7. Пустота.

Когда Драко вышел из душа, чистый и, кажется, немного обновлённый, она вздохнула с облегчением. Он мягко улыбнулся ей, и только тогда она обратила внимание, что он в одном полотенце, которое могло легко соскользнуть с его бёдер. Но Драко, видимо, даже не подумал об этом, потому что спокойно подошёл к шкафу, начиная искать в нём свежую одежду. Но Гермиона, словно завороженная, подошла к нему и опустила ладони на сильную спину. Малфой застыл, не в силах пошевелиться. — Грейнджер? — его голос звучал неуверенно, но вместе с тем возбуждающе. Или она просто окончательно рехнулась. Гермиона погладила его лопатки и спустилась на талию, вдыхая его неповторимый запах, как наркоманка. Она задыхалась от проснувшегося желания и не знала, что делать. У неё ещё никогда такого не было. — Гермиона, прошу, перестань, — тихо попросил Драко, повесив голову. Она не видела, как побелели его пальцы, сжавшие дверцу шкафа. — Но я не хочу… Он резко обернулся, отчего она сделала несколько шагов назад и упёрлась ногами в кровать. Медленно опустившись на матрас, Гермиона с любопытством посмотрела ему в глаза. Которые уже стали чёрными. — Не надо, — Драко едва ли не умолял. — Разве ты не хочешь?.. — Нет! — отрезал он. Она моргнула. Воздух в лёгких закончился и стало трудно дышать. Драко зажмурился и покачал головой, когда понял, что именно сказал. — В смысле… Чёрт! — он провёл рукой по лицу, кажется, чувствуя себя идиотом. Да нет, не кажется. — Я просто боюсь тебе навредить, — уязвлённо прошептал он. — Мы уже обсуждали это, — твёрдо напомнила ему Гермиона, складывая руки на груди. От его отказа было невероятно больно. Драко закрыл глаза с поражением, но он уж точно не собирался сдаваться. — Грейнджер, я могу убить тебя в процессе. — Ну вот с чего ты это взял?! — возмутилась она, вскакивая на ноги. Они почти соприкасались носами. — Я не хочу проверять, — серьёзно сказал Драко, смотря ей в глаза. — А я хочу! Малфой фыркнул. — Ты хоть понимаешь, насколько сложно сдерживать себя во время секса? — он уставился на неё весьма саркастично. — Нет, не знаешь. Потому что ты девственница и обычный человек. — Откуда ты?.. — Брось, Грейнджер, — достаточно нежно хмыкнул Драко, видя её смущение. — Это не так сложно понять. Она поборола своё желание спрятаться и решительно приподняла подбородок. — Какая разница? Ты хочешь меня? — Грейнджер, — он закатил глаза. — Просто ответь. — Да! Да, чёрт возьми, я очень хочу тебя! И каждый раз, когда я целую тебя, мне приходится контролировать себя в два раза сильнее, потому что желание разорвать тебе шею тоже увеличивается в несколько раз! Драко задыхался, пока кричал. Он сжал пальцами переносицу, мечтая вернуть свои слова назад, но понимал, что лучше от этого не станет. А Гермиона осознала, что он, несмотря на свой страх потерять контроль, всё равно сейчас здесь. С ней. Может, это было эгоистично. Может, она просто спятила. Но Гермиона хотела показать ему, что он гораздо сильнее и способен контролировать себя всегда. Что он не причинит ей боли, даже если желание высосать всю её кровь будет непреодолимым. Поэтому она коснулась его лица, заставляя сосредоточиться на ней, а не на страхе, который буквально парализовал его. — Я хочу тебя, и я знаю, что ты справишься. Он уже готов был поспорить, но она поцеловала его, прямо говоря, что не отступит. — Грейнджер, я боюсь не справиться, — пробормотал Драко ей в губы, когда она на мгновение отстранилась. — Если я хоть что-то сделаю… Если я… — Я скажу, я буду говорить тебе обо всём, что чувствую, — пообещала Гермиона, снова его целуя. И Драко сдался. Он притянул её к себе и крепко обнял, не переставая целовать. Она ахнула, когда он сжал её ягодицы и начал поднимать собственную рубашку на женском теле, желая снять. Гермиона водила руками по его груди, наслаждаясь теплом его кожи и запахом, который уже въелся в её тело. Который стал её частью. Коснувшись пуговиц рубашки, Драко посмотрел ей в глаза, безмолвно спрашивая разрешения. Она кивнула с лёгкой улыбкой и зарылась пальцами