Часть 28

Мягкие кошачьи лапы бессовестно будят Нейта, когда на часах ещё нет и полудня, за окном дождь, а во рту настоящая пустыня. Оболтус устраивает ему подобие тайского массажа, прохаживаясь по спине туда-сюда как подиумная модель, но сообразив, что это не работает, пускает в ход отросшие когти и продолжает топтаться, изредка впиваясь в кожу достаточно глубоко, чтобы отбить у хозяина желание продолжать бездействовать. C трудом разлепив веки, Нейт переворачивается на спину и едва не придавливает кота, вовремя успевшего отскочить. Парень кидает на него осуждающий взгляд, но всё, что он видит в глазах кота – это ответный упрёк и ни капли сожаления. Желания вставать в такую рань у Нейта нет от слова совсем. Он спал от силы несколько часов, потому что план покинуть вечеринку без Тайлер и как можно раньше, рухнул в одночасье, стоило ему закончить разговор с матерью. Вернувшись в общий зал и пробыв там ещё около часа, Нейт поставил Тайлер в известность о том, что его время вышло и он уходит, как она закатила истерику похлеще, чем в любой из мелодрам, за просмотром которых он периодически заставал мать будучи ещё школьником. Ему было плевать, как он выглядит в глазах присутствующих, и что о нём подумают её «подруги». Пусть хоть снимают на камеру и постят видео в соцсетях, он и так не вписывался в их формат с самого начала. Но когда Тайлер в очередной раз напомнила ему об их уговоре – её молчание в обмен на его внимание – она настояла, чтобы он остался с ней до конца, а затем отвёз её домой. Сказать, что Нейт был в бешенстве, то же, что назвать ядерный взрыв праздничным фейерверком. В какой-то момент Нейтан поймал себя на мысли, что был бы не прочь пару раз хорошенько приложить девушку головой о стену, но подумав, что, сидя за решёткой, вряд ли сможет хоть чем-то помочь семье, быстро одумался. В результате пришлось, стиснув зубы, полночи ходить за ней попятам и делать всё, что она хотела, как по указке. Только к утру, когда Тайлер, изрядно перебрав, спящим грузом повисла на плечах Нейта, ему удалось отвезти её домой, предварительно выяснив адрес у её «подруг». И теперь, подложив руку под голову, глядя в потолок таким сфокусированным взглядом будто на нём разыгрывается финальная партия шахматного турнира, он прикидывает, как будет выпутываться из всей этой истории, в которой, как ему кажется, он увяз уже по самую макушку, и кажется, что вот-вот достанет ногами дна, чтобы наконец оттолкнуться, но его всё нет-нет. С Тайлер один неверный ход может поставить крест практически на всём, что дорого Нейту, поэтому до этого моменты он выбирал тактику смиренно ждать, когда ей надоест. И он уже успел пожалеть, что когда-то принял такое решение, потому что с каждой их встречей Тайлер становится всё настойчивей и настойчивей, всё одержимей и одержимей, и Нейта не покидает стойкое ощущение, что, если он продолжит исполнять все её прихоти, это может продолжаться бесконечно долго. Она как тот кракен из фильма, который утягивает на дно моря целые корабли. Только в её случае это даже не море,а скорее огромное болото, на дне которого она хранит и тщательно лелеет своё эго и большой сет из комплексов, который Нейт не заказывал. Игнорировать – не вариант, у Тайлер есть рычаг давления, чтобы обернуть ситуацию в свою пользу. Атаковать в ответ нельзя. Чтобы идти в контратаку нужно действенное «оружие» против неё, которого у Нейта попросту нет: Тайлер, конечно, не святая, но и уличить её откровенно не в чем. А ещё для этого ему нужна твёрдая уверенность, что это сработает, и её у него тоже нет. Переключить её внимание на что-то или, вернее, кого-то другого? Когда Наоми и Коул были ещё детьми, они частенько устраивали скандалы, когда не хотели уходить с детской площадки, а мама всячески изыскивала способы, чтобы заставить их пойти домой. Как-то раз она разыграла целый мини-спектакль, сказав им, что видела чей-то полосатый хвост, скрывшийся за входной дверью их дома. Брат с сестрой повелись на её уловку и в результате оказались мирно спящими в своей постели, потому что Тигруля спрятался под кроватью и согласился вылезти оттуда только после того, как они поспят. Конечно, пока они спали, он ушёл, потому что спешил и не хотел их будить. Со стороны ситуация выглядела комичней некуда. Нейт изрядно посмеялся тогда будучи типичным