Семейные Ценности

      Несмотря на то, что Добби заменил все белье и убрал все, что могло напоминать о предпочтениях предыдущей хозяйки — или хозяев — Гермиона просто не могла заставить себя приблизиться к этой кровати. Она устроилась было на кресле, трансформированном в достаточно длинный диван — но даже и в этом случае уснуть она не могла. Забыться получилось только после мощнейших изгоняющих чар, наложенных на проклятую кровать первой попавшейся под руку палочкой (это оказалась палочка Дамблдора): она сама удивилась, что у нее получилось исчезнуть столь массивную, да еще и волшебную, конструкцию.

***

      За несколько минут до шести ее словно подбросило, и она обнаружила, что ее палочка смотрит в сторону двух еле видных в полутьме силуэтов.       — ТЫ СМЕРТЬ? — хором спросили силуэты.       — Я… так похожа на нее? — ничего лучшего ей в голову не пришло. Спросонья-то.       — ОЧЕНЬ. ГОВОРЯТ, СМЕРТЬ КРАСИВАЯ.       — Не всегда, — она узнала двоих вчерашних близняшек и просто не знала, что сказать, поэтому решила чисто по-гриффиндорски говорить то, что первым придет в голову. — Чаще всего она довольно уродлива.       — ТЫ ЕЕ ВИДЕЛА?       — Больше раз, чем мне хотелось бы, — ответила она, разглядывая свое изможденное лицо в зеркале. — А почему вы в таком виде?       На девочках были только фартучки. Как и вчерашние мантии — на голое тело.       — МАМА/ТЕТЯ И ДЯДЯ/ПАПА ТРЕБУЮТ, ЧТОБЫ МЫ ПРИВЕТСТВОВАЛИ ИХ УТРОМ ДОЛЖНЫМ ОБРАЗОМ.       — Это… было постоянное требование?       — ТОЛЬКО НА КАНИКУЛАХ, А НЕ В ХОГВАРТСЕ.       Потом девочки переглянулись — это снова было похоже на невербальный диалог — и добавили:       — НО В ЭТОМ ГОДУ ОНИ ПРИШЛИ В ХОГВАРТС САМИ.       Теоретически ее должно было стошнить, но практически она почувствовала лишь гнев. Однако по еще не рационализированной ею, но интуитивно осознанной и принятой причине она старалась говорить как можно менее эмоционально.       — Это требование отменяется. Мисс Алекто и мистер Амикус Кэрроу больше никогда не будут требовать от вас этого… или чего-то подобного.       Девочки снова переглянулись и безмолвно поговорили еще несколько секунд, затем обе головы снова повернулись к ней.       — ТЫ ЗАБЕРЕШЬ НАС СЕБЕ?       — Нет. Я заберу… Точнее, я уже забрала себе их.       — ТЫ ЛЖЕШЬ НАМ.       Волна легкого ужаса мурашками прошла по ее хребту от их безразличного взгляда, одного на двоих, так не соответствующего и ситуации, и словам.       — Одеться. Это приказ. Мне не нужно, чтобы вы простудились. Мадам Помфри и так есть чем заняться, — рациональные аргументы выглядели предпочтительнее.       Девочки снова переглянулись, синхронно отошли к окну, где на двух стульях были аккуратно сложены два комплекта формы и столь же синхронно начали одеваться.       — Ждать здесь.       Она быстро оделась и вышла из покоев, благо до туалета Миртл на втором этаже было недалеко.       — Добби! В моей… новой спальне ждут две девочки. Доставь их сюда: я не хочу, чтобы они знали дорогу.       — Добби сделает, профессор Гренжи, мэм!       Два хлопка спустя близняшки стояли и завороженно смотрели на тела Алекто и Амикуса, лежащие на медицинских каталках, которые она вчера трансфигурировала из дверей не попавших в зону их с Гарри лаборатории туалетных кабинок. Обе обряженные в черную кожу и ткань тушки были зафиксированы ремнями — помимо того, что находились без сознания.       Девочкам понадобилось целых три безмолвных разговора, перемежаемых сеансами разглядывания, чтобы развернуться к ней.       — ПОЧЕМУ ОНИ НЕ МЕРТВЫЕ? ТЫ ЖЕ ВЗЯЛА ИХ СЕБЕ!!!       Гермиона поняла, что девочки почему-то до сих пор считают ее Смертью, и как разубедить их, она не представляла.       — Я забрала их себе и делаю с ними то, что мне нужно. Пока они оба нужны мне живыми. Вам — приказ: вести себя в Хогвартсе как обычно. Тех, кто будет… похож на профессоров Кэрроу, считать обычными профессорами.       — МЫ ХОТИМ ВИДЕТЬ, КАК ОНИ УМРУТ.       — В свое время. Добби, вернешь девочек в спальни Слизерина. Флора, Гестия, завтра утром можете прийти ко мне… одетыми… и спросить обо всем, о чем хотите. Не факт, что я отвечу, но лгать точно не буду. Добби, после того как отведешь девочек, вернись сюда — есть еще много работы.       — Добби сделает. Добби вернет мисс Флору Кэрроу и мисс Гестию Кэрроу к другим змейкам. Добби вернется делать много работы.       — МЫ ПРИДЕМ.

