4. Наплевать.

Гермиона с улыбкой наблюдала за дождём через окно в библиотеке дома на площади Гриммо. Она вспоминала тот вечер больше недели назад, когда Драко повёл её в кино на какой-то дурацкий фильм. Она даже не запомнила название и сюжет, потому что весь сеанс смотрела только на него. Но Малфой наоборот был поглощён происходящим на экране и после финальных титров долго рассказывал ей о том, что ему понравилось, а что нет. А Гермиона пребывала в абстракции, полностью приняв свои странные, необъяснимые, пугающие и жгучие чувства к нему. Она долго боролась с этим, но решила, что всё бесполезно. Её тянет к нему с невиданной силой. Раньше ей казалось, что Трелони была права на её счёт. Что она действительно не способна на любовь, но Драко наглядно показал ей, как сильно она ошибалась. Конечно, она не может утверждать, что уже любит его по-настоящему, но она на пути к этому. На пути к нему. Но её пугала его возможная реакция. Вряд ли Драко обрадуется, если узнает, что она неравнодушна к нему в романтическом смысле. Скорее всего, её ждёт отказ. Она почти не сомневалась в этом, но маленький росток надежды продолжал наивно расти ввысь, наплевав на все убеждения мозга и здравого смысла. Но, может, к сожалению, а может, к счастью, Драко отсутствовал последние четыре дня. Ему нужно было охотиться и поставлять людей вампирам, выполняя свою часть сделки. Гермиона старалась не думать о том, где он пропадает и чем занимается, но эти мысли всё равно не оставляли её. Но она осуждала не его, а ту систему, в которую они попали. Когда дождь закончился, она решила подняться на крышу, чтобы подышать прохладой и свежим воздухом. Поздняя осень её едва ли не самое любимое время года. Гермиона обожала дожди и опавшие хрустящие листья под ногами. Заняв своё любимое место на карнизе, она любовалась закатом, даже не чувствуя холода. — Если ты решила спрыгнуть, то стоит выбрать здание повыше, — послышался ехидный голос за спиной. Гермиона резко обернулась и лучезарно улыбнулась, не сумев взять свои эмоции под контроль. Драко ухмыльнулся, увидев её радость, и сел рядом с ней. — Как всё прошло? — Вполне… приемлемо, — подобрав подходящее слово, ответил Малфой и посмотрел на неё с теплом в глазах. — Скучала? — Безумно, — фыркнула Гермиона, закатывая глаза. Разумеется, Драко посмеялся, решив, что она дразнится, но вряд ли он догадается, что Грейнджер ни капли не врала. — Завтра нужно появиться на ковре у Джона, — спустя пару минут заговорил Драко уже не так весело. — Он просит о встрече. И с тобой в том числе. — Зачем? — нахмурилась Гермиона. — Мне самому интересно, — он вздохнул. — И мне это не нравится, не хочу, чтобы ты пострадала. — Со мной всё будет хорошо, я могу постоять за себя. И потом… — она немного замялась, — со мной будешь ты. Мне точно нечего бояться, верно? Драко смотрел ей в глаза, пытаясь понять, всерьёз ли она говорит такие вещи. Он не отводил взгляд, пока Гермиона игриво не толкнула его плечом. Он хмыкнул, скидывая оцепенение и всякие подозрения. — Пообещай держаться рядом, — мягко попросил Драко, касаясь её ладони. Гермиона незамедлительно сжала его руку в ответ и снова улыбнулась. Сердце дёрнулось ему навстречу, но она сама осталась сидеть на месте, боясь не проконтролировать свои безумные желания. — Обещаю. Они переглянулись и вместе стали наблюдать за закатом. Между ними всегда было какое-то напряжение, но сейчас оно стало другим. С обеих сторон были секреты, но насколько они похожи, никто из них не знал.

