Глава 5: "Побег из морга. Часть I"

Было странно, и это вызывало холодок по спине, настораживая и вызывая неподдельный страх. Владимир мерещился постоянно. И ладно, если бы дело касалось работы, так нет — он был везде. Вот Василиса вышла из участка, а перед глазами — знакомые светлые волосы, секунда — и его нет. Померещилось? Изначально так Вася и думала. Потом снова повторилось, снова и снова. И вечно этот липкий, пристальный взгляд, от которого у Васи мурашки бегают по коже. В том, что это дело рук дива, и так было понятно. Кто ещё, если не он? Покрутив монетку между пальцев в кармане пальто, Василиса смотрит на свежую могилу убитого Подлянского. Похороны только что подошли к концу, и Василиса уже собиралась вернуться к машине. Сегодня у неё больше не было дел, поэтому она могла со спокойной душой ехать домой. Хотя можно было заехать и забрать протоколы на завтра. Баронесса и ныне вдова Екатерина Дмитриевна Подлянская оказалась давней знакомой графа Аверина, и так получилось, что на похоронах оказалась и сама Василиса, которую по чистой случайности притащили сюда. Людей было немного, да и все в основном — родственники. Хоронили убитого барона в закрытом гробу по инициативе самой Екатерины Дмитриевны. Голову так и не удалось пришить к телу, поэтому её осторожно уложили рядом. Неприятное зрелище, да что поделать. Серые тучи скомкались тягучим сводом. Было холодно, отчего Вася упрямо продолжала кутаться в пальто. Шарф остался дома, и девушка раз десять успела пожалеть, что не взяла его. Кажется, вот-вот пойдёт снег. Карповское кладбище, где на днях нашли труп мужчины, днём выглядело совершенно обыденно. Вася успела заметить лишь парочку пьяниц у входа, да и те выглядели вполне пристойно. Монетка в руках слегка нагрелась, приятно грея замёрзшие пальцы. За пару дней она привыкла к серебряному рублю, и тот, как назло, всё время был с ней. Пальцы так и тянулись к нему. Стало холодно, и Василиса поспешила к машине, надеясь согреться хотя бы там. Холодный ветер, кажется, только усиливался, хлестая её по лицу, отчего щёки покраснели и защипали. Ей хотелось поскорее оказаться в тепле и выпить чашку чая с облепихой. У машины, однако, её ждал сюрприз. Облокотившись о водительскую дверь чёрной машины собственной персоной, стоял Владимир. Он что-то теребил в руках, но когда Василиса подошла поближе, он быстро спрятал это в карман пальто, надевая на лицо привычную маску хладнокровия. Машина графа Аверина стояла чуть поодаль, и когда Вася уже собиралась пойти к ней, перед девушкой внезапно появился Владимир. Это был не первый раз, когда он так быстро появлялся перед глазами. И это не вызывало ничего, кроме опаски и удивления. — Нам надо поговорить, — голос дива был насторожен, и Вася быстро подняла на него взгляд. — И тебе привет, Владимир, — Василиса поглядела на машину, а после снова посмотрела в глаза Владимиру. — Поговорить? О чём? — желание погреться было всё ещё сильным, а див, препятствующий этому, немного раздражал. С сожалением посмотрев на машину в последний раз, Васька перевела взгляд на мужчину перед собой. Тот, видимо, заметил её беглый взгляд и покрасневшее от мороза лицо, потому что в следующий миг махнул в сторону своей машины. — Предлагаю найти тёплое место, разговор предстоит долгим. Василиса уже хотела было отказать, но вид Владимира, поглядывающего на неё в ожидании, заставил девушку поёжиться, и уже через пару мгновений она быстро начеркала Виктору Геннадьевичу записку о том, что уехала, и молча села в машину к Владимиру. Внутри было тепло. Машина была нагрета заранее, и девушка