***

      — Внимание, класс, — первокурсники были заранее напуганы: точная информация о произошедшем на уроке шестого курса и невнятные сплетни — о случившемся после него уже распространились по школе, — Учебники убрать, приготовиться записывать. Сегодня ваш первый урок курса Маггловедения. Первая часть курса посвящена взаимоотношениям магов и магглов, а также Статуту Секретности и его необходимости.       Профессор Маггловедения говорила ровным тоном, никак не пытаясь запугать школьников, однако те все равно выглядели напряженными.       — …Итак, если две тысячи лет назад волшебство было для магглов чем-то постоянно творящимся вокруг них и само собой разумеющимся, то уже половину этого срока спустя, не без влияния христианства, ведьмы и колдуны воспринимались уже в качестве чуждой угрозы. Сейчас вы увидите, как магглы воспринимали эту угрозу.       Профессор сдернула ткань со стоящей на столе чаши и достала из мантии слегка светящийся пузырек.       — Это воспоминания… одной из учениц о просмотре маггловского мультфильма — это что-то вроде очень длинной движущейся картинки, созданной безо всякого волшебства, длительным однообразным трудом примерно шестисот магглов в течение девяти лет — о борьбе со злом, которое может принести магия. После его просмотра каждому из вас будет нужно написать эссе длиной от пяти до шести дюймов о том, как магглы воспринимают волшебную опасность; это и будет вашим первым домашним заданием к следующему уроку.       Профессор притушила свет в классе, кончиком палочки достала из пузырька длинную серебряную нить и опустила ее в чашу. Затем она постучала по чаше палочкой, и над ней возник странный прямоугольник с закругленными краями, на котором было написано «Спящая Красавица».