***

— Мне как-то не по себе, — призналась Гермиона, когда они покинули кабинет Джонатана. Этот мужчина действительно пугал её. Своим влиянием и открытым взглядом. Он знал, на что способен, и был готов пойти любым путём, лишь бы добиться желаемого. И он что-то скрывал, но вот что именно, ей было неизвестно. Впрочем, как и Драко. Разумеется, её беспокоило само общение с вампирами, но глупое и несколько отчаянное предчувствие конца не отпускало ни на миг. Гермиона с содроганием вспомнила лихорадочные от жажды и голода взгляды вампиров, когда они уходили, и поджала губы, мечтая поскорее забыть о пребывании в настолько жутком месте. — Кажется, будто он играет с нами, — продолжала Гермиона, идя по лесу за Малфоем. — Словно… дёргает за ниточки и наслаждается шоу. — Он всегда так делает, — наконец-то сказал Драко, останавливаясь. Он молчал с тех пор, как они вышли на улицу. А это явно свидетельствует о том, что он в крайней степени раздражения. — Я ожидал подобного, но зачем ему ты, не понимаю. Гермиона обняла его, встав на носочки, чтобы обхватить шею парня. Он был высоким, но она никогда не обращала на это внимания в должной мере. А, наверное, стоило. Драко неуверенно опустил руки ей на талию и прижал к себе. Гермиона закрыла глаза, мечтая остаться в этом моменте, который точно был одним из самым счастливых за последние годы. Но ничто не длится вечно. Драко мягко отодвинул её от себя и поправил кудрявые пряди волос, выбившиеся из хвоста. — Нам лучше вернуться. Она кивнула, но не могла заставить себя отступить от него. Гермиона заглянула ему в глаза, видя бурю вопросов и толику чего-то запретного. Страстного и тёмного. Будто ему хотелось переступить черту. Но её это не испугало. Оказалось, что тьма есть во всех, и в ней её не меньше, чем в других. А может, и больше. Потому что она совершенно не боялась Драко. Она представляла, на что он способен, но страх напрочь отсутствовал. Он исчез в ночи вместе с её прежними представлениями о любви и нормальности. А возможно, дело в том, что она просто сумасшедшая. Ведь иначе она не знает, как объяснить свои следующие слова. — Поцелуй меня, — шёпотом, едва слышно. Глаза Драко расширились ещё больше, но он не отталкивает её. И её надежда разрастается вширь. Он медленно наклоняется к ней, прижимаясь своим лбом к её. Гермиона выдыхает. Она чувствует его запах, его тепло, его мятное дыхание. И ей мало. Это напоминало зависимость. И ей это нравилось. Драко не спрашивает, уверена ли она. Это не в его характере, поэтому он просто целует её так, будто делает это в первый и последний раз. Мягко и вместе с тем настойчиво, добавляя каплю грубости. Она застонала, не сдержавшись, и зарылась пальцами в его волосы, ставя мысленную галочку напротив одной из своих целей — коснуться его волос. Драко углубил поцелуй, сжимая её талию и опуская одну руку немного ниже, но не пересекая допустимые границы. Но Гермиона хочет другого. Хочет больше. Ближе. Но тут он делает шаг назад, заставляя её желание повиснуть в воздухе. Гермиона нервно улыбается, ничего не понимая. — Я… — Драко зажмурился и сжал кулак, пытаясь контролировать себя. — Я не должен был… — Эй, всё хорошо, — Гермиона снова сокращает между ними расстояние и обхватывает его лицо ладонями. — Я этого хотела. Очень. Драко смотрел ей в глаза. Но сейчас там она видит что-то пугающее, что-то виноватое. И это настораживает её. — Драко? — её голос звенит от множества эмоций. Малфой обнимает девушку будто бы чужими руками и приподнимает её лицо за подбородок, не давая пошевелиться. Гермиона замирает, чувствуя, как её лишают силы воли. — Забудь всё, что произошло сейчас между нами. Забудь наш поцелуй, — шепчет свой приказ Драко, пока по её щеке катится слеза боли от предательства.

***

Гермиона не помнит, как она очутилась на Гриммо. Единственное, что она помнила, это разговор с Джоном, а потом — пустота. Ей это не нравилось, и такие провалы в памяти вызывали множество вопросов. Но Драко отсутствовал уже два дня, выполняя условия сделки, так что спросить было некого. Она хотела немедленно поговорить с ним, но пока не вышло. Из-за этого она почти не спала, вертелась целыми ночами с боку на бок, чувствуя чьё-то присутствие. Этот человек не был ей чужим, но и родным она тоже его назвать не могла. Каждую ночь Гермиона сквозь сон ощущала, как кто-то поправляет одеяло, не давая ей замёрзнуть, ведь окно она неизменно оставляла открытым, не понимая, для чего или для кого. Каждую ночь она хотела проснуться и увидеть того, кто навещал её, но что-то удерживало Гермиону в царстве Морфея, скрывая таинственного гостя вуалью темноты. Все эти загадки вызывали зуд под кожей и раздражение постоянного характера. Ковыряясь в каше ложкой, она хмуро смотрела на овсянку. Молли, конечно, обидится, если Гермиона ничего не съест, но и пихать еду в себя она тоже не