Смешные очки и горячий шоколад

Я не знаю сколько сейчас времени. Наверное скоро рассвет.  Мне всегда было любопытно как люди ведут дневники, пишут письма. К кому они обращаются? Выдумывают личность или пишут самому себе, в моем случае, последний вариант отметается сразу - ещё бОльшая концентрация меня станет настоящим кошмаром наяву. Может стоит писать не обращаясь к кому-то конкретному? Либо выбрать того, кто важен. Немного обманывая собственный мозг. Ты вроде бы говоришь с кем-то, но на самом деле все происходит в твоей голове.. Даже мысленно не могла представить, что буду писать кому-то, но вот я здесь. Мы здесь.  - Силко.  Ты лежишь где-то там в холодной глубине, а я продолжаю дышать. Справедливо ли это? Ты мертв. А я все ещё не могу в это поверить.  Может я все ещё сплю? Тогда разбуди меня, когда все это закончится. Мне не нравится эта реальность. Это всеобъемлющее одиночество, от которого никуда не спрятаться. - Вопрос на засыпку, для тебя: зло может испытывать боль? Я бы сказала - да, но что сейчас может изменить мое мнение? Меня так долго считали монстром, что я сама в это поверила. Так себе начало.. держи в голове, что я не хочу твоей жалости.  Я сама не разобралась для чего все это. Как определюсь, дам знать.  Нет не так.  Смог ли ты простить меня? - Здравствуй, что ли? Какого это, быть мертвым? Тебе там тепло или ты мерзнешь? Есть ли что-нибудь после того, как сердце перестает биться? Или кругом кромешная тьма и пустота. Силко, я правильно поступила? Хотел ли ты такого конца? Когда-то меня пугали мысли о смерти. Я слишком долго боялась темноты и одиночества. Временами, мне кажется, что я теряю способность проживать эмоции. В месте где должна быть душа - только пустота. Но это не мешает мыслям в голове крутится, вертеться, шуршать .. снова и снова. - Ты там решил навсегда меня оставить? Не слишком ли легко отделался?  Ауу?  А ведь ты всегда отвечал на мои глупые вопросы.  - Может в отличии от нас ты там отдыхаешь.. столько лет работы без отдыха, ведь ты никому не доверял решать «супер важные» вопросы. Хренов перфекционист, если не я, то когда-нибудь тебя точно добила бы твоя обожаемая работа. Ладно, ладно, я шучу. И не пытаюсь себя обелить. Но знаешь, если смотреть на ситуацию сквозь плотно сжатые глаза, прикрытые дополнительно чужими руками, можно найти своеобразные плюсы. Как минимум, теперь на твоей шее не висит проблема с синими косичками. Поздравляю? Всего-то пришлось умереть, чтобы наконец остаться в тишине. Весело тебе наверное смотреть как мы тут трепыхаемся? Мне почему-то совсем не до смеха. - Ты, наверное, устал от меня? До сегодняшней ночи, ты не разу мне не являлся. Безобразие. Я стала реже видеть сны/кошмары, галлюцинаций больше нет. Представляешь?! Я все еще пытаюсь свыкнуться с этим. Вот оно волшебное исцеление. Быть «нормальной» утомляет. Сложно объяснить. Меня ломает, словно я наркоман, подсевший на первые прототипы мерцания. Будто я потеряла значимую часть себя, осталась тень, которая не знает, почему ее оболочка продолжает функционировать. Я не чувствую безопасность. Никакую блядь безопасность не чувствую. Но это все мелочи. Это пройдет. - Силко, без меня тебе будет скучно. Не заставляй меня просить.  С чего же начать? Будто ничего интересного и не случилось, но с другой стороны поменялось слишком многое.  Я видимо сильно себя переоценила начав это письмо, полное жалоб без предложений, как сделать ситуацию лучше. Как думаешь, что должно получится из этого «откровения»? Прости, что тебе придется пробираться сквозь мои летящие мысли.  Точно, ты ведь не знаешь.  