в его волосы, не переставая целовать. Обхватив руками её грудь, он что-то пробормотал, поглаживая соски большими пальцами. Гермиона терялась от ощущений и чувств. Было так много, так много всего, но особенно — его. И ей это безумно нравилось. Драко окончательно избавил её от ненужной ткани и начал разглядывать её тело. Она хотела закрыться, но заставила себя стоять на месте и не шевелиться. На неё никогда так не смотрели, и это и пугало, и вызывало привыкание. — Ты потрясающая, — прошептал Драко, обнимая её и целуя. Она ощутимо расслабилась, на что он лишь усмехнулся, поражаясь, как она могла сомневаться в своей красоте. Подхватив девушку на руки, Драко аккуратно опустил её на кровать и лёг на неё сверху. Она потеряла способность дышать, когда почувствовала его возбуждение, скрытое влажным полотенцем. Драко же уткнулся ей в шею, лихорадочно борясь со своей сущностью. — Драко? — Я… Не могу… — сдавленно пробормотал он. — Посмотри на меня, — она осторожно взяла его лицо в ладони, не давая сбежать. Его глаза опять стали кровавыми, напоминая, о чём он говорил. — Пожалуйста, смотри на меня. На меня. Драко моргнул и до такой степени сжал руками простынь у её головы, что ткань лопнула. Она не обратила на это внимания, сосредоточившись только на нём. — Всё хорошо, я с тобой. — Грейнджер, я не смогу… — Сможешь. Я в тебя верю. Драко сглотнул и кивнул, медленно наклоняясь к ней. Она встретила его губы, не переставая прикасаться к его спине, плечам и рукам. Он целовал её, отдавая всего себя, молясь о том, чтобы не убить единственного дорогого ему человека в этом мире. Оторвавшись от его губ, Гермиона, стараясь не бояться и не думать, дёрнула его полотенце и бросила куда-то на пол, опуская глаза ниже. Драко усмехнулся её шоку и волнению, забыв о минутной потере контроля. Он развёл её бёдра и опустился между ними, касаясь чувствительного центра. Гермиона всхлипнула, совсем этого не ожидав. Она откинула голову назад, поражаясь, как на самом деле приятно, когда к тебе прикасается мужчина. Стянув с неё бельё, Драко гладил всё её тело, отчего она дрожала от желания. — Пожалуйста, — пробормотала Гермиона, обнимая его за шею. — Ты можешь… Ты… — Я понял, — Драко чмокнул её в висок, а потом вновь поцеловал, не давая начать бояться. Когда он начал входить, она ожидала жгучей боли, но было терпимо. Лёгкий дискомфорт и непривычное чувство давления. Вздохнув, Гермиона распахнула веки и увидела, как вены побежали по его лицу, забирая у неё человеческую часть Драко. Она прижалась своим лбом к его, не отрывая взгляда. — Я люблю тебя, — шептала она, зная, что он справится. Драко двигался размеренно, почти лениво, чтобы она привыкла. И чтобы не сорваться. Гермиона улыбнулась ему, уже не ощущая того, что чувствовала вначале. Она обхватила ногами его торс, и Драко чуть не свалился на неё от удивления и удовольствия. Его глаза снова стали настоящими. Он вернулся к ней, и она сильнее стиснула его в объятиях, до ужаса боясь потерять. Драко словно очнулся ото сна, делая более глубокие толчки, которые отзывались сладостью в теле обоих. Гермиона облизала губы, наконец-то чувствуя то, из-за чего людям так нравится секс. Теперь она понимала. Драко ускорился, прикасаясь к клитору. Гермиона закусила губу, сдерживая громкий стон. Он схватил её за запястья и прижал их к кровати, заставляя выставить напоказ всё тело. Не успела она покраснеть, как Малфой прикусил её сосок, вызывая странный импульс внизу живота. Гермиона стонала всё больше и громче, совсем не стыдясь этого. Разумеется, она знала, что в первый раз получить оргазм удаётся немногим, но то, что она испытывала сейчас, было ничуть не хуже. Драко сжимал её тело до приятной боли, и она подумала, что завтра точно увидит не один десяток синяков, но было плевать. Гермиона ахнула, когда он особенно сильно толкнулся в неё и застонал, на мгновение резко прижав её к постели. Малфой застыл, приходя в себя, пока она обнимала его ногами и руками, как обезьянка, не желая отпускать. Дышать было тяжело из-за мужского