могла. Был риск, что всё съеденное полезет наружу прямо здесь. — Гермиона, ты как? — спросила Джинни, немного приподняв брови от удивления. На её лице застыло беспокойство. Воскреснув от задумчивости, Гермиона поняла, что цельнозерновая овсянка превратилась в пюре. — Я… Всё хорошо, просто отвлеклась, — ответила она, отодвигая от себя тарелку. — Уверена? Ты в последнее время вообще какая-то… потерянная, — Джинни отложила вилку и взяла её за руку. — Тебя никто не обидел? — Я сама кого хочешь обижу, Джинни, — фыркнула Гермиона. — Это не так. Ты очень чувствительная, просто скрываешь это, зная, что этим могут воспользоваться и сделать больно. Гермиона поджала губы, не желая продолжать столь неуместный в данный момент разговор. Она молча встала и ушла на крышу — единственное место, где она могла быть собой. Она не заметила тревогу в глазах Джинни, отгораживаясь от заботы близких, думая, что так будет лучше. Смотря на горизонт, она думала о мальчиках, которые сейчас неизвестно где. Они наверняка гадают, что может быть следующим крестражем и как его уничтожить. А её нет рядом с ними. Гермиона сидит взаперти, потому что так решили другие. Она больше не представляет собой ценность, единственное, кем она может быть — это поводком для вампира, который решил помочь им победить в войне. Это даже звучит бредово. Но такой теперь была её жизнь. — У нас есть дурная привычка встречаться в моменты твоего желания спрыгнуть с крыши. Гермиона вздрогнула и обернулась. Малфой привычно ухмылялся ей, олицетворяя собой образец спокойствия и собранности. Чёртов позёр. Она облегчённо вздохнула, даже не скрывая своей радости от его присутствия. — Привет. — Привет, Грейнджер, — Драко подошёл к ней и достал что-то из внутреннего кармана своей кожаной куртки. — Это тебе. Она нахмурилась и взяла маленькую коробочку из его рук. Подняв крышку, Гермиона непроизвольно ахнула. Внутри лежал кулон из серебра с изумрудом в середине. Камень мерцал, но не вычурно, а благородно. Как и положено настоящим драгоценностям. Подняв на него вопросительный взгляд, Гермиона даже не смогла поинтересоваться, что это. Но Малфой всё понял без слов. — Это подарок, — с лёгким смущением сказал он. — Для защиты. В последнее время в твоей жизни много вампиров, которые могут воспользоваться твоей незащищённостью. — И что это? — всё-таки выдавила она. — Под камнем Вербена. Единственное растение, которые является нашим противником. С её помощью ты сможешь противостоять внушению вампира. — Это… Я… Я даже не знаю, что сказать, — пробормотала Гермиона, испытывая неловкость. — Спасибо. Драко улыбнулся и взял кулон, призывая её развернуться к нему спиной. Она так и сделала, приподняв волосы, чтобы он мог застегнуть украшение. Малфой коснулся кончиками пальцев её шеи, и она задрожала. Когда он закончил, то не отстранился. Гермиона вновь оказалась лицом к лицу с ним и посмотрела на его губы. Драко резко вышел из оцепенения и отшатнулся. — В общем, это всё, что я хотел сделать, — он пятился к двери, кажется, даже покраснев. Совсем немного. Гермиона сжала кулон в ладони, чувствуя его тепло. Он будто нагрелся от её руки, успокаивая хозяйку. — Спасибо тебе, — искренне произнесла она. Но Драко не оценил благодарности. Он прикрыл на мгновение глаза, а потом отрывисто кивнул и оставил её одну. Гермиона смотрела ему вслед, вертя цепочку кулона. Она так хотела хотя бы обнять его, но знала, что не могла. Вряд ли бы ему это понравилось. Поэтому она просто проглотила свои чувства, продолжая сидеть на крыше до самой ночи, мечтая о взаимности и понимании со стороны одного единственного человека.

***

Гермиона завела новую привычку — постоянно вертеть кулон на шее. Она не делала этого только тогда, когда спала. Он словно связывал её с Драко, помогал ей, поддерживал, говорил, что она не одна. Конечно, это глупости, это просто украшение, но ей становилось от подобных мыслей легче. Последние дни были похожи на пытку. Она сидела взаперти на Гриммо, пялясь в потолок часами напролёт. Ей запретили покидать дом, только если это не касалось Малфоя и их путешествий для выявления союзников. Она стала пленником. От мальчиков пока не было вестей, да и вряд ли в ближайшее время они что-нибудь о них услышат. Но Гермиона честно держалась, не давая отчаянию и страху просочиться в разум. Потому что знала, что это верная дорога к безумию. Но к счастью, Драко снова появился в её жизни, и они теперь шли на встречу к Джону. Только Малфой так и не объяснил, зачем конкретно. Просто возник на Гриммо и сказал, что у неё есть полчаса на сборы. Гермиона ничего не спросила, боясь спугнуть удачу. Она молчала, пока они брели по лесу в известном направлении, наслаждаясь запахом природы и едва слышным пением птиц. Когда они вошли в пристанище вампиров, Гермиона снова почувствовала этот холодок по коже от кровожадных взглядов