое участие. Без игр, без условий.       Он оттянул языком щеку и изобразил характерный жест кулаком. Затем сделал паузу, давая ей впитать сказанное, и продолжил, с удовольствием отметив, как краски покидают её личико.       — Думаю, он наконец-то увидел разницу. Между тем, что есть, и тем, что могло бы быть. И выбрал то, что не разрывает ему душу на части. Я не виню его.       Он так изящно выставлял её виноватой, а Сэма — жертвой, пришедшей к здравому решению. Небольшая ложь пойдет на пользу. И ей, и ему. И Себастьяну.       — Так он теперь с ней? — голос Джули дрогнул, как ни старалась она его контролировать.       — Я не спрашивал о деталях, — Себастьян отвел взгляд к монитору, демонстрируя, что разговор исчерпан. — Но… думаю, да. Они выглядят… естественно. Как что-то давно назревшее.       В его словах не было ни капли яда. Только усталая констатация. И от этого картина, которую он рисовал, становилась ещё невыносимее. Не страсть, не месть, не манипуляция. А «естественно». «Назревшее». Сэм и Пенни. Как будто, так и должно было быть. Джули почувствовала, как пол уходит из-под ног. Комната закружилась. Воздух стал густым и едким. Её рука непроизвольно потянулась ко рту. Тошнота подкатила к горлу внезапной, спазмирующей волной.       — Я… — она не смогла договорить.       Она развернулась и, почти не видя дороги, бросилась к выходу. Она рванула дверь на себя и вылетела в коридор. Её каблуки споткнулись о порог, и она врезалась прямо в грудь кому-то высокому.

Только Деметриуса здесь не хватало…

      Сильные руки схватили её за плечи, чтобы удержать от падения. Она подняла голову. Перед ней стоял вовсе не Деметриус. Сэм. В руках он держал гитарный чехол. Его глаза, широко распахнутые, беззлобно смотрели на неё с шоком и немым вопросом. Он видел её нарядную одежду, её идеальный макияж. Видел её измазанную в помаде руку, прижатую к губам. И как лицо исказилось странной смесью эмоций, когда она подняла на него глаза.       В его голове, отравленной ядом подозрительности и боли, сложилась своя, ужасающая картина. Она здесь. У Себастьяна. В таком состоянии. С прижатой ко рту рукой… Та самая рука, что когда-то так нежно касалась его лица.

Она была с ним. Вот почему он так настаивал, чтобы я её заблокировал.

      Мысль ударила с физической силой. Его пальцы разжались, и он отпустил её плечи, словно обжёгшись. Джули толкнула его и кинулась вверх по лестнице, не оборачиваясь. Она не стала ничего объяснять. Не могла. И не хотела. Не теперь, когда он променял её на эту заумную суку, сосущую чужим парням. Она пулей вылетела из дома, прижимая ладонь ко рту, на свежий воздух, где её наконец вырвало.       Сэм постоял как вкопанный, пару минут, складывая пазл в голове. Потом его взгляд, полный немого обвинения, медленно перевёлся на дверь подвала, где в проёме теперь стоял Себастьян.       — Ну и? — прохрипел Сэм. — Весело поболтали?       Себастьян пожал плечами, мастерски изображая безразличие, но его пальцы крепко сжимали косяк двери.       — Она просто пришла выяснять, почему ты её заблокировал. Я объяснил.       — Объяснил? — Сэм зашёл в подвал, с силой швыряя инструмент на диван. — И что, для «объяснения» надо было ей в рот пихать? Членом объяснения заталкивал?       Себастьян замер. На его лице на секунду мелькнуло неподдельное изумление, но он быстро взял себя в руки.       — О чём ты вообще, Сэм?       — Она рот вытирала, когда уходила отсюда!       — Её просто затошнило от осознания, что ты наконец-то нашёл кого-то получше.       — Не пизди! — Сэм подошёл вплотную, его лицо исказила гримаса гнева и боли. — Я всё видел! Ты что, трахал её тут, пока я не пришёл? И поэтому ты так упорно уговаривал меня забыть о ней? Чтобы самому подкатить? Ахуенно, спасибо, друг, — парень горько выплевывал слова. К лицу прилила кровь, кислорода было катастрофически недостаточно.       — Ты совсем ебанулся? — Себастьян фыркнул, но в его голосе впервые прозвучала неуверенность. — Вайнвуд мне нахуй не сдалась, я же тебе говорил!       — Говорил! Говорил много чего! — Сэм с силой провёл рукой по волосам. — Что она стерва, что она играет, что она меня бросит! Как удобно, ни разу не писала мне первая, но только я её заблокировал, по твоей указке, сразу пришла. К тебе. Ты себя то слышишь? — парень захлебывался потоком слов и мыслей, в нём кипел гнев и мерзкое чувство несправедливости, преданности. — Наплёл мне… А сам под шумок решил её утешить? Ты всегда так на неё смотрел, с Эбби сравнивал, касался постоянно! Вы, блять, друг друга стоите! Играете в свои ебанутые игры с чужими чувствами!       Он развернулся и пошёл к выходу.       — Сэм, постой, ты не так всё понял…       — Засунь свои объяснения себе в жопу, Себ. Я уже достаточно наслушался твоих советов.       Дверь в подвал с грохотом захлопнулась.

