Фестрал Приземлился!

      — Итак, — начала речь Директриса Спраут, — в Хогсмид, как вы, наверное, уже догадались, прибыли квартирьеры Министерства — готовить место и ресурсы для целой армии. Могу сказать, что оценки мистера Уизли по численности этой армии, похоже, подтверждаются. И то, что часть сил будет снята с охраны Азкабана — тоже. По крайней мере, среди квартирьеров замечен мистер Флинт, которого после официального оправдания направили охранять остров в наказание за прошлогоднее фиаско с проникновением в Замок.       — Знаю этого говнюка, — кивнул Верховный Чародей Огден. — Даже обидно за свой старый Дом. Хитрости у него — как у вожака горных троллей в брачный период. Даже интересно, почему его не…       — Мне гораздо интереснее, — оборвала его Директриса Спраут, — как они будут атаковать, а мы — отбиваться.       — Пока цела Астрономическая Башня, — пожал плечами младший из сыновей Уизли, щедро одаренный стратегическим талантом, — нападение с воздуха исключено: чары именно на нее завязаны. Так что это своего рода ключевая позиция. Я думаю, Том будет стараться либо провести к ней великанов, либо высадиться на нее с метел: там единственное слабое место в защите от летунов. Тогда, если башню разрушат, можно будет атаковать нас сверху уже по всему периметру, и мы потеряем преимущество сильно укрепленной позиции. Соответственно, на башню мы сажаем Дина с пулеметом, если он успеет вернуться, ну или пяток хороших заклинателей. Плюс противовеликанью команду, из них минимум троих с «Патронусами».       — И как эта команда будет бороться с великанами? — поинтересовалась профессор Синистра, уже имеющая какой-никакой боевой опыт и кровно заинтересованная в сохранении астрономической святая святых хотя бы в относительной целости. — Заклинания на них действуют слабо, а мистер Герман… По-моему, его пульки тоже слишком маленькие.       — Герман — это против летунов. А великаны… Забираем копья из Комнаты Забытых Вещей, я их там десятка три видел. Разгоняем «Ваддивази», как профессор Люпин показывал. У Милли футов двести в секунду получается: достаточно, чтобы шкуру пробить. Правда, точность пока хромает, но мы работаем над этим.       — А если их не хватит? Джеминить-то нежелательно — великаны слишком устойчивы к магии.       — Трансфигурируем на постоянку какие-нибудь железяки, — отмахнулся Рон. — Что так железо, что эдак: не слетит.       — Только не телескопы!!! — воскликнула профессор Синистра. — Ну… Телескопы в последнюю очередь, — вздохнула она.       — Хм… Тут этта… — зашевелилась в углу громада Хагрида. — Я тама костюмчик делал, для малышонка свово…       — И?! — рявкнула Спраут, выражая общее мнение насчет своевременности упоминания какого-то там костюмчика.       — Ну дык, там железа доброго стоунов десять осталось, в обрезках-то. А то и двенадцать. Тока вот в Хогсмиде оно у меня, в кузне. Ну я ничо, сбегаю, прокрадусь какнть…       — Сидеть! — приказала Директриса. — Прокрадется он… Вот сейчас, кстати, и проверим… Бэрри!       — Бэрри здесь, Директриса Спраут, мэм! — Эльф, одетый в черный строгий смокинг, довольно мило сочетающийся с разноцветными носками, оглядел собравшихся и, не найдя никого, кто не входил бы в одну из трех категорий — профессоров, студентов или гостей Хогвартса, немного разочарованно поклонился.       — Бэрри, в кузне в Хогсмиде лежат обрезки железа. Необходимо перенести их на вершину Астрономической Башни и аккуратно сложить у парапета.       — Бэрри сделает. Но Бэрри интересуется, нарушает ли порученная Бэрри работа какие-либо идиотские Правила, дурацкие Законы или кретинские Установления?       — Разумеется, нарушает, Бэрри. Силы Министерства заняли Хогсмид и самым что ни на есть дурацким, кретинским и идиотским образом запрещают профессору Хагриду забрать эти обрезки.       — Бэрри благодарит Директрису Спраут, мэм. Теперь Бэрри лучше понимает, почему Хогвартсу нужен Свободный Эльф. Бэрри заберет железо по Собственной Воле и сделает так, чтобы Жопоголовые Засранцы из Министерства Тупых Придурков не смогли помешать Бэрри.       — Ну… Директриса Спраут теперь тоже лучше понимает, зачем Хогвартсу нужен Свободный Эльф, — пробормотала означенная Директриса. — Теперь по обороне замка с земли. Как считаете, Рональд…       Она не договорила: прямо сквозь стену кабинета проломился знакомый многим серебряный медведь. Он оглянулся, рявкнул голосом Невилла Лонгботтома: «МЫ НАЧАЛИ!» и с удивительной проворностью (или даже, скорее, в дикой спешке) нырнул в ту же стену, из которой прибыл.

