Отцовская тень

Тишина в квартире Кирилла после моей догадки стала звенящей. Он не ответил сразу, его взгляд стал острым, аналитическим. Он достал ноутбук, и его пальцы застучали по клавиатуре с новой целью. — Белова... Беляев, — бормотал он себе под нос. — Слишком похоже, чтобы быть случайностью. Ищем связь. Я сидела, сжимая стакан с водой, и пыталась собрать в голове новую картину. Аня. Спокойная, умная Аня, которая могла часами что-то читать или рисовать. Она редко говорила об отце. Только то, что он уехал, когда она была маленькой, и они с матерью почти не общались. Я всегда думала, это из-за ссоры или новой семьи. А если причина была глубже? — Марта, — Кирилл прервал мои мысли. Его голос был сдержанным, но в нем слышалось напряжение. — Отчество Ани — Ивановна, верно? Я кивнула. —Да, Анна Ивановна Белова. — Так вот, — он повернул экран ноутбука ко мне. — В архивах загса есть запись о рождении Анны Ивановны Беловой. Мать — Ирина Ивановна Белова. Отец... — он сделал паузу для драматизма, — не указан. В графе стоит прочерк. У меня перехватило дыхание. —Но ее мать замужем не была? — Нет. По крайней мере, на тот момент. А теперь смотри сюда. — Он переключил вкладку. — Запись о браке Ирины Ивановны Беловой и человека по имени Игорь Беляев. Дата — через три года после рождения Ани. Получалось, Игорь Беляев женился на матери Ани, когда девочке было три года. Но был ли он ее отцом? И почему тогда в свидетельстве о рождении стоял прочерк? — Они развелись, когда Ане было лет семь, — продолжил Кирилл, изучая данные. — После этого Беляев исчез из всех официальных баз. А Ирина Ивановна обратно вернула себе девичью фамилию — Белова. Получается, Аня носила фамилию матери изначально. Все это было странно и запутанно. Но факт оставался фактом: отчимом Ани был тот самый Игорь Беляев, напарник моего отца по той самой краже. И Аня, возможно, знала об этом. Или догадывалась. — Она что-то искала, — прошептала я, глядя на Кирилла. — Не просто так они полезли на завод. Она хотела узнать о своем отчиме. Может, даже найти его. И Артем пошел с ней. Кирилл медленно кивнул, его взгляд стал отрешенным. —Артем... Он бы пошел. Если бы она его попросила. Он бы горы свернул. — Он замолчал, и я поняла, что он думает о том же, о чем и я: Артем был влюблен в Аню до беспамятства. Ее поиски стали бы его поисками. Но в этой истории появлялся новый, пугающий поворот. Если Аня и Артем вышли на след Игоря Беляева, то кого они потревожили? Бывших сообщников? Самого Беляева, который не хотел быть найденным? Или, что было еще страшнее, того, кто был настоящим виновником той кражи тридцать лет назад? Виктор Одинцов, мой отец, был в этом списке. И он, судя по всему, боялся этого прошлого до самой смерти. — Значит, твой отец, Петров и Беляев... они что-то украли, — подвел итог Кирилл. — Или стали свидетелями чего-то. И кто-то очень не хочет, чтобы это всплыло. Настолько, что готов убивать. Слово «убивать» повисло в воздухе тяжелым, неоспоримым фактом. Мы больше не искали просто пропавших подростков. Мы искали правду о преступлении, которое кто-то тщательно скрывал долгие годы. И теперь эта правда начала убивать.