Часть 27 «Начало»

Господин Кан обвёл присутствующих долгим взглядом и спокойно произнёс: — Господа… прошу всех глав семей пройти в зал Совета,—он сделал небольшую паузу,— Наследники остаются здесь.Обсуждение, которое состоится дальше, предназначено только для тех, кто уже несёт ответственность за свои кланы. Главы семей один за другим поднялись со своих мест.Ким Ёнсу направился к высоким дубовым дверям. Отец Джэхена тоже сделал несколько шагов вперёд. Проходя мимо сына, он лишь на мгновение задержался возле него и негромко произнёс: — Не скучай. И присмотри за девочками. — Хорошо, отец,—Джэхен спокойно кивнул. Ким Ёнсу, проходя мимо Чонгука и Тэхёна, тоже остановился.Он внимательно посмотрел сначала на старшего сына.Потом на младшего. — Не создавайте проблем. — Когда это мы…,—Тэхен едва усмехнулся Но договорить не успел.Отец уже ушёл. Тяжёлые двери зала Совета начали медленно закрываться. Молодые наследники постепенно собирались небольшими компаниями. Кто-то тихо переговаривался, кто-то наливал себе шампанское,кто-то рассматривал старинные картины на стенах. Однако взгляды всё равно время от времени возвращались к семье Кан.Ведь сегодня весь вечер принадлежал именно им. Ари стояла возле огромного панорамного окна, из которого открывался вид на внутренний сад. Вечер уже окончательно опустился на территорию особняка.Каменные дорожки освещались старинными фонарями, а в небольшом пруду отражалась луна. Всё вокруг выглядело настолько спокойно, что трудно было поверить: всего в нескольких метрах за закрытыми дверями сейчас решались вопросы, от которых зависели судьбы целых семей. — Устала? Тихий голос заставил Ари повернуть голову.Рядом уже стоял Джэхен.Он держал в руках два бокала с минеральной водой. — Я подумал, что шампанское сейчас не самая лучшая идея,—он протянул один ей. Ари улыбнулась. — Спасибо,—она сделала небольшой глоток и тихо выдохнула,— Если честно… мне до сих пор кажется, что это всё какой-то сон. Джэхен облокотился на подоконник рядом. — Привыкнешь. Она тихо усмехнулась. — Мне кажется, к такому невозможно привыкнуть. Он посмотрел в окно. — Можно. Ненадолго между ними снова повисла тишина. Джэхен первым нарушил её. — Я ведь говорил тебе однажды…,—он повернулся к Ари,— Что однажды ты многое поймёшь. Она медленно кивнула. — Теперь понимаю, о чём ты тогда говорил. — Злишься? Ари задумалась.Потом покачала головой. — Нет…,—она опустила взгляд на бокал,— Просто немного обидно. — За что? — За то, что ты всё это время знал… а я даже не подозревала. Джэхен тихо улыбнулся. — Это была не моя тайна, Ари. Он говорил спокойно.Без оправданий.Без попытки объяснить больше положенного. — Если бы я рассказал раньше…я бы предал доверие твоего дедушки. Ари посмотрела ему прямо в глаза. И вдруг поняла, что не может на него злиться.Совсем.

