5. Горькая правда.

Драко улыбался. Он смотрел на закат, сидя рядом с ней на поваленном дереве, и улыбался. Он выглядел таким спокойным и умиротворённым, что Гермиона невольно позавидовала ему. Потому что она была крайне сильно возбуждена от чувств к нему и желания всё расставить по полочкам. Чёртова мания всё планировать и сортировать. — Грейнджер, веришь или нет, но я буквально чувствую кожей, как ты думаешь, — тихим голосом Драко вырвал её из задумчивости, и она смущённо улыбнулась. — Прости, — Гермиона опустила глаза и завела прядь волос за ухо. — Просто никак не могу поверить, что мы… Эм, во всём разобрались. Драко хмыкнул, кажется, понимая, что она хотела сказать кое-что другое. Он повернулся к ней лицом и взял за руку, мягко поглаживая костяшки. Гермиона прикусила губу, чтобы не завизжать от радости, как обычной девчонке. — Ты можешь спросить меня о чём хочешь, — сказал Драко, не переставая касаться её. — Серьёзно? — удивилась она. — Да, Грейнджер, больше между нами нет секретов, — уверенно произнёс Малфой, но потом словно смутился своей откровенности. — Если ты этого хочешь, конечно. Гермиона снова не сдержала улыбку и решила проявить нежность к нему. Она быстро чмокнула его в губы, как бы благодаря за эти слова. Драко лукаво усмехнулся, вновь став самоуверенным индюком, которого она полюбила. — Ладно, первый вопрос… — И на что я только подписался, — тяжко вздохнул Драко. Она шикнула на него, сосредотачиваясь. — Почему ты стёр то воспоминание? Гермиона приготовилась к не самой приятной правде, но знала, что должна услышать её. Она мучилась от догадок и теорий, хоть Драко и сказал ей тогда, что считал, что так будет лучше для всех. Но она чувствовала, что есть что-то ещё. Драко покачал головой, видимо, догадываясь, что этого вопроса не избежать. Он оглянулся вокруг, проверяя, не подслушивают ли их оборотни, которые уже разошлись спать. В этот раз их встретили более дружелюбно. Им дали один домик на окраине для ночёвки, чтобы они могли отдохнуть, потому что сегодня они пришли уже достаточно поздно для ведения переговоров. Гермиона не была против. Она с удовольствием пообщалась с местными детьми, захватив для них целый пакет конфет. Наверное, она ещё никогда в жизни не видела таких счастливых ребятишек. И весьма воспитанных, потому что, пока родители не разрешили им полакомиться сладким, они даже не попытались взять конфеты. Но, вернувшись в настоящее, Гермиона поняла, что они всё ещё сидят в тишине. Драко явно пребывал где-то в своих мыслях, так что она коснулась его щеки, напоминая о себе. Он улыбнулся уголками губ и опустил голову, уставившись на их сплетённые руки. — Я действительно хотел лучшего для тебя. Не сомневаюсь, что с кем-то другим ты будешь в большей безопасности. — Я всегда буду в опасности, — возразила она. — Особенно пока не закончится эта война. Драко согласно кивнул. Он гладил её костяшки, собирая воедино все мысли, крутившиеся в голове уже довольно долгое время. — Да, может, и так. Но, Грейнджер, вампиры будут всегда. Ты же понимаешь, что я в прямом смысле могу жить вечно? Он выразительно посмотрел ей в глаза, намекая на их неумолимую разлуку в будущем. Но сейчас Гермиона совсем не хотела об этом думать. — Хорошо, второй вопрос, — она сознательно перевела тему. — Ты хотел меня? — Ничего не изменилось. Я и сейчас хочу, — сказал Драко так, словно это обыденные слова в её адрес. Она покраснела, даже не зная, что ответить на такое признание. — Эм, хорошо. Но почему? Точнее, когда это началось? — Когда я начал следить за тобой, — фыркнул Драко. — Уже тогда я чувствовал интерес к тебе. Я постоянно думал о тебе, о том, что ты делаешь. О том, что между тобой и Уизли. Гермиона отвела взгляд, жалея, что позволила Рону тогда поцеловать себя. Когда она уходила на встречу с Малфоем, то специально всё подстроила таким образом, чтобы не увидеться с Роном. Она ругала себя каждую секунду, но пока не решила эту проблему. Драко аккуратно повернул её лицо за подбородок и заглянул в глаза. — Я знаю, зачем ты это сделала. — Неужели? — Да. Ревность