Часть 3. Должник | Ярик

      В шесть я уже торчал у входа в ТЦ, переминался с ноги на ногу. Накинул кофту — думал, на пару минут выскочить, а теперь ветер пробирал до костей. Надеюсь, Володя не натворит хуйни за пару часов. Поймал своё отражение в стеклянных дверях и отвернулся. Себя рассматривать — только настроение портить.       Аня подошла минуты через три после назначенного. Не заметить её было трудно: бежевое пальто и светлые, растрёпанные ветром волосы — единственное яркое пятно на фоне серого пейзажа.       — Прости, опоздала, автобус в пробку попал, — она обняла меня, затараторив.       Я на секунду замер. Объятия у Ани всегда были крепкие и тёплые. Странное чувство. Я уже начал забывать, каково это.       — А чего ты внутрь не зашёл? Замёрз, наверное, пока ждал.       — Да ничего, — я отступил на шаг, засунул руки в карманы. — Так, на пару минут выскочил. Пошли?       Она посмотрела на меня с лёгким недоумением, но тут же улыбнулась и кивнула.       — Хорошо! Я как раз пока ехала, думала, что подарить Йосе. Целых три варианта появилось, представляешь?       — Представляю. Веди.       Мы зашли внутрь. Болтовня Ани о подарках мешалась с гулом в голове: где достать денег до зарплаты, чтобы оплатить хату. Пока она решала, какой цвет пледа гармоничнее смотрится с тонкой натурой Йоси, я гадал, куда устроиться дополнительно.       — Смотри, какой мягкий! — она прижала образец ткани к щеке. — И цвет… не знаю, бежевый или лучше темно-синий?       Я украдкой глянул на ценник. Четыре тысячи. Да я на эти деньги могу пару недель питаться, а если и на мясе сэкономить, то и три.       — Синий, — я отвёл глаза от ценника. — Или бежевый. Хз, ты его лучше знаешь.       — Вот и я думаю, синий. К глазам подходит, а ещё на ночное небо похоже… — она отложила образец в сторону. — Давай тогда ещё походим, если ничего не найдём, то вернёмся?       Мы ходили от магазина к магазину в поисках идеального подарка. Я уже готов был проклинать всё вокруг. Неужели есть смысл так запариваться? Я обычно скидывался парой косарей в конверт — и норм. Если человеку что-то надо — купит сам.       После первого часа ходьбы и нескольких вариантов Аня потащила меня на фудкорт. Мест как всегда не было. Школьники ели одну картошку фри на семерых, а парочки занимали столики на четверых. Я еле как отвоевал себе стул у школьников. Аня в это время нашла столик и уже ждала с локатором наш заказ.       — Бой был выигран, стул отвоёван, — сказал я, присаживаясь напротив.       — Да уж, — она слабо хихикнула и кивнула на застекленную крышу над головой. — Зато у нас вид хороший.       Я глянул на её поднос: два чизбургера, наггетсы, картошка и две колы. На мой нищий чикенбургер по акции, видимо, места не нашлось.       — Ты решила в «Маке» полменю скупить? — я поднял бровь.       — Ну, нет. Я просто все еще не знаю, что ты любишь, — Аня слегка смутилась. — Поэтому взяла всего понемногу. Делим пополам?       — Ну, раз предлагаешь, кто я такой, чтоб отказываться?       Мы принялись за еду. Неловкое молчание повисло минуты на две, только картошка хрустела. С Аней мы знакомы всего ничего, может, около года. Дёма (он же Йося) привёл её в нашу компанию в сентябре. Можно сказать, что Аня буквально свалилась нам на голову.       Оказалось, они два года дружили по сети, а как только у Ани появилась возможность поступить в наш подзалупинск, она сразу переехала. Но общаться в компании — это одно, а наедине — другое. Особенно впервые. И я, если честно, не знаю, как разряжать обстановку.       — Знаешь, я тебе даже завидую, — Аня развернула бургер.       — Че… чему? — я чуть не поперхнулся.       — Ну… Не знаю. Ты вообще ни о чем не паришься, — прядь волос упала ей на глаза. — Подарки, праздники — для тебя просто условность? А я неделю голову ломаю, что Йосе дарить, чтобы и полезно, и понравилось, и…       — И вселенскую гармонию не нарушить, — закончил я. — Сори, но кому это реально надо? Люди дарят подарки, потому что так надо, а не потому что хотят. Разве нет?       — Не думала никогда об этом. А ты не хочешь? — она пристально посмотрела на меня. Вопрос застал врасплох.       — Проще дать денег. Он сам купит на них то, что нужно.       — Это не подарок, а подачка, — Аня сморщила нос. — Подарок — это частичка тебя. Вкладываешь любовь, энергию. Упаковка, открытка, ленточка в конце концов!       Частичка меня — это, наверное, последнее, чего бы мне хотелось подарить кому-то. Но я решил промолчать, чтобы не выглядеть идиотом. Некоторые вещи лучше другим не знать.       — Ладно, — доев, Аня хлопнула в ладоши. — Пойдём в «Леонардо»!       Без лишних вопросов мы направились в огромный художественный магазин. Аня без капли сомнения взяла большой скетчбук в твёрдой обложке и набор угольных карандашей.       — Идеально! Он как раз хотел начать рисовать на большом формате.       Аня расплатилась на кассе, и мы вышли из магазина. Подарок куплен — миссия выполнена.       — Спасибо, что составил компанию, — она улыбнулась, перекладывая пакет. — А то я вечно одна ношусь как угорелая.       — Без проблем, — я пожал плечами. — Думаю, ему понравится.       