***

В другом конце зала Чонгук стоял рядом с Тэхёном, но почти не слышал, о чём тот говорил.Его взгляд снова и снова возвращался к окну.Туда, где сейчас разговаривали Ари и Джэхен. Тэхён заметил это почти сразу. — Даже не пытайся делать вид, что тебе всё равно,—он тихо усмехнулся Чонгук тяжело выдохнул. — Я и не пытаюсь. — Тогда перестань так смотреть. — Как? Тэхён ненадолго задумался. — Будто сейчас разобьёшь окно. Чонгук невольно усмехнулся.Совсем чуть-чуть. — Настолько заметно? — Только для меня. Тэхён положил руку брату на плечо. — Послушай…,—он говорил уже без привычных шуток,— Не накручивай себя раньше времени. Чонгук медленно покачал головой. — Дело не в этом. — Тогда в чём? Чонгук долго молчал. Настолько долго, что Тэхён уже решил не ждать ответа.Но вдруг услышал тихий голос брата. — Он знает её лучше. Тэхён посмотрел на него. — И? — Он знает её семью.Знает,все про нее.Он был рядом тогда, когда меня ещё даже не существовало в её жизни. Чонгук опустил взгляд.На несколько секунд его голос стал совсем тихим. — А я…,—он слабо усмехнулся,— Я только сейчас понял, что даже не знаю, что она любит. Тэхён ничего не ответил.Иногда человеку не нужны советы.Иногда ему нужно просто договорить свою мысль до конца. — Я всё время думал, что мы становимся ближе…,—Чонгук продолжил почти шёпотом,— А оказывается,между нами всё это время стояла целая жизнь, о которой я ничего не знал. Тэхён слегка сжал его плечо. — Зато теперь знаешь. Чонгук медленно поднял глаза. — Нет,теперь я только понял… Сколько ещё мне предстоит узнать. Тем временем Джин, Намджун, Юнги и Хосок стояли чуть в стороне.Юнги, как обычно, молча наблюдал за всем происходящим.Первым заговорил Джин. — Забавно. Намджун вопросительно посмотрел на него. — Что именно? — Мы столько времени думали, что знаем этих девчонок. Он улыбнулся. — А сегодня выяснилось, что не знали вообще ничего. В эту секунду взгляд Юнги случайно остановился на старинной фотографии, висевшей на противоположной стене.Он сделал несколько шагов ближе.Прищурился. — Ребята… Его голос прозвучал необычно серьёзно.Все сразу повернулись к нему. — Подойдите. Джин первым оказался рядом.Следом Намджун.Потом остальные.На огромной фотографии, сделанной много лет назад, стояли главы Совета семей прошлого поколения.Совсем молодые. Улыбающиеся.Сильные. В центре — молодой господин Кан. Справа от него — его сын. Слева — отец Джэхена.А чуть позади… Молодая женщина с длинными волосами.Та самая.Мама Ари. Но внимание Юнги привлекло вовсе не это.Его палец медленно остановился ещё на одном человеке.Высоком мужчине, стоявшем в самом конце фотографии. — Странно…,—тихо произнёс он,— Почему его лицо…закрыто чёрной лентой? В этот момент за их спинами раздался спокойный голос Джэхена. — Потому что… Он тоже посмотрел на фотографию.Его улыбка исчезла. — Его официально считают предателем Совета. Именно после этих слов улыбки исчезли с лиц всех присутствующих. Потому что даже спустя годы в этом доме имя предателя не произносили вслух. Его просто вычёркивали из истории.Тэхён ещё несколько секунд смотрел на старую фотографию, словно пытался запомнить каждое лицо. Вокруг картины постепенно собрались и другие наследники. Кто-то тихо обсуждал историю Совета, кто-то пытался вспомнить фамилии людей, изображённых на снимке. Разговоры были негромкими, сдержанными. Здесь никто не повышал голос. Каждый понимал, что стены этого дома помнят гораздо больше, чем могут рассказать. Тэхён медленно сделал шаг в сторону и остановился возле другой картины — огромного полотна, изображавшего первого главу семьи Кан. Картина была написана так искусно, что создавалось впечатление, будто мужчина вот-вот переведёт взгляд на любого, кто слишком долго будет на него смотреть. — Красиво, правда?,—тихий женский голос прозвучал совсем рядом. Тэхён даже не повернул головы.Он сразу узнал её.Соён.Она подошла так естественно, будто её действительно заинтересовала картина. Остановилась рядом, сохранив между ними небольшое расстояние. Со стороны всё выглядело совершенно невинно. Двое молодых наследников рассматривают старое полотно — ничего необычного.