пусть и примитивный способ, но, как оказалось и как показывает практика, самый действенный. Гермиона постаралась выкинуть из головы тот эпизод и обняла его за шею, немного придвинувшись поближе. Драко довольно хмыкнул, кладя ладони ей на бёдра. — Я ревновал, Грейнджер, — прошептал Драко, делясь с ней своими секретами. Как и обещал. — До такой степени, что думал только о том, как отрываю Уизли голову. Почему-то эти слова ничуть не напугали её. Наоборот, возбудили. Она облизала губы и подалась к нему навстречу. Между ними оставалось лишь пару сантиметров расстояния. И этого было слишком много. — А ты случайно не приходил ко мне по ночам? — хрипло выдохнула Гермиона, теряя связь с реальностью. Драко смотрел на её губы так, будто был голодным зверем, увидевшим свежий кусок мяса. Он готов был наброситься на неё. — Как ты поняла? — растерянно пробормотал Малфой. — Твой запах. Он такой… родной. Я везде его узнаю. Глаза Драко потемнели настолько, что теперь было нельзя угадать, какого они цвета. Гермиона погладила его шею, чувствуя кончиками пальцев его бешеный пульс. — Я просто не мог не видеть тебя слишком долго, — с уязвимостью признался Малфой. — Это казалось мне единственной возможностью. — Тогда давай договоримся, что ты можешь приходить ко мне в спальню всегда и без приглашения. Когда захочешь. Больше он не мог сдерживаться. Драко накинулся на её губы, сминая их в грубом чувственном поцелуе. Он крепко обнял её, притянув на свои колени. Гермиона застонала, стоило ему сжать ладонями её ягодицы, и напрочь забыла о смущении. Они целовались до тех пор, пока у неё не заболели губы. Тогда Гермиона мягко отстранилась и прижалась своим лбом к его. Драко выглядел счастливым. Его глаза сияли. Она впервые видела его таким, но не стала ничего говорить, чтобы не испортить момент. Драко встал и, взяв её за руку, повёл в тот домик, что отвели им для ночёвки. Когда она упала на кровать, он стоял рядом, кажется, не зная, что делать дальше. Гермиона поманила его к себе и, сняв куртку и обувь, Драко лёг рядом, сразу же обняв её. Она закрыла глаза, наслаждаясь его теплом и запахом, мечтая о том, чтобы так было всегда.

***

Гермиона давно так сладко не спала. Она прижалась к тёплому боку Драко, не желая открывать глаза и возвращаться в реальный мир. Его спокойное дыхание убаюкивало её, отчего она снова провалилась в сон, но недостаточно глубокий, потому что через какое-то время её разбудили детские визги и смех. Она недовольно приоткрыла один глаза, сильнее обнимая Драко. Он вздохнул и провёл ладонью по талии девушки, поднимая своим прикосновением тысячу мурашек на коже. — Придётся встать, — хриплым голосом пробормотал он, всё ещё сонный. Она улыбнулась, удобнее устраивая голову у него на груди. Он мягко погладил её по волосам, и Гермиона чуть не замурчала, как кошка. Это ведь ненормально, что ей так хорошо и спокойно? А может, и нормально, просто непривычно. — Я не хочу, — буркнула Гермиона, слыша голоса детей, которых не смущало раннее утро и то, что другие люди в поселении могли ещё спать. — Мы не можем весь день валяться в постели, — напомнил ей Драко. Она усмехнулась и приподнялась, заглядывая ему в глаза. Кудри лезли в лицо, но сейчас Гермиону не волновали такие мелочи. Особенно когда Малфой так пристально смотрел на её весёленькую причёску. — Но почему? Никто ведь не запрещает. Драко хмыкнул и нежно погладил большим пальцем её щёку. Она прижалась лицом к его ладони, прикрыв глаза. — Мне ещё никогда не было так хорошо, как сейчас, — прошептал Драко, заставляя её почувствовать весь спектр своих эмоций на полную. Она потянулась к нему и поцеловала. Малфой зарылся пальцами в её буйные после сна волосы и с жаром ответил на поцелуй. Гермиона даже не заметила, как оказалась у него на коленях. Всё происходило будто во сне. И ей на мгновение показалось, что это нереально. Единственным желанием было остаться здесь — да где угодно, не важно, — и провести время с ним. Как можно больше времени. Оторвавшись от него, она набрала в грудь побольше