Глава 10

      В конечном итоге, к ним присоединились несколько жителей, решивших не бросать свои дома. Неожиданно появилась и Вера, с желанием помочь. За короткое время до наступления ночи они сумели придумать план, расставить ловушки и подготовить все, чтобы поднять шум и хотя бы немного помешать им.       Но когда показался сам Строгов, все обернулось куда хуже. Он явился лично, и от этого в воздухе будто похолодало. Без малейшего торможения он сел в экскаватор и понесся вперед, превращая все на пути в пыль. Его лицо, искаженное жесткостью, говорило само за себя: он приехал уничтожать.       Соня стреляла фейерверком прямо в его сторону — яркая вспышка рассекла дымное небо, но на Строгова это не подействовало. Подняв тяжелую лопату, он пошел дальше, размахивая ею, и обрушил ее на дом Гамлета.       Вика почувствовала, как земля под ногами задрожала. С потолка посыпалась пыль и обломки.       — Соня, уходим сейчас же! — закричала она, сердце забилось так сильно, что заглушало все звуки.       Подоспевший Ваня шагнул по шаткому мосту из крыш, схватил Соню на руки и потащил прочь.       — Там тетя! — крикнула девочка, указывая на дом.       Мама Гамлета все еще была внутри.       — Игорь! — Ваня еле успел выйти.       — Иду! Уходите отсюда! Я достану ее! — крикнул он и протянул автомат Вере, а сам рванул обратно.       — Игорь, все валится, ты не успеешь! — Вика схватила его за руку, ее пальцы вцепились, словно в последний якорь.       — Успею! Я быстро! Уходите с Соней! — вырвал он руку и побежал назад, скрываясь в дыму.       — Папа, нет! — крикнула Соня и дернулась из хватки Вани, но Вика перехватила дочь, прижав ее к себе.       — Мам! Папа не успеет! — ее голос дрожал, срывался на крик.       — Соня, стой, он сейчас вернется, — твердо сказала Вика, но сама вжалась пальцами в ее плечи, и голос предательски дрогнул.       Она смотрела на дом, молилась, чтобы он появился. В дыму было слышно треск балок, гул цепей, грохот тяжелого металла.       — Ну же… — прошептала Вика, губы побелели.       Но экскаватор натянул цепи — и стены дома, и без того подточенные временем, с грохотом рухнули. Камни, балки, крыша — все осыпалось вниз, сравнаясь с землей будто карточный домик.       Все застыло.       Сердце Вики оборвалось и упало вместе с теми обломками. Казалось, оно рассыпалось на куски, точно так же, как дом, похоронивший ее мужа.       — Нет… — ее шепот почти потерялся в гулкой тишине.       Соня, застывшая в ее руках, уставилась на руины. Ее глаза расширились, дыхание перехватило. Слезы катились по щекам и падали на руки матери, обжигая ее кожу, как раскаленные капли.       Наступила гробовая тишина, тягучая, гулкая, будто весь мир задержал дыхание вместе с ними.       А потом резко — крики, шум, топот. Жители, собравшиеся вокруг, бросились вперед с палками и факелами, защищая свои дома. Но Вика и Соня не видели их — они были прикованы к развалинам, под которыми остался Игорь.       — Ань, Вик, пошли, надо найти Игоря, — хриплым голосом сказал Ваня и первым спустился вниз.       Аня вытерла со щеки слезы, глубоко вдохнула и пошла следом. За ней — Вера.       Вика моргнула, силясь отогнать липкий ужас. Она не имела права верить, что его нет. Он мог быть там, под завалами, раненый, задыхающийся — им нужно было торопиться.       — Сонь, идем, слышишь? — она потянула ее за руку. — Папа может все еще там, раненный, его надо вытащить.       Соня не двигалась. Ее взгляд был прикован к мужчине, который только что вышел из экскаватора. Человек, из-за которого рухнул дом. Человек, виновный в смерти Гамлета. Человек, из-за которого папа…       Девочка глубоко вдохнула, и впервые в жизни она ощутила, как гнев заливает ее сердце огнем. Это было новое чувство — дикое, жгучее, страшное.       — Сонь, пошли, ну же, милая, — голос Вики дрогнул, но в нем еще теплилась надежда. Она потянула ее снова, и девочка сдвинулась с места.       Вика отпустила ее руку на пол пути и бросилась к завалам, задыхаясь от отчаянья внутри.       Соня рванулась следом, но взгляд ее упал на асфальт. Там, среди пыли и камней, лежал пистолет. Она быстро оглянулась — мать смотрела вперед, не заметив.       Соня подняла оружие, крепко сжала в руках.       Она найдет этого человека, который убил папу. Она не даст ему уйти…

***

      — Игорь!       — Соколовский!       Они звали его почти поочередно, то громко, то срываясь, метались вокруг завалов, всматриваясь в каждую трещину, в каждый пролом. Воздух был густой от пыли, все еще кружились над обломками, и с каждым эхом в груди Вики что-то замирало.       — Игорь! — Ваня поднялся выше по лестнице, оглядываясь, его голос дрогнул от безысходности.       И вдруг, будто сквозь толщу камня, донесся хриплый, глухой зов:       — Ва-ааня!       Ваня замер. Сердце у него ухнуло вниз. Он резко наклонился, опустив взгляд к месту откуда шел звук.       — Эй! Все сюда! Он здесь!       Он бросился вниз, откуда слышался голос. Через несколько секунд туда сбежались все остальные.       — Ваня! — снова глухой отклик.       — Там! — Ваня указал. — Быстрее, он под завалом!       Они, не думая, кинулись разгребать палки, камни, выдирать доски и гвозди. Каждый вдох отдавался резью от пыли, пальцы мгновенно покрылись ссадинами.       И вдруг, из-под перекошенной крышки старого сундука, с усилием, почти вываливаясь, поднялся Игорь. Белый от пыли, с багровым пятном на лбу, весь дрожащий от усталости.       Вика застыла. На секунду не поверила глазам. Ее дыхание оборвалось, словно внутри все сжали.       — Живой… — прошептала она. И из ее груди вырвался долгий, прерывистый выдох, будто она только сейчас позволила себе дышать.       — Ты как? — Ваня поднялся к нему, протянул руку, помогая встать.       Игорь ухватился, с трудом выпрямился. На губах мелькнула кривоватая усмешка.       — Посадка… могла бы быть помягче, — сказал он, тяжело переводя дыхание.       Вика закатила глаза сквозь слезы. Ну конечно, если он шутит — значит, все в порядке.       — Все выходим, первый этаж, — коротко скомандовал он и, пошатываясь, нагнулся к женщине — матери Гамлета. Подхватил ее под руки, вытаскивая из сундука.       — Давай, давай, я держу! — Ваня подскочил, помогая, и с другой стороны подхватили Аня с Верой.       — Вытащите ее, аккуратно только! — бросил Игорь. И только потом, запыхавшись, подошел к жене.       Вика смотрела на него широко раскрытыми глазами, и слезы блестели в их уголках.       — Вик, все… в порядке, — начал он медленно, виновато, словно оправдываясь. — Это царапина, я…       — Ты обещал! — перебила она. Голос ее дрогнул, сорвался, — Ты обещал мне уйти, если что-то пойдет не так! — Она хлопнула его по плечу, и сдерживаемые слезы наконец прорвались наружу.       Игорь не дал ей договорить. Рывком прижал ее к себе, обнял так крепко, будто боялся снова потерять.       — Прости, — горячо выдохнул он, прижимаясь щекой к ее виску. — Прости меня.       Она всхлипнула, еще пыталась вырваться — злость и облегчение боролись в ней. Но силы кончились. Вика обмякла в его руках, прижавшись лбом в его плечу, и закрыла глаза, давая вырваться рыданиям.       Она была на грани. На грани того, чтобы представить жизнь без него. Что Соня не увидела бы папу снова. И эта мысль разрывала ее сердце на куски.       А теперь он был здесь. И собирал ее из осколков обратно.       