остальной нечисти. Она держалась рядом с Драко, но ситуацию это не сильно спасало, ведь было понятно, что все присутствующие здесь хотят её сожрать. Не самое приятное чувство, что можно ощутить, надо сказать. Драко постучал в кабинет Джона и толкнул дверь. Перед ними оказался совсем незнакомый ей человек, из-за чего она с паникой посмотрела на Малфоя. Высокий мужчина с каштановыми волосами и голубоватыми глазами, стоял и что-то читал. — А где Джон? — поинтересовался Драко, нахмурившись. — У него появилось интересное дело, — протянул мужчина, отбрасывая папку с документами на стол, которую до этого держал в руках. Он присел на край стола и сложил руки на груди. Его ледяной и заинтересованный взгляд вызывал у неё неконтролируемое желание сбежать подальше. — А вот и та самая Гермиона Грейнджер, — высокопарно сказал мужчина, улыбаясь. — Та самая, что посадила убийцу на короткий поводок. — Советую заткнуться, — моментально отрезал Драко, сжимая кулаки. — Мы пришли по делу. — Ах, да, — мужчина стукнул себя по лбу и передал Малфою папку. И его глаза мгновенно поймали её в ловушку. Снова. Драко внимательно просматривал отчёты, но на его лице читалось явное недовольство. Он свёл брови на переносице, возвращая папку мужчине. — Какого хера, Уилл? — грубо поинтересовался Малфой. Но тут был скорее не вопрос, а желание узнать, не шутка ли прочитанное им. Уилл притворно удивился. Его бледно-голубые глаза сверкали злой усмешкой. — Какая взятка, такой и результат. — И что это значит? — Ты что, думал, если будешь поставлять нам бомжей и пьяниц, то мы не узнаем этого? — Какая разница, чью кровь пить новичкам? — не понимал Драко. Уилл закатил глаза, показывая свой серьёзный настрой в отношении обсуждаемой проблемы. Он явно был рад поставить Драко на место. — Большая. Нам нужны те, на ком можно тренироваться. А те, кого доставляешь ты, подходят только для лёгкого перекуса. Гермиона не удержалась и скривилась. Все эти разговоры о людях, — живых людях — не давали ей покоя. Вампиры почему-то забывали, что тоже когда-то были обычными людьми. И теперь словно наказывали невиновных за собственную судьбу. Она не могла этого осознать и принять как данность. — Где Джон? Я сам с ним поговорю, — разозлился Драко. — Он вернётся завтра, — Уилл пожал плечами, выражая абсолютное безразличие к ярости Малфоя. — Можешь написать ему записку о том, что придёшь, когда он вернётся. — И? — Драко выгнул бровь. — В соседней комнате. Драко поджал губы и посмотрел на неё. Уилл цокнул языком и усмехнулся. — Ой, да брось. Я не успею за такой короткий промежуток её убить, — он сделал вид, что задумался. — Хотя, если захотеть… — Ой, просто закройся, — раздражённо фыркнул Драко и с опаской отошёл. Не успела Гермиона понять, что случилось, как Уилл оказался перед ней в паре сантиметров. Она против воли посмотрела ему в глаза, чувствуя, что не может пошевелиться. — Что скрывает Малфой? Расскажи всё, что знаешь, — приказал он. Гермиона саркастично хмыкнула, понимая, что оцепенение пропало. Туман, возникший в голове, исчез через секунду, словно его никогда и не было. — Иди к чёрту, я ничего тебе не скажу. Уилл удивлённо оглядел её с ног до головы, а потом понимающе улыбнулся. — Ах, Вербена, — он посмотрел на кулон и попытался взять его в руку, то тут же одёрнул её, обжёгшись. — Умно, ничего не скажешь. — Не смей приближаться ко мне! — прошипела она. Уилл рассмеялся и прислушался, поднимая руки, сдаваясь. Но вот его глаза были гораздо более откровенными, нежели он сам. Ему определённо не понравилось проигрывать. — Знаешь, пусть он и защитил тебя от других, но от себя не сможет. А может, он уже сделал это и решил замести следы. — О чём ты? — прошептала Гермиона. В груди что-то оборвалось. Забытые подозрения воскресли и стали просить прислушаться к ним. Уилл со знанием дела улыбнулся, склонив голову набок. Драко вернулся и внимательно просканировал её глазами. Но она больше не могла оставаться в этом месте. — Идём, — резко бросила Гермиона, вылетая из помещения. А что если?.. Эта мысль билась в голове, пока она не поняла причину провала в своей памяти. И остановилась, стоя посреди леса, как истукан. Даже не заметив, что пугающий особняк давно позади. Драко слегка коснулся её плеча, и Гермиона отшатнулась. — Ты стирал мне память? — тихо спросила она, смотря ему в самую душу. Драко беспомощно открыл рот, пытаясь придумать правдоподобную ложь, и он смог бы это сделать, но заминка в несколько секунд сыграла против него. И она ощутила, как ей воткнули кол в сердце. Гермиона с невероятной надеждой вглядывалась ему в глаза, успев увидеть тень, пробежавшую по его лицу, когда она задала ему вопрос. — Ты действительно это сделал… — пробормотала она, пошатываясь и отодвигаясь от него. Драко сжал челюсть, продолжая молчать. Его глаза превратились в щёлки, выражая всю ту мрачность, что