Недавно мне сказали, что я слишком быстро думаю, отчего и мои мысли сменяют друг друга словно танцуя в воздухе. Это мне так мягко намекнули, что я чутка того, «летящая». Я бы выразилась по-другому - ебнутая. Но это в целом не новость. Я знаю, сейчас, ты точно усмехнулся, большая бука. Летящая Джинкс и ее бомбы. Подходящее название для производства, не думаешь? Такую характеристику я получила от женщины в смешных круглых очках, которые вечно спадают с ее маленького носика, из-за них она походит на стрекозу. Она носит костюмы и рубашки приглушенных оттенков, на ее коже нет татуировок и шрамов. У нее очень пафосное имя - Эле-о-нор, которое на мой взгляд ей совсем не подходит. Поэтому я зову ее как угодно, но не по имени.  Она постоянно предлагает мне горячий шоколад с зефирками. Как бы я не любила сладкое, но ещё одна такая кружка и дурацкий зефир полезет у меня из ушей. Женщина до странного спокойна, будто обдолбалась мерцанием, как шпана из линий. Но этот уникум не пьёт и не курит. Ей это все не интересно. Зато она собирает мозаику по вечерам, представляешь. Читает книги и вроде даже пишет что-то о психологии. Это у обычных людей считается культурным отдыхом. Ее чрезмерная нормальность меня настораживает. Может все дело в приторном шоколаде, которое она потребляет литрами во время наших встреч. Я все ещё пытаюсь ее разобрать. Будь она механизмом - было бы проще. Она реальная, я не смогла бы придумать столь скучного персонажа. В ее кабинете сплошь мягкая мебель, все бежево-серое, никаких острых и опасных для жизни предметов, видимо против самых буйных клиентов. Интересно вхожу ли я в эту категорию? В кресле, где я обитаю, лежат подушечки с цветочным узором. На стене висят часы. Они застыли на 12:14:47.  Мы разговариваем. Обо мне, о Вай и тебе. Она вечно что-то записывает синей ручкой в блокнот в клеточку. Я не помню чтобы меня ранее так долго кто-то слушал и не пытался учить. Тик-так, Силко.  - Время знакомства. Элеонор, смешные очки, она же маленькая надоедливая стрекоза - мой мозгоправ из Пилтовера.  Та-дам.  Новость дня. Последних месяцев если уточнять.  - Ты там как? Удивлен? Поначалу, я не понимала, что вообще делаю у психиатора. Да и сейчас иногда сомневаюсь, какого хрена я согласилась на лечение. Сядь, а то упадешь. Меня притащила туда твоя дорогая Севика. Хочешь узнать зачем? Спроси что полегче. Может, ей надоела роль моей няньки? Или все дело в сраной жалости и долге перед тобой?  Какой вариант тебе нравится больше?  Я бы выбрала 3 вариант. Но его нет.  Хотя нет. Имеется. Просто блядь, оставить меня в покое. Но это так. Мечты. Сладкие грезы. Я так легко не смогу отделаться.  Сложившиеся обстоятельства напоминают мне историю, шестилетней давности. Тогда я тоже не хотела жить. Но у кое-кого проснулась совесть. Все повторяется? Мой маленький мир схлопнулся. Как бессмертный змей из легенд, вечно пожирающий свой хвост. Согласись, бессмертие и одиночество пугающе идеально подходят друг другу.  Надеюсь, моя жизнь не будет настолько долгой.  Я не особо горела желанием разговаривать с врачом. Но сеансы были оплачены наперед, твоими деньгами к слову, к этой теме я ещё вернусь, мы не договорили. Кто бы что о тебе не говорил, но зная сколько ты вкалывал, давно уже мог покинуть Заун, уехать подальше и жить припеваючи, строя свой бизнес где угодно, кроме нашей родной дыры. Но, очевидно, тебя можно считать истинным патриотом. Похвально, конечно, но на кой черт именно Заун? При жизни ты так и не ответил мне на  этот вопрос. - Если тебя это волнует, отстегнуть пришлось не маленькую сумму, Севика запросила полную анонимность, с защитой от любой огласки, что я выхожу наверх. Ой - ой. Так много внимания к моей скромной персоне. Как выяснилось, любое расположение можно купить. По крайней мере, пока ты дышишь. На том свете - деньги, так называемая власть, авторитет весят меньше чем НИЧТО. - Спасибо, наверное. За твой счет я имею дополнительные плюшки, одна из которых - возможность в любое время суток связаться с врачом, для «внепланового сеанса», если я захочу. На данную минуту, такого желания не возникало. Увы и ах.  