Именно так и должно было выглядеть. В этом зале находились наследники почти всех влиятельных семей.Лишние взгляды были ни к чему. Тэхён только сейчас медленно повернул голову.На лице появилась едва заметная улыбка. — Очень. Он снова посмотрел на картину. — Хотя сейчас мне интереснее совсем не она. — Я догадываюсь,—Соён тихо усмехнулась Несколько секунд они оба молчали, делая вид, что внимательно рассматривают мазки старого художника.Лишь убедившись, что рядом никого нет, Тэхён совсем тихо спросил: — Почему ты ничего не рассказала? Соён сразу поняла, о чём он. Она медленно опустила взгляд.Пальцы осторожно коснулись юбки — Потому что не могла. Тэхён нахмурился. — Не могла…или не хотела? Соён тяжело выдохнула.Потом очень спокойно ответила: — Мы сами ничего не знали. Эти слова заставили Тэхёна посмотреть на неё внимательнее. — Что? Она кивнула. — Правда,—её голос звучал настолько искренне, что он сразу понял — она не врёт,— Мы с Ари… и братом узнали обо всём всего две-три недели назад. Тэхён удивлённо замер. — Серьезно? — Да. Она слабо улыбнулась. — Представляешь наше состояние? Тэхён невольно усмехнулся. — Теперь представляю. Соён снова перевела взгляд на картину. — Когда дедушка впервые приехал к нам домой… он всё рассказал. Она ненадолго замолчала.Будто вновь переживая тот вечер. — А потом…,—она тихо продолжила,— Он сразу предупредил.Если хоть один человек узнает об этом раньше времени начнутся разговоры.Начнутся вопросы.Начнутся чужие игры. Она посмотрела прямо перед собой. — Поэтому он запретил рассказывать абсолютно кому-либо. Тэхён медленно кивнул.Теперь многое становилось понятным.Все эти странности.Домашний арест.Постоянные запреты матери.Та напряжённость, которую он иногда замечал в глазах Ари. Соён тихо улыбнулась. — Думаешь, легко было молчать? Он посмотрел на неё.Она впервые за весь вечер выглядела не наследницей великой семьи.А обычной девчонкой. Уставшей хранить слишком большую тайну. — Особенно…,—она едва слышно рассмеялась,— Когда Сонми каждый день придумывала новые теории, почему мама нас никуда не отпускает. Тэхён тоже тихо засмеялся. — Да,она бы сейчас умерла от любопытства. Соён кивнула. — Именно поэтому ей тоже нельзя было ничего говорить. На несколько секунд между ними снова воцарилась тишина.Не неловкая. Наоборот.Очень спокойная.Такая, которая появляется только между людьми, рядом с которыми не нужно искать слова. — Знаешь… Соён вопросительно посмотрела на него. — Что? — Ты сейчас совсем не похожа на ту Соён, которая спорила со мной из-за мороженого. Она тихо фыркнула. — Потому что ты тогда специально выбрал вкус, который я люблю. — Конечно специально. — Несносный. — Упрямая. Она покачала головой, пряча улыбку. — Мы вообще-то в серьёзном месте. — А ты всё равно улыбаешься. Она хотела что-то ответить, но в этот момент их разговор прервал негромкий голос. — Так вот где вы. Оба одновременно обернулись.К ним неторопливо подходил Джин, и выглядел так, словно совершенно случайно оказался рядом.Но Тэхён слишком хорошо знал друга,чтобы поверить в такие совпадения.Джин остановился возле них, перевёл взгляд с картины на Соён, потом на Тэхёна.И, сделав вид, что внимательно рассматривает полотно, с совершенно невозмутимым выражением лица произнёс: — Великолепная картина.Особенно интересно наблюдать… как некоторые любуются ею уже минут десять. Соён мгновенно опустила взгляд, пытаясь скрыть улыбку.Тэхён тихо кашлянул. — Хён… — М-м? — Иногда лучше молчать. Джин сделал задумчивый вид. — Согласен,но тогда было бы скучно. Соён всё-таки не выдержала и тихо рассмеялась.Этот смех прозвучал так легко и искренне, что даже Джин на мгновение улыбнулся. Она вновь посмотрела на картину, будто именно ради неё и подошла сюда. Джин понимающе усмехнулся, сделал ещё один глоток шампанского и, слегка похлопав Тэхёна по плечу, негромко произнёс: — Не переживай. Пока только я заметил. Тэхён вопросительно поднял бровь. — Пока? — Ну конечно. Ты думаешь, в этом доме только охрана умеет наблюдать? Он усмехнулся ещё шире. — Здесь каждый второй читает людей лучше, чем книги. С этими словами Джин спокойно ушёл к Намджуну и Юнги, оставив их вдвоём. Тэхён тихо покачал головой. — Иногда мне кажется, что он знает обо мне даже то, чего не знаю я сам. Соён негромко рассмеялась. В другом конце зала Ари продолжала разговаривать с Джэхеном. Их беседа текла спокойно, без напряжения. Джэхен рассказывал какую-то историю из своего детства, связанную с этим особняком, а Ари слушала с неподдельным интересом.