Дом

Хогвартс-экспресс остановился с пронзительным скрипом. Вагоны дрогнули, и по коридорам прокатился гул голосов: первокурсники суетливо собирали вещи, старшекурсники помогали младшим найти свои сундуки. Руна шагнула на платформу. Влажный воздух пах осенью и дымом, вдалеке раздавался низкий громкий голос: — Пе́рвокурсники сюда! Все пе́рвокурсники — за мной! У выхода из станции стоял гигант с бородой, похожей на густой лес. Девочка сразу поняла: это и есть Хагрид, о котором она слышала от Нарциссы. Сундуки и клетки собрали специальные дежурные: всё отвезут прямо в замок. Руна задержалась на секунду возле клетки с Солис. Сова молча посмотрела на хозяйку своими оливковыми глазами, и Руна едва заметно кивнула, словно обещая: я вернусь. Первокурсники потянулись за Хагридом вниз по тропе, ведущей к чёрному озеру. Вдалеке уже виднелись лодки. — По четверо в каждую! — скомандовал Хагрид. Руна оказалась в одной лодке с двумя рыжеволосыми мальчишками и худым мальчиком с веснушками, которого она мельком видела в поезде. Вода озера была чёрной, словно зеркало, и отражала серебристый свет луны. Вдалеке над скалами вспыхнули первые огни замка. — Смотри, — шёпотом сказал один из рыжих, толкнув локтем брата, — замок как в сказке. — Ага, только в сказках мы обычно принцы, — ухмыльнулся другой. — А здесь максимум герои-однодневки. Оба переглянулись и расхохотались. Руна впервые за день улыбнулась — неловко, чуть болезненно: губы были потрескавшиеся от сухого воздуха. Она отвела взгляд к замку. Башни казались бесконечными, в окнах мерцал свет. — Нравится? — неожиданно спросил один из близнецов. Она кивнула, не поворачивая головы. — Это может стать… домом, — прошептала Руна. Мальчики переглянулись, и на мгновение в их взглядах исчезла насмешка.

***

Они поднялись по каменным ступеням, вошли в огромный холл с факелами. Там их уже ждала строгая женщина в остроконечной шляпе.Лестница была узкая, и первокурсники сбились в плотную группу, кто-то наступал друг другу на пятки, кто-то торопился вперёд. — Добро пожаловать в Хогвартс, — произнесла профессор Макгонагалл, окинув первокурсников внимательным взглядом. — Сейчас вы будете распределены по факультетам. Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. Каждое распределение — навсегда. Подумайте об этом. Руна ощутила, как её сердце стукнуло сильнее.Она шагала чуть в стороне, стараясь держать равновесие, потому что старые ступени казались скользкими. — Ой, осторожнее! — один мальчик налетел на неё и задел локтем. Его свиток развернулся, и пергамент рассыпался по ступеням. Руна быстро нагнулась, подняла пару листов и протянула обратно. — Спасибо, — пробормотал он, разглядывая её. — А ты… не из Малфоев? Видимо близнецы уже рассказали кому-то про Руну и её семью.Сразу несколько человек обернулись.Русая девочка с косичками прыснула: — Ну ещё скажи, что из Уизли! — Нет, я не Малфой, — тихо ответила Руна. — А кто? — спросил кто-то сзади, и любопытные глаза уставились на неё. Руна задержала дыхание. Внутри будто что-то кольнуло. И всё же она произнесла твёрдо, хоть и чуть тише, чем хотелось: — Блэк. На лестнице сразу поднялся ропот. — Блэк?! — Ты серьёзно? — Но это ведь твой отец?… — Подожди, а Малфои что, взяли её к себе? Шёпот словно волна покатился вверх по колонне первокурсников. Кто-то явно испугался, кто-то наоборот загорелся интересом. Руна вскинула голову, стараясь не показать, как сильно стучит сердце.Близнецы, стоявшие чуть впереди, обернулись. Их рыжие головы качнулись синхронно. В их взглядах было удивление, но не отвращение — скорее живой интерес: Один шепнул другому, но не так тихо, чтобы она не услышала: — Вот это поворот. Значит, точно не Малфой. И только тогда Макгонагалл обернулась: — Тише, пожалуйста. Мы уже почти пришли. Первокурсники поспешили замолчать, но взгляды всё равно жгли Руну в спину. А дальше уже — дверь в зал, свечи под потолком и распределение.