тела на ней, но Грейнджер только улыбалась, чувствуя, что всё наконец-то на своих местах. Она погладила его по волосам, закрывая глаза от счастья и усталости. Осторожно перевернувшись на бок, Драко притянул девушку к себе, водя рукой по её животу и бедру. Голова была абсолютно пустой. — Спасибо, что доверилась мне, — сказал Драко, смотря ей в глаза. — Ты даже не представляешь, сколько это значит для меня. Она улыбнулась и нежно поцеловала его, радуясь, что он убедился в её правоте. Гермиона закусила губу, чувствуя, какими липкими были бёдра, но ей не было противно. Но душ всё же стоило принять. — Я… Эм, мне нужно в ванную, — она покраснела, хоть и знала, что это ужасно глупо. Драко хмыкнул, но сдержал смех. Грейнджер была очень забавной, когда смущалась. Он кивнул и встал, подавая ей руку. Она нахмурилась, не понимая. — Помоемся вместе, — сказал он, нагло подхватывая её на руки. — Боже, Малфой! — она вскрикнула от неожиданности, но не стала сопротивляться. Ей нравилось. Драко поставил её на ноги в душевую кабину и отрегулировал температуру воды. Разглядывая его немногочисленные бутылочки на полке, она не заметила, как изменился его взгляд. — Ты единственная, кто верит в меня, — тихо произнёс он, прижимаясь к ней. Гермиона натурально растаяла и обняла Малфоя, зная, что никогда не оставит его. Потому что это нечто большее, чем просто чувства. Это связь, которая привязала их друг к другу навечно.

***

Лёжа рядом с Драко в постели, она думала только о том, что хочет провести с ним вечность. Или хотя бы столько времени, сколько возможно. Но Гермиона также помнила о Кингсли и своих неаккуратных словах, которые она позволила себе сказать. Позволила дерзость. Неповиновение. То, что не прощают. И если она и так уже не жилец, то Драко ещё может спасти. У него ещё есть шанс. — Драко? Он расслабленно ей улыбнулся, не переставая прикасаться к ней. То к волосам, то к плечам и талии. Его руки дарили ей умиротворение и защищённость. Те самые чувства, которые она так и не нашла в Роне. Он был для неё идеалом, её собственным, персональным. Тем мужчиной, которого она всегда втайне искала. Драко посмотрел ей в глаза и нахмурился, видя её волнение. — В чём дело? Гермиона закусила губу и легла на бок, сильнее прижимаясь грудью к его торсу. — Боюсь, скоро меня… Я могу неожиданно исчезнуть. — В смысле? Тебе поручили какое-то задание? — не понял Драко. — Нет, — горько усмехнулась она. — Совсем. Меня могут убить. Он моргнул, не понимая, что она имеет в виду. Лицо Драко сейчас давало ей всю информацию о нём и то, о чём он думает. Знала бы она, что когда-то сможет читать его как открытую книгу, то точно бы рассмеялась. — Это как? Что происходит? — заторможенно спросил Малфой. Гермиона вздохнула и села, прижимая тонкое одеяло к груди. Она убрала волосы на спину и посмотрела на свои руки, пытаясь подобрать слова, но язык будто стал свинцовым. Он перестал её слушаться. Драко оказался у неё за спиной и прижал к своей груди, и она оказалась в тёплом коконе. Это заставило её расклеиться и в полной мере осознать, что она натворила. — Я поссорилась с Кингсли, — прошептала Гермиона, радуясь, что хотя бы не плачет. — Я докладывала ему о результате нашей встречи, и он сказал, что ты нам больше не нужен. Что не представляешь ценности. И я рассердилась. Драко тяжело вздохнул и уткнулся лбом в её правую лопатку. — Грейнджер, зачем? — пробормотал он. — Я так давно хотела всё высказать ему, что не сдержалась. Я так разозлилась… Драко молчал ещё минуту, но потом развернул её к себе и заглянул в шоколадные глаза. Она утонула в его сером океане, забыв о трудностях и опасности за окном. — Ты не должна из-за меня рисковать жизнью, никогда, — начал Драко. Она открыла рот, чтобы поспорить, но он покачал головой. — Нет, Грейнджер. Я этого не стою. И моя жизнь тем более не равна твоей. — Не говори так… — Гермиона, не забывай, что я мёртв. В прямом смысле. И меня достаточно тяжело убить, поэтому его угрозы не стоит воспринимать так остро. Но если вопрос касается тебя, тогда