В этот момент тяжёлые двери зала Совета неожиданно приоткрылись.Разговоры стихли сами собой. Все взгляды одновременно устремились в ту сторону.Первым из дверей вышел один из старших помощников господина Кана. Он выглядел абсолютно спокойно. Но выражение его лица было настолько серьёзным, что улыбки исчезли даже у самых разговорчивых наследников. Следом начали выходить главы семей. Один за другим.Каждый выглядел задумчивее, чем час назад.Некоторые молча переговаривались между собой. Другие сразу направлялись к своим детям.Ким Ёнсу вышел почти последним. Его лицо невозможно было прочитать. Отец Джэхена тоже выглядел непривычно сосредоточенным.Он обменялся коротким взглядом с господином Каном, который появился в дверях последним. Старик медленно обвёл взглядом весь зал.На этот раз в его глазах не было той тёплой улыбки, с которой он представлял свою семью.Теперь перед ними снова стоял глава Совета.Человек, чьё слово могло изменить судьбу любого присутствующего.Он сделал всего один шаг вперёд. И спокойно произнёс: — Благодарю всех за терпение.Есть решение, которое касается каждой семьи, находящейся в этом зале. Постепенно напряжение, державшее в тисках весь особняк последние часы, начало понемногу отпускать. Тяжёлые двери зала Совета остались позади, и огромный холл вновь наполнился приглушёнными разговорами. Главы семей обменивались последними словами, благодарили друг друга за вечер, договаривались о будущих встречах. Всё происходило спокойно, почти торжественно. Но за этой внешней вежливостью скрывалось то, что невозможно было увидеть со стороны. Каждый из присутствующих уже прокручивал в голове решения, принятые за закрытыми дверями. Каждый понимал, что сегодняшний вечер станет новой точкой отсчёта.Брат Ари и Соён, Минджун как старший наследник семьи Кан, вместе с несколькими помощниками провожал гостей к выходу. Он уверенно общался с главами других семей, принимал благодарности, отвечал на рукопожатия. Казалось, ещё совсем недавно он был обычным студентом последнего курса, а сегодня уже выглядел человеком, которому однажды предстоит занять место своего деда.Возле широких окон остались стоять господин Кан, его дочь и девочки.Ари незаметно выдохнула. Ноги уже начинали уставать от каблуков, но она продолжала держать спину идеально ровно. Мама лишь однажды посмотрела на неё и едва заметно улыбнулась. Этот взгляд говорил больше любых слов. И Ари почувствовала, что действительно справляется.В этот момент к ним направился Ким Ёнсу.Рядом с ним шли Тэхён и Чонгук. Все трое выглядели безупречно спокойно, но внутри каждого происходило что-то своё.Чонгук ощущал, как сердце почему-то начинает биться быстрее с каждым шагом.Тэхён украдкой посмотрел на Соён. Она тоже заметила его. Но лишь на одно мгновение.Сразу после этого её лицо вновь стало совершенно спокойным.Так было правильно. Так требовал этот вечер.Подойдя ближе, Ким Ёнсу первым слегка поклонился господину Кану. — Господин Кан,благодарю вас за сегодняшний вечер.Это была честь. Господин Кан спокойно протянул ему руку.Мужчины обменялись крепким рукопожатием. — Благодарю, господин Ким.Рад, что вы смогли приехать. Ким Ёнсу слегка улыбнулся. — И… позвольте еще раз поздравить вас.После стольких лет…Ваша семья снова вместе. На лице старика появилась тёплая, почти незаметная улыбка.Совсем не такая, какую видели главы семей.Это была улыбка обычного дедушки. — Спасибо.Это действительно дорогой для меня день. После этого Ким Ёнсу повернулся к маме девочек.Он уважительно наклонил голову. — Госпожа Кан,рад снова видеть вас. Мама спокойно протянула ему руку. — Благодарю, господин Ким. Они обменялись рукопожатием.Без лишних слов.Люди их положения понимали друг друга и так. Потом Ким Ёнсу перевёл взгляд на девушек.