таилась в нём. — Как ты мог это сделать?! — закричала Гермиона, ударяя его по груди. Снова и снова. — Что ты стёр?! Отвечай мне! — Хочешь знать? — низко спросил Драко, резко схватив её за запястья. Гермиона тяжело дышала, пытаясь успокоиться, но злость была такой сильной, что не было возможности остановить свой выплеск эмоций. Как и обиду. Затапливающую каждую клеточку тела. — Верни мне эти воспоминания. Сейчас же. — Всего одно воспоминание, — поправил её Малфой, срывая кулон с её шеи. Гермиона не успела возмутиться его поведением, как он схватил её лицо за подбородок, вынуждая смотреть ему прямо в глаза. Она снова почувствовала тот момент, когда тело перестаёт тебя слушаться и ты превращаешься в марионетку. — Вспомни то, что я заставил тебя забыть, — прошептал Драко, и его зрачок сначала расширился, а потом сузился. Гермиона моргнула и чуть не упала, когда воспоминание вернулось в её голову. Их поцелуй в этом же лесу. И он забрал это у неё. Она подняла на него круглые глаза, отказываясь верить в эту горькую правду и суровую реальность. — Ты… Как ты мог? — лишь смогла выдавить Гермиона. Драко грубо усмехнулся, превращаясь в того самого мальчишку, что портил ей жизнь в школе. — Я захотел, — безжалостно отрезал он. — Если тебе так сильно не понравилось, то мог бы просто послать меня, а не стирать мне память! — кричала Гермиона, ощущая вернувшуюся ярость. — Отвали, Грейнджер, — бросил Драко через плечо, явно сдерживаясь из последних сил. Но её было не остановить. — Зачем ты это сделал?! Кто дал тебе право лезть мне в голову?! — Грейнджер, — попросил Драко, вертя шеей, словно надеялся остановить неминуемый процесс. — Почему ты это сделал?! Ответь мне, чёрт возьми! Почему?! — Потому! — заорал Драко, прижимая её к дереву. Его глаза налились кровью, а под веками проступили вены. Он показал своё истинное лицо, не справившись с эмоциями. Теперь перед ней был монстр. И это с ним сделала она. Гермиона сглотнула, не давая себе начать бояться. Она не позволит страху встать между ними, между неумолимым желанием узнать правду. — Ты… Просто ответь. — Ты правда думаешь, что мне не понравилось? — горько хмыкнул Драко, сокращая между ними любое расстояние. — Проблема как раз в том, что мне очень понравилось. — Тогда почему… — Потому что это, блять, неправильно. Такого быть просто не должно. Гермиона видела, что он едва себя контролировал, и попыталась прикоснуться к нему, но Малфой моментально отошёл на пару шагов, отвернувшись от неё. — Драко… — Я не могу сдерживаться рядом с тобой, Грейнджер, — с поражением произнёс он. — Я просто убью тебя, когда ты не будешь этого ожидать. — Этого не будет, — уверенно возразила Гермиона. — Ты справишься. Ты хорошо контролируешь себя… Драко хрипло рассмеялся и покачал головой. Облачко пара вырвалось из его рта, растворяясь в хвойном лесу. — Ты серьёзно думаешь, что я оплот спокойствия? — он посмотрел на неё, язвительно улыбаясь. — Большую часть времени я хочу впиться тебе в шею и выпить каждую каплю крови. — Но ты держишься, — спорила она. — Я чуть не сорвался тогда, — Драко скривился, раздражаясь из-за собственной открытости. — Ещё бы секунда и… — Но ты этого не сделал. Ты смог побороть это желание. — Придёт момент, Грейнджер, и я тебя убью, — твёрдо заявил Драко, лишая её кислорода в лёгких. — Чем ты ближе, тем хуже я себя контролирую. При постоянном близком контакте я не выдержу. — Но те полгода… Ты говорил, что научился сдерживать себя, — вспомнила Гермиона, отчаянно желая прикоснуться к нему. Драко фыркнул, возводя между ними метафорическую стену. — Отчасти. Кому-то требуются годы тренировок, чтобы хоть немного контролировать эту чёртову жажду крови. И я лишь в начале пути. И я плохо справляюсь. Это факт. — Драко, прошу тебя, — она потянулась к нему, но он опять отступил. — Причина не только в этом, — серьёзно сказал он. — Проблема в этом поганом клане. Каждый вампир, которого ты там видела, с удовольствием убьёт тебя только для того, чтобы досадить мне. Она хотела начать спорить, но он поднял руку, прося не делать этого. — Это правда жизни, Грейнджер. Никто не пожалеет твою человеческую жизнь, зная, что ты мне небезразлична. Гермиона должна была обрадоваться этому признанию, но Драко произнёс его так, будто это было его личное проклятие. Он явно ненавидел саму мысль, что так близко подпустил её к себе. — И это всё? — шёпотом поинтересовалась она. Гермиона не была готова к его беспринципной позиции. Его упрямство разбивало ей сердце. Драко взглянул ей в глаза, сбивая с ног пучиной чувств, что там притаились. — Всё, — поставил он точку, поворачиваясь к ней спиной. Гермиона зажмурилась, не разрешая себе плакать. Она не будет реветь. Она справится. Всё будет хорошо. Набрав в грудь побольше воздуха, она отправилась за ним, не заметив, что с дерева за ними следила пара чьих-то глаз.