Кстати, ты ведь не знаешь. Но я стала по-своему популярной. «Особо опасная беглая преступница» звучит, да? Теперь я не просто чокнутая подопечная короля нижнего города. Плакаты с моим лицом повсюду, я натыкалась на пару малявок с синими прядями на улицах. Глупо, но забавно. Тебе бы понравилось. Ты говорил, что не стоит бездумно возводить себе кумиров. Я знаю, как ты желал получить признание своих заслуг для заунитов. За все года работы, которые не всем были по нраву. Через насилие, кровь, наркотик, махинации с миротворцами, знатью. Ради выгоды, власти. Ради независимости нашего города. Общество разделилось, на тех, кто тебя уважал, тех кто поклонялся, опасаясь перейти дорогу, или из страха потерять источник мерцания. Были и те, кто боялся твоего жестокого возмездия, ведь ты никогда не прощал изменщиков и предателей. Но это все было не то, чего ты хотел. Обо мне заговорили, благодаря одному стихийному решению выстрелить в здание совета. Несправедливость мира, во всей красе, дорогой, я не просила эту известность, но легко получила ее. Забавно, что я не от кого не бегу. Я открыта ко всем переговорам, если в деле участвует моя пулеметница. Может быть, смешные очки не так проста, как кажется на первый взгляд. Она не могла не догадаться кто я. Ни я, не Севика - никак не скрывали внешность.  Но меня все еще не раскрыли. Миротворцам видимо слишком много платят, они больше не стараются. Я спокойно могла бы пройтись по улицам Пилтовера с мишенью на спине. - Я давно не смотрела в зеркало, в мастерской оно все ещё разбито. На сколько жалок мой вид - история умалчивает. Косы переплетаю редко, пришлось вспоминать как это делается, без тебя мне не хочется ими заниматься. Может пора отстричь все и не мучится? - Что думаешь, Силко? Тебе ведь нравились мои волосы.  Врач как-то сказала, что стрижка может помочь отпустить боль, если вдруг я решусь что-то поменять в своей внешности, это самый легкий способ. Я понимаю, что волосы не зубы - отрастут. Но пока что-то меня останавливает.  - О смешных очках, пока я не забыла. Расскажу, о первой встрече с ней. Мы сидели в кабинете, врач объясняла формат нашего будущего общения. Я не особо вникала в ее заученную речь, но в голове все равно отложилось, что для каждого пациента заводится своя история лечения болезни. Все конфиденциально. Я тем временем колупала огрызки ногтей, в такт глупого часового механизма, не подавая признаков заинтересованности. Бессмысленное занятие, но мне нужно было чем-то занять руки, так как все мои устройства - пришлось временно оставить Севике. Закончив вступительный монолог, женщина поправила съехавшие на самый кончик носа круглые очки. - Джинкс, верно? Тебе комфортно разговаривать на ты? Есть ли то, что ты хочешь обсудить в первую очередь?  Ох уж эти ее вечные вопросы про комфорт, мы в вечном поиске этого неизведанного зверя, может он из страны волшебных единорогов..  Я молчала, не реагируя на дружелюбный тон и излишнюю заботу. Я никому не обещала быть паинькой у мозгоправа. И плевать мне на деньги, которые Севика отстигнула на эту идиотскую затею.   Тик и так. В таком унынии прошел час. Ещё и шепот в голове не затыкался, я пыталась его игнорировать. Майло после твоей смерти осмелел, будто пытался всеми способами вывести меня на эмоции. До недавних пор. Но об этом позже.  - Не любишь часы? Я не сразу поняла, что обращаются ко мне, подняла голову, встретилась глазами с круглыми стеклами, моргнула. Я все ещё думаю, что звук тикающей бомбы под ухом, был бы более приятен. Врач улыбнулась, совсем чуть-чуть, уголками губ, вышла из-за стола, захватив с собой табурет, вставая на него прямо в пушистых голубых тапочках. Мне не интересно? Она отключила механизм, вернулась на свое место. Я продолжала за ней наблюдать.  Смешные очки повторила вопрос:  - Джинкс, верно? Ты сама хочешь находится здесь? Спустя ещё несколько минут я нарушила тишину: - Мне абсолютно плевать где я. Со мной вы зря тратите время. И наверняка получите кучу проблем в придачу. Что вам важнее деньги или репутация?  