подростком, удивляясь, как легко они повелись на россказни матери. Лишь спустя годы, Нейтан переосмыслил эту историю и осознал, как наивны и доверчивы маленькие дети, и что только такими хитрыми методами можно без истерик подавить их сопротивление и несогласие с не зависящими от них обстоятельствами. Может быть и с Тайлер получилось бы провернуть что-то эдакое, но проблема в том, что она – не ребёнок. Что может настолько сильно привлечь внимание взрослой независимой девушки, которая сама строит свою карьеру и не нуждается ни в чьём одобрении, что она напрочь забудет про Нейта и отвяжется от него? Глубоко вздохнув, Нейт утыкается лбом в сгиб локтя. Таких задач жизнь ему ещё не подкидывала. Обычно всё решалось быстро и просто: Нейт обрывал все контакты с навязчивой девчонкой, кидал номер в чёрный список и больше никогда не видел её. Но в этот раз это не прокатит. Вот бы ему найти машину времени и вернуться в тот день, когда обдолбанная Миранда Мартинес захотела подымить в приватной комнате. А может просто нужно дать Тайлер понять, что он – не тот, кто ей нужен? Взболтнуть как бы между прочим, что он занят или уже влюблен в другую? Разыграть спектакль? Прямо как мама тогда… Но в кого? В другую клиентку? В Рут? В Эверли Джейн Портер? После всего, что было, она пошлёт его куда подальше и даже слушать не станет. Или станет? Перед глазами ярким всполохом появляется образ Эверли, содрогающейся в его руках в приступе яркого оргазма. В трусах тут же становится становится тесно и хочется повторить всё сначала: увидеть ещё раз тот взгляд, которым она смотрела на него, услышать сбивчивое дыхание и низкий возбуждённый голос, которым она от нетерпения сыпала проклятиями, почувствовать, как покорно прогибается её спина под давлением его руки, как её тело отзывается на его касания. Ему чертовски понравилось, и это факт, который глупо отрицать. Будто ему ввели отборную дозу гормона удовольствия, и заставили сердце качать кровь с утроенной скоростью. А ещё он был ужасно зол. Зол потому, что не мог противиться этому чувству, да и не хотел. И эта гремучая смесь из странной эйфории и злости, которой он никогда раньше не испытывал, настолько взбудоражила его, что вылилась в неприкрытую грубость, о которой сам же и пожалел потом. Он бросил шахматы потому, что стало невмоготу. Правда в том, что после её отъезда, спустя несколько мучительно долгих месяцев ему захотелось разрушить и сжечь всё, что связывало или хотя бы напоминало Нейту о ней. Сначала он бросил шахматы, затем уменьшил количество встреч с Карвером и поводов для них до минимума. А когда и это не помогло – пустился во все тяжкие, понадеявшись, что многочисленные связи с женщинами, если не обезболят измотанное сердце, то хотя бы приглушат чувства до уровня «терпимо» или на крайний случай «сносно». И это сработало. В самом деле сработало, потому что, когда Нейт сбился со счёта, он вдруг понял, что всё это время сам искусственно ограничивал себя. Как драгоценные камни помещают в оправу, чтобы они держались на украшении, однажды он сам соорудил для себя такую же оправу, только воображаемую, мысленно припаяв себя к Эверли. А когда вдруг понял, что это никому не нужно, оказалось, что жить без Эверли Джейн Портер в самом деле можно. «Сносно», но всё же можно. И то, что он вчера оборвал её желание поворошить прошлое, было не просто напоминанием об условиях их сделки. Оказалось, что Нейтан-трус-мать-его-Досс просто испугался, потому что его обожгла изнутри надежда: неосязаемая в буквальном смысле, но отчётливо ощутимая где-то на уровне нутра, которую можно выразить короткой фразой: «если не тогда, то теперь». Потому что она хотела его, она горела и воском плавилась в его руках и она всё ещё Эверли Джейн Портер – такая же несносная, чересчур своевольная и временами слишком правильная, но всё та же Эверли Джейн Портер, которая как какая-то мелкая заноза застряла в нём, вросла в кожу, а потом её фиг вытащишь оттуда, разве что хирургическим путём вместе с кожей. Глубокие раздумья прерывает телефонный звонок. На экране написано «Рут», и Нейту совершенно невдомёк, что ей может быть нужно в такой час, потому что до открытия клуба ещё целая куча времени. – Алло, – отвечает Нейт, прочистив охрипший после сна голос. – Нейт, привет. Я знаю, что ещё рано, но Зейн попросил заскочить пораньше, и