позволила себе немного расслабиться и насладиться теплотой уютного салона. — Говори давай, чего ты там хотел. Если что-то срочное — слушаю, другое может подождать до возвращения в участок, — поднеся ладони ко рту, Василиса подула на покрасневшие пальцы, всё ещё пытаясь согреться как можно быстрее. Владимир неспеша завёл машину, и она сразу же тронулась с места. — Поездку в участок придётся отложить, — хмуро сказал див, выезжая на дорогу и поглядывая в зеркало заднего вида. — Мы едем в морг. Нехорошее предчувствие кольнуло где-то внутри. Теперь уже, полностью посмотрев на дива, Вася, прочистив горло, поинтересовалась: — В морг? Зачем? Владимир, не отрывая глаз от дороги, достал из бардачка лист бумаги. Конечно, она сразу же узнала его — это было то самое заключение Альберта Семёновича о смерти барона Подлянского. Зачем он показывает ей его? — Дело Подлянского забрало Управление. Ты сам поспособствовал этому, разве нет? Её язвительная речь Владимира явно не впечатлила. — Да, поспособствовал. Ты мешала расследованию. — И каким это образом? — подавив желание закатить глаза, Василиса уставилась на него так же пристально, как только могла. Она молчала о том, что раскусила его слежку за ней, а теперь — этот неприятный разговор. — Чего ты вообще от меня хочешь? Владимир, бросив на Василису быстрый взгляд, вернулся к дороге, наполнив салон напряжённой тишиной. — Где твой хозяин? Разве ты не должна быть с графом Морозовым? — спустя несколько минут неприятной тишины поинтересовалась девушка. — Я здесь по другому поручению, — он слегка отвёл взгляд; светлые глаза метнулись на Васю, когда девушка отвернулась к окну. — Ты его так и не убрала. — Кого? — Рубль. Тишина возникла между ними на считаные мгновения, прежде чем Вася проворчала: — Не понимаю, о чём ты. — Я так не думаю, — усмехнулся Владимир, но в этот раз ухмылка вышла кривоватой. — Та вещица, что в твоём левом кармане. Это серебряный рубль. Боюсь спросить, откуда он у тебя взялся. Вася поджала губы и всё же вытянула рубль из кармана. Монетка сразу же привлекла внимание дива, но разглядывать её девушка не позволила. — Это подарок, — сжав монетку в ладони, Вася вернулась к пейзажу осеннего Петербурга. — И тебя это не касается. — Такие вещи не дарят просто так, — принюхался Владимир. — Тебе подарил его колдун? Запах ужасный и до омерзения отвратительный, но знакомый. Он перебивает твой естественный запах. Это раздражает, знаешь ли. — Вот и славно, — потянувшись в другой карман, девушка вытащила два леденца. Протянув один Владимиру, она усмехнулась. — Будешь реже в гости заходить. Не то чтобы она была против. Просто в последнее время див зачастил в участок, и это немного напрягало. Управление стало частенько забирать дела, тем самым навязываясь на конфликт. — Так неприятно моё общество? — Не общество, а частые посещения. Вы забрали двенадцать громких дел за последние полгода. Это нечестно. — Это были убийства и нападения дивов. — Это не значит, что вы можете вмешиваться в дела участка. Я уважаю ваш труд, но у нас тоже есть колдун, и, знаешь, он весьма неплох. Див не ответил. По слабой улыбке было понятно, что он оценил её слова. Но ответа так и не дал. Машина подъехала к моргу через час. Альберт Семёнович стоял у входа, явно ожидая их. Если Василиса была хоть бы немного рада его видеть, то див встретил её хмурым видом. — Добрый вечер, Альберт Семёнович, — вежливо улыбнулась Василиса, сидя в тёплом пальто. На улице уже зажигались фонари. — Добрый, Василиса Александровна, — мужчина выкинул в урну окурок сигареты и рукою махнул в сторону входа, приглашая