нужно действовать. — Я тоже не хочу, чтобы ты был в опасности, — Гермиона провела ладонями по его плечам, наслаждаясь теплом и неповторимым запахом знакомого тела. — Ты важен для меня не меньше, чем я для тебя. Драко покачал головой, явно не согласный с этим утверждением. — И я хочу, чтобы ты пообещал мне, что не станешь оставаться здесь, если со мной что-то произойдёт. — Предлагаешь мне сбежать после своей гипотетической смерти? — грубо поинтересовался Драко, не контролируя свой желчный тон. Она не обратила на это внимания, зная, что ему просто не хочется говорить на столь щепетильную тему. — Пожалуйста, Драко, ты ведь столько хотел увидеть… — Мы не будем обсуждать это, — отрезал он. — Прошу тебя… — Блять, нет, Грейнджер! — едва ли не закричал Малфой, смотря на неё немного безумным взглядом. — Ты не умрёшь, это ясно тебе? А если это всё-таки случится, я убью весь твой чёртов Орден. Терять мне всё равно будет нечего, так что хоть немного развлекусь. Гермиона закатила глаза. Она видела его желание заткнуть её, и он это сделал, пусть и таким жестоким способом. Но, опять же, она знала, что Драко боится потерять её, поэтому превращается в конченого придурка. — Ты этого не сделаешь, — серьёзно сказала она. — Может быть, но чтобы узнать это, тебе нужно остаться живой, — прорычал он, приближая своё лицо к её. — Ты останешься со мной. Если потребуется, мы сбежим, слышишь? Куда ты хочешь? Север? Юг? Грейнджер, просто скажи, и мы уйдём. — Мы не можем сейчас уйти, ты привязан к клану, — с лёгким удивлением напомнила ему Гермиона. — Плевать! — фыркнул Драко. — Мы просто уедем. — Джон будет тебя искать, он не простит предательство. — Я что-нибудь придумаю, обещаю. Просто… Просто не бросай меня. Пожалуйста. Последнее слово прозвучало как молитва. Гермиона взяла его лицо в ладони и посмотрела ему в глаза, видя парализующий страх и желание забрать её и никогда не отпускать. И как же хорошо, что их мечты совпадали. — Хорошо, мы сбежим, — она улыбнулась, замечая, как в его глазах появляется облегчение. — Но я хочу попрощаться с мальчиками. — Как скажешь, — Драко тоже улыбнулся, что лишь подтверждало, что напряжение почти отпустило его. — Где бы ты хотела побывать? — Пусть будет Америка. Начнём с чего-нибудь предсказуемого, — она села к нему на колени, уносясь в мечты. — Я хочу посмотреть Большой каньон. А потом Бразилия. — Всё, что хочешь, — прошептал Драко и поцеловал её, скрепляя их обещание друг другу.

***

Она не могла уйти от него сейчас. Это казалось настоящим преступлением, за которое обязательно посадят в тюрьму любого адекватного человека. Гермиона лежала на мятой постели напротив него, разглядывая тёмные брови и длинные ресницы, втайне завидуя таким выразительным ресницам. Она смотрела на его аристократичный нос и аккуратные губы, в меру пухлые, по-мужски красивые и мягкие. На платиновые волосы, подавляя жгучее желание прикоснуться к ним и убрать чёлку с глаз, чтобы та не мешала ему. Она никогда не задумывалась о том, насколько любовь к кому-то меняет наше представление о внешности в принципе. Конечно, мы всегда можем с уверенностью сказать, красив тот или иной человек или нет. Но когда ты влюбляешься, то начинаешь замечать мелочи, которые ранее не бросались в глаза, и тогда видишь красоту в вещах, где её изначально даже не было. Гермиона помнит, что не понимала желания женщин носить одежду любимого мужчины, но сейчас она обожала свитера и рубашки Драко, особенно когда он специально отдавал их ей. Она готова была дышать его запахом постоянно. И теперь совсем не стеснялась этого. Она помнит, как скептично относилась к мысли делить с кем-то кровать и всё остальное личное пространство, но сейчас ей хотелось валяться в постели с Драко вечность и никуда не вылезать. Она мечтала жить вместе с ним в его квартире, которая стала ей роднее, чем любая комната на Гриммо. И это только те мелочи, что первыми пришли ей в голову. На самом деле их было гораздо больше. На самом деле она видела красоту в каждом его движении. Видела его характер