Часть 4. Урок за столом

Звон колокольчика разнёсся по коридору Башни, и Авелин догадалась — это приглашение к обеду. Аларикс ждал её у двери, держа книгу под мышкой. Он выглядел всё ещё настороженным, но в глазах промелькнула тень радости: теперь у него появилась наставница, а не только суровый отец и молчаливые маги. Они спустились по витой лестнице в просторный зал, больше похожий на библиотеку, чем на столовую. Высокие окна пропускали дневной свет, скользящий по каменным колоннам. В центре зала стоял длинный дубовый стол, накрытый идеально ровно: серебряные приборы, белоснежные салфетки и блюда, от которых тянуло теплом. Авелин едва сдержала изумление: всё выглядело как для приёма знати, а не для обеда втроём. Сильф уже сидел на одном из краёв, лениво откинувшись на спинку кресла. Увидев их, он улыбнулся: — Ну что ж, посмотрим, как вы справитесь. Аларикс занял своё место и, не дожидаясь никого, сразу потянулся к корзине с хлебом. Его движения были резкими, крошки полетели на скатерть, он жадно откусил кусок и едва не обжёгся горячим супом, который налил себе с шумом. Авелин наблюдала молча, но внутри её словно кольнуло — вот оно, первое испытание. Она глубоко вдохнула и мягко, но твёрдо произнесла: — Аларикс. Мальчик замер, обернулся к ней с кусочком хлеба в руке. — За столом нельзя спешить, — спокойно сказала она. — Еда не убежит. Сначала салфетка. Потом — приборы. Он нахмурился. — Но так удобнее… — Удобнее, — согласилась Авелин. — Но это неуважение к тем, кто рядом. А ведь ты хочешь, чтобы тебя уважали? Сильф с интересом приподнял бровь. Аларикс замялся, потом нехотя взял салфетку и положил её на колени. — Хорошо, — сказал он, хотя в голосе звучало упрямство. Авелин улыбнулась: — Видишь? Уже лучше. Теперь попробуй есть аккуратно. Маленькими кусочками, не спеша. Она показала пример — отрезала ножом кусочек хлеба, обмакнула в масло и медленно отправила в рот. Аларикс повторил, скривившись, но сделал так, как она. — Молодец, — похвалила Авелин. — У тебя получается. Он едва заметно расправил плечи. Сильф, до этого молчавший, вдруг заговорил: — Хм. Никогда не думал, что мой сын способен слушать кого-то, кроме собственного упрямства. — Может, дело не в упрямстве, а в том, что его никто не учил? — спокойно возразила Авелин. На миг улыбка Сильфа потускнела, и в его глазах мелькнула тень. Но тут же он снова усмехнулся: — Осторожнее, Авелин. Вы рискуете. Она встретила его взгляд — прямой, уверенный, и почувствовала, как сердце сжалось. Но отводить глаза не стала. Обед продолжился в более спокойной обстановке. Аларикс несколько раз пытался «схитрить», схватив еду руками, но Авелин мягко поправляла его, и постепенно он втягивался, даже начинал получать удовольствие от игры в «правильное поведение». Когда трапеза закончилась, посуда и остатки еды снова растворились в воздухе. Аларикс ахнул и впервые рассмеялся. — Это так здорово! Я всё время жду, когда посуда исчезнет. Сильф откинулся в кресле и медленно хлопнул в ладоши. — Признаю, я ожидал, что вы сломаетесь или взорветесь. Но, похоже, вы умеете укрощать упрямых драконов. — Я не укрощаю, — тихо ответила Авелин. — Я учу. На миг в зале повисла тишина. Сильф улыбался, но его глаза стали холоднее. Аларикс, наоборот, смотрел на Авелин с новым, едва уловимым доверием. И тогда она поняла: путь только начался. Продолжение следует…