Женщина вернулась в свое кресло. Она сама вся какая-то мягкая, словно облако зефира. И будто не заметив часть моих слов, она произнесла:    - Можем просто посидеть, если хочешь. Для начала этого достаточно. Спустя время я так и не поняла, чего достаточно. Но я была относительно рада, тому что меня не заставляли делать то, чего я не хочу.  Силко, даже твои бессмысленные рабочие совещания, где обсуждалось кто из химбаронов главнее, теперь не кажутся мне такими уж заунывными.  - Осталось около 20 минут. Угостить тебя горячим шоколадом? Чаем или предпочитаешь кофе?  Я на все отрицательно мотнула головой. После принудительного воссоединения семьи за одним столом, мое чувство голода притупилось и не особо спешило восстанавливаться.  Я мысленно отсчитывала остаток времени, добравшись до конца таймера, Севика со стуком вошла в кабинет. Твой солдатик пунктуальна до мозга костей.  Все такая же противная и хмурая. - Спасибо, доктор, Джинкс будет здесь в среду в 16.  Тогда она забрала меня чуть ли не вытянув за шкирку, разве что не подпинывая, чтобы я шевелилась быстрее. Вечно она куда-то торопится.    По дороге в Каплю, допытывая меня:  - Ну как тебе Элеонор?  - Никак, ещё можно отказаться. - Ты можешь перестать говорить таким замогильным голосом. Самой не надоело ещё?  Я скривилась, ответила почти шепотом. - Не надоело. Мне просто начхать. Севика остановила меня, резко встряхнув за плечи, возрилась на меня в упор, дожидаясь того, чтобы я подняла голову. Взгляд хищника на свою жертву. Но мне больше не страшно. - Твое мнение сейчас никто не спрашивает. Ты как восставший из земли труп. Все-таки постарайся хоть иногда благодарить тех, кто тебе помогает. Объяснить по слогам « Спа-си-бо, Се-ви-ка». Попробуй разок. Не маленькая уже, а к жизни не приспособлена.  Я шумно затянулась воздухом. Выдавливая сквозь сжатые зубы. - Пошла ты, Се-ви-ка. - И тебе туда дорога.  - Спросишь почему я не отказалась от терапии? Было несколько ситуаций.. после которых пришлось принять помощь от грозной охранницы и лечение стало обязательным условием нашего с ней «перемирия». А ещё твоя верная собачка взяла меня на слабо. Смогу ли я продержаться у Элеонор хотя бы месяц. Я думала это гиблое дело - но после 9 сессии я осознала, что своими ногами пришла в кабинет смешных очков. Без Севики. Пусть сначала и делала это от противного. Меня переиграли, признаю. Врач напрягает своей терпеливостью. Она наблюдательна, будто считывает все, что мне не хочется показывать. Но думаю это нужные навыки в ее профессиии. Она не пыталась заставить меня говорить, зато сама не затыкалась, я быстро привыкла к ее голосу, а ее видимо совсем не смущало полное отсутствие реакции с моей стороны, до того времени, пока я сама не стала отвечать ей. Видимо я попала под какую-то психологическую хренотень. Поначалу, она много болтала обо всем и ни о чем, одновременно. Это талант. О преподавании в академии. О новинках прогресса, плавно переходя к хекстек технологиям, будто намерено, допуская ошибку в одном из самых известных изобретений Талиса, где я внесла свою лепту в ее монолог.  И вот здесь заунская мышь, то есть я, попала в обманчивую мышеловку. Врач - хитрая улыбчивая зараза.  - Ты где-то обучалась? - В основном я самоучка, училась по книгам, методом проб и ошибок. Когда я неудачно подорвала дверь одной особы в третий раз, мне нашли преподавателя физики, он объяснил основы.  - Какое необычное совпадение. Не расскажешь, эту историю? Некая особа - это Севика? - А вы умная, доктор! Все началось именно из-за нее. Это были мои первые рабочие кусачки. А остальное - чистая случайность.  Наверное, за всю мою жизнь это был лучший сюрприз. - Силко, ты помнишь как привел меня на заброшенную крышу одного из заводов, нижние этажи которого твои предприятия использовали под склады? Я ничего не знала, а ты до последнего держал интригу.  Ты поставил меня в центре, зажег фонарь, освещая темноту. - Пусть твоя рабочая зона будет здесь. Что думаешь? И только тогда я до конца поняла, что стою в середине механизма вентиляции.     - да ты гонишь?!  Воскликнула я не сдержавшись, посмотрела в твои глаза, пытаясь понять не шутишь ли ты.  - Спасибо! Спасибо!  Раньше нашим местом с ребятами была - игровая. Но после стычки с миротворцами, возвращаться туда было страшно, да и как-то не правильно без остальных. Я не была там слишком много времени. Не могла. Там все остановилось, будто место только что покинули, вот-вот собираясь вернуться. За заколоченными окнами не осталось жизни. Прежнего тепла.  За все время я была там только раз. Это было крайне разрушительно, но мне нужна была сестра. Хотя бы память о ней. Я не могла стоять спокойно, носясь по пыльному помещению, не беспокоясь, что хожу по не проверенным старым лопастям, что подо мной - пропасть, глаза разбегались, осматривая столько пространства. МОЕГО пространства. Ты тем временем мягко пытался удержать мое внимание на себе, объясняя на пальцах то, что это место ещё нужно убрать и обставить. Тебе приходилось повышать голос, чтобы добиться от меня краткого «ага, да да, конечно».  Я была в восторге от твоей техники безопасности. - Главное не подорвись, дорогая и не свались с лопастей. Ещё ты сказал, что я могу делать с этой развалиной все что пожелаю. Что мы притащим все необходимое для моих экспериментов. Я слышала твою речь словно издалека. Будто все это сон.  - Капля не совсем подходящее место для экспериментов с взрывчаткой. Здесь тебе никто не помешает. Я была везде и всюду, пытаясь облазить все, что могу. - Да и Севика, скоро глотки грызть начнет, если ты ещё раз, случайно, подорвешь дверь ее комнаты. Я цокнула языком, не сдержавшись: - Это абсолютная ложь и клевета. Меня там даже не было.  Ты демонстративно закатил глаза, снова заводя нашу игру, кто кого переспорит. - Твои кусачки научились перемещаться сквозь стены? - Ух ты, какие они самостоятельные! Я ими горжусь.  Ты попытался меня осадить. - Дважды. Сразу после ремонта. - совпадение?  - Джинкс.  - Ну ладно ладно, я попробую что нибудь сделать. Но не обещаю. Нужно поработать над их воспитанием. Они такие непослушные.  -Послушай внимательно, если ты согласна на это помещение, здесь ещё нужно провести свет и - А я могу повесить гирлянды?  - Все что захочешь.  Я резко повернулась в твою сторону, забывая о том, что желательно все-таки смотреть на дорогу. - Осторожно!  Ты оказался рядом в мгновение ока, поймав меня за руку, когда я поскользнулась рядом с краем одной из лопастей. Притянул меня к себе, удерживая за плечи, пытаясь хоть немного унять мое возбужденное состояние, но это не мешало мне подпрыгивать на месте. Только бешено стучащее сердце выдавало, страх упасть в неизведанную глубину. - Вот и как тебя оставить без присмотра? Будь осторожна или я приставлю к тебе охранников, я знаю, как тебя это раздражает. Джинкс, я не шучу, стань внимательнее к своей безопасности. Я не всегда буду рядом.  Ты пытался говорить со строгостью, но я никогда не чувствовала опасность от тебя. Ты видел как мне понравился подарок. Я крепко обняла тебя и тихо угукнула куда-то в пиджак, вдыхая запах твоего парфюма.  - Я ничего не смыслю в механизмах. Если хочешь делать оружие, я договорюсь с одним приезжим профессором. Он мне должен, не будет задавать лишних вопросов, посмотрит твои кусачки. Хорошо?  - Да, капитан.  - Я серьезно. Мы договорились.  Никогда не понимала почему твой холодный, вечно спокойный голос меня успокаивал, делал более смирной. Но это было так.  Я сдалась без боя. - Это Севика начала. Я слышала ваш разговор, перед приходом Маркуса, пару недель назад.  Ты гладил меня по голове, словно котенка, который вот вот замурлычет, от счастья что его кто-то ценит. Любит?  - Я знал, что ты следила за нами тогда, поэтому ты не вылезала все это время из комнаты?  Ещё один кивок, приглушенные твоей одеждой слова: - Я очень злилась. Хотела доказать что смогу сделать то, что не сломается. Силко, они работают.  