Несмотря на то что он давно был знаком с Ари и Соён совсем в другой обстановке, сейчас всё происходило согласно этикету. Соён первой слегка поклонилась.И протянула руку. — Господин Ким,рада была познакомиться. Он мягко пожал её руку. — Взаимно. Следом шагнула Ари.Она тоже спокойно протянула ладонь. — Благодарю за сегодняшний вечер. Ким Ёнсу посмотрел ей прямо в глаза. И снова увидел ту самую девушку, которая совсем недавно сидела возле кровати его сына в больнице.Ему вдруг стало странно.Будто существовали две совершенно разные Ари.Одна — наследница семьи Кан.Другая — студентка, которая краснела, когда смеялась.Он очень мягко пожал её руку. — Надеюсь, мы ещё увидимся. Ари едва заметно улыбнулась. — Думаю,обязательно. Чонгук, стоявший рядом, услышал эти слова.И сам не понял, почему внутри стало чуть теплее.Ким Ёнсу сделал полшага назад.Положил ладонь на плечо Тэхёна. — Господин Кан,позвольте представить моих сыновей.Старший, Тэхен Тэхён сразу сделал шаг вперёд. Глубоко поклонился. — Для меня большая честь познакомиться с вами лично. Господин Кан внимательно посмотрел на молодого человека.Его взгляд был спокойным.Но слишком внимательным.Словно он видел человека насквозь.Потом едва заметно кивнул. — Наслышан о вас.Хорошо учитесь. Тэхён улыбнулся. — Стараюсь. —Мой младший сын Чонгук Следующим вперёд вышел Чонгук.Он поклонился так же уважительно. — Для меня также большая честь познакомиться с вами. Господин Кан медленно перевёл взгляд на младшего сына Ким Ёнсу.Несколько секунд молчал.Настолько долго, что даже Чонгук почувствовал лёгкое напряжение. Старик словно изучал его.Запоминал.Оценивал.И лишь потом спокойно протянул руку. — Рад знакомству. Чонгук осторожно пожал её. — Взаимно. Господин Кан отпустил его руку, но взгляд не отвёл.А потом…совершенно неожиданно произнёс: — Красивые у вас сыновья, господин Ким. Ким Ёнсу едва заметно улыбнулся. — Благодарю,они моя гордость. Старик медленно кивнул.Затем, будто случайно, перевёл взгляд на Ари.Потом на Соён.После этого снова посмотрел на Ким Ёнсу. И совершенно спокойным голосом спросил: — Скажите,когда ваши сыновья планируют жениться? Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что воздух вокруг будто застыл.Тэхён медленно повернул голову к дедушке. Чонгук тоже поднял глаза.На лице Ари на мгновение исчезло всякое выражение.Соён едва заметно напряглась.Мама сохранила полное спокойствие, хотя прекрасно понимала, что её отец сейчас делает.Он проверял.Всех. Ким Ёнсу негромко усмехнулся. — Боюсь…об этом они пока не думали. Господин Кан медленно покачал головой. — Жаль,—он произнёс это так спокойно, будто говорил о погоде,— В их возрасте время летит очень быстро.Иногда молодые люди слишком долго выбираютА потом оказывается, что выбор уже сделал кто-то другой. На этот раз он ненадолго задержал взгляд на парнях, всего одно мгновение.Почти незаметное.Но мама сразу поняла смысл этих слов.Дедушка говорил вовсе не о браке.Он напоминал всем присутствующим одну простую истину. Наследники таких семей редко принадлежат только самим себе. Чонгук тоже уловил этот взгляд,впервые за весь вечер почувствовал странное, тяжёлое чувство, будто между ним и Ари только что выросла невидимая стена. Он ещё не знал, насколько высокой она окажется.Но почему-то уже сейчас был готов искать способ её преодолеть.Господин Кан ещё несколько секунд спокойно смотрел на Ким Ёнсу. На его лице не было ни улыбки, ни строгости — лишь та невозмутимость, которой обладали люди, привыкшие одним словом менять ход разговора. Ким Ёнсу уже собирался вежливо попрощаться, как старик неожиданно вновь заговорил. Его голос звучал ровно, без нажима, словно он говорил о совершенно обычных вещах. — Хотя…,—он сделал небольшую паузу, переведя взгляд сначала на Ари, потом на Соён,—Мне, признаться, сейчас приходится думать совсем о другом. Ким Ёнсу вопросительно посмотрел на него. — О чём же? Господин Кан слегка опёрся на трость. — О будущем моих внучек. Он произнёс это спокойно.Слишком спокойно. — Уже начинаю подбирать им достойных женихов. Тишина. Казалось, в одно мгновение исчезли все посторонние звуки.Улыбка медленно сошла с лица Тэхёна. Чонгук даже не сразу понял смысл услышанного.