воздуха. — Это же по-настоящему? Я боюсь, что всё ещё сплю. Драко смотрел на неё серьёзным и понимающим взглядом, давая возможность всё осмыслить и принять. — Это по-настоящему, — уверенно произнёс он, успокаивая Гермиону лишь одним этим утверждением. Она кивнула, водя руками по его груди, скрытой чёрной рубашкой. — Кстати, как ты можешь спать? Разве тебе нужен сон? — Пока я поддерживаю в организме баланс своей крови и человеческой, всё хорошо. Моё тело функционирует как тело обычного человека. — Это интересно, — протянула Гермиона, начиная проводить исследование в своей голове. — Значит, ты спокойно можешь есть, пить и всё остальное? — Почти, — уныло хмыкнул Драко. — Вампиры не могут иметь детей. Для этого нужна энергия и химические элементы, которые умирают в теле, когда ты становишься вампиром. Гермиона немного смутилась, но вовремя поняла, что это естественно. Просто она ведёт себя как старая дева. — А ты хотел? Ну, я имею в виду детей. Драко пожал плечами и на секунду отвёл взгляд. На мгновение он потерялся в воспоминаниях, но его руки продолжали касаться её, как прежде. — Не знаю, честно. Я никогда об этом не думал. Я знал, что однажды мне придётся жениться и произвести на свет наследника, но не более. Гермиона кивнула, понимая, о чём он. — Конечно, когда умираешь в прямом смысле, начинаешь задумываться о многих вещах, но здесь… Я всё равно ничего не смогу изменить, даже если сильно захочу, так зачем издеваться над собой? — Ты прав. Прости, что спросила об этом. Драко улыбнулся ей и взял её руку в свою, поцеловав ладонь. Она покраснела от умиления и опустила глаза, боясь сгореть на месте от жара внутри себя. — Всё хорошо. Ты можешь спрашивать меня обо всём. Больше никаких секретов. Его слова придали ей смелости, и она снова поцеловала его, мечтая остаться в этом моменте навсегда. Если бы можно было заставить время исчезнуть или остановиться, чтобы быть с ним вечно… Она бы всё отдала ради этого. Но Драко отстранился и покачал головой. — Я тоже хочу продолжить, но нам нужно поговорить с Ноем, а потом вернуться в Орден. Она заскулила и упала боком на кровать. Драко рассмеялся и встал, приводя себя в порядок. Гермиона обняла его подушку и поглубже втянула запах парня, наблюдая за ним, пока он сосредоточенно пытался исправить беспорядок на голове. — Тебе идёт такой стиль, — сказала она. Драко оторвался от мутного зеркала, висящего на стене, и обратил на неё внимание. — О чём ты? — Ну, эта куртка и весь твой образ крутого парня… Это прям твоё. Очень тебе подходит. Драко лукаво улыбнулся и наклонился к ней, останавливаясь в миллиметре от её лица. — Тебя это заводит? — спросил он, походя на змея искусителя. Гермиона сглотнула и обняла его шею, встав на постели на колени. — Очень. Оказывается, у меня фетиш на плохих мальчиков. — Хм, это достаточно предсказуемо. Клише, не правда ли? — Не все клише плохие, некоторые из них очень даже… заманчивые. Драко уже потянулся к ней навстречу, но очередной детский визг заставил их всё-таки оторваться друг от друга. Он разочарованно вздохнул и взял свою куртку, накидывая на плечи. Гермиона вылезла из кровати и, покопавшись в своей сумочке, достала расчёску, чтобы попытаться укротить свои волосы хоть немного. Драко прислонился плечом к стене, прожигая её своими серыми глазами. Увидев, что он смотрит на неё, она покраснела. Опять. — Что? — поинтересовалась Гермиона, собирая свою копну в хвост. Драко поманил её к себе пальцем, и она послушно подошла к нему, желая вновь почувствовать его тепло и запах. — Дай мне, — он забрал у неё резинку и распустил большую часть волос. Собрав маленький хвостик, забрав в него пряди у лица, он остался доволен результатом. — Так лучше. — Серьёзно? — Да, мне нравятся твои волосы. Они такие же непокорные, как ты. Вот как он это делал? Одной фразой лишал её кислорода и всего рассудка. Когда она чуть не набросилась на него, Драко сделал шаг назад, ухмыльнувшись. — Дела не ждут. — Иди к чёрту! — фыркнула Гермиона, следом за ним покидая их временное пристанище, слыша его тихий смех.

