Новая Нормальность

      — …И именно массовое распространение огнестрельного оружия стало одной из причин принятия Статута о Секретности. И сейчас мы увидим доказательство связи этих двух событий. У кого из вас самые мощные щиты?       Пятикурсники переглянулись. Профессор Маггловедения вызывала почти у всех необъяснимый, но вполне определенный страх. Наконец, Подмор с Хаффлпаффа и гриффиндорка Ромильда Вейн неуверенно подняли руки.       — Хорошо. Вы двое и… мистер Пикс. Вам надлежит защитить вот этот манекен. Готовы? — все трое вышли на позицию, приготовили палочки и кивнули. — Мистер Филч, прошу!       — ПРОТЕГО! — ПРОТЕГО! — ПРОТЕГО!       — БАБАХ! БАБАХ! — старый смотритель схватил два из шести разложенных на краю стола кремневых пистолетов из кабинета Маггловедения и с дьявольской усмешкой выпалил в манекен. — БАБАХ! БАБАХ! — выстрелила вторая пара. — БАБАХ! — ПРОТЕ… — БАБАХ! — …ГО!       — Благодарю, мистер Филч. Итак, что же мы видим? Первая пуля снесла щит мисс Вейн. Вторая прошла сквозь щит мистера Подмора насквозь — вероятно, мистер Подмор не смог достаточно реалистично вообразить столь быстро летящий объект, и его щит оказался бесполезным. Помните — Магия Есть Желание, а желать можно только то, что вы можете вообразить. И если стрелы или арбалетные болты магглов можно было увидеть в полете, и поэтому останавливать их было значительно проще, то с пулями — даже выпущенными из настолько старого оружия — это не срабатывало. Затем эта пуля снесла щит мистера Пикса, который также обладал достаточным воображением.       Подмор чувствовал себя обиженным, но профессор это проигнорировала.       — Третий выстрел мистера Филча всего лишь оцарапал руку цели, а четвёртый проделал вот эту впечатляющую дыру в груди манекена. То есть защищавшегося волшебника уже можно считать условно-мертвым. Тем не менее, у мистера Филча оставалось еще два заряженных пистоля. Пятый выстрел, снова пройдя через оставшийся щит, продырявил бедро — и это тоже потенциально смертельная рана, если не остановить кровотечение как можно быстрее. И, хотя мисс Вейн проявила некую сообразительность и попыталась заново поставить «Протего», она не успела, и защищавшийся волшебник… вероятнее всего потерял руку с палочкой. Однако… кто может отметить еще одну важную черту ситуации? Мисс Гринграсс?       — Все пистоли мистера Филча разряжены и ему понадобится много времени, чтобы зарядить их!       — Верно, мисс Гринграсс, пять баллов Слизерину. Ах, да. Еще пять — за сообразительность и попытку постановки второго «Протего», мисс Вейн. Пистоли времен Статута о Секретности действительно требуют довольно много времени на перезарядку. Однако с принятия Статута прошло уже больше трех веков, и если щиты остались все теми же, то маггловское оружие… Пикс, Вейн, Подмор — щиты! — одновременно с приказом профессор Маггловедения выдернула откуда-то несерьезно выглядящую, казалось бы, игрушку.       — ХЛОП-ПРОТЕГО!-ХЛОП-ХЛОП-ПРОТЕГО!-ХЛОП-ПРОТЕГО!-ХЛОП-ХЛОП-ХЛОП-ЩЕЛК! — в груди манекена тесной кучкой появилось еще шесть дыр; звякнул об пол пустой магазин, а второй магазин, полный, занял свое место в рукоятке.       — Обратите внимание — эти пули меньше и быстрее, и уже два щита не смогли перехватить их вследствие неспособности уже двоих учеников вообразить их с достаточной точностью.       Две сестры-близняшки на задней парте смотрели на профессора, не моргая и не отрывая взгляда. Затем они повернули головы и посмотрели в глаза друг другу.       «Нам очень повезло, что нас учит сама Смерть», — беззвучно и не размыкая губ сказала одна.       «Мы заплатили за это той жизнью, что у нас была», — столь же беззвучно ответила другая.       — Итак, атаковавшая волшебника маггла снова готова к бою. Заметьте при этом, что первый раз волшебник был поражен еще до установки первого щита.       — Но… эти дырки такие маленькие!       — Смертельное Проклятие, например, вообще не оставляет следов, мисс Бут. Но от этого оно не становится менее смертельным. Разумеется, навык быстрой невербальной установки щитов, — она небрежным движением палочки выставила «Протего», — позволит защититься хотя бы от первого выстрела, а навыки уклонения — и перейти в контратаку… или скрыться. Кроме того, опытные бойцы могут использовать более мощные, так называемые Осадные Щиты, которые требуют больше времени для установки, но при постоянной, хотя и истощающей силы волшебника или ведьмы, подпитке смогут остановить не одну, а несколько пуль. Однако этому вы сможете научиться у моего… коллеги на уроках Защиты.       — И тогда мы сможем победить магглов? И покончить с этим дурацким Статутом?       — Для того, чтобы вы сами могли ответить на свой вопрос, мистер Кафф, мы сейчас посмотрим сборник отрывков из маггловских фильмов о войне, которую простецы вели одновременно с Войной Гриндевальда больше пятидесяти лет назад. К слову, мой пистолет был произведен примерно в то же время, а за эти полвека у магглов вполне могло появиться кое-что получше. И отмечу: это всего лишь компактное оружие самообороны, а более мощное армейское оружие и его действие вы сейчас увидите. Мистер Дикинсон, прошу.       Профессор Маггловедения движением палочки опустила плотные шторы, а незнакомый большинству пятикурсников чуть смуглый шатен с сине-бронзовым галстуком анимировал застрекотавший аппарат, из которого к белой стене протянулся световой конус.