***

      — Итак, вопросы?       — Профессор Кэрроу, но как маггл мог убить дракона всего лишь мечом?       — Обратитесь к мистеру Лонгботтому с седьмого курса Гриффиндора, мистер Джоунс, он имеет в этом некоторый опыт и может дать Вам вполне профессиональную консультацию. Еще вопросы? Мисс Пьюси?       — Профессор, а действие зелья правда можно побороть Поцелуем Истинной Любви?       — Если не ошибаюсь, урок Зелий у первого курса будет в пятницу. Вы можете задать этот вопрос профессору Уизли, однако рекомендую заранее просмотреть учебник и подумать, какое именно зелье могла использовать ведьма. Не исключено, что там же Вы найдете и ответ. На этом все. Помните о домашнем задании. Класс свободен.       Едва дверь класса закрылась, послышались негромкие иронические аплодисменты.       — Прежде всего, профессор, примите мою признательность за блистательное пробуждение интереса к тонкому искусству Зельеварения как минимум у женской половины первого курса.       — Благодарю, Мастер.       — Хотя ожидать благодарности от Молли Вам вряд ли стоит — эта постоянно всплывающая легенда уже несколько веков приводит зельеваров в бешенство. И… я должен отметить Вашу главную ошибку — Вы… недостаточно ужасающи.       — Но… Это же первый курс!       — Вообразите, что будет, если восхищенная маленькая мисс Пьюси напишет восторженное письмо отцу? Вообразили?       — Да, Директор. Должна ли я стать…       — Теоретически — да, Вы должны, а практически — не сможете. Строгой, как Минерва — да, хотя и не сразу. Ужасающей — нет. Но, поскольку в начале карьеры я сам находился в Вашем положении, хотя и по иным причинам — часть моих учениц была всего на три года младше, чем я, а за мной тянулся крайне романтический шлейф отвергнутой любви и гибели возлюбленной…       — Ох-х.       — Именно. Держите — мне пришлось изобрести это в рекордно короткие сроки, да еще и успеть поймать боггарта. Инструкция на этикетке. К слову, к вечеру воскресенья я ожидаю три фута по темным аспектам ауры боггарта и способам ее консервации, Ученица. Полагаю, Молли не откажет Вам в использовании лаборатории Зелий.       — Да, Мастер.       — Особенно рекомендую использовать это на отработках. Даже тривиальная чистка не слишком загрязненных котлов становится для этих маленьких тупиц незабываемым впечатлением. А теперь я попросил бы Вас встретить Вашего… коллегу и проводить его в Хогвартс. Он будет ждать Вас в известном Вам доме в шестнадцать часов. Вот Директорский портключ, который приведет вас непосредственно в покои Кэрроу.       — Будет сделано, сэр!