***

— Но я не хочу ничего скрывать! — крикнула она, вырывая свою ладонь из его руки. Драко закатил глаза, проклиная её невыносимый характер. Он сжал пальцами переносицу, прося Мерлина дать ему побольше терпения и выдержки. — Грейнджер, так нужно. — Кому? — горячо спросила она, складывая руки на груди. Они снова ссорились в этом чёртовом лесу. Всё было хорошо, пока Драко не попросил её скрывать их отношения. Даже переговоры с Ноем прошли практически блестяще, но он взял и испортил всё. Перечеркнул все достижения одной фразой, разрушив магию момента. Гермиона не хотела драматизировать, но, как оказалось, делала именно это. — Грейнджер, если в Ордене узнают, у тебя будут проблемы, — Драко разговаривал с ней как с маленьким ребёнком, и ей это сильно не нравилось. — Пойми, так нужно. — Ты что, стыдишься отношений со мной? — ощетинилась Гермиона. Драко цокнул языком, зарываясь пальцами в волосы. Он уже плохо контролировал свои эмоции, начиная повышать голос, чего всегда старался избегать. Особенно с ней. — Мерлин, если кому из нас стыдиться наших отношений, то тебе. Забыла?! Я — мертвец! Гермиона вздрогнула от этого слова, но не смогла выдавить хоть что-то, потому что это была горькая правда. Драко тяжело вздохнул и более расслабленно посмотрел на неё, видя её непонимание и обиду. — Гермиона, — тихо сказал он, удивив её до ужаса. Она уставилась на него, как на восьмое чудо света. — Прошу тебя, доверься мне. Я понимаю, что тебе не хочется скрываться, но по-другому пока не получится. — Почему? Ты думаешь, что нашей связью могут воспользоваться? — Именно, — согласился Драко, замечая, как она сама начинает всё осознавать. — Кингсли и Грюм меня не переваривают. Как думаешь, что случится, когда они узнают о моей главной слабости? Ей, разумеется, польстило такое признание, но Гермиона сумела остановить своё сердце, которое едва не вырвалось из груди и не упало ему прямо в руки. — Ты прав, — с сожалением выдохнула она. — Но Гарри и Рон… Джинни… Неужели они могут?.. — Ты доверяешь своим друзьям, но они могут не оценить твоей привязанности ко мне, — Драко не пытался её в чём-то убедить. Он говорил исключительно правду. — Сама знаешь, как они отреагируют. Гермиона печально кивнула, уже видя осуждение и непонимание в их глазах. К тому же Рон думает, что она дала ему шанс, и об этом наверняка знают все остальные. Никто не поймёт её столь резкие изменения. Никто и не захочет. Все начнут подозревать Драко во внушении. Они могут навредить ему, даже потому, что хотят защитить её. И всё потому, что она ни с кем не делилась своими чувствами, предпочитая хранить их в секрете. Конечно, у неё были весьма логичные и разумные причины поступать именно так, но мальчики и остальные увидят в её молчании повод думать о Драко самое худшее. Гермиона зажмурилась, проклиная реальность, в которой они оказались. — Хорошо, — прошептала она. Драко прижал её к себе, обнимая. — Но я не хочу. — Знаю, я тоже. Но это только на время. Будем действовать по обстоятельствам. Она кивнула и сильнее стиснула его в своих руках, не желая раскрывать глаза и снова видеть ужасающую тучу из обвинений в предательстве и проклятий, нависшую над ними.

***

Гермиона кусала губы от волнения, не желая спускаться на завтрак. Она смотрела на своё отражение в зеркале и проклинала идею использовать Рона, чтобы заставить Драко ревновать. Конечно, план сработал, но имел множество неприятных последствий. И как их разгребать, она пока не представляла. Гермиона уверена, что, оказавшись на кухне, все будут пялиться на неё, ожидая, когда она подойдёт к Рону и поцелует его. Наверняка он сам будет этого ждать. Она тяжело вздохнула, качая головой. И как ей быть? Что говорить? Что делать? Вздрогнув от неожиданного стука в дверь её комнаты, она буквально подпрыгнула на месте. — Гермиона, ты идёшь? — спросила Джинни излишне бодрым голосом. И это не предвещало ничего хорошего. — Да, я… сейчас. Минутку! Джинни ушла, а Гермиона ещё сильнее запаниковала. Вчера они с Драко вернулись поздно, и ей удалось избежать всех вопросов, потому что почти все спали. Но сегодня… Сегодня её ждёт настоящий ад. Мерлин, помоги… Собравшись с силами, она вышла из комнаты и вялыми шагами спустилась вниз, сжимая кулаки от страха. Когда Гермиона оказалась на кухне, Гарри, Рон, Джинни, Молли и Фред с Джорджем уже были там. Они все улыбались ей так, словно она стала частью их большой, дружной семьи. Твою мать.. Сев напротив Гарри, Гермиона