***

      Серое осеннее небо, чуть подсвеченное тусклым ранним закатом, окружало летящий клин. Впереди и чуть слева облака сгущались и темнели, падая почти до серых волн.       — Это там! — радостно, как обычно, закричала Луна. — Мы уже почти прилетели! Невилл, сигнал! И… к нам летят Гелиопаты! Много! Все!       Рев летящего во главе второй группы здоровенного детины сдуло ветром, и единственное, что увидели всадники на костяных крылатых конях — как массивная серебряная фигура описала петлю и стремительно скрылась там, откуда прилетели фестралы.       Впрочем, мембрана на шее исправно продублировала крик девушки не только здоровяку, и услышавшие через фонендоскопную сеть бойцы за спиной сосредоточились, пытаясь вызвать свои лучшие воспоминания. Получалось не так чтобы очень хорошо — оттуда, из облачного столпа с уже видимой в основании черной точкой старинного замка накатывали запах тлена и безнадежность.       — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ! — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ! — два призрачных лиса покинули палочки пригнувшихся к гривам близнецов и рванулись вперед, на перехват стремительно увеличивающихся черных точек.       — АГА! — блондинка отпустила гриву фестрала, каким-то загадочным образом продолжая удерживаться на его спине, и подняла тяжеленный револьвер.       Черный силуэт, напоминающий огородное пугало десяти футов в высоту, обманчиво-неторопливо смещался в сторону незваных гостей. Еще полдюжины подобных силуэтов чуть подальше сбивались в наводящую ужас и уныние стаю, запах и вкус тлена на губах становился нестерпимым.       — ЭКСПЕКТО… ПАТРОНУМ! — чья-то палочка на мгновение вспыхнула серебром и погасла.       На серый пергамент туч словно плеснули проявителем — группа словно в один момент оказалась в окружении черных силуэтов, которые, несмотря на кажущуюся медлительность, не уступали в скорости крылатым лошадям, обкладывая всадников и сверху, и снизу, не давая им уйти. Оба лиса пытались разбить черный строй, посеяв в нем так любимый ими хаос, но их было только двое…       — ЭКСПЕКТО…       — ЭКСПЕКТО…       — ЭКСП… Спаси нас, Мать Глубин!       — Папа… Тётя… НЕТ!       — Мама… Дядюшка… Не надо!       — Эксп…       — Папочка, — блондинка обвела языком сухие губы, — я знаю, что с тобой хорошо, папочка! Экспекто… Экспекто… — револьвер в ее руках ходил ходуном, а пальцы, такое ощущение, не могли выжать спуск. Откуда-то сбоку к ней протянулись костяные руки, пытающиеся ухватить, стащить с трясущего головой фестрала и подарить ей исполненный отчаяния Поцелуй…       — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ! — трудно сказать, что вспоминал все это время черноволосый парнишка с зелеными глазами за стеклами круглых очков — запах парного молока и звон подойника, блеянье овец на заднем дворе, голос матери, зовущей его и брата к ужину, высокое солнце над зеленым полем, гордость купившего-таки новый трактор отца… Или, может быть, поцелуй в чулане для веников с маленькой чистокровной принцессой, остро нуждающейся то ли в утешении, то ли, под предлогом утешения — в том самом поцелуе. Это было неважно, потому что это сработало.       Серебряный барашек — шустрый, круторогий, упрямый, как сто гранитных валунов на поле — отбросил рогами подобравшееся к девушке пугало.       Костлявые руки отпустили плечо блондинки, и от неожиданности та выстрелила.       — БАБАХ! — Не то, чтобы пробочная пуля обладала отменными баллистическими характеристиками, совсем наоборот. Однако для десяти ярдов, разделявших срез уже начавшего покрываться ржавчиной ствола и скрытую капюшоном голову еще одного дементора, готовящегося принять всадницу в свои объятия, ее инерции хватило.       Чудовище издало жуткий визг, от чего вся стая дементоров вздрогнула, а потом исчезло, свертываясь внутрь себя. Дементоры замерли.       — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ! — редкий в британских краях носорог, уступающий барашку как по шустрости, так и по числу рогов, но превосходящий призрачной массой, поразительно (и подозрительно) похожий на штурмового единорога Милли Буллстроуд, двумя ударами панцирной головы разбросал двоих тварей, нацелившихся уже на брюнета.       — БАБАХ! — один из отброшенных серебристым чудищем дементоров оказался слишком близко от уже пришедшей в себя мисс Лавгуд, и был унесен в непредставимую даль под непредставимо яркий свет далекой равнодушной звезды.       Сзади тоже полыхнуло серебром, сверкающая искра нагнала окруженный демонами тесно сбившийся строй. Здоровенный медведь прошил медленно сокращающуюся сферу из лохмотьев, костей и безнадежного отчаяния и впечатал лобастую голову в подбиравшуюся к блондинке с револьвером оборванную черную фигуру.       — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ!!! — коротконогая норная такса и респектабельный бульдог вдвоем выбили из строя еще одну тварь.       Тем временем медведь обернулся, резко сменил направление, загребая наполненное отчаянием пространство когтистыми лапищами, и прошелся сквозь строй, отбрасывая наиболее близко подобравшихся к всадникам дементоров.       — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ!       — БАБАХ! — серебристые глаза мисс Лавгуд теперь светились тем же призрачным неземным светом.       — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ!       Все больше и больше серебристых силуэтов набрасывались на сгустки тьмы. Две гадюки, похожие, как родные сестры, врезались распахнутыми пастями с выдвинутыми вперед зубами под капюшон очередной твари, и та бешено закрутилась, бестолково размахивая костлявыми руками.       — БАБАХ! — БАБАХ!       — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ! — пухлый пингвин с кругами вокруг глаз обхватил недокрыльями и коротенькими перепончатыми лапками голову и шею еще одного демона, методично, словно министерский бюрократ, долбя затылок капюшона призрачным клювом подобно совсем другой птице.       — БАБАХ! — БАБАХ! — БАБАХ!       Еще три фигуры сложились внутрь себя, и темная сфера распалась окончательно: меньшая часть демонов отчаяния ушла было вверх, но пробила облака и вынуждена была спуститься обратно, прячась от убийственного света заходящего солнца — под убийственный же огонь странной воительницы.       — БАБАХ! — БАБАХ! — БАБАХ! — БАБАХ! — БАБАХ! — БАБАХ! — БАБАХ! — ЩЕЛК! — ПЕРЕЗАРЯЖАЮСЬ!       Фестрал мисс Лавгуд взмыл ввысь, крутившаяся там дюжина или около того дементоров рассеялась по сторонам, уворачиваясь от сопровождавших теперь блондинку лисов.       — ОНИ УДИРАЮТ! Восстановить строй!       Дин, держась рядом с Луной, наблюдал, как последние из тридцати семи патронов латунным ручейком втянулись из кармашков портупеи в каморы заколдованного им самим пару лет назад барабана: близость дементоров не слишком повлияла на старое надежное оружие… Хотя, конечно, после боя револьвер надо будет как следует обиходить.       — Они отходят в сторону Азкабана! Преследуем! Луна, добей их! Дин, гаси любые заклинания с земли!