Они бы еще долго стояли так. Игорь крепко прижимал ее к себе, не отпуская, пока ее всхлипы не стали тише, пока дрожь не покинула ее тело. Но рядом раздался голос:       — А где Соня? — спросила Аня, вернувшись с Ваней.       Ваня обернулся, осматриваясь, но ее нигде не было.       — Эй! Ребята! Соня где? — его голос зазвенел тревогой.       Игорь и Вика резко вскинули головы.       — Она шла за нами. — Вика вырвалась из рук мужа, лихорадочно озираясь. — Разве ее не было с вами?       — Нет, мы думали, она была с тобой, — Аня нахмурилась.       Вика попятилась, взгляд метался из стороны в сторону, руки бессильно повисли. Паника накатывала волной, тяжелой, обжигающей.       — Так, спокойно. — Игорь тут же схватил ее за плечи, заставил посмотреть ему в глаза. — Сейчас мы ее найдем. Слышишь? Все хорошо. — Он повернулся к Ване и Ане: — Вы туда, мы — в другую сторону.       Ваня кивнули, и они с женой тут же побежали в указанное направление.       — Вика! — снова позвал Игорь, когда заметил в ее глазах панику. Его голос был твердым, хотя в глазах у самого плескался страх. — Смотри на меня. Мы найдем ее. Успокойся.       Она сжала губы, вдохнула глубже. И он увидел, как в ее взгляде снова проступает решимость.       После они рванули в противоположную сторону.

***

      Игорь остановился, тяжело дыша, обводя глазами темный квартал. Район был немаленький, и тишина ночи только усиливала тревогу. Две дороги расходились в разные стороны, уходя в темноту.       — Так, давай разделимся, — выдохнул он, сжав челюсти. Его взгляд скользнул по жене — тревожный, но твердый. — Я туда, а ты сюда.       Вика кивнула, и они бросились в разные стороны.       — Соня! — голос ее надрывался, будто каждый крик рвал горло. Она вглядывалась в мрак, но ночь только утрудняла поиски. — Соня!       Тишина. Только хриплое дыхание и собственные удары сердца отдавались в висках.       Вика остановилась на секунду, закрыла глаза, силой прогоняя поднимающуюся панику. Но в этот момент…       — Пап, остановись! — донесся до нее голос дочери, далекий, приглушенный.       Она распахнула глаза. Сердце ухнуло вниз.       — Соня?! — крикнула она, прислушиваясь.       И снова, громче, пронзительнее, со страхом в голосе:       — Папа!       Вика резко повернулась. Голос шел из длинного туннеля, едва освещенного желтым светом фонаря где-то в глубине. Не думая ни секунды, она сорвалась с места и побежала туда, чувствуя, как дрожь пробегает по пальцам.       И чем ближе она была, тем отчетливее различала голоса. Звук выстрела заставило ее сердце замереть на секунду. Но через пару секунд снова голос:       — Я сказал — уходи! — теперь это был Игорь. Его голос грубый, сорванный, срывающийся на крик.       Страх пронзил Вику. Она ускорилась, почти не разбирая дороги. И вдруг — впереди, в полосе тусклого света — мелькнула знакомая фигура.       — Мама! — Соня выскочила навстречу и буквально впечаталась в ее грудь.       Вика сдавленно выдохнула и обняла дочь так крепко, словно боялась, что та снова исчезнет. На миг закрыла глаза, вдыхая запах ее волос, ощущая дрожь маленького тела.       — Боже… Соня, куда ты ушла?! — прошептала она, отстраняясь и вглядываясь в ее лицо. — Ты в порядке?       Но ответ был написан прямо перед ней. В свете фонаря Вика увидела алый след на щеке дочери. Большой, резкий, словно ударивший хлыстом по сердцу.       — Откуда это? — ее пальцы дрогнули, коснувшись раны. Соня ойкнула и отшатнулась.       Взгляд Вики мгновенно стал тверже, холоднее. В голове молнией пронеслась догадка, и в груди вскипел гнев.       — Кто это сделал? — ее голос прозвучал так, что в нем не было ни капли сомнения: за это кто-то ответит.       