Часть 23

      Сигюн была очень рада вернуться домой. Когда бабушка, а потом и отец заглянули в карету, её душа запела от вида их теплых, ласковых взглядов. Она поприветствовала Сиф и своих подруг, всё больше понимая то, как она на самом деле скучала. Но когда услышала голос Локи, почувствовала, что она окончательно дома. Взглянуть в глаза принцу ей было страшно. Чтобы не выдать себя, повернулась медленно, улыбнулась и на выдохе обняла. Но благодаря Локи, кажется, никто ничего не заметил. Он отвлёк всё внимание от их объятий на Холя, протянув ему угощение.       Тор тут же хотел устроить пир в честь возвращения дочери, но девушка была против. Сославшись на усталость с дороги, она ушла в свою комнату. Локи позаботился о том, чтобы лежанку Лиски убрали и поставили на это место большой туалетный столик. А для Холя была организована другая постель. Лис, правда её проигнорировал. Он обследовал новые покои, а потом и вовсе отправился гулять по дворцу. Сигюн мысленно дала ему напутствие. Лисёнок убежал, оставив хозяйку одну. Хоть на месте Лискиной лежанки стоял столик, воспоминания всё равно давали о себе знать, поэтому принцесса просто-напросто сделала то, что делала весь этот год. Она ушла в библиотеку. И с этого дня проводила всё своё свободное время там. А времени этого у неё было предостаточно. На арену к Сиф Сигюн выходила только на пару часов в день, а магией заниматься пока отказалась, сказав, что очень устала в Ванахейме. Однако Локи и Сиф прекрасно поняли истинную причину этого отказа. Фригг тоже не стала настаивать. После одного показательного выступления, царица поняла, что её внучка многому научилась, но ей необходимо решить свой внутренний конфликт. Было это так.              Одним прекрасным вечером, на третий день приезда дочери, Тор решил узнать, чему же она научилась у ванов. Он попросил продемонстрировать свои умения.       — Папа, мы очень много занимались с травами и цветами. Готовили зелья.       — А кроме этого? Ты что, только настойки делать научилась? — хмыкнул громовержец, — помнится мне, ты не справлялась с иллюзиями?       — Теперь справляюсь, — ответила Сигюн, не прекращая есть. Она хотела поскорее уйти в библиотеку и избавиться от этого разговора. Напротив неё сидел Локи, он молча поднял голову и встретился с обеспокоенным взглядом Сиф.       — Тор, не надо, — сказал трикстер вкрадчиво, — Сигюн ещё не отдохнула как следует.       — Ты так думаешь? — девушка оторвалась от тарелки и посмотрела на дядю. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Они за эти три дня толком и не говорили. Только за ужином, в остальное время оба избегали общества друг друга.       — Да, Сигюн, — Локи боялся, что племянница снова выдаст себя, окрасив свои иллюзии в зелёный цвет, — у тебя сейчас нестабильное эмоциональное состояние. Ты год не была дома…       — Это не важно, Локи. Я могу справиться с эмоциями, — подняла руку вверх, повернув ладонь, — вот смотри. Начну с кубка.       Принц вздохнул и приготовился. Но, вопреки его ожиданию, на столе появился не его кубок, а Тора. Потом ещё один — поменьше. В воздухе начали летать разноцветные бабочки. Локи улыбнулся, выдыхая с облегчением и хлопая в ладони.       — Браво, Сигюн, — одобрительно кивнул, — что-то посложнее можешь?       Девушка закусила губу, прикрыла глаза на секунду и сделала взмах рукой. На столе появилась иллюзия Лиски. Не Холя. Ошибки быть не могло. У Лиски был характерный ярко рыжий окрас, а уголки глаз будто подведены белым. Все замерли. Локи обеспокоенно посмотрел на животное потом на девушку.       — Сигюн, — еле слышно произнёс он и убрал иллюзию рукой, — ты умница, правда.       — Не то слово! Моя дочь молодец! — воскликнул бог грома так, что все подпрыгнули от неожиданности, — И заметь, братец, она справилась без тебя! Ну-ка, милая, покажи нам что-нибудь ещё?       