и привычки даже тогда, когда Малфой ничего не делал. Когда он просто спал или сидел рядом с ней на диване. Ведь именно наши привычки многое говорят о нас, просто мы не обращаем на них должного внимания, находя тысячи отговорок и оправданий, чтобы закрыть глаза на очевидные вещи. Гермиона положила ладонь себе под щёку и мимолётно улыбнулась, видя, как Драко начинает просыпаться после бессонной ночи. Она, разумеется, тоже устала, но тех нескольких часов, что потратила на сон, ей с лихвой хватило. А Малфой пережил нечто кошмарное и гораздо более чудовищное, чем неприятный разговор с начальником. Он убивал вампиров, сражаясь за свою жизнь и чужие интересы. Когда он медленно и словно нехотя поднял веки, Гермиона сильнее прижалась к нему, желая урвать лишнее бессознательное прикосновение. Они и раньше спали вместе, но всего пару раз, но даже тогда Драко прижимал её к себе, всё ещё находясь одной ногой в царстве Морфея. Увидев, что теперь он с улыбкой и блеском в глазах смотрит на неё, Гермиона вытянула шею и мягко прикоснулась своими губами к его. Он ответил на поцелуй, зарываясь рукой в её волосы, нежно массируя ей голову. Чёртовы бабочки, что всегда ей казались выдумкой и просто детской сказкой, вспорхнули и защекотали все внутренности, возбуждаясь от мысли, что она лежит голая в его постели, и в любой момент Драко может опустить руки ниже талии. Это действительно взбудоражило до невозможности. Оторвавшись от её губ, Драко улыбнулся, накручивая кудряшку на палец, походя на ребёнка, получившего самой дорогой подарок на свете. — У тебя хорошее настроение, — заметила Гермиона, поглаживая его щёки и подбородок. Драко хмыкнул и снова коротко поцеловал её, не переставая касаться женского тела. — Ты здесь после ночи, проведённой вместе, — довольно прошептал Малфой, целуя её в лоб. — Так почему я должен грустить, м? Гермиона смущённо засмеялась, подтягивая ногу на его бедре повыше. Она не задумывалась, как плотно они переплетены, пока не почувствовала его возбуждение. Подняв робкий взгляд на Драко, она покраснела. — Ох. Драко заразительно улыбнулся и перевернул её на спину, оказываясь сверху. Гермиона ничуть не возражала — она была только рада его игривому настроению, но потом в голову вернулись воспоминания вчерашнего разговора не только с Кингсли, но и с самим Драко, и вся радость пошла на убыль. Заметив, как она начинает хмуриться, Драко мягко провёл большим пальцем по её лбу, разглаживая морщинку. Она хмыкнула, опуская веки. — Всё хорошо? — тихо поинтересовался Малфой, возвращаясь на свою половину кровати. Он опустил руку ей на талию, нежно поглаживая шелковистую кожу. Гермиона вздохнула, проклиная свои мысли и возникшие картинки в голове именно в тот момент, когда она меньше всего этого хотела. Когда же им удастся нормально и по-человечески отдохнуть от всего кошмара, что преследовал их обоих уже столько времени? Она не знала. — Я просто представила, что нас ждёт сегодня, — нехотя поделилась Гермиона, мечтая забыть о реальности за окном. Драко молча смотрел на неё, догадываясь, что это ещё не всё, что она хотела ему сказать. И оказался прав. — Просто… — Гермиона осеклась, ковыряя кутикулу на среднем пальце правой руки. — Иногда мне кажется, что всё хорошо, понимаешь? Что нет никаких проблем. Что я просто приукрашиваю или вообще всё выдумываю, но потом… Потом я открываю глаза или говорю с кем-то и понимаю, что нет, это правда. Это по-настоящему. И становится так тошно, будто я годами обманывала саму себя. Она усмехнулась, поражаясь, как ей удаётся заморачиваться из-за таких мелких проблем, в то время как Драко борется с вещами, серьёзнее, чем у многих других. — Это нормально, — спокойно сказал Драко. — Честно, Грейнджер. Это абсолютно нормально, что ты устала жить в вечном напряжении. Любой устанет. Это не делает тебя плохим человеком или неблагодарным. Ты просто нуждаешься в хорошем отдыхе. Как и все мы. Гермиона грустно улыбнулась, опуская ладонь ему на грудь, туда, где размеренно билось сердце. Драко сжал её руку, и она