сглотнула ужас. Но тут произошло то, чего она так боялась. Рон прижался к ней и чмокнул в щёку. Она чуть не скривилась, но заставила себя натянуть улыбку. Противное чувство сковало горло, не давая возможности попросить отпустить её. Гермиона ненавидела оказываться в центре внимания, и, в данный момент, когда на неё пялились все друзья, она была готова спрыгнуть с моста, лишь бы избавиться от повышенного интереса к своей персоне. Молли счастливо вздохнула, ставя перед ней тарелку с овсянкой. — Ох, милые мои, ну наконец-то вы вместе! — воскликнула она. — Как мы долго этого ждали. — Особенно малыш Ронни, — буркнул Фред, за что получил свирепый взгляд от матери. Гермиона будто попала в свой кошмар. Она как немая рыба сидела и не могла пошевелиться. Всё уже решили за неё. — Поздравляю, — улыбнулся ей Гарри, касаясь её руки. Гермиона моргнула, чувствуя, как паника захватывает её с головой. Она не слышала окружающих, когда резко вскочила и убежала в своё убежище. Крыша встретила её прохладой, но на самом деле жутким холодом, и ей было всё равно. Гермиона упала на колени, ненавидя и себя, и всех, кто сидел внизу. Почему её никто не спросил, чего она хочет? Конечно, претензия была глупой, потому что она сама дала им повод думать, что её мечта — это стать женой Рона и нарожать десять рыжих детей. Но, чёрт, почему даже Джинни и Гарри не спросили у неё, всё ли нормально? Уверена ли она в своём решении попробовать отношения с Роном? Но об этом бесполезно думать. Уже ничего не изменить. Придётся решать проблемы, которые она сама же и создала. Другого выхода нет. Да. Пора перестать бегать. Пора действовать. Но она ничего не сделала. Просто спряталась в самом дальнем углу библиотеки, куда никто не заглядывал, и просидела там почти весь день. Даже ела она там, умоляя Кикимера принести ей что-нибудь перекусить. Старый эльф, разумеется, пару раз проклял её, — что было абсолютной нормой, — но просьбу выполнил. Гермиона листала какую-то книгу, даже не запомнив названия, и лихорадочно думала над своей дилеммой. К сожалению, в голове образовалась пустота. Как в вакууме. — Я весь день тебя ищу. Гермиона вздрогнула и посмотрела на того, кто так нагло побеспокоил её призрачный покой. Рон. Ну, естественно, кто же ещё. Она знала, что не должна злиться на него, но ничего не могла поделать. Потому что он обязан был поговорить сначала с ней, всё выяснить, а уже потом рассказать всем остальным про их несуществующие отношения. Это было глупо. И эгоистично. — Я хотела побыть одна, — бросила Гермиона, выползая из своего угла. Она поставила книгу на полку совсем не глядя и поспешила к выходу из комнаты. Но Рон поймал её за локоть, останавливая. — Эй, милая, подожди… — Не называй меня так! — моментально вспыхнула она, краснея от злости. — Прости, я просто подумал… — Рон выглядел действительно растерянным, и она не смогла долго кричать на него. Но злость никуда не ушла. — Разве мы не можем называть так друг друга? — Рон, пожалуйста, это… Тот поцелуй… он… — Ты же сказала, что готова дать мне шанс, — напомнил ей Рон, нахмурившись. Она поджала губы, в тысячный раз проклиная саму себя. Переступив с ноги на ногу, Грейнджер сглотнула панику и постаралась сосредоточиться на спокойном разговоре. — Да, но это… Это было не всерьёз, — всё-таки выдавила Гермиона, боясь посмотреть ему в глаза. Ведь знала, что увидит там боль, разочарование и ярость. — Это как? — достаточно грубо уточнил Рон. — Она пытается сказать тебе, Уизли, что ты ей не нужен, — Драко появился из-за угла с самодовольным выражением лица. И это значило, что он давно слушает их разговор. Ему в принципе не нужно было прилагать усилий, чтобы услышать их из-за своего вампирского слуха, но то, что он был рядом с самого начала, немного нервировало. Гермиона закатила глаза, не веря, что этот день может стать ещё хуже. — Закрой пасть, Малфой. Я разговариваю со своей девушкой, понятно? — ощетинился Рон. Драко хмыкнул и нагло приблизился к Гермионе. Она не успела остановить его, как в следующий момент он приподнял её лицо за подбородок и мягко прижался к её губам своими. Она честно не хотела отвечать, но тело откликнулось на его прикосновение и позорно капитулировало перед ним. Она послушно приоткрыла рот, чувствуя улыбку Драко. Но поцелуй был коротким, лишь способом доказать Рону, как сильно он заблуждался. Гермиона покраснела от смущения и стыда, слыша отголоски мыслей своего друга. — Видишь ли, Уизли, у нас с Грейнджер возникло