тот телефон, что ты вчера оставил, на нём уже несколько пропущенных. Я уже успела вчера поговорить с её матерью и сказать, что она забыла телефон, но сегодня на нём ещё больше неотвеченных. Ты не знаешь, можно ли как-то ещё с ней связаться, чтобы вернуть его? Вдруг там что-то важное, не могла же она за столько времени не спохватиться его. Растерев закрытые веки указательным и большим пальцами, парень кое-как пытается сообразить, что делать. Звонить Карву и говорить, что его старшая сестра забыла телефон в клубе, в котором он оказался по чистой случайности – идея так себе, может вызвать слишком много вопросов и проблем. Где Эверли живёт и работает, Нейт не в курсе. Остаётся только ждать, когда она соизволит сама прийти за ним, потому что других способов связи с ней нет. Или порыться в нём самому и поискать контакты того, кто сможет связаться с ней. Ещё есть вариант сдать его в полицию, но это уже на крайний случай, если она сама не объявится в ближайшие несколько дней или до конца недели. – Поставь на беззвучный или выключи. Я приду пораньше и сам разберусь с этим, – на другом конце раздается тяжёлый вздох, а через пару секунд: – Ладно. Он там же на ресепшене. Ключ от пожарного выхода в сейфе у двери. Код – 6381. Сбросив вызов, Нейт собирается с духом несколько минут и встаёт с постели после того, как Оболтус кидает на него очередной осуждающий взгляд. Насыпав коту в миску сухого корма, парень делает серию упражнений на руки и пресс в качестве зарядки, принимает душ и готовит нехитрый завтрак из яичницы и тостов. Пока ест, изучает в телефона электронную почту, куда еженедельно приходит рассылка с вакансиями, пишет пару развёрнутых сопроводительных писем и отправляет вместе с заготовленным резюме. Затем моет посуду, кошачий лоток и идёт одеваться. Натягивает повседневные джинсы, футболку, летний бомбер и складывает костюм в кожаный рюкзак, чтобы переодеться вечером. Дорога до клуба занимает почти час. Когда он добирается до места и открывает дверь, внутри его встречает гробовая тишина. До открытия ещё минимум несколько часов, а значит, если в клубе кто-то и есть, кроме него, то только Зейн. Оставив вещи в комнате для персонала, Нейт идёт через весь гостевой зал к стойке администратора. Забытый телефон беззвучно лежит в ящике. Глядя на него, Нейтан щурит взгляд, улыбается одним уголком губ, чувствует молчаливый и почти осязаемый на уровне кожи упрёк. Будто телефон – материальное воплощение духа и упрямства Эверли, и он одним своим видом как бы говорит Нейту: «вот видишь, это из-за тебя я его забыла и не стала возвращаться». Взяв телефон в руку и осмотрев его на наличие изменений, парень нажимает кнопку разблокировки. Оставшегося заряда в режиме активного пользования хватит ещё чуть больше, чем на час, поэтому он не спешит решать вопрос с поиском нужных контактов. Первым делом Нейт открывает журнал звонков, у которого расположился красный кружок с надписью «+6» и просматривает список не отвеченных: 2 от матери, 2 от отца и ещё парочка незнакомых номеров, отмеченных как «спам». Очевидно, вчера Эверли Джейн Портер потеряли дома и пытались ей дозвониться, но раз Рут сказала, что разговаривала с её матерью, значит гипотетически переживать не о чем. Нейт бездумно вглядывается в заставку экрана, а подняв взгляд в пустоту перед собой, утвердительно качает головой будто сам себя в чём-то убеждает и соглашается с доводами. Закрыв за собой ящик, парень возвращается в зал и останавливается у первого же полотна, чтобы скрыться за ним от посторонних глаз будто кто-то и впрямь может уличить его в том, что он собирается сделать. Удобно устроившись на одном из диванов, Нейт открывает хранилище файлов и неспеша изучает содержимое: галерея с кучей фотографий городских пейзажей и книг, фотографии родителей, совместные фото с Карвером, с какими-то девушками, селфи в зеркале в домашней обстановке. Просматривая их, Нейт улыбается и парочку особо удачных фото передаёт себе по блютусу. Потом листает ещё фото из какой-то галереи с кучей картин, пока не доходит до фотографии, на которой Эверли широко улыбается, обнимаясь с каким-то незнакомым парнем. Нахмурив брови, Нейтан некоторое время приглядывается к типу, который судя по роже, на целый десяток лет старше Эверли, а затем открывает меню и с невозмутимым выражением лица нажимает