Часть 3

Переезд оказался делом неспешным, из-за переделки прачечной и кабинета. – Знаешь, хотя бы раз в неделю ты можешь оставаться ночевать, – сказал Хунта, прижимая её в постели. Волосы у него на груди были тоже очень щекотные. – Ты что-то говорил об аргентинских законах. – Няня? – Я шучу. Я тоже умею шутить. Но меня пугает, какой ты быстрый. Почему ты не можешь подождать хоть немного? – Я держался в твоём темпе полгода. Дай мне за это преференцию. – Я думала, то, чем мы тут занимаемся, и есть твоя преференция. – И я хочу заниматься чаще. Я правда долго ждал. – У нас, наверное, разные представления о "долго". – Наверное, разные. Надо немного синхронизироваться. Приступаю к коннекту... – Диего... Ммм... Жарко ужасно, я вся потная... – Душ нам тоже подойдёт... – Но я не перееду, если вы не поженитесь по-настоящему, – предупредила Мария, услышав, что комната почти готова. – Не дай ему тебя продинамить. – Ну и представления у тебя о жизни, – поразилась мать. – Ваше поколение обмануто концепцией свободной любви, которой прикрыли мужскую безответственность. А законы прописаны так, чтобы защищать именно тех, кто в браке. – Мария, тебе одиннадцать лет! – И лучше я узнаю это сейчас, чем когда меня подставит мужик. Вот папа на тебе честно женился. Так и скажи своему профессору. – А если он скажет, что передумал? – с любопытством спросила Лили-Су. – Ну, теперь-то вряд ли, я же всё устроила. Ему пришлось серьёзно потратиться на мою комнату, мужчины не любят тратить денег зря. Так что я жду, когда ты мне покажешь платье и сценарий свадьбы. – Ты же не думаешь, что это будет как в сериале? – Нет, но что-то же там должно быть? Фотосессия, прогулка, может быть, вечеринка. У него три гостиных! Можно полинститута запихать! «Глупости», подумала, садясь в машину, Лили-Су. «Как об этом вообще можно взять и заговорить? У меня уже на пальце помолвочное кольцо, как-нибудь уж дойдёт и до свадьбы». – Комната готова, уже на выходных можно переезжать, – сказал он. Лили-Су угукнула, мысленно представляя себе реакцию Марии. Как противостоять одновременно и дочери, и своему мужчине, она даже не представляла. – Снова голова болит? Может, ты случайно поколдовала? – Может... Он некоторое время рулил, глядя на дорогу. Потом вдруг заехал на парковку у магазина. – Cariño, мы опоздаем на столько, сколько времени тебе понадобится озвучить проблему. – Это непрофессионально. – Лучше я расстанусь с работой, чем со своей женщиной. – Ты драматизируешь. – А ты? Она захлопала глазами. – Мария, – догадался он. Она не стала отрицать. – Я её пугаю? – Нет. – Я провалил какой-то тест? – Н... нет, не знаю. – Скажи так, чтобы звучало глупо, а по-умному мы позже разберёмся. Задачи не решаются, пока неизвестно, что в "дано". Она, подыскивая слова, нервно покрутила кольцо на пальце... и всё равно не собралась с духом. Но жест он понял по-своему: – Она не верит, что у меня серьёзные намерения. Наверное, это из-за моего легкомысленного вида. Лили-Су слабо улыбнулась. По крайней мере, она поняла, что это шутка. Смешно, правда, не было. Хунта побарабанил пальцами по рулю. – Ну, хорошо. Впереди у нас ещё обеденный перерыв, обсудим ключевые моменты. Например, мне кажется, свадебное платье её убедит. Мы могли бы приехать с ним прямо сегодня. – Но я не хочу одеваться, как Золушка у Диснея, – решительно сказала Лили-Су. Откуда только взялась уверенность. – Выберешь другое. Я думаю, у нас по факту будет церемония в администрации, ничего потрясающего не нужно. Или ты хочешь венчаться? – Нет, не