обратила внимание на кольцо на его безымянном пальце, которое всегда было с ним, хотя он никогда про него ничего не говорил. И она решила спросить. — Что это за кольцо? Ты всегда его носишь. Драко слегка нахмурился и поднял руку, чтобы взглянуть на предмет её вопроса. Он молчал совсем недолго, но Гермионе это время показалось чуть ли не вечностью. — Это кольцо — реликвия рода Малфоев, — тихо и робко произнёс Драко, так, будто сам не верил, что начал говорить об этом. — Оно есть у каждого наследника. У каждого оно индивидуальное. Его делают на заказ, когда ребёнку исполняется четырнадцать. Ты всегда должен носить его, потому что считается, что оно приносит удачу и благополучие, а также защищает продолжение рода в твоём лице. Он замолчал, внимательно разглядывая перстень с семейным гербом своего рода, а потом горько усмехнулся, вспоминая, где сейчас находится. — Ну, смело можно сказать, что это чушь собачья, ведь я умер, когда оно было на мне. — Такое кольцо было у каждого твоего предка? — спросила Гермиона, беря его за руку, чтобы получше увидеть все детали перстня. — Да, как я и сказал, его выполняли для всех наследников на заказ. После того как мужчина женился, он надевал это кольцо на другую руку, а обручальное начинал носить, где положено. — Это очень интересно. Драко фыркнул, явно думая иначе. — Это как посмотреть. — Почему ты всё ещё носишь его? Из-за семьи? Он сел, прислонившись к изголовью кровати. Гермиона присоединилась к нему, продолжая наблюдать за лицом Драко. — И да, и нет, — пробормотал Малфой, вертя перстень на пальце. — Теперь это моё кольцо от солнца. Она нахмурилась, не понимая, что он имеет в виду, и Драко поспешил разъяснить. — Вампиры ведь не могут находиться на солнце. Поэтому те вампиры, что обитают в особняке Джона, сидят там практически безвылазно. Они могут покидать лес только ночью, чем и пользуются. Такая роскошь, как прогулка днём, доступна немногим. — И как ты заслужил эту роскошь? Драко прикусил губу, не желая делиться с ней подробностями. Гермиона терпеливо ждала, уже не раз замечая, с какой неохотой Малфой делился с ней рассказами о своей жизни вампира. Она могла только догадываться, почему он так себя ведёт. — Одна ведьма помогла мне. Как правило, волшебники, даже зная о существовании вампиров, обходят их стороной. Но есть те, кто иногда помогает нам, — Драко мельком посмотрел на неё, а затем весело хмыкнул. — Ну, за определённую плату, разумеется. — То есть на кольцо накладывают заклинание, которое позволяет вампиру спокойно находиться на солнце? — удивлённо уточнила Гермиона, находясь под впечатлением. — Да, и не обязательно, чтобы это было именно кольцо. Подходит любое украшение из золота или серебра. Но оно должно нести в себе смысл. Что-то ценное для вампира. Гермиона прищурилась, видя в этом заклинании интерес. Ей действительно было жутко любопытно. Весь тот мир, что раньше существовал для неё только в сказках и чужих рассказах, теперь был перед ней, и это вызывало необъяснимый трепет. Оказывается, она ещё столького не знала. Драко, увидев её загорающиеся от жажды знаний глаза, лишь улыбнулся, радуясь самому факту того, что Грейнджер по-прежнему оставалась собой. Поэтому он притянул её к себе, помогая устроиться на коленях. Гермиона удобно расположилась на нём и обняла его за шею, не в силах скрыть свою лучезарную улыбку. — Что ещё тебе хочется узнать? — заговорщическим тоном поинтересовался Драко, касаясь её бёдер и талии практически невесомо, лишь кончиками пальцев. Она наклонилась к нему и замерла в миллиметре от его губ, наслаждаясь, как стремительно стали расширяться зрачки парня, поглощая серую радужку. — Всё, что ты готов мне рассказать. Драко закатил глаза и повалил её на кровать, намереваясь заняться кое-чем другим, пока не настало время прощаться и расходиться по своим делам. Гермиона не была против, так что притянула его к себе и с удовольствием поцеловала, стараясь растянуть каждую минуту, надеясь продлить мгновения счастья на столько времени, насколько это было возможно.