˚⁺₊✧⁺˚₊⋆ ♡ ⋆₊˚⁺✧₊⁺˚

      Джули не помнила, как добралась до дома. Она металась между ванной, где её снова и снова рвало желчью и унижением, и своей спальней, где она зарывалась в подушки, пытаясь заглушить рыдания.

Пенни. Он был с Пенни. Он предпочёл Пенни.

      Её тело, её бизнес, её попытка стать уязвимой — всё это оказалось смешным и незначительным на фоне «настоящего», которое олицетворяла собой скромная библиотекарша. Себастьян был прав. Она — просто стерва. А Пенни — тихая гавань. И Сэм сделал свой выбор.       Тем временем Сэм шёл по улицам Пеликана, не разбирая дороги. Ярость в нём кипела, едкая и беспощадная. Он верил Себастьяну. Верил его словам о том, что Джули его не стоит. И теперь эта вера обернулась ножом в спину. Он всегда был его наставником, его старшим братом. Его лучший друг. Его единственный друг в самый худший период жизни. И девушка, от которой у него перехватывало дыхание.

      Они оба предали его.

      Он зашёл в салун, когда тот только открылся. Гас поднял на него взгляд и вскинул брови, увидев помятое, мрачное лицо парня.       — Джоджа-кола? — спросил хозяин заведения.       — Что-нибудь крепче, — буркнул Сэм, плюхаясь на барный стул.       — Сегодня без драк?       Сэм тяжело вздохнул и потупил взгляд. Он раскаялся бы, не займи его мысли Себастьян. Гас решил не давить.       Мальчик не заметил, как через полчаса в салун вошла Пенни. Она планировала почитать, по обыкновению, в тишине за чашечкой чая. Увидев его согбенную спину и наполовину пустой стакан какого-то дешёвого виски, она замедлила шаг. Её собственное сердце сжалось от боли при воспоминании о той ночи, но жалость к нему оказалась сильнее.       — Сэм? — тихо окликнула она, подойдя ближе.       Он медленно повернул к ней голову. Его взгляд был мутным. В нём не было ни благодарности, ни тепла, которые она так надеялась увидеть когда-нибудь. Только пустота и горечь.       — А, — хрипло произнёс он. — Привет, Пен.       — Ты… Как ты, Сэм? — она не знала, что сказать.       — Отлично, — он горько усмехнулся и вновь приложился к стакану, заметно морщась. — Просто замечательно. Меня все вокруг либо используют, либо предают. Классная жизнь.       Пенни прикусила губу.       — Я… я не хотела тебя использовать, Сэм. Я просто… хотела помочь.       — Мм, — он перевёл на неё тяжёлый взгляд. — Я не про тя. И… Знаешь, кто ещё хотел мне «помочь»? Себ. Знаешь, чем кончилось? Ебанёшься… Он, блять, пока я страдал, трахал ту, из-за кого я…       Пенни ахнула в изумлении, широко раскрыв глаза.       — Что? Джули?.. И… Себастьян? Но… это невозможно!       — А я сам видел! — он стукнул кулаком по стойке, заставив стакан подпрыгнуть и недовольно шикнуть Гаса. — Она выбежала от него, Вытирая губы! — парень икнул. — Лучше и не придумаешь!       В этот момент дверь в салун снова открылась. На пороге стояла Джули. Она была бледна, как полотно, но держалась с ледяным достоинством. Она искала Эбби, но моментально забыла, зачем вообще пришла сюда, стоило взгляду, скользнув по залу, упасть на барную стойку.       На Сэма. И на Пенни, которая сидела рядом, поглаживая парня по плечу. Он уже не скрывается. Они вместе.       Сэм перевел на Джульетту замутнённый взгляд и зло усмехнулся.       — Ну здравствуй, принцесса. Сравнила? Мой друг получше, м?       Джули застыла. Его слова не имели для неё никакого смысла, они потонули в гуле её собственной боли. Она видела только одно: Сэм был с Пенни. И теперь он издевается над ней.       — Я тебя ненавижу, — прошептала она так тихо, что, возможно, он и не услышал. Но он вполне мог прочесть это по губам. Если, конечно, ещё не нажрался до беспамятства. До состояния, когда Пенни могла показаться «ничего».       Она развернулась и вышла, оставив в салуне гробовую тишину. Пенни смотрела на Сэма с растущим ужасом.       — Сэм, она же… Она же думает, что ты… что мы…       — А какая разница, что она думает? — он перебил её, залпом допивая виски. — Всё равно всё кончено. Для всех.