зайти внутрь. Внутри пахло отвратительно. Будь Вася изнеженной девицей, она бы убралась отсюда как можно быстрее. Владимир, к слову, следил за ней всё время с момента приезда. Кажется, он ждал её позорного побега. Они остановились у стола, и когда белая простыня была сдернута, Василиса обошла труп вместе с Владимиром. — Это как же это? Снова? — Альберт Семёнович выглядел уставшим, но было заметно, что он пытался держать себя в руках. На холодном столе лежал труп незнакомого ей мужчины, голова которого покоилась рядом с телом, а серебряные, едва заметные нити были аккуратно пришиты к коже. Не так, как на бароне, но почерк убийцы явно был тот же. — Это див, — заключил Владимир, стоя позади Василисы. — И убили его точно так же, как барона Подлянского. Василиса с удивлением принялась рассматривать труп дива. Ничем необычным он не отличался, разве что там, где кожа соприкоснулась с серебряными нитями, оставались глубокие ожоги. — Вскрытие завершено? — полюбопытствовал Владимир, наблюдая за безуспешными попытками Василисы увидеть хоть что-то ещё. — Нет, к завтрашнему утру завершу, — ответил Альберт Семёнович. — Хорошо. Я заберу заключение лично и получу его. Альберт Семёнович неодобрительно покачал головой, но спорить не стал. — Как угодно. — Тогда мы пойдём. Усевшись обратно в машину, Владимир предложил отвести её домой, и Вася сопротивляться не стала. Второй труп с одним и тем же орудием убийства. Интересно, чьих это рук дело? — У тебя есть предположения, кто это может быть? — тихо поинтересовалась Василиса, когда Владимир остановил машину у пекарни, куда Вася попросила заехать. Неудобно, конечно, но грех не воспользоваться возможностью. — Возможно. — И? Отвечать Владимир, конечно же, не стал. — Какой же ты сговорчивый... Тебя словами щипцами тянуть надо? — Хочешь попробовать? — серьёзно спросил Владимир. Василиса с нескрываемым раздражением закатила глаза. — Боже, нет! Кто вообще согласится на такое? Ну тебя! Быстро выскочив из машины, Василиса мигом заскочила в пекарню. Порадовало, что посетителей практически не было, и, купив несколько булочек и четыре кусочка медовика, она вернулась в машину. Приятный запах привлёк внимание Владимира. Тот покосился на пакет с выпечкой, но ни слова не сказал. Вместо этого машина тронулась с места и через несколько минут остановилась возле дома Василисы. Прошло пару минут тишины, прежде чем Василиса неловко повернулась к диву, не зная, как лучше начать разговор: — Спасибо, что подвёз. Владимир кивнул, всё ещё держа руки на руле. — Я знаю, что между нами не самые тёплые отношения, но я хочу пригласить тебя на чай с выпечкой, если ты, конечно, не против. На улице мороз, думаю, тебе тоже не слишком приятно его чувствовать. Василиса улыбнулась, встречаясь со слегка растерянным взглядом дива. Кажется, это приглашение немного выбило его из колеи. — Ну что? Ты идёшь? Немного подумав, Владимир всё же ответил: — Да, — медленно протянул он, — иду. Тучи всё ещё сгущались над городом. Василиса, подняв голову к небу, улыбнулась, словив на нос маленькую белоснежную снежинку, которая тут же растаяла на коже. Этим поздним вечером в Петербурге начал сыпаться снег. Вася быстро накрыла на стол. В квартире было тепло и пахло ещё тёплыми булочками, которые девушка тут же разложила по тарелке. Чай был заварен, и она молча поставила его на стол, замечая, что див всё это время осматривал квартиру — небольшую, но по-своему уютную. — Проходи, присаживайся, — подтолкнув растерянного мужчину к столу, Вася усадила его на свободный стул. — Не стесняйся, можешь чувствовать себя как дома. Див