***

      В кабинете профессора Маггловедения шустро клацала задвинутая в дальний угол печатная машинка, лист за листом выплевывая методические материалы к следующему уроку. Дин Томас, все еще с осветленной кожей и шевелюрой, наполовину разобрал хорошо потрудившийся киноаппарат и теперь тщательно протирал детальки, подтягивал пружинки и чистил трубочки.       — Этот Шафик — магомеханический гений, — заявил он, разглядывая медную пластинку с именем зачарователя. — Жаль, что нельзя с ним познакомиться.       — Папа с ним вместе работал, — вздохнул Рон. — И даже говорил, что ты, Дин, на него похож, и так же железяки маггловские любишь. Но мы его тоже не знали, он ни разу не приводил его в Нору — с тех пор, как я себя помню. Все готовы? Давай!       Шахматная доска Рона была в несколько раз увеличена и трансфигурирована так, что образовала что-то вроде загородной усадьбы с небольшим домом, сараем и живой изгородью.       Рядом с сараем под охраной двух белых пешек лежали две черные; еще четыре белых фигурки притаились под стеной дома; две ладьи и два епископа встали у входа, а около каминной трубы парили два рыцаря на крылатых конях, предположительно изображая седоков на метлах.       Невилл, Фэй и Джинни внимательно следили за движением фигурок.       По сигналу Рона один из рыцарей забросил что-то в трубу, раздался грохот; двое из пехотинцев разбили заклинаниями окна и присели под ними, подняв щиты вверх. Еще двое закинули в разбитые окна по дымящемуся свертку, а после того, как внутри дважды яростно полыхнуло, используя щиты товарищей, как ступеньки, запрыгнули в окна сами — одновременно с ворвавшимися с главного входа епископами. Некоторое время внутри шахматного домика происходила невнятная возня, затем из сарая выскочил черный король, но тут же слег под ударами охранявших пленников пешек.       — Ну… Сойдёт, — вздохнул профессор Защиты, появляясь из кабинета; за ним печально плелись Милли Буллстроуд, Астория Гринграсс и чернокожие братья Криви. — Отдельно Данбар — «Выше Ожидаемого». Что заставило тебя поставить засаду у сарая? Вряд ли ты обнаружила бы подземный ход под скрывающими чарами.       — То, что две пешки противника не просто в засаде сидели, а что-то охраняли, сэр. А ничего ценного в сарае не было. Вот я и приказала не только за пленными смотреть, но и за сараем.       — Поняли ошибку? — спросил профессор у проигравших; Астория кивнула. — Вот и ладно. В общем, неплохо. Когда вы заставляете противника разыгрывать не двух-, а трехходовку, то это уже кое-что. Сколько раз они вас до этого штурмовали? Четыре?       — Так точно, сэр.       — Совсем хорошо. Теперь группа Уизли к завтрашнему занятию готовит поле, группа Криви атакует, а группа Лавгуд садится в осаду. Ну, а я в следующие выходные поищу неподалеку заброшенную ферму и устрою вам отработку на натуре.       Рон взмахом палочки привел доску в обычный вид, и фигурки полезли укладываться на отдых, обмениваясь подколками и дружескими тычками.       — Даже не знаю, друг мой, как я теперь буду участвовать в нашем обычном формальном балете, — вздохнул Белый Король, пока две белых пешки расправляли ему маленькую простыню на встроенной в изнанку доски маленькой походной кровати.       — Этот, как Вы изволили сказать, «формальный балет», мой друг, есть квинтэссенция стратегии, — возразил Черный Король, укладываясь на своё место и подбивая подушку. — А плохая стратегия не компенсируется хорошей тактикой.       — Если Ваши Величества позволят, — вкрадчиво произнес один из епископов, — вопрос может быть рассмотрен в нескольких аспектах…       — Главный аспект — как следует жахнуть булавой, — вклинилась в разговор Черная Королева, чем-то неуловимо похожая на Милли Буллстроуд.       Рон аккуратно закрыл доску, не мешая общению.       Вскоре все школьники, кроме Дина, Колина и Денниса, разошлись, профессор Защиты, отхлебнув из фляжки, устроился в уголке под Чарами Неприметности, а парни, чтобы не шляться лишний раз по коридорам, трансфигурировали три парты в лежаки и тоже начали устраиваться на ночь.       Раздался условленный стук в дверь — но все четыре палочки все равно нацелились на вход в класс. Серая фигура проскользнула внутрь и опустила капюшон.       — Все в порядке, — объявила Гермиона Грейнджер. — Отчет прошел нормально, и Амикуса даже попросили быть немного мягче к детям.       — Кто просил? — поинтересовался профессор Защиты.       — Верховный Чародей Диггори. Но… это была довольно формальная просьба, так что не думаю, что нам нужно вносить какие-либо изменения.       — Что-нибудь еще?       — Я не рискнула эм-м… убеждать Амикуса оставить мембрану в кабинете… дорогой. Единственное — на совещании был кто-то из Отдела Тайн, судя по неопознаваемому голосу. И этот «кто-то» интересовался, не удалось ли разоблачить больше магглорожденных. Амикус начал врать, что вот-вот разоблачит целое гнездо, но ему не поверили. Тогда Невыразимое переключилось на Тикнесса, требуя активизировать поиски сбежавших. Говорили что-то про систему «Табу»… Чем кончилось дело — неизвестно: Амикуса выставили за дверь.       — Насчет «Табу» — это ожидаемо. Я оповещу кого надо, конечно, да и проверю кой-чего… Но это потом. Меня другое беспокоит. Честно говоря, красотка, я думал, что Томми просто назначил магглорожденных козлами отпущения, чтобы остальных сплотить, но эта свара заставляет думать, что не так все и просто…       — Возможно, сэр. Что до остального — в коридорах Министерства обсуждали трудности с продовольствием: поставки по обычным каналам нарушены, частично из-за исчезновения Малфоев и ухода в тень Гринграссов, которые контролировали заметную часть торговли, частично — из-за бегства магглорожденных и полукровок, осуществлявших техническую работу. Также сетуют на задержку жалования — в то, что виноват бывший начальник Отдела по Связям с Гоблинами Кресвелл, как мне кажется, верят не особо — хотя, разумеется на словах следуют официальной линии. Ходят также слухи, что магглоборцы похитили нескольких гоблинов низкого ранга; возможно, проблема именно в этом.       — Хорошо, красотка, с тебя отчет. Подробный. Как вернулись?       — Амикус напился в «Котле» и не мог попасть порошком в камин, так что пришлось просить… друга помочь и доставить его оттуда прямо на место. Сейчас он благополучно грезит.       — Хорошо. Значит, и мне пора увидеть сон-другой, — крепыш в черном встал и вышел в коридор, Гермиона заперла за ним дверь.       — Я тоже пошла. Спокойной ночи, парни, — под ответные пожелания она закрыла дверь кабинета.