Сигюн сглотнула, понимая, что не видела Лиску уже целый год. Она как могла подавила в себе всколыхнувшуюся боль и начала резко заполнять другими иллюзиями то место, где только что сидела её лиса. Там появились кубки, цветы, ожерелье, тарелки. Но всё это было сплошь красным. Когда на большое блюдо начали падать красные книги, Фригг махнула рукой. Сиф и Локи переглянулись. Фандрал глупо улыбался, а Вольштагг перестал жевать. Никто не ожидал такого рвения, даже Тор.       — Хватит, милая, — остановила её царица, — ты расстроена, хочешь поговорить?       — Нет, — почти все заметили её дрожащие руки, — мне нужно побыть одной, — она встала и быстро вышла из-за обеденного зала, чтобы снова спрятаться ото всех в библиотеке. Единственное место, где можно было забыться и уйти в мир книг.       На несколько недель Сигюн стала затворницей по собственной воле. Редко выходила к столу, предпочитая принимать пищу в одиночестве. Единственное, что ещё осталось — это арена и битвы с Сиф. Воительница несколько раз пыталась поговорить с девушкой, но принцесса за год научилась больше молчать. Поэтому и наставнице не говорила о своих переживаниях. Фригг тоже посылала за внучкой, пытаясь вывести на откровенный разговор, но всё было бесполезно. Только Холь видел девичьи слёзы и слышал то, что её беспокоило.       — Локи, ты просто обязан с ней поговорить, — Сиф встретила серебряного принца в конюшне, — Сигюн отдалилась от нас почти полностью. Её ничего не интересует, она ушла в мир фантазий. Реальность ей не нужна.       — Сиф, что ты хочешь от меня? — Локи погладил черный бок своего коня, тяжело и глубоко вздыхая, — Я и сам места не нахожу. Ночами не сплю, днями не знаю, чем ещё себя занять. Мне больно, что она не такая, как раньше. Но я не могу просто пойти и начать говорить. Что я ей скажу? — голос Локи был тих, как никогда. Казалось, что девушка так и не приехала из Ванахейма.       — Я не знаю, — покачала головой Сиф, — но ей больно, также, как и тебе. И ты единственный кто раньше всегда был с ней, кто понимал её больше других, кто и сейчас знает причину её отстранённости. Ты должен с ней поговорить.       Он не ответил, только ещё раз глубоко вздохнул, после этого сел на коня и уехал в лес, развеяться и подумать. Он прекрасно понимал, что воительница была права. Сигюн уже почти два месяца скрывается в библиотеке. Тор пока не понял что к чему, но когда-нибудь он задастся вопросом и будет искать ответы. Мать тоже молчала, хотя всё чаще смотрела на него как-то грустно и многозначительно. А он должен был сам догадаться, что это всё значит.       После прогулки, проветрив голову и собравшись с мыслями, Локи поднялся в библиотеку. Он тут же запечатал магией вход и медленно пошёл вдоль стеллажей. Нашёл Сигюн в дальнем углу библиотеки. Она сидела забравшись с ногами в то самое кресло, где когда-то не единожды спала, будучи маленькой девочкой, пока сам трикстер читал.       Вокруг принцессы стопками лежали книги и фолианты. Сама девушка дремала с книгой в руках. Около кресла спал Холь. Рыжий проказник даже не шелохнулся, когда серебряный принц приблизился и осторожно вытащил учебник из рук племянницы. Им оказался мидгардский учебник по психологии, страница была открыта на главе про Эдипов комплекс и комплекс Электры. Локи нахмурился и осторожно тронул девушку за плечо.       — Сигюн, проснись, — сказал он тихо. Вместо неё зарычал лис, вскакивая на ноги, но увидев пришедшего, наклонил голову и пошевелил ушами, наблюдая за ним.       — Локи? — принцесса открыла глаза и сфокусировала взгляд, перед этим зевнув, принц улыбнулся, лисёнок тявкнул.       — Привет, — он взял стул и сел рядом с Сигюн, — я пришёл поговорить.       — Поговорить? — дочь Тора осторожно спустила ноги с кресла и выпрямилась. Они не говорили уже целую вечность. Сердце опустилось в пятки, в голове пронеслись разные мысли. Начиная от того, что она любит его, заканчивая противоречием, что ненавидит, — о чём поговорить? — Холь после этих слов положил голову на её колени и заглянул в глаза.       — Кажется даже он знает о чём, — печально хмыкнул Локи и потрепал животное за ухом.       — Может быть он знает, а я — нет, — прошептала девушка, опуская глаза.       — Ладно, — снисходительно ответил трикстер, — давай начнем с простого. Что ты делаешь в библиотеке? — он не хотел давить.       — Читаю, — пожала плечами, но взгляд на дядю так и не подняла.       — На улице лето, чтение может подождать до длинных зимних вечеров.       — Для меня это важно, я хочу понять.       Несколько минут Локи смотрел на неё, она сканировала взглядом голову питомца и повторяла про себя «уходи, не спрашивай, уходи». Лис тихо поскуливал, слыша эти мысли.       — Ты читаешь книгу по психологии из Мидгарда. Что ты хочешь понять? — наконец спросил принц, не скрывая своей брезгливости к данной литературе. Он старался не делать резких движений, но было невыносимо больно видеть её и осознавать, что она даже смотреть на него не хочет.       — Откуда это!? — резко ответила Сигюн и наконец подняла взгляд на дядю, Холь тоже встрепенулся и убрал голову с колен хозяйки. Он смотрел на нее, на Локи и видел их общее влечение. Животные более чувствительны к запахам и пониманию простых приземлённых вещей, — Откуда мои чувства к тебе? Почему я… — она не договорила и замолчала, густо краснея, но глаза не опустила.       — Сигюн, милая, — принц говорил медленно, он всё ещё держал книгу в руке, — никто точно не знает, откуда берётся любовь, но поверь, — он положил учебник на стол, — у тебя точно не Эдипов комплекс.       — У девочек это называется «комплекс Электры».       — Во-первых, я не твой отец, во-вторых…       — Тогда я просто больна! — со слезами на глазах перебила его и отвернулась.       — Нет, не говори так, — ему было больно видеть её такой и слышать эти слова, — твоя любовь это не болезнь, — трикстер наклонился в её сторону, пытаясь поймать её взгляд.       — Тебе хорошо говорить! Ведь не ты болен!       — Если ты так упорно называешь это болезнью, то я болен не меньше, чем ты! — Локи сам не понял, как эти слова сорвались с его губ. Он вдруг замолчал и резко поднялся под удивлённым взглядом девушки.       — Что? — она тоже поднялась, но медленно, будто ноги не хотели этого делать, несколько книг с шумом упали с подлокотника.       — Ничего, — принц сделал шаг назад, испугавшись своих же слов. В этот момент Холь резко схватил его за плащ зубами, останавливая, — чёртов лис, — сквозь зубы произнёс Локи, — я бы мог превратить тебя в коврик одним движением пальцев, — но угроза не несла в себе реальности, поэтому зверёк даже не думал разжимать челюсть.       — О чём ты говоришь? — голос принцессы прозвучал тихо, — ты это серьёзно?       — Конечно нет, — покачал головой дядя и потянул за край свою одежду, — я бы никогда так с ним не поступил.       — Я не об этом, Локи, — сердце её билось так сильно, что казалось, она чувствовала пульс в висках.       — Сигюн, — он замер, голос его был сиплый от волнения, — ты хочешь знать правду? — Холь тявкнул, отпуская ткань, рука принца машинально убрала плащ за спину, — будь осторожна в своих желаниях, милая, им свойственно сбываться, — добавил дрожащим голосом.       Принцесса смотрела на него и с каждой секундой глаза её становились больше, а во взгляде появлялось понимание. Он всё это время чувствовал тоже самое, что и она? Дыхание стало чаще, на щеках появился румянец, а губы её дрогнули в улыбке.       — Нет, Сигюн, — прошептал он с ужасом в голосе, — не смотри на меня так. Не смей смотреть на меня так, будто я… — Локи не договорил и исчез, оставив после себя лишь зелёные искры, дым и невысказанное признание.