хотел что-то ответить, но Вася быстро поставила на стол карамельки и блинчики со сгущёнкой, благополучно приготовленные с утра. На мгновение Василиса остановилась, не зная, едят ли дивы человеческую еду. Но, оглянувшись и заметив, что блинчики со скоростью света исчезают с тарелки, девушка осталась довольна. Работа — работа, но вкусный ужин никто не отменял. Хотя вкусным она бы его не назвала. Готовила она так себе, а вот Маргарита Вячеславовна... Вася бы все отдала за ее пирожки с капустой! Коробка с новогодними игрушками стояла рядом с кухней, что и привлекло внимание Владимира. Вася достала её на прошлой неделе, но пока что решила не трогать, ожидая конца ноября. Чем раньше приукрасит тут всё, тем дольше продержится новогоднее настроение. Чашка из дорогого фарфора опустилась на стол рядом с дивом, и когда Вася отошла, чтобы вернуть монетку в шкатулку, Владимир, кажется, выдохнул с облегчением. Ужин проходил в тишине. По крайней мере первое время точно. — Ты ведь не просто так меня в морг возил, да? — пригубив чай, спросила Вася. — Ты что-то хотел узнать, и, судя по твоему молчанию, своё любопытство ты удовлетворил. Владимир помолчал минуту, но уворачиваться от ответа не стал: — Да, не просто так. Я хотел убедиться в том, что убийства связаны между собой, — слегка поморщился он, будто что-то вспоминая. — И твои слова подтвердили мои догадки. Девушка пристально посмотрела ему в глаза, вспоминая все подробности дела Подлянского и трупа мужчины, которого она видела сегодня. — Ты тоже видел эти нити на шее, так ведь? — спросила она. Владимир кивнул. — Альберт Семёнович писал о них в заключении. Но, в отличие от убийства барона Подлянского, на теле дива нет следов насильственной смерти. Барона же убили, нанеся семь ножевых ударов, да к тому же, если память мне не изменяет, кожа на спине Подлянского была мастерски снята — и её так и не нашли. — Да, — подтвердил Владимир, — Всё было именно так. В том, что эти убийства — дело рук колдуна, — действительно есть основания. Я не чувствую дива, но ощущаю, что он есть и, возможно, это фамильяр. Вася кивнула. Альберт Семёнович говорил точно так же. Однако следующие слова ошарашили Василису, заставив посмотреть на него широкими глазами. — Мой хозяин не хочет признать эти убийства звеном одной цепи, — произнёс он, — поэтому сразу же после того, как я отвёз его домой, я приехал за тобой. Ты была единственной, кто видел труп барона, поэтому могла подтвердить мои догадки. Что, собственно, и произошло. — Ты... не доверяешь своему хозяину? — недоверчиво протянула она. — То есть графу Морозову? — Да. Комната снова погрузилась в тишину. Её взгляд невольно скользнул к серебряной цепи, выглядывающей из-под воротника белой блузки. Интересно, каково это — быть дивом и служить человеку? Должно быть не самое приятное чувство. — Думаю, будет лучше, если ты обратишься за помощью к Виктору Геннадьевичу. Хотя после того, как Управление забрало дело, я сомневаюсь, что он согласится помочь вам, — сказала Вася, пригубив чай и протягивая нетронутый кусочек медовика Владимиру. — Я бы хотел, чтобы этот разговор остался между нами, — произнёс он. Вася кивнула. — Конечно, я понимаю. Телефон зазвонил уже тогда, когда Вася собиралась проводить Владимира. — Вишнёва слушает, — поглядывая на застывшего у дверей Владимира, Василиса подняла трубку. Див, надевая пальто, остановился у дверей, наблюдая за тем, как улыбка медленно сползает с ее губ. Спустя пару минут Вася ложит трубку, и уже сама тянется к пальто. – У нас проблема, — выпалила девушка, ловя взгляд Владимира, — Труп сбежал.