***

— Гермиона, тебя искал Кингсли, — сказал Гарри, поймав её, когда она начала собирать свои немногочисленные вещи на площади Гриммо. Она удивилась, но кивнула. Гарри ушёл, и она подумала, что тогда попрощается с ним чуть позже. Спустившись на первый этаж и пройдя дальше по коридору, Гермиона вошла в знакомое помещение, где царила какая-то странная атмосфера. Но она не успела проанализировать это, потому что Кингсли поставил перед ней коробку. — Это нужно передать Джону, — бросил он, не смотря на неё. — Мне без разницы, кто из вас с Малфоем сделает это, но она должна быть доставлена сегодня. — Что там? — То, что придётся ему по душе, — хмыкнул мужчина и оставил её одну с вопросами в голове. Гермиона взяла коробку и подняла крышку. Там лежал какой-то свёрток. Она нахмурилась, но не стала разворачивать его. Вздохнув, она отправила Драко патронус и стала собираться.

***

— Тебе не кажется странным, что Кингсли отправляет какую-то посылку Джону? — Драко никак не мог оставить этот вопрос, задав его уже, наверное, в десятый раз. — Не знаю, но, может, это значит, что я немного преувеличила трагедию? — улыбнулась ему Гермиона, держа его за руку. — Вдруг он остыл? — Подозрительно всё это, — буркнул Драко, но перестал копаться в столь сложной ситуации. Когда они вошли в дом клана вампиров, сразу стало тише. Конечно, так было почти всегда, но сейчас Гермиона буквально чувствовала, как спина начинает кровоточить от излишне жутких взглядов. Войдя в кабинет Джона, они с Драко переглянулись. Джон стоял у стеллажа с книгами и задумчиво листал какой-то древний фолиант, не обращая на них внимания. — Джон, Кингсли просил передать тебе посылку, — Драко поставил коробку ему на стол и замер, ожидая его реакции. — Драко, милый мой, подскажи, что должны делать вампиры в моём клане? — как бы между делом спросил Джон с улыбкой на лице. С пугающей и вызывающей зуд под кожей улыбкой. Гермиона сглотнула, окончательно поняв, что чувствовала здесь. Что чувствовала на Гриммо. Что-то случилось. И они оказались прямо в центре событий. Прямо в мышеловке. Которая вот-вот захлопнется. Драко нахмурился. — Заботиться друг о друге. Потому что больше у нас никого нет. — Верно! — воскликнул Джон, закрывая книгу. — Верно, именно так. Но если ты знаешь это правило, то почему нарушил его? — Что? Когда я его нарушил? — Драко ощутимо напрягся, инстинктивно заслоняя собой Гермиону. Она сжала палочку в руке, боясь пошевелиться. Джон оскалился и склонил голову набок. Он медленно, будто находился на охоте, делал шаг за шагом, надвигаясь как предугаданный и кровавый кошмар. — Скажи, куда пропал Мэйсон? Драко в шоке уставился на него, не ожидав подобного вопроса. — Мэйсон пропал? — севшим голосом спросил он. — Именно. Мой лучший агент и ищейка, — пробормотал Джон. — Забавно, ведь именно его я дал вам в помощь. Драко сглотнул и незаметно для Джона махнул рукой, подавая ей знак бежать. Гермиона переступила с ноги на ногу, видя, что может сейчас произойти. Она не хотела бросать Драко, но прекрасно понимала, что в борьбе с вампиром от неё не будет толку. — И что же у нас здесь? — спросил Джон, медленно открывая посылку от Кингсли. Когда он зашуршал обёрткой, она уже знала, что они там обнаружат. Инстинкт самосохранения вопил на неё, крича изо всех сил, напоминая, как она ничтожна против столь мощного и непредсказуемого противника. Джон усмехнулся и продемонстрировал им мужскую руку с огромным перстнем на безымянном пальце. — Ох, Мэйсон, — вздохнул Джон и рассмеялся. — Грейнджер, беги! — лишь успел крикнуть Драко, давая ей возможность сбежать. Но Джон знал, что он так поступит, поэтому оказался перед Малфоем быстрее, чем тот успел понять. Жуткий хруст заставил её оцепенеть. Драко упал на пол без чувств. Его шея была свёрнута. А Джон уже шёл на неё. Гермиона попятилась, направляя на него палочку. — Инсендио! — крикнула она, но заклинание в прямом смысле отскочило от вампира. — Остолбеней! Джон сделал движение и схватил её за шею, прижав к стене. Она не брыкалась, ведь знала, что это бесполезно. — Я оценил подарок Ордена, но, знаешь, я не сомневаюсь, что вы случайно выполнили роль гонца с плохими новостями. Джон повернул её голову влево, а потом вправо, разглядывая. — Уверен, вы очень сильно кому-то насолили, но, увы, это уже не мои проблемы. Он улыбнулся ей, а затем наступила темнота.