Соня замотала головой, в глазах — слезы и испуг.       — Мам, не сейчас! — она почти вскрикнула, захлебываясь в словах. — Папа там! Помоги ему! — она указала на конец туннеля, туда, где клубилась тень. — Быстрее!       Вика замерла. Сердце ударило больно и тяжело. Но голос дочери, ее отчаянная настойчивость словно встряхнули ее.       — Так, слушай меня, — Вика наклонилась ближе и строго, почти властно, посмотрела дочери в глаза. — Ты никуда не уходишь отсюда. Ты меня поняла?       Соня закивала, кусая губу.       — Да… — ее голос дрогнул, а затем она даже подтолкнула мать в бок: — Иди же!       Вика задержала взгляд на ней еще на секунду, словно боялась, что не увидит ее снова. И, наконец, рванула вперед, в сторону, куда указывала дочь.       Мысли бешено метались. Если Соня так испугана… если у нее на лице этот след… значит там, в конце туннеля, происходит нечто ужасное. Еще и этот выстрел…       Она не позволяла себе додумывать до конца. Только бежала, чувствуя, как каждое движение отзывается в легких все тяжелее.       И наконец она различила силуэт мужа — высокий, но измотанный, словно сдавленный невидимым грузом. Перед ним стоял кто-то, и в тусклом свете пробившегося сквозь окна фонаря виднелось оружие в его руке.       — Всю жизнь как в стену, — парень глухо ударил себя по лбу, и в этом жесте было что-то на грани, будто он еле сдерживал себя.       Вика заметила пистолет направленный на него. Внутри все похолодало, но Игорь держался на удивление спокойно, стараясь не делать резких движений. Все стало предельно ясно. Она судорожно оглянулась вокруг, лихорадочно соображая, как помочь. И вдруг будто сама судьба подсказала ей выход — в углу, среди мусора и старых досок, она уловила металлический проблеск.       Пистолет.       Она не дала себе времени на сомнения. Подняв его, Вика быстрым, уверенным шагом пошла вперед.       — Отошел от моего мужа! — ее твердый голос разнесся эхом по тесному пространству.       Только подойдя ближе, она разглядела лицо — и у нее перехватило дыхание. Это был сын Строгова. А за его спиной, почти сливающийся с темнотой, лежал сам Строгов — неподвижный, окровавленный. Так вот откуда был выстрел.       Оба мужчины обернулись на нее. Лицо Игоря было избито, губа разбита, на скуле темнел свежий синяк. Гнев вспыхнул в ней с новой силой. Вика крепче сжала пистолет. Глаза сузились, голос стал ледяным.       — Уж поверь, я не промахнусь, — сказала она тихо, как обещание.       Игорь медленно, осторожно повернулся к парню, держа ладонь чуть приподнятой — жест мира.       Парень задержал на ней взгляд, будто всматриваясь, и после снова уставился на Игоря.       — Ты хороший отец? — неожиданно спросил он.       Вика нахмурилась. Вопрос показался нелепым, почти безумным, но в глазах парня не было насмешки — только странная, мучительная серьезность.       — Я стараюсь, — тихо ответил Игорь, глядя прямо на него.       — Стараешься, — эхом повторил парень, кивнув. — А если она не оправдает твоих ожиданий? Что ты будешь делать?       Вика непонимающе перевела взгляд на мужа.       — Да наплевать, — спокойно сказал Игорь, будто это был пустяк. — Положи пистолет.       Он потянулся к оружию, но парень вдруг резко выстрелил под ноги и вскинул руку, направив ствол прямо в его грудь.       — Что ты будешь делать, если твоя дочь будет сниматься в порно? Или пойдет в эскорт? Или станет торчать на всем подряд?! — его голос надрывался, словно это был не вопрос, а крик боли.       Вика почувствовала, как терпение окончательно лопнуло. Сняв оружие с предохранителя, она шагнула вперед, и щелчок отчетливо прозвучал в тишине.       