***

      Разумеется, в личных покоях ее ждали.       Две пары глаз оторвались от раскрытой маггловской книги с решеткой на обложке и уставились на нее.       — МЫ НЕ ЗНАЛИ, ЧТО МАГГЛЫ НАКАЗЫВАЮТ ЗА ЭТО ДВА РАЗА, — проинформировали ее девочки-близнецы, откладывая книжку.       — Так и есть. Но, к сожалению, некоторым удается вообще избежать наказания. Система дает сбой.       — ПОЧЕМУ ТЫ ДЕЛАЕШЬ ИХ СЧАСТЛИВЫМИ?       Гермионе понадобилось несколько секунд, чтобы понять, кто такие «они».       — Это не счастье. Они пытаются заполнить пустоту, которая есть у них в душах, но, поскольку их души разорваны, они никогда не насытятся.       — КАК ДЕМЕНТОРЫ?       — Да, очень похоже. Кстати, вы когда-нибудь видели, чтобы Амикус или Алекто вызывали Патронуса?       Девочки молча поговорили друг с другом, а затем синхронно замотали головами.       — Для того, чтобы вызвать Патронуса, надо представить — или вспомнить — себя абсолютно счастливыми. Они не могут и, возможно, никогда не могли.       — А ТЫ?       — Раньше я могла. Теперь — нет, — она не объяснила почему — у нее просто не было на это душевных сил, но девочки устроили безмолвный разговор и кивнули, видимо, придя к очередному безумному выводу касательно ее статуса.       — МЫ МОЖЕМ ПРИЙТИ ЗАВТРА?       — Да. Я бы посоветовала вам присоединиться к тем, кто бегает по утрам… Но можете заниматься и со мной. Хотя у меня более серьезные нагрузки.       На этот раз жуткие девочки даже не совещались — все было понятно и логично: если ты Смерть, то очевидно, что нагрузок у тебя намного больше.

