Библиотека

В библиотеке царила тишина, пахло пергаментом и свечным воском. Ученики сгрудились по углам, готовясь к контрольным. Вальбурга Крэбб со своей неизменной высокомерной ухмылкой спорила с Друэллой Розье о том, кто красивее написал эссе для Слизнорта. Эйлин Принс сидела одна, тихо чертила в тетради руны. У стола у окна близнецы Прюэтты весело шептались, явно готовя какую-то пакость. Септимус Уизли, склонившись рядом с Цендреллой, помогал ей разбирать сложное заклинание. Миртл Уоррен, бродя между рядами, пыталась завести разговор хоть с кем-то, но все отмахивались. Хагрид, с трудом умещаясь за столом, боролся с огромным учебником. Арабелла вошла тихо, будто тень, и скользнула взглядом по залу. Её глаза задержались на сестре — та сидела плечом к плечу с Уизли и смеялась над какой-то его ремаркой. Серебряные глаза Арабеллы на миг смягчились. Но за дальним столом её уже ждал Том Риддл. — Какая удача, — сказал он мягко, когда она приблизилась. — Я как раз надеялся поговорить с тобой. Арабелла опустилась напротив, не отводя взгляда. — И о чём же? — О тебе, — его улыбка была тонкой. — Ты слишком выделяешься. А Хогвартс не любит тех, кто светит слишком ярко. — Ты боишься света, Том? — её голос звенел холодом. — Я умею его направлять, — он подался вперёд. — И тьму тоже. Друэлла Розье, словно почувствовав напряжение, вмешалась: — Арабелла, это правда, что ты уложила Сигнуса и Ориона разом? — Видела бы ты их лица, — вставила Вальбурга с ехидством. Сигнус, сидевший с Лестрейнджами, вскинулся: — Замолчите! Арабелла бросила на них ледяной взгляд: — Дело семьи. И я не позволю вам его обсуждать. Толпа быстро рассеялась, но Том не отводил глаз. — Видишь? Даже твои победы делают тебя уязвимой. Но уязвимость можно превратить в оружие, если знать как. Он наклонился ближе: — Вместе мы могли бы стать непобедимыми. Арабелла поднялась, серебряные глаза блеснули: — Я не ищу покровителей. И направилась к полке за книгой, оставив Тома в полумраке, улыбающегося своей терпеливой, опасной улыбкой.