Аня постояла пару секунд, будто ждала чего-то. Но я не гадал. Всё, о чём я думал — надо для приличия проверить стажёра.       — Ладно, я тогда побегу, — наконец отозвалась она. — До встречи?       — Ага, увидимся.       Я проводил её взглядом до остановки и вернулся в ТЦ. Оставался ещё час до конца смены. Пока поднимался по эскалатору, морально готовился к несчастной роже Володи.       Подошёл к стеклянным дверям — ни стажёра, ни посетителей. Толкнул — не заперто.       — Володь? — голос отозвался в пустом зале эхом. Ничего. Только гул кондиционера и холодильника из подсобки.       Я зашёл за стойку. Монитор кассы был чёрным, папка с отчётом лежала как я оставлял. Дёрнул ящик — не закрыт. Внутри пара соток и мелочь, хотя обычно к концу дня там приличная выручка.       Вот же сукин сын.       На следующий день я уже шел на работу с полным осознанием, в какое же дерьмо вляпался. Мария Борисовна сидела в комнатке для персонала и ждала меня вместе с Серегой. Оба смотрели на меня как на прокаженного. Я неосознанно вжался в стул, будто начальница вот-вот начнет стрелять лазерами из глаз.       — Итак, Ярослав, — начала Мария Борисовна, собирая пальцы в замок. — Объясните, что вчера произошло? Почему оставили стажера на три часа одного? Куда делась выручка?       Я знал, что врать бесполезно, поэтому выложил все как на духу: и что ушел по личным делам, и что оставил Володю одного специально в воспитательных целях. Когда рассказ был закончен, в комнате повисла тишина. Серега всегда смотрел на меня с презрением каким-то, но сейчас к его эмоции добавилось и отвращение. Мария Борисовна же смотрела как и до этого — безэмоционально.       — Понимаете, Ярослав, ситуация не просто неприятная, — она достала с полки листок и ручку. — Это из ряда вон выходящий случай.       — Не спорю.       — Давайте поступим так. Два варианта: либо я заявляю в полицию, либо вы пишете расписку о полном возмещении ущерба в тридцать тысяч рублей. Срок — две недели. После полного погашения мы с вами расходимся как в море корабли. Ответ, я думаю, будет очевиден, но все же спрошу: какой вариант выберете?       — Расписку, — выдавил я, чувствуя, как щеки горят от стыда и злости.       — Разумно, — она протянула лист и ручку. — Пишите под диктовку тогда. «Я ФИО…»       Я писал, стараясь сосредоточиться. Несколько раз чуть не ошибся в собственном же отчестве и адресе магазина из-за нервов. В конце поставил дату и подпись. Мария Борисовна отдала расписку Сереге, тот сделал скан. Оригинал остался у неё, копия отправилась мне как напоминание о долге.       — До свидания, Ярослав. Жду вас или перевод на карту через четырнадцать дней.       Я вышел на улицу, купил филипку с арбузом поштучно и побрел, не разбирая дороги. Надо проветрить мозги. Тридцать тыщ за две недели. Где мне их взять?       Первый вариант — кредит, но он отпал так же быстро, как и появился. Деньги банку тоже возвращать надо, к тому же кредитная кабала — самое пиздецовое, что может произойти с человеком.       Вариант второй — продать почку. Остановился у лавки, загуглил. Оказалось, не всё так просто: нужны обследования. Да и кому моя почка всралась? Больницы только здоровые берут.       Пока в голове крутились шестеренки, я уже миновал кладбище и вышел на пустырь. В голове родилась ещё более идиотская мысль: родители. Я чуть не споткнулся о торчащую арматуру, стоило сознанию напомнить о них. Прошло уже года четыре, как меня выставили за дверь родного гнезда с одной спортивной сумкой и рюкзаком. Просить спустя столько времени у них помощи — это признать их правоту.       «Матя, батя, это я — ваш неудавшийся эксперимент по воспитанию сына. И что, что не общались? Да ладно, я не обижаюсь, бывает. У меня тут финансовая заминка…»       На их месте я бы кинул трубку, а лучше заблокировал бы.       Ноги сами привели меня на заброшенные ж/д пути. Я лёг прямиком на рельсы, подставляя рожу навстречу моросящему дождю и тучам. Чем больше думал, тем более абсурдные варианты приходили в черепную коробку.       Ларек ограбить? А с какой стати? Я даже когда сырок в Ашане спиздил, меня поймали. Еле убежал от охранника. А если занять у Паши или Дёмы? Тоже нет. Чем потом отдавать? Обещаниями?       Думай, Ярик, думай.       Наконец, мысли перестали метаться туда-сюда и улеглись в одну, простую и ясную: «Ситуация объективно говна столовой ложкой навернул. Гениальных идей пока не предвидится. Может, поезд бы сбил для разнообразия хоть…»       Пролежал ещё минут десять, пока дождь не усилился. Да ну нахрен. Заболеть только не хватало — на лекарства денег нет.       Телефон слабо пиликнул, когда я поднялся, отряхивая штаны. На разбитом экране шестёрки — сообщение от Августа. Я даже не помню, когда мы контактами обменялись. И чего этому скину от меня надо?       Разблокировал, чекнул:       Август: Салют. Тебе или твоим знакомым случайно подработка не нужна? Платят день в день.       Вселенная решила мне помочь? Не верю, но с чем чёрт не шутит. Сейчас любая копейка в кассу.       Грач: нужна, а че за работа?       Август: Металл с заброшки таскать, работа слегка пыльная, но в целом терпимо. Если готов, то сегодня в семь на старом вокзале. Жду не больше десяти минут, потом ухожу.       Грач: ок