***

      Дверь дома на Гриммо, 12 пропустила Гермиону Джин Грейнджер без единого скрипа, поэтому она позвонила в специально подвешенный колокольчик.       — Входи, `Эрмьон! — услышала она голос Флер и пошла в сторону кухни. — Как `Арри?       — Все так же. Плохо. Но… я по другому вопросу. — она попыталась надеть на лицо бравую улыбку. — Кого из вас мне теперь называть коллегой? Коллега Билл? Коллега Дред? Коллега Фордж? Вряд ли коллега Флер…       Трое рыжих засмеялись.       — Называй меня коллегой Амикусом, красотка, не ошибёшься.       Она стремительно обернулась. Профессор Грюм сидел в углу, вероятно — под чарами неприметности, и вкушал вареную куриную грудку без соуса, захлебывая ее из фляжки.       — Что Вам подарили на Рождество девяносто четвертого, сэр?       — Две бутылки МакАллана. А кто тогда взорвал дверь?       — Профессор Снейп, сэр. Дверь в Ванную Префектов.       — Хех, теперь-то Директор Снейп. Директор… Да пошел он в жопу… директор. Ладно. Надо — так поработаем. Давай рассказывай, что там было.       Гермиона подробно описала события.       — Я не понимаю одного, — наконец, сказала она. — Как она собиралась выжить, когда к ней прибежала бы Молли?       — Очень просто, — ответил Грюм. — Молли застала бы невиннейшее написание строчек… и закрытую дверь в личные покои. Эта картина ей только для психологического надлома жертвы нужна была. Ну, помимо удовольствия. И, разумеется, вскоре после визита Молли Алекто отпустила бы мисс Уизли… из уважения к коллеге. А потом… вряд ли сразу, скорее, через пару-тройку дней… Директору Снейпу в связи со смертью профессора Уизли от рук собственной дочери — кстати, не исключаю, что с применением маггловского оружия, теперь это модно — понадобился бы новый преподаватель Зельеварения и декан Гриффиндора, и скорее всего им стал бы Джагсон. Что вы думаете — Темные маги только от нас выходили? — криво усмехнулся отставной аврор.       — То есть она хотела заставить Джинни не…       — Это тоже, — кивнул Грюм. — Но потом. Так-то вполне в стиле этой семейки комбинация. С магглами они такое любили творить — чтобы родители детей убивали, дети — родителей… Пунктик у них на этом. Одного они не учли — что мой «Империус» мисс Уизли сбросила еще легче, чем Поттер. Ну и вас тоже они во внимание не приняли, а зря.       — А Флора и Гестия… Они…       — Они даже не первые такие: Амикус и Алекто тоже… Еще в конце прошлого века все началось: были там два закадычных дружка — Лестрейндж и Руквуд…       — Лестрейндж… Это который скрещивал людей с домовиками?       — Не только. Но да, именно тот. А Руквуды… Цезарь Руквуд мечтал отделить магию от волшебников. И иметь возможность соединить их снова. Причем, говорят, не просто из научного интереса, а чтобы ею приторговывать. И, кстати, младший из этой семейки, Августус, тоже этой идеей интересовался. А Цезарь на пару с Лестрейнджем еще тогда заболтал мозги тогдашним Кэрроу, брату и сестре, что дескать магию лучше в семье держать — видимо, хотел получить чистую линию и поэкспериментировать…       — Как… Как это было у древних фараонов? Тварь.       — Точно, тварью он был той еще. Ну, кончил он плохо — из него, можно сказать, салат сделали. Так что поэкспериментировать не вышло. Но для семьи Кэрроу уже поздно было. Но ладно. Ты же не только за мной сюда пришла?       — Не только. Фред, Джордж — мне нужны Грёзы. Настоящих Кэрроу будут вызывать в Министерство или даже к Самому, и мне нужно, чтобы доклады от них, и их мысли соответствовали… желаемой картине.       — Грёзы? На вот этих вот?       — Основу-то мы тебе дадим…       — …А вот содержание…       — Вы хоть представляете, сколько раз мы блевали…       — …Когда всего-то на Амбридж их делали?       — Содержанием я займусь. Покажете, как, — отрубил Грюм. — Я за службу столько навидался, что как-нибудь не сблюю. А сблюю, так утрусь.       — Кстати, у нас на пленке несколько подходящих фрагментов было, — вспомнил Фред. — Не про извращения, а про идеальный порядок в классе.       — Ну да — не все же время они там развлекаться должны, — согласился Джордж.       — А подойдет? — усомнилась Гермиона. — Где Амбридж и где эти двое.       — Там ты только общие образы вписываешь, — пояснил Джордж. — Клиент все сам под себя дофантазирует.       — Хорошо. И… Когда сможете прислать пленку?       — А она уже в Хоге. Джинни попроси, она знает, где. Там бывший маггловский киноаппарат на шестнадцать миллиметров, его еще Билл где-то нашел, и катушки к нему. Кстати, можешь порнуху нужного содержания тоже готовую купить, чтобы у них в мозгах не копаться.       — Порнуху тоже я куплю, — вздохнул Грюм. — Этим двоим такое надо, что у вас, молодые люди, самоотвалится, а у вас, дамы — самозашьётся.       Пока близнецы объясняли Грюму тонкости конфигурации грёз под клиента, Гермиона подошла к Биллу и Флер.       — Мы нашли выход, — сказал Билл. — МакМилланы, Блэки, Уизли — мы решили подождать с покупкой коттеджа, Финч-Флетчли, Тонксы, Делакуры и Грейнджеры скинулись и купили объект, — он показал девушке маггловскую фотографию.       — Ух ты. «Франко?» Это… Испания? Выглядит грязновато.       — Но зато снимает п`облему с междуна`одными по`тключами, — пояснила Флер. — И все п`оведено исключительно че`ез маггловские власти. У МакМилланов в этом большой опыт и они наши па`тне`ы. Да и искать нас будет намного т`уднее, даже если инфо`мация и утечёт.       — И нет, это не Испания. Бывшие Советы до сих пор распродают все за бесценок на металлолом, в таком вот состоянии, — продолжил Билл. — Мы его перекупили прямо перед разделкой, через семью Патилов. Так что еще семь или даже восемь недель на ремонт — частью волшебный, его прямо в Аланге сделают, частью маггловский — а потом установим там наш Исчезательный Шкаф и сможем принять до семисот человек. А если расшириться и уплотниться — то и до тысячи. Так что постарайтесь эти пару месяцев не нарываться.       — Попробуем, — вздохнула мисс Грейнджер. — Я передам… нашим.