кнопку «удалить». Пролистав ещё несколько фото до конца и не найдя для себя больше ничего интересного, переходит в папку с музыкой. В ней находит много популярных треков, которые крутят повсеместно, а оставшиеся композиции оказываются саундтреками из фильмов: некоторые из них Нейту знакомы, но большинство из них он даже не смотрел и не слышал о них. Закончив с музыкальной папкой, Нейт быстро просматривает скудную папку с видео и очень большую папку с документами, в которой у Эверли хранится куча электронных версий книг от английской классики, вроде Джейн Остин, до «50 оттенков серого». Ухмылка сама по себе расцветает на лице Нейта, и он сжимает нижнюю губу между пальцами. Кто бы мог подумать, Эверли Джейн Портер. И ведь наверняка скажет, что из чисто профессиональных соображений. Выйдя из хранилища данных, напоследок изучает россыпь ярлыков установленных приложений: переводчик, такси, электронная библиотека, ежедневник с рабочими заметками, соц.сети… Пальцы так и чешутся зайти, чтобы посмотреть, что она постит в сеть и с кем общается, но Нейт себя быстро одёргивает. Он конечно и так уже переступил черту дозволенного, изучив содержимое её телефона вдоль и поперёк, но вход в аккаунт с её телефона может не остаться незамеченным, если не ей, то кем-нибудь ещё. Последний взгляд на кучку иконок, и глаза цепляются за ярлык в форме голубого листа бумаги. Новая мысль рождается из цепочки рассуждений: вчера Нейт читал текст главы и не обратил на это внимания, но теперь ему совершенно ясно, что документа в телефоне нет. Вряд ли кто-то влез и удалил его – это не тот файл, который может заинтересовать в принципе кого бы то ни было, а это значит, что файл был открыт через облачное хранилище и хранится там же. В сомнениях закусив губу, Нейт тыкает пальцем по значку и видит перед собой перечень документов с разными названиями: «черновик», «какие-то зарисовки», «для будущих глав». Рядом с последним указано время, когда его редактировали последний раз – «15 секунд назад». Брови Нейта медленно ползут вверх. Прямо сейчас, где-то в другой части города Эверли редактирует какую-то из своих рукописей, а он может следить за этим с первых рядов. Когда он открывает документ, то видит как прямо на его глазах буквально из воздуха возникают буквы, которые складываются в слова, а те в свою очередь в предложения. Нейт резко выпрямляется, сидя на диване, и внимательно вчитывается в текст, который девушка то набирает, то стирает и переписывает заново. В нём мелькают имена «Зои» и «Уилл» и описываются в основном переживания Зои, которая увидела фотографию Уилла с другой девушкой, и теперь она чувствует боль. Ей кажется, что её накрыло непроницаемым куполом. Она одна, запертая наедине с собственными переживаниями, разъедающими изнутри, ей хочется позвать на помощь, но она знает, что её никто не услышит, и своим криком она лишь переведёт зря кислород, которого и так хватит ненадолго. Текст в документе перестаёт обновляться, пауза длиться несколько минут прежде, чем Нейтан решается пролистать текст выше, чтобы прочесть предысторию, но вместо этого палец задерживается на одном месте дольше, чем нужно, и активирует курсор. Тонкая вертикальная линия фиксируется между буквами случайного слова и начинает зазывно подмигивать. Вместе с ней на экране всплывает сенсорная клавиатура, недвусмысленно приглашая Нейта поработать над текстом. До этого момента он даже не задумывался об этой возможности. Написать что-нибудь? Дать Эверли знать, что он здесь и читает всё, что она пишет, или остаться инкогнито? На самом деле такой способ связи всё упрощает и усложняет для Нейта одновременно. Он может проигнорировать эту возможность и попробовать поискать другой способ связаться с Эверли, например, связаться с Карвером и почти наверняка напороться на неприятный разговор. Может оставить всё как есть и сказать Рут, что всё, что им остаётся, – это ждать, когда Эверли Джейн Портер сама явится. А может здесь и сейчас просто написать Эверли в редактируемом ею документе, и тогда точно напугает её. Он же не конченый придурок, чтобы не понимать, что такой поступок будет расценен как грубое вторжение в личное пространство. К тому же в этом случае он сам нарушит своё же условие «никакой связи вне клуба», хотя ещё вчера сам отчитывал Эверли за переход очерченной им