***

      — Не спишь? — массивная фигура на диване у камина в Общей Комнате Гриффиндора почти не пошевелилась. — Подвинься, не один.       — Чего надо, Рон? Только не говори, что Малфой храпит громче, чем я.       — Поговорить, Нев, — рыжий плюхнулся рядом. — Колись. Или растрясти пятаков на огневиски?       — Не надо. Просто… Папа не смог защитить от «Круциатуса» маму. А я — Джинни. А вот Гарри, наверное, смог бы. У него всегда все получалось.       — Если он не с нами, у него точно что-то не получилось.       — Он всегда был лучшим. Во всем. А я…       — Бред, приятель.       — Что?!       — Бред. Ерунда. Дерьмо гиппогрифье. Как ты думаешь, кто у нас самый сильный в заклинаниях?       — Он. Он и Гермиона.       — Фигня. И по личным ощущениям, и по статистике — индивидуально он только третий.       — А первые кто? Фред с Джорджем?       — Ты и Джинджер. Близнецы — после него. Потом я, потом Грейнджер. По ловкости он второй после Лавгуд, и Джинни уже наступает ему на пятки.       — Ну и сильно это помогло Джинни?       — Ну, по крайней мере, то, что досталось тебе, не досталось ей, — философски заметил рыжий, — за что тебе, кстати, здоровенное братское спасибо.       — И что, теперь манекеном работать? Нас и спасли-то только потому, что организация от Гарри осталась.       — А это с ним всегда так. Вот возьми, к примеру, квиддич: ну да, сначала он был лучшим ловцом школы, даже, наверное, лучше Чарли. А потом что-то нашептал Чжоу Чанг — и ему с ней трижды пришлось поцелуем вопрос решать. При том, что у нее метла хуже была, все три раза. И теперь Чанг в «Торнадос», сразу в основном составе, и все говорят, что она кандидат номер один в сборную Англии. И с организацией так же: он то за спиной Вуда стоял, то за Анжелиной, то за моей задницей — ну да, помогал, советовал, подталкивал иногда. Но вот вбить снитч в ухо Диггори бладжером — это уже я додумался.       — Да тупой я, понимаешь? Тупой! Куда мне в командиры…       — Помнится, на первом курсе ты себя сквибом называл. Ну и где оно?       — Это другое, понимать надо!       — Это то же самое, приятель. И я это понимаю лучше многих. С третьего курса я был настоящим говнюком… А с пятого мне просто пришлось перестать им быть. Мне потребовалось буквально вырезать из себя то, что убило папу, понимаешь?       — Ты про… то, как ты накинулся на Гарри, когда он закричал ночью?       — Именно. Тогда ты, вместе с остальными, помог мне, хотя и не слишком милым образом. Теперь — я тебе. О! Хочешь, я тебе перо Амбридж дам? Будешь сидеть вечерами и писать: «Я… не… буду… тупить! Я… не… буду… ныть!» А перчатки тебе Джинни купит.       — Да иди ты!..       — Ну, как знаешь. Тогда вот тебе учебник по шахматным дебютам — мне его, к слову, тоже Гарри подарил — и каждый вечер как с куста две партии со мной, одну белыми, одну черными. И я даже буду настолько любезен, что первую неделю буду объяснять, где ты облажался.       — А…       — А все прочие занятия никуда не денутся, и «Грюмовские шахматы» тоже. И кстати — в нашей команде главный теперь тоже ты, я только разбор после штурма делать буду.       — И насколько меня хватит… в таком режиме?       — До Хэллоуина, думаю, хватит. Но с Хэллоуина все равно уже не до войны будет: к первому матчу по квиддичу надо будет готовиться.       — Ха. Ха. Ха.       — Ну раз «ха-ха-ха», то значит насколько нужно, настолько и хватит. Или мне Джинни привлечь?       — Вот уж чего не надо…

***

      Чжоу Чанг парила на самой надежной метле из гаража «Татсхилл Торнадос» над холодно светящимся в свете полной Луны шотландским озером. На всякий случай на нее были навешены все защитные и маскировочные чары, которые могли вспомнить и гриффиндорские «Летучие Лисицы», и Вуд, и близнецы Уизли, и сам мистер Татсхилл. Казалось, воздух с трудом пробивается через все эти защитные слои — или ей все-таки было немного страшно? На всякий случай она убедилась, что ее предпоследняя надежда — комок жаброслей — находится в кармане.       Ну… Три. Два. Один.       — ВОЛДЕМОРТ!       Она пришпорила метлу, одновременно переводя ее в набор высоты, и та, обихоженная и наглаженная, резко вознесла ее к звездам.       — ЗДЕСЬ ЧЕРВЯЧОК, КРЮЧОК В ПОРЯДКЕ! — система связи от братьев Уизли, как обычно, работала всего три с небольшим часа после активации — но работала. Как и метла — эффект Табу, снявший с Чжоу всю защиту, тонкую магомеханику, к счастью, не затронул. То есть знакомое Грюму еще с прошлой войны заклинание не изменилось.       Снизу-сзади тем временам раздался громкий хлопок и почти сразу же — многоголосый вой: вода в сентябрьских шотландских озерах… не слишком теплая. Колдовать в ледяной воде, с внезапно перехваченным дыханием — дело непростое, а входившие в комплект Табу антиаппарационные и антипортальные чары теперь не давали сбежать самим охотникам Министерства, прибывшим по сигналу системы отлова смельчаков, осмелившихся произнести запретное слово. Так что спустя пять ударивших с неба красных молний, поразивших пять болтающихся в волнах неудачливых голов, пятеро пленников были подняты в воздух и вытащены на другой берег, к прикрытому скальным выступом костру, у которого пили чай двое: пожилой калека с искусственным глазом и китаец не вполне определяемого возраста.       — Неплохо сделано, Теодор.       — И вам не хворать, Аластор, мистер Чанг. Ну что, отошлем молодежь?       — А зачем они?       — Наса будет спласивать, ихняя будет отвесять…       — А юнцы, получается, лишние…       — Всем на базы, — распорядился мистер Татсхилл. — И я спрошу и Пэдди, и Гвеног — не задержался ли кто. Исполнять.