***

Двери распахнулись, и первокурсники ахнули. Под сводчатым потолком парили сотни свечей, отражаясь в золотых тарелках на длинных столах. Потолок, словно зачарованное зеркало, показывал ночное небо с мерцающими звёздами. — Когда я назову ваше имя, — продолжала Макгонагалл, — вы выйдете вперёд и сядете на табурет. Сортировочная шляпа определит ваш факультет. Профессор Макгонагалл развернула длинный свиток. В зале стояла тишина — слышался только шелест её плаща и потрескивание факелов. — Пьюси, Эдриан, — высокий мальчик с острым носом шагнул вперёд, на секунду бросив взгляд на Руну, словно уже заранее хотел соперничать. —СЛИЗЕРИН! — Диггори, Седрик, — симпатичный светловолосый мальчишка пошёл вперёд под одобрительные взгляды. — ПУФФЕНДУЙ! — Белби, Маркус. Тяжёлый шаг, и вскоре: — КОГТЕВРАН! Зал загудел от оживления — все факультеты уже получили новых учеников. Список шёл дальше, и у Руны сердце билось сильнее. — Блэк, Руна. …И в этот момент зал ахнул.В зале разом поднялся гул. Слышались голоса старшекурсников: — Блэк?! — Подожди, а Сириус Блэк… он же сидит в Азкабане! — Она что, его дочь? Руна шагнула к табурету, спина её выпрямилась, хотя сердце бешено колотилось. Взгляды сверлили её со всех сторон.Держа клетку с Солис в руках ещё на перроне, теперь чувствовала себя так, будто в неё впились сотни иголок. Солис, к счастью, осталась вместе с другими совами, но Руна будто слышала, как её птица ухнула бы — громко, дерзко, в ответ на эти шёпоты. Она села, и Макгонагалл опустила на её голову Распределяющую Шляпу. — А вот это интересно… Блэк. Хм. Я чувствую в тебе то, что не должны носить дети этой фамилии. Упрямство, да… смелость, решимость. Слишком много сердца. Но и ум тоже есть, глубокий, тёмный, скрытый. Руна стиснула зубы. Я не Малфой. И не такая, как все Блэки. — Слизерин принял бы тебя охотно, — продолжила Шляпа. — Там твоя скрытность, твои внутренние конфликты нашли бы отражение. Ты сумела бы подняться высоко. Тебя уважают за силу характера, за умение видеть в людях их слабости. Но я не хочу. Я не такая. Я не стану одной из них. — Ах… смелая мысль для девочки из рода Блэков. Но подумай, Гриффиндор — это шум, это напор, это огонь. Ты ведь не любишь лишний шум. Ты любишь оставаться в тени. Может быть… Когтевран? Там оценят твой ум и индивидуальность. Руна глубоко вдохнула. Я не боюсь огня. Пусть больно. Пусть громко. Но я не хочу скрываться. Шляпа замолчала на мгновение, словно вслушиваясь в её сердце. Потом тихо хмыкнула: — Смелость, что граничит с упрямством. Вера, что идёт против крови и традиций. Хорошо. Пусть будет так. И выкрикнула: — ГРИФФИНДОР! Аплодисменты раздались по всему красно-золотому столу. Близнецы Уизли заорали громче всех, поднимаясь с лавки Гриффиндора,что в прочем не удивительно для Уизли, хлопая друг другу по плечам. А Руна медленно сняла Шляпу, и впервые за день позволила себе улыбнуться — осторожно, хоть и с болью. Она встала с табурета и направилась к столу Гриффиндора. Аплодисменты раздались громко, но не смогли заглушить настороженных взглядов, что устремились на неё. Имя «Блэк» прозвучало слишком тяжело, слишком громко для многих первокурсников. Она села на край скамьи рядом с мальчишкой с дредами — Ли Джорданом. Тот повернулся и улыбнулся: — Ну, Блэк, теперь у нас в Гриффиндоре есть своя загадка! С другой стороны лавки тут же отозвались два голоса, абсолютно одинаковые: — Добро пожаловать! — Теперь ты одна из нас! Руна вскинула взгляд — перед ней сидели рыжеволосые близнецы. Одинаковые до последней черты, но при этом отличающиеся: один смотрел мягче, другой с искоркой дерзости. — Думал, ты окажешься в Слизерине, — сказал один. — А я был уверен, что в Когтевране, — подхватил второй. — Но уж точно не в Гриффиндоре. Вот это да! — В Гриффиндоре любят сюрпризы, — вставил Ли Джордан с притворной серьёзностью. Шёпот за столами усилился: — Она же из Блэков… — Сириус Блэк… — Азкабан… предатель… Многие оборачивались, кто-то косился с явным недоверием, а пара слизеринцев откровенно скривилась, перешёптываясь так, чтобы Руна услышала. Она сделала вид, что не замечает. Близнецы быстро обменялись взглядами и почти хором заявили: — Ну и что? — Если Шляпа решила — значит, так и есть. Они громко хлопнули ладонями по столу, и несколько ребят рядом поддержали их. Смех и одобрительные выкрики разлились по лавке, разгоняя неприятный шёпот.Руна впервые за день почувствовала, что на её стороне кто-то стоит без условий. В этот момент еда появилась прямо на столах: золотые блюда наполнились жареной курицей, мясными пирогами, овощами и пудингами. Сверху, под заколдованным потолком, искрилось звёздное небо — настолько настоящее, что хотелось вытянуть руку и дотронуться. — Ну, теперь ты с нами, — сказал один из близнецов, накладывая себе гору картошки. — Даже если половина зала шепчется, — добавил другой. — А мы всё равно всегда на твоей стороне, — подмигнул Ли. И хотя кое-кто продолжал бросать косые взгляды, Руна знала: рядом с ней сидели те, кто не спрашивал «почему», а просто приняли её такой, какая она есть.