А когда понял… Пальцы сами собой медленно сжались в кулак.Ари почувствовала, как внутри всё оборвалось.Она резко подняла глаза на дедушку. Соён тоже растерянно посмотрела на него.Они не ожидали этого.Совсем. Даже мама едва заметно повернула голову к отцу. Она знала его слишком хорошо. Он никогда не говорил ничего просто так. Каждая его фраза была либо предупреждением, либо проверкой. Ким Ёнсу, сохраняя внешнее спокойствие, негромко улыбнулся. — В таком случае… им очень повезло с дедушкой. Господин Кан ответил лёгким кивком. — Возможно,но в подобных семьях чувства никогда не должны идти впереди ответственности. Он произнёс это так буднично, словно говорил давно известную истину. — Мужчина, который однажды станет рядом с одной из моих внучек.Должен быть достоин не только её.Он должен быть достоин нашей фамилии. Тэхён незаметно посмотрел на Соён. Она стояла неподвижно.Только её пальцы крепче сжали маленький клатч. Чонгук смотрел исключительно на дедушку.Внутри поднималось странное чувство.Он не мог назвать его ревностью. Это было что-то гораздо тяжелее. Будто ему только что напомнили, что мир, в котором жила Ари, совсем не похож на тот, к которому он привык.Господин Кан неожиданно перевёл взгляд прямо на Чонгука.Их глаза встретились.Всего на несколько секунд.Но этого оказалось достаточно.Старик увидел всё. И тревогу.И упрямство.И желание возразить.Он едва заметно прищурился. А затем совершенно спокойно отвёл взгляд, словно ничего не произошло. Мама Ари первой нарушила повисшую тишину. — Отец… Она мягко улыбнулась. — Девочки ещё совсем молоды.У них впереди университет.Экзамены.Жизнь. Господин Кан посмотрел на дочь. — Именно поэтому я сказал.Начинаю подбирать.А не выдаю замуж завтра. В его голосе прозвучала лёгкая усмешка. Напряжение вокруг немного ослабло. Даже Ким Ёнсу тихо рассмеялся. — Значит, у молодых людей ещё есть время. Старик тоже позволил себе едва заметную улыбку. — Время… Он медленно повторил это слово. — Самая дорогая вещь, которую люди обычно тратят впустую. После этих слов он вновь перевёл взгляд на Ари.Она смотрела на него, не скрывая растерянности.Дедушка ответил ей очень коротким, почти незаметным взглядом.В этом взгляде не было жестокости. Только немой вопрос: «Ты понимаешь, частью какого мира теперь стала?» Ари ничего не ответила. Но впервые за весь вечер по-настоящему ощутила вес своей фамилии.

***

Фары скользнули по аккуратно подстриженным деревьям, осветили широкую каменную дорожку и погасли.Во дворе воцарилась привычная вечерняя тишина, но внутри автомобиля она так и не наступила. За всю дорогу Ким Ёнсу не произнёс ни слова. Он сидел, глядя в окно, и лишь сильнее сжимал пальцы на набалдашнике своей трости. Его лицо оставалось непроницаемым, но Тэхён слишком хорошо знал отца. Чем спокойнее он выглядел снаружи, тем сильнее бушевал внутри.Машина остановилась перед главным входом.Не дожидаясь, пока водитель откроет дверь, Ким Ёнсу сам вышел наружу. Быстрым, уверенным шагом он поднялся по лестнице, распахнул двери особняка и сразу направился вглубь дома.Даже не остановился.Даже не посмотрел по сторонам.В просторном холле его уже ждали жена и младшая дочь.Они сразу поняли, что произошло что-то серьёзное. — Дорогой?.. Но мужчина словно не услышал.Не ответив ни слова, он прошёл мимо них и скрылся в коридоре, ведущем к кабинету. Женщина удивлённо посмотрела ему вслед, затем перевела взгляд на сыновей. Чонгук уже быстрым шагом направился вслед за отцом. — Чонгук,—она окликнула его. Парень остановился лишь на мгновение. Даже не обернулся. — Мам,потом. И снова пошёл дальше. Тэхён тоже сделал шаг вперёд, но неожиданно почувствовал, как мать крепко взяла его за руку.Он обернулся. Она внимательно смотрела ему в глаза. — Что произошло? Тэхён тяжело выдохнул.Он понимал, что скрывать уже бессмысленно. Совсем тихо произнёс: — Ари…и Соён… Он ненадолго замолчал.Будто сам до сих пор не мог привыкнуть к этим словам. — Они оказались внучками господина Кана. Женщина застыла.Даже дочь рядом удивлённо посмотрела на брата. — Что?.. Тэхён лишь коротко кивнул. — Потом всё расскажу. Он мягко освободил руку и быстрым шагом направился вслед за Чонгуком.