***

Драко очнулся первым. Стоило ему оглянуться и понять, что они в лесу, как он тут же подбежал к ней и взял на руки. — Грейнджер? Гермиона, ты слышишь меня? Она медленно открыла глаза, щурясь от солнца, которое слишком резко ударило по зрачкам. Повернув голову, она уткнулась носом ему в грудь, пытаясь собрать разум воедино, но он упорно уплывал от неё на неспокойных волнах, будто боялся вернуться на берег. — Боже, что произошло? — хрипло спросила она. Драко помог ей встать на ноги и осмотрел со всех сторон. — Не знаю, мы каким-то образом очнулись здесь. Что последнее ты помнишь? — Джон говорил со мной, а потом пустота, — ответила Гермиона, не веря, что их так просто отпустили. Драко тоже не верил. Это было написано у него на лице. Но он позволил себе секунду на то, чтобы быстро поцеловать её и, взяв за руку, повёл прочь из этого проклятого леса. — Ты собрала вещи? — Почти, осталось совсем чуть-чуть, — с лёгкой усталостью улыбнулась Гермиона, крепко сжимая его руку. Но стоило им приблизиться к границе, которая означала окончание владений Джона, как они услышали шорох веток над головами. Драко поднял голову, и на них кто-то упал. Грейнджер оказалась в руках Джона моментально. Малфой поднял руки, сдаваясь. Всё происходило слишком быстро, сверхъестественно быстро. Но он умел оценивать силы и преимущество противника, и сейчас видел, что самый дорогой человек для него находится в лапах врага. — Джон, прошу тебя, отпусти её, — умолял Драко, замечая, что мужчина держит Гермиону за шею так, словно хочет свернуть её. — Прошу тебя. Я сделаю всё, что угодно. Только отпусти её. — Ты меня разочаровал, Драко, — цокнул языком Джон, наслаждаясь их общим страхом. — Я доверял тебе. Даже согласился помочь этому проклятому Ордену. И что я получил взамен? Предательство. — Я не предавал тебя! — с ужасом закричал Драко, не представляя, чем всё может закончится. — Ты собирался это сделать, — Джон хмыкнул, ликуя из-за его замешательства. — Ты планировал сбежать с этой ведьмой. Хотел начать всё с чистого листа. И не стоит забывать, что Мэйсон мёртв. — Я не убивал его! — снова крикнул Драко, паникуя. Гермиона не двигалась. Она лишь смотрела на Драко, понимая, что сейчас ей не вырваться из хватки Джона. Любой вариант закончится её смертью, кроме того, где он сам отпускает её. — Может, и нет. Но он мёртв. И это факт. А ты знаешь, как сильно я не люблю терять ценные кадры. Джон убрал волосы Гермионы ей за спину и улыбнулся Малфою. — Ты уже пробовал её кровь? Интересно, она такая же сладкая, как и её хозяйка? — Джон, пожалуйста, отпусти её, — Драко сделал шаг к ним, но мужчина сильнее надавил Гермионе на шею, и Малфой отступил. — Я не подойду, клянусь. Просто… Дай ей уйти. Она тут ни при чём. — Разумеется, я это знаю, — улыбнулся Джон. — Но она дорога тебе. А это меняет всё. Ведь именно то, что мы любим, нас уничтожает. И в следующий момент он взял и свернул Грейнджер шею у него на глазах. Гермиона упала безвольной куклой ему под ноги, а он и не поморщился. — Счастливых вечных страданий, Драко, — пропел Джон и исчез. А Малфой тихо опустился на колени, смотря на Гермиону. Она не двигалась. Не моргала. Не дышала. Он до последнего надеялся, что это просто сон. Что ему показалось. Но Грейнджер всё не просыпалась. Не вставала. И тогда он понял, что его прежняя боль — лишь жалкая, ничтожная пыль. Ведь то, что он чувствовал сейчас, не описать ни одним словом. Он был пустым. Полностью и окончательно.