Но Игорь, даже под прицелом, поднял руку, остановив ее. Безмолвным жестом просил ее подождать.       — Что ты ей скажешь? — повторил парень надавив дулом в его грудь.       — Я… попрошу прощения, — выдохнул Игорь, и в его голосе не было фальши. Только усталость и честность.       Парень вглядывался в него долго, слишком долго, будто проверяя каждое слово, каждую интонацию. Вика едва дышала, держа палец на спусковом крючке.       — Прошу… отдай пистолет, — тихо продолжил Игорь. — На твоем месте я бы не стал проверять, насколько метка моя жена.       И на секунду в воздухе воцарилась тишина, звенящая и опасная.       Потом — шум позади. Вика краем глаза заметила, как из темноты показались жители: с палками, с ржавыми трубами, во главе Соня и Ваня. Их шаги были твердыми, как и решение идти до конца.       Парень задержал взгляд на них и после медленно вздохнул. Опустил оружие. И, словно поверив Игорю, протянул пистолет.       Вика выдохнула — впервые за все это время — и медленно опустила свой ствол.       Игорь забрал оружие, спрятал его за спину, а потом развернувшись шагнул к ней сразу прижав к себе, приобнял. Его пальцы дрожали, но голос оставался уверенным:       — Все хорошо, — он слабо улыбнулся и потянул ее за собой. — Пошли.       Вика прижала к себе дочь, крепко обнимая, больше не собираясь ее отпускать. И они вместе с Ваней ушли оттуда, оставляя позади ночь, кровь и чужую боль.       Теперь все было позади.

***

      Праздник был в самом разгаре. Танцы, смех, звонкие песни, запахи свежеприготовленной еды наполняли весь воздух. Казалось, это место ожило как феникс, восставший из пепла — и теперь сияло ярче прежнего. В честь новых перемен жители раскрасили стены домов в самые разные цвета, так что улицы выглядели как картина, ожившая под светом солнца. В каждом движении, в каждом голосе чувствовался новый дух — свежий, свободный, настоящий, словно сердце Сочи билось громче всех.       Наконец и вся семья смогла отдохнуть после долгих дней, полных напряжения и испытаний. Их отпуск точно не получился таким, каким они хотели его видеть, но он стал незабываемым — с трудностями, страхами и радостью, со слезами и смехом.       Игорь, с фотоаппаратом в руках, был почетным фотографом праздника. Он делал кадры один за другим: Ваня с Аней играют с новым щенком, которого он тут же окрестил Желтым; Соня, дурачащаяся и светящаяся от счастья; улыбка Вики, устремленная на дочь с такой теплотой, что сердце Игоря всякий раз сжималось. И, конечно, куда же без семейного портрета — на память о дне, когда все наконец стало немного легче.       И к тому же у них был сюрприз для еще одного человека. Игорь почувствовал легкое прикосновение к плечу — Вика. Она наклонилась чуть ближе и тихо сказала:       — Думаю, пора.       Он посмотрел на жену, и та кивнула в сторону Веры, которая сидела за столом, увлеченно болтая с новыми друзьями.       — Ах да, точно, — усмехнулся он.       Игорь выпрямился и громко позвал:       — Вера! Можешь подойти?       — Да, конечно! — она чуть удивленно посмотрела на них, отставила бокал и поднялась из-за стола.       К тому времени к ним уже подоспели и Ваня с Аней, с щенком в руках. Вера оглядела всех по очереди — на лицах у каждого светилась заговорщицкая улыбка. Она нахмурилась, но в ее глазах мелькнул интерес.       — Что-то случилось? — осторожно спросила она.       — Помнишь, мы говорили, что приехали сюда в отпуск? — начал Игорь, слегка качнув головой.       — Конечно, — она кивнула.       — Так вот… завтра он заканчивается. Мы должны вернуться — на работу, на учебу, — он бросил взгляд на Соню, и та серьезно кивнула в ответ.       — Понимаю… — в голосе Веры прозвучала легкая грусть. — Но тогда кто здесь останется? Отель все еще нуждается в присмотре, разве нет?       На лице Вани появилась загадочная улыбка.       — Вот именно, — сказал он, переводя взгляд на Игоря.       Тот коротко переглянулся с Викой. Она чуть заметно кивнула, ее губы тронула мягкая улыбка.       — Мы хотим, чтобы ты стала управляющей нашего отеля, — с улыбкой сказал Игорь, внимательно глядя на Веру.       На несколько секунд все словно замерло. Вера стояла неподвижно, моргнула пару раз, а потом подняла руку, будто пытаясь остановить их слова, и опустила взгляд. Постепенно до нее стало доходить.       — Подождите… — выдохнула она, едва слышно усмехнувшись. — Вы хотите, чтобы я… ну, стала там главной?       — Да, — мягко подтвердила Вика, и ее глаза светились добротой.       — Изначально мы искали человека, который сможет заменить нас, — продолжил Игорь. — Кроме отеля у меня есть еще две основные работы. Мы с Викой в полиции, ты знаешь. У Вани своя автомастерская. И главное — мы все живем в Москве, для нас просто невозможно следить за делами здесь каждый день. Поэтому нужен был кто-то из местных. Человек, которому можно доверять. — Он бросил взгляд на семью, и те согласились кивками. — И мы все единогласно решили, что ты идеально подходишь. Ты доказала свою надежность и поддержку за все это время. Мы будем счастливы иметь рядом такого человека.       Вера ошарашенно переводила взгляд с одного на другого. В конце ее глаза встретились с Сониными, и девочка, сияя, сказала уверенно:       — Ты хорошая. С тобой отель точно станет одним из лучших мест.       Вера невольно улыбнулась и снова посмотрела на Игоря.       — Вы… это серьезно?       — Абсолютно, — спокойно ответил он. — Конечно, сейчас будет непросто из-за пожара. Но страховка покроет убытки, мы все отстроим заново. Я отправлю человека, он поможет тебе с восстановлением. А дальше… дерзай. Все будет в твоих руках.       Вера неверяще засмеялась, прикрыла рот рукой, а потом оглядела веселую улицу вокруг — танцы, музыка, сияющие дома. Казалось, весь праздник ожил еще ярче.       — Я… просто в шоке, — призналась она, едва сдерживая смех. — То есть, я теперь управляющая…       — Ну, фактически, да, — подтвердил Ваня, подмигнув.       — С ума сойти… — Вера широко улыбнулась, ее глаза блестели. — Ничего себе карьерный рост.       Соня рассмеялась, за ней Аня и Вика.       — Так ты согласна? — спросила Вика, чуть склонив голову.       — Вы шутите? Конечно согласна! — Вера даже подпрыгнула от радости, а потом крепко пожала руку Игоря. — Спасибо. Я даже представить не могла, что такое возможно. И знаете что? Больше никакой работы официанткой!       Смех прокатился по всей компании. Атмосфера стала еще теплее, словно праздник только начался заново.       Игорь тем временем достал из внутреннего кармана черную визитку и протянул Вере.       — Вот, держи. Там все мои контакты. Если что-то случится — понадобится помощь, средства или совет — звони мне. Все равно ответственность за отель пока лежит на мне.       — Спасибо, — искренне произнесла она, прижимая визитку к груди, словно это был самый важный подарок в ее жизни.       — Ну что, отмечать будем?! — громко воскликнул Ваня, хлопнув в ладони.       — Да! — подпрыгнула Соня, и все дружно поддержали ее.       Музыка стала громче, смех смешался с песнями, и праздник продолжился с еще большим размахом. Теперь у них был новый повод для радости — будущее, которое обещало быть светлым.       Они помогли многим, и у них все еще был отель, который после восстановления станет только лучше и красивее. А главное — у них было место, куда они обязательно вернутся всей семьей.       На этот раз уже по-настоящему — отдыхать.