***

      Когда Гермиона проснулась следующим утром, Флора и Гестия сидели на тех самых стульях, на которые накануне складывали свою одежду. Сидели они, положив руки на колени, совершенно неподвижно и, кажется, не моргая, отчего девушку нет-нет да и окатывало волной необъяснимого страха — не такого выраженного, как от подаренного ей Зелья Безотчетного Ужаса, но вполне ощутимого.       Разговор не получался. Единственное, чего ей удалось добиться с помощью Универсального Решателя Детских Проблем — Кока-колы — это заставить девочек заговорить поочередно, а не хором.       И то это получилось случайно: бутылочек было четыре, и сначала они выпили по одной, а потом вышло так, что осталась одна бутылочка на двоих, и пить и говорить одновременно не получалось, поэтому пока Флора делала глоток, Гестия говорила, и наоборот.       — Папа сказал, что если мы все равно что магглы…       — …Он будет обращаться с нами по-маггловски!       — Но… насколько я знаю, вы колдуете вполне неплохо.       — Дома у нас не получалось случайное колдовство. Дядя пытался нас пугать…       — …И наказывать должным образом, чтобы мы колдовали…       — …НО ЭТО ПОЛУЧИЛОСЬ У НАС ТОЛЬКО В ХОГВАРТСЕ! — бутылочка закончилась.       — Вот что, — ей опять приходилось эксплуатировать Невилла, которого она только вчера буквально завалила первачками, что было полезно для набора в Армию Тревора, но не для его занятий. — Вы знаете мистера Лонгботтома? — девочки жутко-синхронно кивнули. — Найдите его перед обедом и попросите его рассказать про дядю Элджи. И восемь случайных бладжеров. А сейчас…       Она вздохнула.       — А сейчас, поскольку мне нужно вести Маггловедение, я… немного изменюсь. Не пугайтесь, это все еще буду я.       Она с отвращением выпила Оборотное Зелье с волосом Алекто Кэрроу и подошла к зеркалу, чтобы затянуть жидкие волосы в пучок. И услышала очень тихий, но все же хоровой шепот:       — ОНА НЕ ЛГАЛА. СМЕРТЬ БЫВАЕТ УРОДЛИВОЙ.