***

      Дементоры полным отчаяния косяком отступали к возвышающейся между серыми волнами и серыми тучами черной крепости. Они были в смятении: обещанный им пир боли и страданий сменился ожогами от призрачного серебра, а почти три чертовы дюжины собратьев по рою вообще исчезли, как и еще два чуть ранее и еще один до того, и теперь не ощущались остальными.       Договор был нарушен.       Со стороны мешков с эмоциями было глупо даже просто заключать договор с демонами, а уж сначала заключить, а потом нарушить…       Рой ускорился — теперь там, в их давнем логове, была только законная добыча. Истекающая восхитительным, пикантным страхом и прячущимися за его корочкой питательными, прекрасно (хотя и кратковременно) утоляющими вечный голод воспоминаниями, добыча.

***

      — Что это?! — навстречу теряющимся на фоне громады замка бесформенным силуэтам поднимались красные огоньки — слишком частые и слишком быстрые для заклинаний.       — Это похоже на трасс… ПУЛЕМЕТ!!! У них пулемет!       — Morganas zahnige Fotze!       — Язык, Герман!       — Магглы не видят фестралов, наблюдали они смерть, или нет, но у них могут быть устройства, реагирующие на тепло! Всех нас не снимут, но…       — Все равно — разочаруемся, кто может, ставим щиты и давим «Бомбардами» с максимальной дистанции!       — Э… Невилл! Они стреляют не по нам!       Черный рой уже почти достиг замка и разделился: часть устремилась к гнезду на крыше, из которого даже не в дементоров, а, скорее, в сторону дементоров летели трассеры, а часть плавно спикировала во двор, откуда, из двух или трех мест сразу, тоже начали подниматься огоньки — только послабее.       — Там магглы. Они их не видят, но чувствуют.       — Волшебники там тоже есть. Глядите!       Во дворе замка полыхнуло знакомым серебристым светом.       — Атакуем быстро, пока они разбираются друг с другом! Луна, сначала верхних, потом нижних. Джастин, Сьюзи, Шайни, Флитвик — займитесь пулеметом. Дин, контролируй двор. Пока они не бьют по нам — не стрелять!       — Zu Befehl! Und… Danke!       — Луна, верхних не преследовать, если они начнут удирать — переключайся на нижних!       — Яволь, герр Невилл!       — ВПЕРЕД!!!       Когда первый из фестралов группы коснулся копытами брусчатки тюремного двора, серебряный щит в темном проеме входа был на последнем издыхании. Медведь, баран и носорог перекрыли вход к тем, кто успел скрыться внутри, а остальные патронусы окружили черную толпу, не давая ей рассредоточиться.       А потом… Потом с высоты спустилась Луна, и спустя всего одну перезарядку все было кончено.       — Некоторые там, наверху успели сбежать, — мечтательно рассказывала девушка, стоя босиком на холодной брусчатке, но не испытывая от этого видимых неудобств. — Но я, конечно, не стала их догонять. Жаль только, что их было больше дюжины. Но, я думаю, Том снова сможет взять их под контроль, а у меня, — она проверила барабан, — осталось еще целых семь портуль, так что, когда мы снова встретимся, я, возможно, сделаю так, что Гелиопаты больше не смогут размножаться.       — А если нет?       — Если нет — кому-то придется стать героем, — пожала плечами Луна. — Как Годрику Гриффиндору. Говорят, в своем последнем бою он напитал свой меч кровью своего яростного сердца и почти что смог, но только почти: тринадцатого от конца Гелиопата он зарубить не успел и умер от потери крови. И все равно — прошло много столетий, прежде чем Гелиопаты снова смогли размножиться: так далеко они разлетелись от страха.       Она закончила разглядывать лишь чуть-чуть тронутый поверхностной ржой барабан и защелкнула рамку.       — Не… Не стреляйте! — раздался дрожащий голос из темноты. — Джинни, Фред, Джордж — не стреляйте!       — ПЕРСИ?!       — Не стреляйте! Мы выходим! Они… Они ушли?       — Ушли. Держи руки на виду, Уизли.       — Я не могу. Тут… тут Терри. Терри Хиггс.       Из темноты показалось абсолютно белое лицо, обрамленное тускло-рыжими волосами сверху и тусклой черно-красной мантией снизу. С рук волшебника свисало еще одно тело в такой же мантии.       — Ну-ну-ну…       — Мало того, что наш брат-говнюк…       — …Спасает товарища…       — …Так он еще и умудряется…       — …Держать щит Патронуса…       — …Против полусотни дементоров!       — Наверное, он все еще помнит ту замечательную трехсотфунтовую ведьму, которую ему сосватала Амбридж, — предположила Джинни Уизли. — Какой у вас с ней был общий патронус, братик? Бегемот? Слон? Кит?       — Это… Это не я, — Перси Уизли бережно опустил тело с безжизненно свисающей совершенно седой головой на брусчатку, скинул мантию магглоборца, под которой оказался тронутый тленом дешевый деловой костюм и, свернув, бережно подложил ее под затылок лежащего. — Это был Терри. Его прислали только вчера, отловили прямо в министерстве, в Отделе Игр и Спорта, там всех отлавливали, в Министерстве, и мобилизовали в Магглоборческий Корпус. Терри тоже мобилизовали и, как неблагонадежного, прислали сюда. Но его очередь еще не подошла, и он не успел… зайти внутрь. Поэтому он смог.       Перси кивнул в сторону сверкающей золотом вывески «Мемориальные Лаборатории Августуса Руквуда. Министерство Магии».       — А ты, значит, успел, — не вопросительно, а утвердительно фыркнула Джинни.       Фред и Джордж, в странных на вид картонных очках со звездами нырнули в проем, больше не обращая внимания на брата.       Вскоре еще пять качающиеся от ужаса и шока фигур — одна в мантии Невыразимых, двое в белых лабораторных халатах и еще двое в пятнистой сине-серо-черной форме — показались из темноты и были обездвижены, аккуратно приставлены к стене и лишены оружия. Полусгнившая палочка, два пластиковых и потому не ржавых с виду «Глока» и столь же удивительно неплохо сохранившийся гибрид маггловского шприца с маггловским же пистолетом.       — Там дальше дверь заклиненная, — пояснил Фред. — Видимо, эффект от дементоров такой. Вот они и не смогли внутрь сбежать.       — А наверху что? — спросил Невилл у Джастина, спустившегося вместе с прочими с верхушки башни вместе с остальной группой прикрытия и уже успевшего осмотреть двор.       — Двое Поцелованы — волшебник и маггл, один застрелился. Пытался удрать через люк в башню, но люк то ли был заперт, то ли приржавел, вот он и… Пулемет — обычный «Эль-семь», сгнил напрочь, а вот «Глок» вроде уцелел, — заявил он, наблюдая, как Фред и Джордж прибирают в карманы драконьих курток такие же трофеи. — Только вы, парни, пока старайтесь из них не стрелять: мало ли что. Дайте Дину сначала посмотреть.       — А тут, внизу?       — Двое штатских магглов, Невыразимая — я откинул капюшон, это Фарли, вы должны ее помнить — два магглоборца и трое маггловских бойцов, — отрапортовал младший сын кадетской ветви достопочтенной семьи Финч-Флетчли. — Все Поцелованы, как и наверху. Военные, что верхние, что нижние, судя по возрасту и нашивкам, явно из частной военной компании, но по татуировкам — выходцы из САС. Специальная Авиационная Служба, — пояснил он. — Очень серьезные бойцы. Мой дед служил в Специальной Лодочной Службе, это почти то же, но от Флота, — в голосе Джастина проступила изрядная гордость.       Невилл краем глаза заметил, как у старшего из маггловских военных, выведенных во двор близнецами, слегка расширились глаза.       — Оружие?       — Винтовки все сгнили, только пластик остался. Пистолеты, кроме «Глоков», тоже. Там «Зауэры» были, они железные. При штатских была кинокамера — старая, с пружинным заводом. Думаю, они знали, что магглоотталкивающие чары мешают работе электроники, но снять воздушный бой им уж очень хотелось, ну вот и… Камера — в труху, а вот пленка могла и уцелеть. Колин разбирается. Но самое неприятное…       Джастин не договорил, стремительно вскинув палочку и оглушив как-то незаметно сместившегося в сторону старшего из магглов.       — Взгляд у него был, как у деда, когда он на что-то решается, — пояснил он. — А самое неприятное — вот.       Джастин пустил по рукам две залитые в пластик картонки с крупной надписью черным по желтому «Королевская Экспериментальная Парабиологическая Лаборатория Солсбери».       — Это не неприятное, — пробормотал Дин, не отводя ствола Германа от темного проема. — Если я что-то в чем-то понимаю, это пинцет. Или песец.       — Часть пленки точно сохранилась, — заявил подбежавший Колин. — И у них там внутри должна быть фотолаборатория. Зачистим и проявим? Там еще что-то интересное может быть.       — НЕТ! — заорал Перси, — НЕТ!!! Пожалуйста, не ходите туда! Не ходите. Тут больше никого нет… из… персонала! Никого! Когда дементоры все полетели к вам на перехват, они все почувствовали, как… стало легче и вышли на воздух, посмотреть. Там никого… из них! Не ходите туда!       — Значит ли это, братик, — мягко спросила Джинни, — что, если мы войдем в эти самые Мемориальные Лаборатории, у нас появится непреодолимое желание тебя убить?       Перси опустил голову.       — Там… там остались только Объекты. Я… Меня направили сюда в наказание, потому что я не сопротивлялся, когда, когда вы ворвались, — он бросил нервный взгляд на не проронившего ни одного слова зеленоглазого брюнета в очках. — И… меня заставляли их… Объекты… обслуживать. Терри не успел попасть внутрь, и поэтому он смог держать Патронуса, пока не упал, а я… я был там три раза. Я видел семерых, семь Объектов. Дирк Крессвелл и Мэри Кэтермоул умерли вчера. Их сбросили в море. Еще двое умерли раньше, их тоже похоронили в море, но про них я ничего не знаю. Наверное, до того, как меня прислали, были еще. Осталось три… трое.       — Значит, пришибить тебя нам точно захочется. Проваливай, — мотнула головой Джинни. — Убивать братьев, даже таких говнюков, как ты, все-таки не совсем прилично. Так что лучше будет, если, когда мы выйдем оттуда, ты будешь далеко-далеко. ПРОВАЛИВАЙ, НУ!       — Я… Я не могу. Палочка… и Чары — они же мешают аппарации! А ваши фестралы уже улетели…       — Судя по виду палочки Невыразимого сэра-или-мэм, — усмехнулся Невилл, — на одну-то аппарацию твоей палочки хватит. А чары мы сейчас снимем.       — Как?!       — Скажи спасибо своему Хозяину, он подарил нам отличный способ. Вряд ли он будет тебе благодарен, но может и помилует — если ты все ему честно расскажешь.       — Там… там внизу есть две маггловских лодки. Надувных. Я мог бы отплыть…       — Незачем, — преувеличенно-лениво отмел идею очкастый брюнет. — Во-первых, чары мы все равно намерены снять — и при необходимости у нас есть кому их снова поставить, а во-вторых, лодки нам самим пригодятся. Отойди в сторону и не рыпайся. Жди сигнала.       Так и не решившийся уточнить, что это за сигнал, Перси бросил еще один взгляд на совершенно седого Терри и бочком-бочком, словно не веря, отполз к парапету, сжимая рукоять палочки.       — Так. Фред, Джордж — засядьте перед заклинившей дверью. Будете прикрывать Дина со спины. Профессор, Чародейка — этих доглушить и складировать там же, внутри: потом допросим. Терри туда же, аккуратно. Дин — в проем, не щадить никого. Остальным — рассыпаться, замаскироваться, поставить брустверы. Поцелованных пока не убирать. Время! Готовность пять!       — Лучше семь, — пробормотала слившаяся с камнем Луна.       — Семь… Шесть… Пять… Четыре… Три… Два… Один… ВОЛДЕМОРТ!!!