Дверь кабинета оказалась приоткрыта.Изнутри не доносилось ни единого слова.Тэхён осторожно толкнул её.Кабинет встретил их тяжёлой тишиной. Ким Ёнсу стоял возле огромного окна.Потом резко развернулся.Сделал несколько шагов.Снова повернулся.И опять пошёл в другую сторону.Он буквально ходил из угла в угол.Так происходило всегда, когда он был по-настоящему зол. Чонгук и Тэхён молча переглянулись.Не говоря ни слова, они сели на небольшой кожаный диван.Никто из них не рискнул первым начать разговор.Прошла почти минута.И вдруг… Ким Ёнсу резко ударил ладонью по столу. Звук эхом разнёсся по кабинету. — Старый ублюдок! — голос отца гремел, как раскат грома в тесной пещере. —Чтоб его черти в аду драли! Он расхаживал по ковру, врезая каблуки в ворс так, будто топтал лицо невидимого врага. Чонгук и Тэхен молча опустились на диванчик — кожа под ними жалобно скрипнула, словно предупреждая: сейчас будет худо. — Этот гнилой хер, этот старый пидарас,— отец рубанул воздух ладонью. Он зло усмехнулся. — Чёртов манипулятор… Тэхён и Чонгук одновременно подняли головы.Они никогда… Никогда не слышали, чтобы отец так выражался.Особенно говоря о другом главе семьи.Ким Ёнсу тяжело выдохнул, снова прошёлся по кабинету. — Старый лис,всю жизнь играет людьми. И ведь делает это так, что никто даже не замечает. Он нервно провёл рукой по волосам.Даже во время самых серьёзных переговоров тот всегда сохранял холодный рассудок. Но сейчас…Его действительно вывели из себя. Тэхён всё-таки решился нарушить молчание. — Отец… Ким Ёнсу остановился.Медленно повернулся к сыновьям. — Что? — Что он вообще имел в виду?,—Тэхен говорил спокойно, хотя внутри напряжение только росло,— Когда начал спрашивать о том, когда мы собираемся жениться.И потом,когда сказал, что уже выбирает женихов для своих внучек.Почему он вообще завёл этот разговор? Ким Ёнсу несколько секунд молчал.Потом тяжело опустился в кресло.Потёр переносицу.Будто пытался успокоиться.Но злость никуда не исчезла.Он медленно поднял глаза на сыновей. — Потому что,он хотел, чтобы вы услышали это. Чонгук нахмурился. — Услышали что? Ким Ёнсу невесело усмехнулся. — Что вы не ровня этим девочкам. В кабинете стало тихо.Настолько тихо, что было слышно, как где-то за окном шелестят деревья. Тэхён не поверил своим ушам. — Что? Отец спокойно продолжил. — Именно это он и сказал.Только… Не словами.Такие люди никогда не говорят прямо.Они говорят намёками. Чтобы собеседник сам сделал вывод. Он посмотрел сначала на старшего сына. Потом на младшего. — Сегодня он очень вежливо дал понять… Что его внучки принадлежат совсем другому уровню.Другому миру.Другой власти. Чонгук медленно сжал кулаки. — Но мы… — Нет. Ким Ёнсу резко перебил его. — Не перебивай. Его голос снова стал жёстким. — Ты сейчас думаешь о деньгах?О положении?О фамилии?Это всё ерунда. Он поднялся. Подошёл к огромной книжной полке. — Вы не понимаете,еще кто он такой.Господин Кан — не просто какой-то дед с деньгами. Он — тень. У него связи в таких кругах, что наша семья для него — грязь под ногтями. А эти девочки… они не просто внучки. Они — единственные наследницы целой империи. Империю,которую строил его прадед крови.И теперь он будет выбирать тех, кому позволит стать частью своей семьи. Ким Ёнсу резко повернулся к сыновьям. — И поверьте мне.Он никогда не позволит сделать этот выбор сердцу.Только расчёту.Только выгоде.Только власти. Чонгук молчал.Но внутри всё болезненно сжималось.Перед глазами снова возникла Ари.Её улыбка.Смех.Все моменты, которые казались такими простыми.Теперь вдруг приобрели совсем другой смысл. Ким Ёнсу внимательно посмотрел на младшего сына.Слишком внимательно.Он видел этот взгляд.Видел, как Чонгук сжимает кулаки.Видел, как упрямо молчит.И именно это заставило его тяжело вздохнуть. — Чонгук,не смей. Чонгук поднял глаза. — Что? — Не смей влюбляться в эту девочку. Эти слова прозвучали так спокойно, что стали страшнее любого крика. — Потому что, если однажды господин Кан поймёт, что между вами есть чувства.Он не станет кричать.Не станет угрожать.Он просто выберет для неё другого.