Глава 18 Возвращение

Я шёл по чёрно-красным, грязным улицам, и внутренний, беззвучный смех никак не утихал. Ситуация была до абсурда комичной. Я, существо из другого мира, застрявшее в теле ходячего телевизора, только что провернул сделку с поп-звездой суккубов, чтобы украсть артефакт для генерала армии ангелов. И всё это было с подсказано шуткой порно-паука из отеля. Если бы я попытался написать такой сюжет в прошлой жизни, меня бы высмеяли. А теперь это была моя реальность. Погружённый в этот безумный, тихий хохот, я начал присматриваться к окружению. Это всё ещё было Кольцо Гордыни, в этом я был уверен, но оно кардинально отличалось от центра Пентаграмм-Сити. Я находился в каком-то промышленном районе, на рабочих окраинах. Исполинские, кривые небоскрёбы здесь были покрыты копотью, а улицы кишели бесами — маленькими, суетливыми, почти одинаковыми в своей рабочей одежде. Воздух пах серой, дешёвым алкоголем и озоном. И чем дольше я шёл, тем сильнее меня охватывало недоумение. Здесь чего-то не хватало. Или, вернее, кого-то. Я не видел ни одного упоминания о Люцифере. Этот факт никак не укладывался в голове. Это же Кольцо Гордыни! Его личные владения! В центре города, возле отеля Чарли, его имя было символом, легендой, страшилкой. Его незримое присутствие ощущалось повсюду. А здесь, всего в нескольких десятках миль, — вакуум. Полное, стерильное отсутствие. Будто Короля Ада здесь просто вычеркнули из истории. Вместо этого отовсюду звучало другое имя. Сатана. Оно было везде. Гигантские плакаты изображали могучую, рогатую фигуру, обнимающую толпу ликующих бесов. Надписи гласили: "Сатана — наш Отец, Кольцо Гордыни — наш Дом!". Из хриплых динамиков доносились лозунги: "Сатана даровал нам работу!", "Сатана любит своих детей!". "Сатана? Но... почему Сатана в Кольце Люцифера?" — подумал я. В моей памяти всплыли обрывки сериала «Адский Босс». Признаться, я смотрел его невнимательно. История Блитцо и его команды не зацепила меня так, как «Отель Хазбин». Возможно, я упустил эту деталь. Может, Сатана — это его второе имя? Или здесь произошёл какой-то тихий переворот, о котором никто не говорит в центре? Вся эта агитация напоминала пропаганду какого-то чиновника из моего мира, который отчаянно пытается захватить власть, пока действующий правитель в депрессии. Мои размышления прервали два импа, лениво вышедшие из-за угла. Они были одеты в нечто, напоминающее полицейскую форму, но состоявшую в основном из кожаных ремней и шипов. "Они что, стриптизёры?" — было моим первым вопросом. Не желая проверять, я резко свернул в тёмный переулок и спрятался за горой мусорных баков. До меня донёсся их диалог. — Слышь, Зорп, ты это видел? — спросил один. — Видел, Флинк. Очередной псих, — ответил тот. — Не, не, погоди. Я тебе говорю, это бездомный вервольф! — уверенно заявил Флинк. — Помнишь инструкцию? Всех бесхозных тварей без ошейников — отлавливать. Надо его в приют для "перевоспитания". — Да какой вервольф, Флинк! — раздражённо возразил Зорп. — Ты в прошлый раз мусорный бак за адскую гончую принял! Оставь его, это просто очередной псих. Пошли лучше в бар. Они лениво сплюнули и побрели дальше. Прослушав эту информацию, я понял: моя внешность здесь — аномалия. Мне нужно было возвращаться в центр, в Пентаграмм-Сити. Выглянув из-за угла, я увидел ржавый дорожный столб. Одна стрелка указывала на яркую вывеску "Бар 'Грязный бес'". Другая, указывающая в противоположную сторону, гласила: "Пентаграмм-Сити (Центр): 66 миль". Не так уж и далеко, но пешком — целое путешествие. Я развернулся и погрузился в тень, ожидая попутную машину. И тут, спустя почти час, я услышал знакомое тарахтение. Из-за поворота, чихая и кашляя чёрным дымом, выехала старая, побитая жизнью "Буханка". Она заглохла прямо напротив моего укрытия. — Да чтоб тебя Сатана побрал! — выругался водитель-имп, вылезая из кабины. — Ну что на этот раз?! Он открыл капот и с безнадёжным видом начал копаться в двигателе. Это был мой шанс. Я, не теряя ни секунды, выскользнул из тени, подлез под автомобиль и крепко схватился проводами за ржавый каркас машины. Через несколько минут имп, кажется, окончательно сдался. Он с силой захлопнул капот. — А, и чёрт с ним! — он залез обратно в кабину. — О, Великий Сатана, Владыка Ржавчины, молю, заведись, тварь! Он повернул ключ. Двигатель несколько раз чихнул, но затем, с оглушительным рёвом, завёлся. Машина затряслась, но поехала. "Это будет долгая дорога", — подумал я, крепче цепляясь за раму и пытаясь осмыслить странную политическую ситуацию в этом Кольце.