***

      — Мордред знает что! — бушевал профессор Защиты и по совместительству декан Слизерина. — И это так называемые лучшие!       Он не глядя кинул в обступивших стол студентов жалящее, но даже успешное отражение оного примерно в его же направлении не улучшило настроение коренастого крепыша в черном.       — Итак, мисс Уизли, в результате Вашей самонадеянности — вы знали, что идет подмога, и Вам следовало отойти, а не пытаться справиться с этой магглолюбкой самостоятельно — а также отсутствия Постоянной Бдительности, Ваш персонаж, то есть мисс Нарцисса Блэк, лежит без сознания, — он положил фигурку чёрной ладьи набок у подножья белой королевы.       — А поскольку мистер Лонгботтом, услышав крик, наглухо выключил мозги и не стал дожидаться отставших, его персонаж… Ну пусть это будет МакНейр, такой же тупой, но здоровый, и так же любит железяки… Итак, мистер МакНейр выскакивает один на троих… и тоже выбывает из строя — ценой оглушения одного из двух магглолюбцев, — профессор положил набок вторую черную ладью и белого короля, оставив епископа стоять. — Ну, хотя бы мистер Томас, то есть, предположим, Эйвери, проявил благоразумие и остался ждать подмоги.       Он провел палочкой над шахматной доской, и черно-белые клетки вздыбились, формируя стены, двери, окна и мебель. Черный епископ занял место сбоку от дверного проема.       — И что же у нас происходит дальше? А дальше магглолюбцы оживляют павшего товарища и снова полностью готовы к обороне! Все студенты в зале опустили головы. Крепыш поднял белого короля и поставил его рядом с епископом.       — То, что эм-м… магглолюбцы всегда — подчеркиваю: ВСЕГДА первым делом энервируют своих оглушенных, подробно описано в книге Аластора Грюма — профессор потряс умеренных размеров томиком, — «Тактика и Типовые Приемы Боя Пожирателей Смерти в Первой Войне». Кто читал? Никто?       Он в раздражении бросил томик на стол.       — И если бы не эм-м-м… Друэлла Розье и Юфимия Роули, — он поставил за белыми королем и епископом двух черных королев, — что было бы, а? А я скажу что. Даже дождись вы обеих пар и ломанись впятером — трое легли бы от Смертельных Проклятий сразу, а там… а там как повезло бы.       — Но… что можно было сделать, сэр? — всхлипнула Фэй Данбар. — Они… Они вдвоем контролировали дверь, а Ал… эта женщина могла вести огонь с фланга!       — Скажите пожалуйста, мисс Данбар, а что еще обычно есть в комнатах, кроме двери?       — Э-э-э… Ой… Окна, сэр! Но у нас не было…       — Я полагаю, мистер Лонг… МакНейр и мисс… Блэк смогли бы потерпеть «Круциатус» те пять-семь минут, которые вам понадобились бы, чтобы сбегать за метлами, да и дополнительных бойцов привлечь. Но даже если и этот вариант недоступен — есть Порошок Мгновенной Тьмы и дымовые заклинания, не позволяющие противнику вести огонь по видимой цели, есть Вау-Вспышки братьев Уизли, — внезапно он дернул за шнурок мгновенно оказавшейся в его руке обычной с виду хлопушки, одновременно уткнувшись лицом в сгиб кожаного рукава.       — Ну как оно, покойнички? — спросил профессор, когда все проморгались и отошли от щедро розданных профессором жалящих, — Постоянное-Сами-Знаете-Что! Думаете, этих десяти секунд вам не хватило бы? А знаете, почему так получилось? Все просто: вы запаниковали при первой же проблеме, — Рон Уизли несколько раз потер друг о друга затянутые в беспалые перчатки руки. — Раньше вас спасал Поттер — но теперь на это вы рассчитывать не можете. Вы можете рассчитывать только на себя.       — Гарри Поттер очень любит хит Стабби Бордмана и «Гоп-Гоблинов» «Чашки Пятого Размера», но поскольку он все еще жив, я не могу спеть вам эту веселую песенку, — мило улыбнулась Луна.       — От этого вам не легче, — отрезал профессор. — Значит, так. Лавгуд — «Выше Ожидаемого», потому что именно ее действия позволили справиться с ситуацией. Балл сброшен за недостаточно полное информирование Лонгботтома и неинформирование профессора Молли Уизли. Уизли, Джиневра — «Слабо», потому что, хоть последний выстрел и был за ней — но и первая ошибка, точнее, две ошибки, вызвавшие весь этот беспорядок, тоже её. Лонгботтом — «Отвратительно», за потерю самообладания. Томас — «Удовлетворительно». Остальные — «Тролль», просто за то, что опоздали, и причины не важны. И завтра вечером у всех у вас, кроме Лавгуд, еще одна отработка. Только на этот раз не на доске, а на натуре: моя дорогая Алекто позволила мне использовать вечером класс, кабинет и даже личные покои преподавателя Маггловедения.       — Профессор, — тихим виноватым голосом спросила Фэй. — А можем мы использовать книгу профессора Грюма?       — Я уж думал, что вы не спросите, — хмыкнул профессор. — Вот еще полевое руководство Армии США по городским боевым действиям… и вот эта интересная брошюрка Советов, издания сорок третьего года, об опыте боев в Сталинграде. Как вы будете переводить ее с русского — меня не интересует. Кстати, подсказываю: заклинание «Джеминио» вы уже должны знать.