***

      Когда пятеро охотников — и хорошо, что из-за полнолуния их было не шесть, поскольку оборотней на призыв Министерства откликнулось немного и потому они были особенно ценными — были найдены, выяснилось, что они погибли от судорог и резкого переохлаждения, угодив прямиком в озеро вследствие неудачной аппарации. Но поскольку уже мало кто понимал, как работает направившая их по месту нахождения нарушителей система, да и сама она, применявшаяся между войнами для слежения за магией несовершеннолетних, пару лет назад была изрядно скомпрометирована делом о летнем колдовстве Поттера, всё оставили как есть.       Тем более что других подобных накладок не случилось.

***

      После первых бурных дней, приблизительно к началу октября, жизнь в Хогвартсе вошла в почти обычную колею. Даже ставшее обязательным Маггловедение оказалось пусть и пугающим до Мордредова поноса, но весьма познавательным. Чуть не дошло до совсем уж неприличного попрания устоев: группа полукровок выбрала делегацию самых храбрых (что интересно, не все из них оказались гриффиндорцами) и направила ее к профессору Алекто Кэрроу с просьбой устроить показ маггловских мультиков. Но «чуть» не считается: наткнувшись на ничего не выражающий взгляд и услышав обычный ровный безэмоциональный голос профессора, компания ретировалась, так и не перейдя к сути дела.       Наблюдавший за этой сценой Директор Снейп почти уже вызвал замерзание ада, но все же удержался от хохота и даже от улыбки.       Собственно, улыбаться было не с чего: Министерство, чьи дела находились во все усугубляющемся беспорядке, полностью отменило школьные субсидии, а спрос на поставляемые гигантским хозяйством замка товары — от акромантулова шелка до лучших в Британии хэллоуинских тыкв — медленно, но неуклонно снижался. И самое обидное — за всем этим невозможно было различить или даже вычислить злую волю Темного Лорда: как будто капризный мальчик поломал пусть и не идеально, но хоть как-то работающую игрушку и ушел по своим делам. Или лег спать.       Так или иначе, вероятно, придется сэкономить на питании — в той части, которая была не собственной, а покупной — и отменить рождественские премии персоналу. И, конечно, следовало удовлетворить просьбу Августы Лонгботтом о внеочередном экстренном отпуске «по уходу за сыном» — а на самом деле для подключения теплиц и садов Августы к продовольственному обеспечению школы. И попросить Молли провести мастер-класс для эльфов Хогвартса по бережливой кулинарии.       Мысли Директора прервало внезапное, как всегда, появление двух совершенно одинаковых учениц. Которых, как он запретил себе признаваться, он побаивался еще с их первого курса, причем совершенно иррационально — девочки словно вырабатывали Зелье Безотчетного Ужаса.       — В мой кабинет, — буркнул он, прежде чем они успели полностью открыть рты.       Пока лестница поднимала их вверх, девочки молчали.       — Чем могу помочь, мисс Кэрроу, мисс Кэрроу?       — Вы учите Смерть, Директор, — удивительно, но на этот раз близнецы говорили поодиночке — видимо, вопрос был слишком важный и сложный.       — Смерть может учиться только у лучших.       — Значит, Вы лучший учитель.       — ПОЖАЛУЙСТА, НАУЧИТЕ НАС ПАТРОНУСУ.       — А почему вы не попросили об этом саму Смерть? — вот сейчас его безотчетный страх обрел некую основу.       — Она больше не может вызывать Патронуса, сэр.       — Когда она была просто мисс Грейнджер, то могла… — профессора немного отпустило.       