Глава 36: Со стороны

Теплый вечерний ветерок гулял по просторным коридорам Сумеречной Усадьбы, колыхая пламя магических светильников. Кэрол шла чуть впереди своей группы, привычно игнорируя шум за спиной. Завтра им предстоял очередной спуск на средние этажи, и её команда, как обычно, обсуждала подготовку. Точнее, обсуждали двое, а третий пытался привлечь её внимание. — ...и вот тогда капитан Финн просто взмахнул копьем, и целая толпа монстров разлетелась! — с горящими глазами вещал Лео, размахивая руками так, словно сам только что прорвал вражеский строй. — Я тоже так смогу! Вот увидишь, Кэрол, завтра я покажу тебе настоящий мастер-класс владения древком! Парень с копьем буквально лучился юношеским максимализмом. Он всеми силами старался казаться круче, чем был на самом деле, бросая на мечницу робкие, полные надежды взгляды. Кэрол даже не повернула головы. Её лицо оставалось непроницаемой маской. — Ага, покажешь. Если опять не споткнешься о собственный плащ, герой, — ехидно прыснула идущая рядом Элис. Лучница и подруга детства Лео откровенно забавлялась, наблюдая за его жалкими попытками подкатить к их ледяной напарнице. — Эй! Это было всего один раз! — возмутился копьеносец, густо краснея. — Ребят, давайте не ссориться, — мягко вмешался Кайл. Высокий, широкоплечий парень с тяжелым щитом за спиной примирительно похлопал Лео по плечу. Он всегда выступал клеем для этой троицы друзей детства. Когда командир приставил к ним Кэрол для баланса группы, именно Кайл следил за тем, чтобы внутри отряда не было разладов. — Лео, побереги силы для Подземелья. А Элис права, тебе стоит больше смотреть под ноги. Кэрол тихо выдохнула. Они были шумными, иногда наивными, но свою работу делали исправно. Кайл надежно держал удар, Лео неплохо атаковал со средней дистанции, а Элис метко прикрывала с тыла. Неплохой состав, в котором самой Кэрол отводилась роль главного разящего клинка. Большего ей от них и не требовалось. Она уже собиралась прервать их болтовню и напомнить о проверке снаряжения, как внезапно остановилась. Кайл тут же замер следом, преграждая путь друзьям. По коридору, тяжело чеканя шаг, двигалась главная экспедиционная группа Семьи Локи. Они явно спешили. Воздух вокруг элиты был пропитан запахом крови. Кэрол молча отступила к стене, увлекая за собой команду, и почтительно склонила голову, уступая дорогу. Впереди шли капитан Финн и Риверия, лица которых были мрачнее тучи. Чуть позади Гарет и пара целителей несли импровизированные носилки. На них лежал черноволосый парень, чье тело представляло собой сплошное кровавое месиво из бинтов. А следом шел Рауль. На руках он нес еще одного человека. Когда Рауль поравнялся с Кэрол, время для нее внезапно замедлило свой бег. Это был мальчишка, на вид чуть младше того, что лежал на носилках. Белоснежные волосы слиплись от пота и грязи, на лице застыла гримаса пережитого ужаса, а правая рука безвольно свисала вниз. Он был слаб. Настолько хрупок, что казалось, сломается от дуновения ветра. Но что-то в его побледневшем лице, в изгибе плотно сжатых во сне губ заставило сердце Кэрол пропустить удар. Шум шагов элиты, перешептывания её команды — всё отошло на задний план. Образ этого беззащитного, сломанного мальчика с белыми волосами намертво отпечатался на сетчатке её глаз, выжигая клеймо где-то в глубине сознания. Она проводила процессию долгим, неморгающим взглядом. *** В кабинете Локи пахло дорогим эльфийским вином и благовониями. Богиня сидела на широком диване, закинув ноги в сапогах на журнальный столик, и скучающе болтала рубиновую жидкость в бокале. Кэрол стояла перед ней, идеально ровно, сцепив руки за спиной. — Хочу ухаживать за беловолосым мальчиком в лазарете, — повторила она свою просьбу, не меняя интонации. Локи поперхнулась вином. Она уставилась на свою подопечную так, словно у той выросла вторая голова. — Чего? Ты? Ледышка, которая людей на дух не переносит, вдруг заделалась сиделкой? — Богиня хитро прищурилась, обнажив клыкастую ухмылку. — У тебя че, совесть проснулась? Или просто хочешь откосить от следующего спуска? — Это личная просьба, Локи-сама. Богиня хмыкнула и поставила бокал. В ее глазах зажегся знакомый, похотливый огонек. Обычно любые попытки Локи распустить руки заканчивались тем, что Кэрол молча и жестко выкручивала ей пальцы или угрожала отрезать что-нибудь лишнее. Но сегодня ситуация была иной. Богиня почуяла уязвимость. — Ну не знаю... С чего бы мне тебе потакать? — Локи лениво потянулась. — Если только ты не готова заплатить за такую услугу, м? Она ожидала привычного холодного отказа. Но Кэрол сделала шаг вперед. — Если вы разрешите, я согласна, — ровным, лишенным эмоций голосом произнесла девушка. Она расправила плечи, явно