***

— Итак, что мы имеем, — сказала Гермиона, смотря на своё отражение в зеркале. Она обхватила пальцами раковину и кусала щёку изнутри, пытаясь сосредоточиться. — Он испытывает чувства, но боится этого. Закрывается, потому что не хочет причинить мне боль. Он страдает из-за своего перерождения, винит себя во всех возможных грехах. Она тяжело вздохнула. — Кого-то это мне напоминает, — пробурчала Гермиона, имея в виду Гарри. Грустно усмехнувшись жизненной иронии, она продолжала вглядываться в своё отражение. — Проблемы с самоконтролем, — она хмыкнула и сложила руки на груди. — Значит, нужно вывести его из себя, чтобы проверить, как далеко он может зайти? Гермиона знала, что это плохая идея. Очень плохая. Но зерно под названием «а что, если?» было брошено. Закатив глаза, она рассмеялась. Ситуация была по-настоящему абсурдной. Она разговаривала сама с собой, пытаясь разгадать Драко Малфоя. Со стороны любой человек подумал бы, что она сошла с ума. Но суть заключалась в том, что ей просто было не с кем поговорить об этом. Джинни никогда бы её не поняла, скорее, она начала бы осуждать Гермиону. Рон… Это даже не обсуждается. А Гарри не поймёт. Он не сможет. Для него Малфой так и остался неприятным задирой, который вполне способен на предательство даже сейчас. Разумеется, Гарри сочувствовал ему. Он сам признавался ей тогда, когда она рассказала ему о том, что случилось с семьёй Драко. Он понимает, каково это — потерять всю семью. Но остальное он принять не сможет. И поэтому она осталась в одиночестве. Хотя, наверное, так было всегда. Мальчики всегда были ближе друг к другу, нежели к ней. Раньше Гермиона обижалась и испытывала стыд за свои эмоции, но сейчас поняла, что этого не изменить. Так зачем же истязать себя? Выйдя из ванной, она спустилась на кухню, чтобы перекусить. Ужин уже прошёл, и все остальные члены Ордена поели, но она сознательно отложила приём пищи, не желая пересекаться хоть с кем-то лишний раз. Мальчики вернулись позавчера, но им так и не удалось нормально поговорить. Гарри пропадал в объятиях Джинни, а Рон стал больше времени проводить с остальной семьёй. Она снова была одна. Но теперь почему-то это её не сильно смущало. Взяв пирожок с мясом и заварив себе чай, она пошла в библиотеку и села на свой подоконник. Держа горячую кружку с мятным чаем, Гермиона смотрела в окно, наслаждаясь покоем. Но ничто не длится вечно. И из нирваны её вырвал тихий стук в косяк двери. Гарри криво улыбнулся ей и присел в кресло, стоящее совсем рядом. Гермиона тоже улыбнулась ему, но все слова и темы, которые они могли обсудить, резко закончились. — Нам не хватало тебя, — спустя минуту сказал Гарри, смотря на неё с теплотой. — Ты всегда нас выручала, и, только оставшись вдвоём с Роном, мы поняли, насколько сильно ты нам помогала. Она не знала, что ответить, так что просто беззаботно пожала плечами, делая глоток чая. — Ты изменилась, — не останавливался Гарри. — И я не могу понять, что происходит с тобой. — А что со мной происходит? — Ты закрылась ото всех, — пояснил парень. — Может, потому, что меня выкинули на помойку, ведь я привела сюда врага, который нам очень хорошо помогает? — со злостью выплюнула Гермиона, даже не стараясь говорить мягче. Гарри удивлённо моргал, явно не ожидая такого откровения. — Кингсли и Грюм… Они что… — Я поводок, Гарри, разве не понятно? — хмыкнула она. — Драко ведёт переговоры с магическими существами, а я его сопровождаю. Но не больше. Мне даже нельзя никуда отлучаться. — Давай я поговорю с ними? — Поттер вскочил, начиная размахивать руками. — Так быть не должно! Я… — Гарри, перестань, — устало вздохнула Гермиона. — Я не для этого тебе сказала. Он смотрел на неё с любопытством, но в то же время и с опаской. — Я смирилась и приняла правила игры. Всё в порядке. — Но это неправильно… — Скажи это им, — фыркнула она, не сдержав своего презрения. — В любом случае у меня есть Драко. Мы… — Драко? — переспросил Гарри. — Это его имя, разве нет? — Гермиона моментально смутилась, теряя уверенный вид. Она так глупо прокололась. Ей точно не стать шпионом. — Да, но… Ты раньше никогда так его не называла, — Гарри прищурился, походя на детектива. — Вы что, вместе? Ужас отразился в его глазах, и это добило её в своём решении скрывать большую часть правды от своих друзей. — Нет, конечно, нет. Мы просто друзья. Нам часто приходится общаться, так что нет ничего удивительного в том, что нам удалось поладить. Гермиона надеялась, что в её глазах не появилась боль от отказа Драко хотя бы попробовать понять, что же между ними. Она пыталась не думать об этом, но сердце в прямом смысле ныло от боли и обиды. Гарри, кажется, успокоился и выдохнул от облегчения. — Фух, я уж подумал… — он осёкся и зарылся рукой в взлохмаченные волосы. — Но ты сама в порядке? Он не обижает тебя? — Нет, всё хорошо. Её твёрдый ответ окончательно успокоил Гарри, и он улыбнулся, начиная рассказывать про их приключения с Роном и про то, что им удалось узнать о крестражах. А Гермиона слушала вполуха, внезапно понимая, что, пока она удобна и делает то, что от неё ждут, её любят и принимают. Но что будет, если она станет жить так, как хочет только она сама? Сколько людей от неё отвернутся? Вопрос остался без ответа.