недопонимание, которое благополучно разрешилось, — потешался Драко, а она не могла его успокоить. Не могла, а может, и не хотела. — Ты был рычагом, за который потянула Грейнджер, чтобы заставить меня кое-что осознать. — Что?.. — поражённо выдохнул Рон, всё ещё отказываясь верить в эту горькую правду. — Грейнджер моя, Уизли, — коварно, с ноткой наглости улыбнулся Драко, обнимая её. — Она никогда не хотела тебя, понимаешь? — Гермиона? — прошептал Рон, отчаянно пытаясь заглянуть ей в глаза. — Это правда? Она открывала и закрывала рот, не имея возможности заставить себя произнести хоть слово. Рон отшатнулся, пялясь на неё, как на настоящий кошмар наяву. — Прости… — лишь пробормотала она. Рон мотнул головой и практически убежал куда-то, оставляя их с Драко одних. Гермиона зажмурилась, чувствуя руки Малфоя на плечах. Она не злилась на него, потому что он сделал то, что должна была сделать она. Пусть это было грубее и жёстче, но Гермиона понимала, что иначе Рон бы не понял. Но ей было так паршиво внутри. Так плохо. Потому что она чувствовала себя дрянью. А может, она ею и была. Ей потребовалось около минуты, чтобы осознать произошедшее. Гермиона прикрыла веки, прекрасно помня выражение лица Рона и его ничем не прикрытую боль от предательства и обмана. Она хотела ударить себя, чтоб хоть как-то наказать, но в итоге просто стояла рядом с Драко, не имея возможности пошевелиться. — И зачем ты это сделал? — устало спросила Гермиона, смотря себе под ноги. У неё действительно не было никаких сил для пререканий. Она чувствовала себя такой слабой, словно из неё высосали душу. По-другому это, наверное, не описать. Драко, стоящий рядом с ней, снова обнял её за талию и притянул к своей груди. Он взял её за подбородок и вынудил посмотреть ему в глаза. — Ты сам говорил… — Я помню, но, видя, как он обхаживает тебя и называет своей девушкой, это… — Драко осёкся, и его глаза потемнели от злости и ревности. — Я едва не оторвал ему голову, — прорычал он. Гермиона фыркнула, вырываясь из его объятий. Она провела ладонями по волосам и собрала свои кудри у шеи, откинув голову назад. — Мне теперь конец… Драко встал у неё за спиной и с некоторой опаской опустил руки ей на плечи. Он уткнулся лбом ей в затылок, прикрыв веки. — Мне не жаль, — твёрдо сказал он, но затем добавил мягче и тише: — Но я не хотел, чтобы у тебя были проблемы. — Я не злюсь на тебя. На самом деле я сама виновата. Давно нужно было поговорить с ним, поставить точку, а я… Я просто трусиха, ведь знала, что этот разговор закончится тем, что я потеряю его. — Прости, — прошептал Драко, целуя её в макушку. Гермиона вяло улыбнулась и поняла, что больше не хочет находиться здесь. Всё на неё давило, особенно молчаливые стены, которые словно специально кричали ей о том, какая она чужая. Всегда и везде. Гермиона вздохнула, принимая решение. — Уведи меня отсюда, — попросила она, оборачиваясь. — Куда угодно, главное подальше. Драко нахмурился, но спустя мгновение кивнул, беря её за руку. Гермиона подумала о том, что стоит взять тёплую одежду, но Малфой просто снял с себя куртку и накинул ей на плечи. Она благодарно улыбнулась ему и закуталась в его вещь, наслаждаясь родным запахом. Не успела Гермиона произнести и слово, как он подхватил её на руки и пулей выскочил из дома в прямом смысле. Не прошло и минуты, как они оказались где-то в районе центрального Лондона. Опустив её на землю и давая ей пару мгновений на то, чтобы прийти в себя, Драко закинул руку ей на плечо и повёл куда-то по закоулкам. Гермиону ещё подташнивало от такого необычного способа передвижения, но с каждой секундой становилось всё легче. Когда они подошли к очередному многоэтажному дому, Драко толкнул дверь и пригласил её войти. Гермиона не знала, чего ждать, так что старалась не загадывать. Поднявшись на пятнадцатый этаж, они вышли в коридор, где пол был застелен тёмным ковролином, а стены выкрашены в приятный бежевый оттенок, и почти сразу же упёрлись в дверь квартиры под номером тринадцать. Как иронично. Драко открыл дверь ключом и снова позволил ей пройти первой. Гермиона ахнула от вида, который открывался ей из панорамных окон. Темза и все достопримечательности Лондона были перед ней. Она улыбалась, смотря на это великолепие, забыв спросить, где они, собственно, находятся. Драко же уже стоял за барной стойкой и готовил какой-то напиток. Придя в себя, она сняла его куртку и положила её на крышку шикарного и безумно дорогого фортепиано. — Где