давая понять, что не станет сопротивляться. У Локи отвисла челюсть. Глаза Богини комично расширились, а зрачки задрожали от немыслимого предвкушения. Неужели этот день настал?! — Хе-хе-хе... Сама напросилась! — сглотнув вязкую слюну, Локи медленно поднялась. Она вытянула вперед обе руки. Ее пальцы подрагивали от жадности. Миллиметр за миллиметром они приближались к заветной цели — к формам Кэрол, скрытым под вечерней одеждой. Но в самый последний момент, когда до ткани оставалось всего ничего, Локи случайно подняла взгляд и встретилась глазами со своей жертвой. Улыбка мгновенно сползла с лица Богини. В глазах Кэрол не было ни покорности, ни отвращения, ни страха. Там была лишь абсолютная, сводящая с ума бездна. Черная дыра отрешенности, на дне которой клубилось нечто настолько больное и темное, что даже у Божества по спине пополз ледяной пот. Чем ближе Локи подносила руки, тем шире становилась эта бездна, словно готовая затянуть ее внутрь и раздавить. Кэрол смотрела на нее не как на Богиню, а скорее как на скользкого жука. Руки Локи замерли в воздухе. Пальцы мелко затряслись уже не от предвкушения, а от первобытного дискомфорта. — Э-э... да ну тебя, — Богиня нервно, истерично хохотнула, резко отдергивая руки и отступая на шаг назад. — Жуткая ты какая-то сегодня. Аж аппетит пропал. Иди к своему шкету, только свали с глаз моих! Кэрол коротко, безжизненно поклонилась и вышла за дверь. *** Униформу горничной она "одолжила" у одной из младших служанок. Девушка пыталась возмущаться, но одного холодного взгляда Кэрол хватило, чтобы та добровольно рассталась с чепчиком и передником. Подойдя к гостевой кровати, Кэрол замерла. Белл спал беспокойно. Он метался по подушке, его дыхание сбивалось, а на лбу выступала испарина. Он явно заново переживал случившийся с ним кошмар. Его слабость, его хрупкость — всё это заставляло странное, обжигающее чувство расцветать в груди Кэрол. Она медленно опустилась на край кровати, наклонилась и невесомо провела пальцами по его мягким белым волосам. — Милашка... — сорвалось с ее губ тихое, наполненное странной смесью нежности и собственничества слово. Последующие моменты стали для неё самым сладким нектаром. Она постоянно находилась рядом, играя роль безупречной, молчаливой служанки. Кэрол впитывала каждую его эмоцию. То, как он робко краснел. Как его глаза наполнялись паникой. Как он отчаянно и жалко выглядел перед элитой ее семьи. Он был таким хрупким. Таким беспомощным. Именно поэтому, когда начался весь этот фарс с испытанием, Кэрол поняла, что это её шанс. Локи выставила её против него, чтобы показать разницу в силе. А сама Кэрол хотела лишь одного: довести его до грани. Она хотела выбить из него остатки надежды, заставить осознать свою абсолютную никчемность. Она предвкушала, какое восхитительное, отчаянное выражение появится на его мордашке, когда он поймет, что никогда не вступит в Семью. Что он слаб. Что он может только подчиняться. И вот они на арене. Сначала всё шло по её плану. Она избивала его. Загоняла в угол. Каждое попадание деревянным мечом, каждый его судорожный вдох приносили ей извращенное, садистское удовольствие. Ледяная маска треснула, она наслаждалась процессом. А потом она решила усилить напор. Кэрол ждала, что он упадет. Что в его красных глазах застынут слезы и долгожданное отчаяние. Но он не упал. В долю секунды всё перевернулось. Он не просто не сдался — а воспылал. Встретившись с ним глазами в момент его яростной контратаки, Кэрол увидела пламя. Чистое, нестерпимо яркое пламя упрямства. Он даже не рассматривал вариант сдаться. Он упрямо отказывался принять такое будущее. Два деревянных острия перекрестились у её горла. Он прижал её. Победил. Щеки Кэрол обожгло густым румянцем. В ту секунду, когда его раскаленный взгляд прошил её насквозь, что-то внутри неё окончательно и бесповоротно сломалось. И когда Белл, исчерпав все силы, без сознания рухнул прямо ей на грудь, Кэрол даже не попыталась его оттолкнуть. Она лежала на каменных плитах арены, чувствуя тяжесть его тела, слушая его сбитое дыхание. Её глаза расширились, уставившись в голубое небо. Сердце колотилось как сумасшедшее. Он мой. Эта мысль пульсировала в висках, затмевая всё остальное. Мягкость его щеки. Запах пыли и пота. И этот невероятный, обжигающий контраст между внешней слабостью и внутренним стержнем. Когда Белл с тихим стоном начал приходить в себя, его глаза медленно приоткрылись. Кэрол смотрела на него сверху вниз, аккуратно поправляя выбившуюся темную прядь. Лицо её оставалось привычно холодным, но внутри бушевал настоящий ураган. — Как жаль, — произнесла она ледяным тоном, глядя в его сонные, ничего не понимающие глаза. — Я надеялась, вы никогда не проснетесь.