***

      — Невилл, Джинни, Рон, — позвала Гермиона.       — Д-да?       Девушка отметила, что Нев снова, как и на первом курсе, начал заикаться — и, скорее всего, не последствия «Круциатуса» были тому причиной. Может быть, помощь близняшкам поможет и ему вновь обрести себя? Раньше она погрузилась бы в проблему с головой (и не факт, что ее назойливое внимание было бы к лучшему), но теперь у нее была Главная Задача, и ей оставалось лишь надеяться, что либо Джинни вытрахает из жениха неуверенность, либо штатный специалист команды по мозгошмыгам пустит свежесформированного наргла на лунопудинг.       — Парни, мне нужен кинопроектор и пленки к нему. Его надо будет оттащить в класс Маггловедения. Возврат не гарантирую, но очень надо.       — Но Рон же… — начала Джинни и наткнулась на ехидную, от уха до уха, улыбку брата.       — Что там говорил профессор… э-э-э… Кэрроу, Джин? Никогда не недооценивай противника? На третьем курсе еще за Фредом и Джорджем подсмотрел, если хочешь знать.       Джинни и Невилл испуганно переглянулись и покраснели. Вероятно, тайный склад Уизли, про который Рону вообще-то знать не полагалось, использовался ими не только и даже не столько для складирования — или, к примеру, зельеварения.       — Да не дрейфьте, у меня с Фэй своя нычка есть, — успокоил их Рон, явно довольный шуткой. — Ну что, Нев, сходим?       — Спасибо, парни, а я потом Дина и обоих Криви попрошу им заняться. Мало кто будет искать магглорожденных в самом логове Кэрроу, правда?

***

      — И за-зачем ты отослала обоих моих сторожей? — спросила Джинни, пока они вдвоем спускались с седьмого этажа на второй; ее все еще потряхивало от последствий «Круциатуса».       — Ну, во-первых, мне действительно нужен киноаппарат. Причем даже не для уроков — они так, дополнительный плюс. Кстати, что я должна за него в Фонд Уизли?       — Мы списали полсотни га-галлеонов с тех двух миллионов, что мы тебе должны, раз уж ты так. Для дела так для дела.       — Смотри. Видишь эту выбоину?       — Помню ее. Где-то там ва-ваша секретная лаборатория.       — Да. Но сейчас нам не в нее, — Гермиона громко подумала «Слава Живоглоту», отворила дверь, и они вошли в туалет.       — Ого, — присвистнула Джинни, глядя на каталки с Кэрроу. — А ты ра-расширяешься!       — Надо же мне их где-то хранить, — пожала плечами Гермиона. — Мне, кстати и аппарат-то нужен в основном для того, чтобы профессор Грюм им Грёз наварил. Сейчас-то они под обычным сонным зельем.       — Мои со-соболезнования профессору Грюму, — фыркнула Джинни. — Но ты же не за этим?       — Не за этим. Мне… нужен свободный выход из Хогвартса. Он, собственно, тут и есть, — Джинни побледнела, — но сейчас он доступен только змееусту, — Джинни побледнела еще больше. — Я знаю, что тебе это тяжело, тем более что надо будет спуститься и вниз… Но около всех трёх дверей там надо разместить заклинание перевода на парселтанг — оно у Гарри в одной из книжек было, которую ему Падма с Парвати подарили. А для этого мне нужен змееуст.       — Мне… снятся сны, — медленно сказала Джинни. — От-отрывками. Я по-помню, как во сне я открываю дверь, шипением, ну или за-закрываю, ну и как оглушаю Га-Гарри, чтобы он не попал под Взгляд… И тогда, у Кэрроу… Тогда я вспомнила… И наколдовала оглушалку на змеином.       — Так ты мне поможешь? — спросила Гермиона. — Извини, но это правда надо. Мы планировали сделать это с Гарри, но…       — Конечно. Я справлюсь. Но… ты знаешь, что тут… У меня такое чувство, что где-то рядом — не могу понять, где, но рядом — снова этот чертов дневник!       — Я знаю, — ответила Гермиона. И заплакала.