Хотя и не полностью: мало ли что, сокрытое от обычных волшебников и ведьм, могут видеть такие вот странные девочки — взять хотя бы ту же мисс Лавгуд…       — …А СЕЙЧАС НЕТ.       — А Вы можете.       — Мы видели это на первом курсе.       Директор вздохнул.       — Мисс… Смерть хотя бы объяснила вам теорию? — сестры Кэрроу кивнули. — Так или иначе — вербальная формула — «Экспекто Патронум», движение палочкой — вот такая спираль с перекрытием в одну одиннадцатую круга. И… То, что представляется мне наибольшей проблемой — вы должны вспомнить совершенно счастливый момент жизни или иным способом почувствовать себя абсолютно счастливыми.       — МЫ ПОПРОБУЕМ, СЭР       Сестры переглянулись, проведя еще один безмолвный разговор, затем — снова совершенно синхронно — подняли палочки.       — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ!       К удивлению и даже шоку Директора, концы палочек близнецов засветились, и выпустили по небольшому, но совершенно определенному светящемуся облачку.       — Очень неплохо, мисс Кэрроу, мисс Кэрроу. Действительно превосходно для первого раза. По пять баллов каждой. Могу я поинтересоваться, что за воспоминание вы использовали?       — КОНЕЧНО, ДИРЕКТОР.       — Мисс Смерть занимается с нами по утрам.       — Это очень трудные занятия.       — Смерти так положено, сэр.       — Она использует на нас жалящие заклинания…       — …А мы уворачиваемся и ставим щиты.       — Признаться, я поражен, что это может быть таким… вдохновляющим воспоминанием, мисс Флора, мисс Гестия.       — Раньше нам не разрешали уворачиваться…       — …Или ставить щиты.       — Мы должны были стоять неподвижно…       — …И ПРИНИМАТЬ НАКАЗАНИЯ ДОЛЖНЫМ ОБРАЗОМ.       — И мисс Смерть даже разрешает нам кидать жалящие в нее…       — …Но мы еще ни разу не попали.       Директор Снейп сглотнул.       — Неожиданно. Мисс Флора, мисс Гестия, приношу вам свои извинения — мне… следовало быть лучшим Главой Дома.       — ВСЕ НОРМАЛЬНО, СЭР.       — Вы же все-таки не Смерть.       — А только Смерть могла освободить нас…       — …От Должного Исполнения Семейных Обязанностей.       — ТАК ГОВОРИЛИ МАМА/ТЁТЯ И ДЯДЯ/ПАПА.       — А здесь, в Хогвартсе…       — Когда Вы были нашим Главой Дома…       — …Никто не относился к нам Должным Образом, сэр.       — ПОЭТОМУ МЫ ДУМАЕМ, ЧТО СМЕРТЬ БУДЕТ ДЛЯ ВАС ЛЕГКОЙ.       — Эм-м… Спасибо за то, что обнадежили меня относительно столь важного обстоятельства, мисс Флора, мисс Гестия. Могу ли я еще чем-то помочь?       — НЕТ, СПАСИБО, ДИРЕКТОР!       Девочки, не дожидаясь разрешения, поклонились и вышли.       Директор Снейп подошел к окну и с силой провел по лицу ладонями, убирая это пугающее воспоминание подальше. Ему следовало сосредоточиться на нуждах школы… и не только школы. Возможно, следовало переориентировать товарные поставки за рубеж, воспользовавшись флотом МакМилланов, и получить немного дополнительного золота? Кстати, есть ли у старого Дугласа еще и рыболовные суда? Рыболовных мощностей Замка в виде русалок и Гигантского Кальмара, как и рыбных ресурсов Черного Озера, на триста голодных ртов (и это еще не считая эльфов) может и не хватить…       Ну и… Мисс См… Грейнджер регулярно отчитывалась перед ним по результатам ее визитов в Министерство вообще и Отдел Тайн в частности… Но примерно через неделю-две следовало поручить его Ученице посетить еще и Косую Аллею — сам он не располагал достаточным временем для полноценной разведки на местности, а передачи «Поттеровского Дозора», вызывавшие бешенство в Министерстве, не давали необходимых ему деталей.