границы. Какую же из зол он всё-таки выберет, приготовившись понести ответственность и принять все вытекающие последствия? Нейт знает это решение – принял его для себя ещё утром сразу после звонка Рут и задолго до того, как ему открылась новая возможность. Он однозначно рискует огрести по полной – морально так точно – а чтобы унять лишнее напряжение, достаёт из заднего кармана зажигалку и принимается бездумно щёлкать кнопкой, приводящей её в действие. Второй рукой Нейт ищет в телефоне Эверли контакт Карвера. Он принимает вызов после первых двух гудков, как будто только и ждал этого звонка. – Ого, вот это ты шустрая. Летела на четвёртой космической? Если скажешь, что «да», то у меня для тебя новости… – поддразнивает Карвер, очевидно ожидая услышать голос сестры. Нейт уже и забыть успел, что он может так звучать. – Привет, это Нейт. Я знаю, что ты не меня ожидал услышать, но всё случилось как случилось, – на другом конце провода воцаряется густое молчание, разбавляемое лишь глубоким ритмичным дыханием, и Нейт, ещё больше осмелев, продолжает: – Эверли забыла вчера телефон в клубе и так и не вернулась за ним, – уточнять, в каком клубе, он конечно же не стал. – Ага, я в курсе, – уже наигранно скучающим тоном отвечает Карв. – Отлично, – интонация, с которой он произносит слова, Нейта даже не коробит. Если Карв ещё не изошёлся на дерьмо, значит есть далеко не нулевой шанс, что он даже не догадывается, о каком клубе идёт речь, и уже только этот факт в разы упрощает всё. – Тогда ты знаешь, как с ней связаться? – Угу. Вот только мне интересно, откуда ты знаешь, что она его забыла? С каких это пор вы вместе работаете? – В смысле, вместе работаем? – Нейт щурится, слушая вполуха и концентрируя взгляд на танцующем от его дыхания пламени зажигалки. – Ну она же вчера ходила отмечать День Рождения коллеги, по крайней мере мне так сказала. Так как в этой истории оказался замешан ты? – Чистая случайность. Деньги нужны позарез, – и чтобы звучало совсем уж убедительно, без запинки выпаливает заранее заготовленную отмазу. – Подрабатываю в том клубе барменом. – Так значит Нью-Йорк в самом деле настолько тесный? Странно, что она мне об этом ни слова не сказала, – сарказм так и сочится изо рта некогда друга, готового обмакнуть в нём Нейта. – Может не сочла достаточно важным, чтобы говорить? – Это меня как раз и напрягает. Пока я был в Нью-Йорке, она чуть ли не из кожи вон лезла, чтобы свести меня с тобой, а теперь даже не упоминает твоего имени как будто ты и не существовал вовсе. Слишком резкая перемена для такого короткого промежутка времени, не находишь? – Как по мне, так ничего необычного. Ты уехал, мы с ней не поддерживаем контакт, встреча в клубе – чистой воды неожиданность. Она делала заказ – я делал свою работу. Нечего больше рассказывать. – Ну-ну, ладно. Допустим я поверил. Мне-то ты чего звонишь да ещё и с её номера? – Чтобы ты поговорил с ней и напомнил ей забрать свою вещь. Клуб работает до часу, пусть приходит. – Ночной клуб, который закрывается так рано – это что-то новенькое, – как-то недобро хмыкает Карв. Осознав сказанную оплошность, Нейт чертыхается себе под нос, кляня всё, на чём свет стоит, и морщит лицо так будто это поможет ускорить мыслительный процесс и быстрее придумать, что ответить. К счастью Нейта ответ приходит на ум довольно быстро: – В клубе запланированы технические работы, так что сегодня закончим раньше, чем обычно. – Вон оно что, ясно. Ладно, передам ей, что её с нетерпением ждут в…, – очевидно Карвер не договаривает, чтобы вынудить Нейта произнести название клуба, и, как блестяще подготовившийся к своей роли актёр, Нейтан следует своей роли: – В «Незнакомцах». – Ага, в «Незнакомцах». Нейт сбрасывает звонок первый, не дожидаясь, когда это сделает Карв, и принимается усиленно растирать лицо ладонями, зачёсывать волосы пальцами назад и тереть виски, ощущая себя актёром кино, который после целого дня съёмок хочет снять усталость и смыт намертво въевшийся в лицо гримм. Что ж, всё оказалось проще, чем он думал. Остаётся только надеяться, что Эверли отреагирует правильно и с правильным выражением лица, когда Карвер вдруг скажет ей о каких-то «Незнакомцах». Несколько минут потупив глаза в пол, Нейт снова берётся за телефон девушки, чтобы протестировать ещё одну на этот раз точно последнюю гадкую идею.