***

Драко не смотрел на неё целенаправленно. Он разговаривал с Грюмом, пока Кингсли отсутствовал, и просто игнорировал её. Гермиона сжимала кулаки под столом, пиля его раздражённым взглядом. Когда их мини-собрание закончилось, Малфой спокойно направился к входной двери. Но тут на первый этаж спустился Рон, и Гермиона решила впервые в жизни совершить что-то необдуманное и жутко глупое. Разумеется, она пожалеет об этом, но ей нужно знать. — Рон, иди ко мне! — Гермиона улыбнулась Уизли, который завис, рассматривая её так пристально, что она смутилась. Драко тоже остановился, держась за ручку двери. Он застыл к ней спиной, и она возликовала, что план сработал. — Ты куда? — продолжала Гермиона, прикасаясь к Рону. Она взяла его за руку. Рон отмер и улыбнулся ей, кажется, решив, что она дала ему тот шанс, который он столько времени просил. Чёрт. Плохо. Но с последствиями она разберётся позже. — Я на кухню… — заторможено сказал он. — Здорово! Я с тобой! — она едва не кричала от искусственного восторга. — А потом мы можем посидеть у тебя и поговорить, что скажешь? — Ты серьёзно? — ахнул Рон. — Конечно! Давно пора. Спина Драко так сильно напряглась, что это было видно невооружённым глазом. Гермиона чувствовала, что в сердце просыпается её чёртова влюблённость в него, которую она пыталась хотя бы немного присыпать землёй. Ну тут произошло непредвиденное. Рон, решивший, что путь свободен и горит зелёный свет, обнял её и поцеловал. Гермиона только пискнула от удивления, распахнув глаза. Драко дёрнул ручку и оторвал её от злости. Зарычав, он толкнул дверь с такой силы, что она сорвалась с петель и упала на пол, напугав весь дом этим шумом. Малфой не обернулся, когда ей удалось оттолкнуть от себя Рона. Гермиона смотрела, как он исчез в тумане, ненавидя себя за то, что причинила ему боль. Но с другой стороны, теперь она знала, что долго он не сможет ей противостоять. В конце концов, Гермиона Грейнджер всегда получала то, что хотела всей душой.

***

Драко игнорировал её. Хотя когда он поступал иначе? Всё их общение состояло из приветствия и обсуждения плана действий. После того, как эти две темы были разобраны вдоль и поперёк, он замыкался и пялился куда угодно, но только не на неё. И ей это надоело. Ей надоело смотреть на спину Малфоя, пока они шли по тому самому лесу оборотней, которых было очень сложно найти. В этот раз они всё-таки смогли воспользоваться порт-ключом, потому что уже знали, куда им нужно. Хотя бы приблизительно. Но идти пешком всё равно пришлось достаточно долго, ведь оборотни не желали раскрывать другим местоположение своей стаи. Гермиона тяжело вздохнула и топнула ногой от бешенства. Она больше не могла терпеть. Конечно, поцелуй Рона и вся эта игра с ревностью — просто полный бред, но он, чёрт возьми, работал. И теперь она знала, что Малфою на неё не плевать. Но как заставить его в открытую признаться в этом и забыть про свои запреты, она пока не представляла. Так что решила действовать по наитию. Наобум. В конце концов, импровизация всегда была её сильной стороной. — Как думаешь, стоит ли мне дать Рону шанс? — выпалила Гермиона первое, что пришло в голову. Драко замер, а его спина напряглась, из-за чего через кожу куртки она могла увидеть часть его мышц. Он медленно обернулся и, приподняв в удивлении брови, уставился на неё как на клиническую идиотку. — Ты что, напилась где-то за углом? — тихо спросил он. Гермиона фыркнула, не оценив его юмор. Но сдаваться было нельзя. — Я просто думаю, — она закусила губу, замечая, как глаза Драко съели это её движение. — Вдруг я зря его отшивала? Вдруг он… тот самый? Её чуть не стошнило от этой фразы, ведь она всегда её ненавидела, но сдержалась, чтобы дожать Малфоя. — Грейнджер, ты отравилась или что? — скривился Драко. — Что за чушь ты у меня спрашиваешь? — Мы же друзья, а друзьям положено обсуждать личную жизнь друг друга, — невинно сказала Гермиона, улыбаясь своей самой очаровательной улыбкой. Глаз Малфоя дёрнулся. Она с трудом не рассмеялась. — Ты просто в край охренела, — вынес он вердикт и развернулся, чтобы продолжить путь. — А что тебе так не нравится, а? Думаешь, раз ты меня отшил, то я должна до конца жизни лить слёзы и дать обет безбрачия?! — голос всё-таки сорвался, и было слышно, как сильно её волнует этот вопрос. Драко лихорадочно подлетел к ней, прижав спиной к дереву. — Так вот в чём дело, — догадался он, но не радуясь своей разгадке. — Ты пытаешься манипулировать мной, верно? — Я пытаюсь достучаться до