Ты тогда назвал меня своей умницей. Звук тихо шуршащей ручки вывел меня из дымки воспоминаний. Внутри что-то треснуло. Глаза зачесались, я сжала кулаки до боли в костяшках и выдохнула. Безумно хотелось вернуться в тот момент, когда все было хорошо. Снова я в мягком кресле, где запах горячего шоколада впитался в воздух.  - Какое чувство ты можешь выделить из этого воспоминания?  Понадобилось время чтобы ответить, чтобы взять себя под контроль.   - Наверное, тогда я была счастлива.  Снова ручка что-то записывает.  - Из твоего рассказа мне хочется ещё выделить теплоту с которой Силко к тебе относился. Он прислушивался к твоим потребностям. Находил слова для похвалы, которую ты выделила. Ты чувствовала рядом с ним безопасность? - Иногда я чувствовала себя виноватой от того, насколько мне хорошо живется. С ним. - Ты считала, что не достойна хорошо жить? Потому что ты ему доверяла? Пу-пу-пу Может быть? Вернемся к этому позже, ладно? - Силко, как оказалось многие вещи относительно моей психики мы с тобой делали правильно. Интуитивно, как сказала любительница зефира. Ну а что-то мы проебали в самом начале, но куда же без ошибок. Я ни в чем тебя не виню. Сама наломала дров. И продолжаю ломать.  Терапия напоминает мне ощущение - когда что-то лезет прямо под кожу, копошится внутри, все переворачивая, каждый раз, когда казалось бы вопрос был безобиден. Видимо для меня нет безопасных тем.  Два раза в неделю мне надо выдумывать ответы на один и тот же вопрос, хотя он может задаваться разными словами.  - Как твои дела? Что можешь вспомнить хорошего за последние дни? Есть ли темы, о которых ты хотела бы поговорить?  Кому не плевать на чужие дела, а?! Покажите мне на этого уникума пальцем! Я считаю это одним из самых бесполезных вопросов. На втором месте сопливое: - ты меня любишь?  Спойлер: любви не существует. Есть только зависимость от человека. Неспособность справиться с одиночеством, с собственной беспомощностью. - Силко, я никогда так много не вспоминала о прошлом. Хотя раньше считала, что вся моя жизнь идет, с оглядкой на него.  Ты часто повторял, что можно смириться со всем в нашей жизни. Наверное так и есть.  Но что это я все о себе, да о себе. Врача тоже нужно пожалеть. Ей пришлось привыкать ко всем моим причудам. Либо же делать вид, что она слепа на оба глаза и даже толстенные линзы ей не помогают.  Я часто стучу ногтями по поверхностям, не могу долго сидеть в одном положении. Я отмахиваюсь от шепота и шелеста крылышек в голове, порой в слух и с руганью, потому что по другому они уже не понимают. Я научилась не обращать внимания на реакцию наблюдающих за мной. Но не тогда, когда все мои действия фиксируют. Я не цирковая обезьянка. К сожалению. Или же к счастью. Не знаю. Смешные очки быстро заметила, что я не в восторге от записи, видимо, я недостаточно незаметно прожигала ее взглядом. Говорила же, стрекоза - наблюдательная зараза.  Врач подняла блокнот перед собой, осматривая его, будто впервые видит. До меня не сразу дошло что, она попыталась переиграть мое недовольство, мое отвращение. - Хочешь нарисовать что нибудь на обложке? - Вы серьезно? Кивок. Жаль, под рукой не было моих любимых мелков. Была синяя шариковая ручка доктора и текстовые выделители пастельных оттенков. Теперь на блокноте красуется ворон с моей подписью в голубых, мятных и светло-сиреневых облачках.   - Красиво.  Я фыркнула, отводя блокнот в сторону, осматривая свое художество. Вышло вполне сносно, непривычно по оттенкам, но общий стиль моих работ прослеживался. Под кожей сидело зудящее чувство узнать, что врач успела написать про меня. Но я сдержалась, пока.  - Как вы догадались, что я рисую? - Предположила, что эскиз татуировок ты придумала сама. Форма облаков идентична. Да и твоей сосредоточенности можно позавидовать. Я вот никогда не могла так погружено рисовать. Всегда отвлекаюсь. Перед глазами промелькнули мои детские художества, мордочка обезьянки, выведенные мелком слова взрыв и проклятье. - Творчество тебя успокаивает? - да, наверное.