мы? — Это моя квартира, — легко ответил Драко, заканчивая приготавливать напиток. — Купил её через месяц после обращения. Гермиона задумчиво кивнула, наконец-то замечая многие мелочи. Куча видеокассет и магнитофон на комоде из красного дерева. Коробки из-под пиццы и роллов. Гранёные стаканы из-под виски и других крепких напитков. Холостяцкая берлога. Самое подходящее название. Тут не было ярких цветов или безвкусных элементов декора. Исключительно минимализм и тихая роскошь. Как раз в стиле Малфоя. Гермиона хмыкнула, догадываясь, что Драко любит порядок во всём, кроме места, где предпочитает отдыхать. Потому что, например, кухня была идеально чистой, в отличие от гостиной, где царил творческий бардак. — Спасибо, — сказала она, принимая тёплый напиток из рук парня. — А что это? — Умиротворяющий бальзам, но более мягкая и действующая формула, — объяснил Драко, хвалясь. — Моя собственная разработка. Она удивилась и послушно выпила бальзам. Вкус был как у какао с маршмеллоу. И эффект не заставил себя ждать. Уже через пару секунд Гермиона почувствовала невесомость и расслабленность. Драко подхватил её, когда она начала заваливаться на бок, и прижал к груди. Гермиона чмокнула его в шею, отчего он сглотнул, но просто проигнорировал её заигрывания и послушно отнёс в спальню, укрывая одеялом. — Спасибо тебе, — сонно пробормотала она, цепляясь за его руку. Драко поцеловал её в макушку и сжал ладонь. Он уже готов был уйти, но Гермиона упрямо потянула его к себе, настаивая на том, чтобы он лёг с ней. Малфой моментально сдался и обнял её со спины, заботливо целуя место за ухом. Гермиона окончательно отпустила контроль и провалилась в пустоту, наверное, ещё никогда так сладко и крепко не спав. А Драко просто был рядом, обнимая и сопя рядом с ней.

***

Гермиона сладко потянулась, чувствуя мягкие шёлковые простыни и матрас, в который провалилась всем телом. Она приподняла голову и оглянулась, вспоминая, как Драко привёл её к себе и дал возможность отоспаться. Улыбнувшись воспоминаниям, она встала и поправила рубашку, задравшуюся на животе. Драко обнаружился на кухне, что-то готовя. Там же работало радио, достаточно тихо, но его вампирский слух помогал вникать в услышанное даже при такой громкости. Гермиона прислонилась плечом к косяку двери, наблюдая за ним. Он впервые показался ей в обычной чёрной футболке и спортивных штанах. Драко выглядел таким домашним, с немного растрёпанными волосами, что у неё защемило в груди от чувств к нему. — Насмотрелась? — ехидно спросил он, поворачиваясь к ней лицом. Она покраснела, но гордо задрала подбородок и приблизилась к нему. Драко с самодовольной улыбкой закинул кухонное полотенце на плечо и сложил руки на груди. — Я всего лишь наблюдала, — протянула Гермиона. — Оценивала, так сказать. — И на какую оценку я потяну? — хмыкнул Драко, играя бровями, доводя её до бешенства за секунду. — Хм, думаю, пока на «удовлетворительно», — фыркнула Гермиона, садясь за стол, не притронувшись к Малфою, хотя руки буквально чесались от этого желания. — Что у нас на завтрак? — Блинчики, — гордо сказал Драко, ставя перед ней тарелку. — Я ненавижу блинчики, — Гермиона подняла на него раздражённый взгляд, игнорируя его веселье. — Эй, все любят блинчики! К тому же ты так говоришь только потому, что не пробовала мои, — он улыбнулся и подал ей карамельный сироп. Гермиона закатила глаза, стараясь не показывать, как сильно проголодалась. Конечно, она соврала про то, что не любит блины, но ей так сильно хотелось оставить его с носом, что пришлось изображать равнодушие. Хотя, честно сказать, она была в восторге. Во-первых, это чёртовы блины были великолепны. Она ещё никогда не ела ничего вкуснее. А во-вторых, ей ещё ни один мужчина не готовил завтрак. Уже только за это она была готова наброситься на него с весьма непристойными намерениями. Драко довольно ел свою порцию, вполуха слушая голос радиоведущего, изредка смотря в окна на туманный Альбион. Гермиона ёрзала на стула, не зная, как себя вести. Почему-то вчера такого вопроса не возникло у неё в голове, но сейчас она словно снова оказалась во времени, когда между ними были лишь бесконечные вопросы и напряжение. И Гермионе это не нравилось. — Грейнджер, ты, конечно, можешь мне не верить, но я чувствую твои мысли, — спокойно сказал Драко, убирая тарелки в раковину. Он опёрся руками о стол и приподнял брови. — Почему ты до сих пор сомневаешься в моих чувствах к тебе? — Дело не в