тебя, ты, хренов мученик с манией величия! — выплюнула Гермиона, нагло ударяя его несколько раз по груди. Просто чтобы отпустило. Драко прищурился, вглядываясь в её глаза. — Что ты хочешь услышать от меня, Грейнджер? — устало спросил Малфой. — Правду, — чётко сказала она. — Или я решу, что тебе действительно наплевать на то, что меня целует какой-то другой парень и… Драко ударил по стволу дерева над её головой кулаком, и ей на макушку посыпались хлопья из коры. — Лучше замолчи, — прорычал он. — А то что? Снова оттолкнёшь меня? — усмехнулась Гермиона, больше не пряча свою боль. Драко зажмурился, явно что-то скрывая от неё. Она, даже неожиданно для себя, взяла его лицо в ладони и заставила посмотреть ей в глаза. Малфой распахнул веки, и она увидела его кровавый взгляд. Он тяжело дышал, борясь с жаждой крови из последних сил. Вены бегали по его лицу, напоминая плохо отрепетированный танец. — Смотри на меня, — мягко попросила Гермиона, но Драко попытался вырваться. Но в этот раз она не позволила ему этого сделать, сильнее стиснув его щёки. — Смотри. На. Меня. Малфой послушно застыл, кажется, думая, что лучше не спорить. По его лицу продолжали двигаться вены, показывая, что его силы на исходе. В любой момент он мог наброситься на неё. — Грейнджер, пожалуйста… — Тише, всё хорошо… — Я не хочу причинять тебе боль… — с поражением прошептал Драко, надеясь отодвинуться от неё, но не тут-то было. Гермиона решила забыть об инстинкте самосохранения и поцеловала его. Она нежно прижалась своими губами к его, чувствуя, как Драко превратился в каменную статую. Оторвавшись от него, она провела подушечками пальцев под его веками, словно стирая прошлое и отчаянное желание разорвать ей шею. Драко выдохнул, не поверив, что смог справиться. — Что?.. — Твой страх, — поняла она. — Именно он говорит тебе, что ты хочешь убить меня. Ты не кровожадный вампир и убийца, Драко. Ты просто боишься потерять то, что тебе дорого. Поэтому и отталкиваешь близких. — Ты единственный близкий человек, что у меня есть, — признался Малфой, став на удивление очень спокойным после их поцелуя. Она улыбнулась и обняла его за шею, не отрывая от него своего любящего взгляда. — Просто… давай попробуем. Пожалуйста. — Грейнджер, это очень опасно, — Драко прижался своим лбом к её, опуская веки. — Ты даже не представляешь, как сильно я этого хочу, но, если мы зайдём дальше, я действительно не справлюсь. Такие союзы… — Я хочу тебя, — Гермиона не хотела это слушать. — По-настоящему хочу. Я влюблена в тебя. Опять же, по-настоящему. Мне никто не нужен. Только ты. Драко смотрел на неё не моргая. Он, кажется, даже не дышал. Лишь смотрел и впитывал, пытаясь поверить в эти прекрасные слова. Гермиона так хотела, чтобы он перестал закрываться. Она боялась представить, через что ему пришлось пройти в одиночку за этот год, но была намерена помочь ему обрести хоть какой-то покой. Хоть какое-то счастье. Она верила, что они будут счастливы. Вместе. Так что она, не став ждать, снова поцеловала его. Драко, видимо, решил больше не скрывать своих чувств и поцеловал её так, как надо. Он углубил поцелуй, и она ахнула, не ожидав такого напора. Драко прижал её к несчастному дереву, позволяя своим рукам путешествовать по её телу, но Гермиона точно не была против. Она зарылась пальцами в его волосы и обхватила одной ногой его бедро, пытаясь слиться с ним воедино. Когда она поняла, что ещё секунда и точно задохнётся, то мягко отодвинула от себя Драко, пытаясь наполнить лёгкие кислородом. Он боролся с собой, но стоило Гермионе коснуться его лица, как его глаза вновь стали расплавленным серебром, которое она так полюбила. Драко улыбнулся, выглядя донельзя счастливым. Он обнял её, слегка приподняв над землёй. Гермиона уткнулась носом ему в шею, вдыхая запах, который давно стал её личной амортенцией. — Ты же понимаешь, что я не смогу тебя отпустить? — хрипло поинтересовался Драко, поглаживая её по волосам, из-за чего она не сразу поняла вопрос. Очнувшись от блаженства, она закатила глаза. — Если я захочу, чтобы ты отпустил меня, то скажу об этом прямо. — Договорились, — выдохнул Драко и накинулся на её губы, не давая ей и шанса на побег. Но если бы она этого хотела… Гермиона лишь сильнее прижалась к нему, отвечая со всей страстью и отдачей, на какую только была способна. Они целовались, не в силах оторваться друг от друга. Наплевав на задание и план. Наплевав на окружающий мир. Наплевав на всё, кроме своих чувств друг к другу. Наверное, впервые в жизни.