И сделает это с такой лёгкостью, будто переставит шахматную фигуру на одну клетку. Ким Ёнсу на несколько секунд замолчал. Потом тихо, почти самому себе, добавил: — А самое страшное… я не уверен, что даже я смогу этому помешать. В кабинете стало так тихо, что, казалось, даже часы на стене перестали отсчитывать время. Никто не шевелился.Тэхён сидел, опершись локтями на колени, и переводил взгляд то на отца, то на младшего брата. Он впервые видел, чтобы отец говорил настолько откровенно. Без намёков. Без привычной дипломатии. Просто как отец, который уже видит беду, но пока не знает, как её остановить.Чонгук продолжал смотреть в пол. Прошла секунда. Вторая. Третья. И вдруг он медленно поднял голову. В его глазах больше не было растерянности.Только спокойствие.Странное.Очень взрослое спокойствие.Он посмотрел прямо на отца. И негромко произнёс: — Поздно. Ким Ёнсу не сразу понял смысл этих двух слов. — Что? Чонгук едва заметно улыбнулся.Но улыбка получилась слишком грустной. — Уже поздно. Он отвёл взгляд к окну.За стеклом медленно покачивались ветви деревьев.Ночь окончательно опустилась на город. — Ты сказал…не влюбляться в неё,—он тихо усмехнулся,— Если бы это было так просто.Я бы с радостью послушал тебя. Тэхён медленно повернулся к брату. Он впервые слышал, чтобы Чонгук настолько открыто говорил о своих чувствах.Без привычных шуток.Без попыток всё скрыть. Чонгук продолжал говорить спокойно. Будто наконец перестал убегать от самого себя. — Наверное,случилось гораздо раньше, чем я сам понял.Когда она сидела рядом со мной в больнице.Когда ругалась за то, что я не слушаю врачей.Когда испугалась, что мне снова стало плохо. Когда смеялась на море… Он невольно улыбнулся, вспоминая тот вечер. — Или,может быть,ещё раньше.Когда впервые посмотрела на меня своими голубыми и такими манящими глазами так.Будто я для неё просто очередной человек. Он тяжело выдохнул. — Не знаю.Правда не знаю,но одно знаю точно. Он снова встретился взглядом с отцом. — Назад уже не получится. Ким Ёнсу молча смотрел на сына. В его глазах промелькнуло что-то похожее на сожаление.Потом он медленно опустился обратно в кресло.Усталость, которую он скрывал весь вечер, вдруг стала слишком заметной. Он тихо потер лицо ладонью. — Именно этого я и боялся. В кабинете снова повисла тишина.На этот раз её нарушил Тэхён.Он медленно поднялся с дивана.Подошёл ближе к брату.Положил руку ему на плечо. — Дурак. Чонгук тихо усмехнулся. — Сам знаю. — Нет. Тэхён покачал головой. — Не поэтому. Он улыбнулся совсем немного. — А потому что молчал всё это время. Я ведь спрашивал тебя,нравится она тебе или нет. Чонгук опустил голову. — Тогда,я ещё надеялся, что это просто симпатия. Тэхён коротко рассмеялся. — Надеялся…вот только глаза тебя давно выдавали. Ким Ёнсу медленно поднял взгляд на сыновей.Его голос уже не звучал раздражённо.Теперь в нём слышалась только тяжесть прожитых лет. — Послушай меня внимательно, Чонгук. Парень сразу посмотрел на отца. — Я не запрещаю тебе любить,хотя и сам не в восторге от всего этого с самого начала, я и говорил, и предупреждал но, любовь не появляется по приказу. И не исчезает по приказу.Если бы люди могли выбирать, кого любить…Мир был бы гораздо проще,—он сделал небольшую паузу,— Но ты должен понимать… Любить девушку,и бороться за девушку из семьи Кан…Это две совершенно разные вещи. Он медленно поднялся.Подошёл к окну. Несколько секунд молча смотрел в темноту. Потом тихо добавил: — Ты сейчас собираешься идти не против дедушки.Не против меня.Не против её семьи.Ты собираешься однажды бросить вызов всему миру, в котором она теперь навсегда.И этот мир, не прощает ошибок. Чонгук тоже поднялся.Он подошёл к окну и остановился рядом с отцом.Их отражения появились в тёмном стекле.Совсем разные.Но сейчас удивительно похожие.Он долго молчал. А потом спокойно сказал: — Тогда я стану человеком.Которому этот мир не сможет отказать. Ким Ёнсу медленно повернул голову к сыну.Впервые за весь вечер в его глазах промелькнула едва заметная улыбка.Грустная.Почти незаметная.Он слишком хорошо знал своего младшего сына.Если Чонгук произносил подобные слова таким голосом…Значит, он уже принял решение.И переубедить его теперь не сможет никто.