этом, — понуро вздохнула она, подпирая подбородок кулаком. — Я просто не знаю, что делать. Я никогда не была в отношениях и мне кажется, что я всё делаю неправильно. Была бы хоть какая-то инструкция… Драко хрипло рассмеялся и, обойдя стол, встал возле неё. Развернув её к себе и взяв за руку, он мягко поцеловал её в лоб. — Я тоже не был в отношениях, так что сам не уверен, как и что правильно. Но мы можем разобраться вместе, что скажешь? Гермиона воодушевлённо кивнула и наконец-то сама поцеловала его, обнимая за шею. Драко выдохнул и углубил поцелуй, вкладывая в него всё то, что не мог сказать. И она чувствовала его нежность и трепетность в каждом движении и прикосновении к ней. Это так сильно умиляло, что было трудно дышать. Отстранившись от него, она облизала губы и не сдержала счастливую улыбку. — Постой, хочешь сказать, что это твои первые отношения? — До неё это только сейчас дошло. Драко усмехнулся, убирая волосы с её лица. — Какая ты умная… Она ударила его по плечу, и он заразительно засмеялся. Гермиона никогда не видела, чтобы он столько смеялся и улыбался. Драко в прямом смысле светился от счастья, и от мысли, что она является его источником, хотелось парить. — Да, Грейнджер. У меня ещё не было отношений. — А Пэнси? Он закатил глаза и цокнул языком, играясь с её кудрями. — Ну, я считал это дружбой с привилегиями, но она почему-то решила, что я просто боюсь сказать, как сильно люблю её. Пэнси распланировала нашу свадьбу и придумала имена детям. Гермиона даже не сдержала смешка из-за подобной абсурдности. — Я понимал, что она влюблена в меня, — Драко нахмурился. — Хотя, скорее, это просто была навязчивая идея. Она хотела быть не со мной, а с моей фамилией. Ей это было нужно, а не я сам. — Но ты всё равно с ней спал, — пожурила его Гермиона. — Грейнджер, мне было шестнадцать и мне предложили секс без обязательств. Как думаешь, многие парни отказались бы? Она лишь поджала губы, не желая признавать его правоту. — Хотя, наверное, стоит сказать, что мне всегда было не по себе от её прикосновений вне постели, — Драко выглядел действительно озадаченным. — То есть мне не нравилось, когда она трогала меня на людях. — Гарри рассказывал, что видел, как ты лежал у неё на коленях, а она перебирала твои волосы, — с нотками ревности припомнила Гермиона, пожимая плечами. — Ну, перед шестым курсом, когда он следил за тобой в поезде. — Это было прямо после первого секса в туалете, — фыркнул Драко. — Тогда я ещё не обращал на это внимания. Она недовольно скуксилась, и он моментально это заметил. Малфой притянул её к себе, обнимая за талию и утыкаясь своим лбом в её. — Для меня есть только ты. Это всё давно в прошлом. — Знаю, но… — Гермиона не верила, что становится ревнивой дурой, которая думает, что каждая девушка мечтает увести у неё парня. Но мысль, что он может принадлежать кому-то ещё… Нет, она не будет уходить в эти дебри. Бред какой-то. — Что? — Я просто такая неумёха в отношениях с людьми, — призналась Гермиона шёпотом. — Мне всегда тяжело сближаться с ними. То, что я подружилась с мальчиками — чудо. Не иначе. И я очень боюсь испортить всё с тобой. Драко склонил голову набок, заглядывая ей в глаза. — Я хочу тебя настоящую. Такую, какая ты есть. Временами неуклюжую, вредную, упрямую. Иногда чертовски невыносимую. Сильную, красивую. Слабую или неуверенную. Мне не нужна «идеальная ты». Просто будь собой. Она чуть не расплакалась от его слов. Заметив смену её настроения, он опустил ладонь ей на щёку, не понимая, что такого сказал. — В чём дело? — Ты первый, кто попросил быть меня настоящей. Все чего-то от меня ждут. Все. Я должна быть умной и смелой. Храброй и вечно всех спасающей. Но ещё никто не спросил меня о том, чего я хочу, понимаешь? Драко грустно улыбнулся, кивая. — Знакомое чувство. Я жил именно так до того, как умер. Гермиона всхлипнула и обняла его, спрятав лицо на мужской груди. Драко крепко стиснул её в своих руках, закрыв глаза. Пусть их разговор и был немного пессимистичным и печальным, но он был важным. Они поняли друг друга, а это значило так много для каждого из них. Весь оставшийся день они провели вдвоём, болтая обо всём на свете. Они вместе готовили ужин, спорили о правильном приготовлении некоторых зелий и постоянно подкалывали друг друга. И от того было так легко на душе, что никому из них не хотелось возвращаться в реальный мир за окном, где каждый будет осуждать их за счастье. Но выбора не было. Больше убежать не получится.