хочу. – Тогда роспись и ужин с парой гостей. Сеньору Бьянки позовём с супругом, например. – И фотосессия, – сказала Лили-Су. Он хмыкнул: – Это точно придумала Мария. – Я тоже хочу. У меня фотография есть только в паспорте и с классом в Оахаке. – Чудесно, значит, сценарий готов, – он завёл машину. – Неясно пока только, что делать с медовым месяцем. Без Марии ты не поедешь, а с ребёнком я не хочу. О медовом месяце Лили-Су вообще не думала. А теперь подумала, скорее, в формате «можно ли этого как-то избежать». За обедом он выложил на стол стопку распечаток – ассортимент вечерних платьев в магазинах Буэнос-Айреса. Она взяла листы в руки, рассматривая один за другим – медленно, даже медлительно. Он приступил к обеду, но глядел на неё в нетерпении. Она зависла над одним из листов. – Нравится? – спросил Хунта. – Какое? Лили-Су подняла на него глаза, и что-то видно, такое было у неё в глазах, что он сказал: – Отложи. Поешь. Сегодня он оплатил ей запечёную рыбу с молодым картофелем. Она сама выбрала, но сейчас жевала, не чувствуя вкуса. – Я не знаю, что я делаю не так, – не выдержал он. – Честно? Я бы очень хотел быть идеальным мужчиной. Но я просто я, и стараюсь как могу. Скажи мне, что я делаю не так. Скажи мне, чего ты хочешь. И чего боишься. – Я не знаю, чего я боюсь, – призналась она. – Правда, не знаю. – Проблема в том, – сказал он, – что я умею утешать женщину только одним способом. Но в отделе кадров его не поймут. – Иногда я понимаю, что ты шутишь, а иногда ты вроде шутишь, но говоришь правду. – Я сейчас сказал правду. В форме шутки. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Мария получала лечение – это ведь важная часть твоего счастья? Ты расслаблялась, а потом с новыми силами делала то, что тебе интересно. Чтобы тебе нравилось быть со мной на выходных. И ты была рада моему лицу в будни. Я... наверное, сложный человек. Но как мужчина возле женщины я очень прост. Дари цветы и делай счастливой. Води на танцы и в кино. Корми и делай подарки. Я почти в отчаянии от того, что ты снова глядишь так несчастно. – Мне казалось, твой девиз возле женщины: добивайся, добивайся и добивайся. – И это тоже довольно примитивно, не находишь? Вся моя сложная личность живёт в других плоскостях. А если я тебе буду постоянно озвучивать, что думает мужчина во мне, ты, может быть, и не напугаешься, но будешь разочарована. Именно это мужчины прикрывают цветами и танцами. – То, что ты там прикрываешь цветами и танцами, я у тебя уже трогала, – не удержалась она. – Давай так, ты мне дашь время, и я сформулирую , что не так и чего хочу. – Хорошо. Но если говорить о времени, я думаю, пора уже планировать Новый год. Я думал, что к этому моменту мы уже будем жить вместе. Раз уж так не вышло, то позволь мне пригласить вас с Марией в гости в этот праздник. – А Рождество ты не отмечаешь? – А ты? – У меня ребёнок, конечно, отмечаю. Он подумал. – Давай так. На Рождество она найдёт подарки от нас обоих. Пока что дома. А Новый год мы отметим вместе и у меня. – Не вздумай дарить ей какой-нибудь айфон. – Ты меня обезоруживаешь. Мне надо успокоить твоего маленького демона. – Ты о ней так плохо думаешь? – Нет, я так хорошо знаю детей. – По-моему, ты их вообще не знаешь. – Хорошо. Давай ты, как знаток, подскажешь мне, что я могу подарить. – Прогулку на лошади. – Серьёзно? – Да. Она обожает лошадей. При любой возможности просила покататься, и в России, и в Германии. Вообще, мне кажется, все девочки обожают лошадей, подари ей пони – и она навеки счастлива. КСТАТИ, НЕ ДАРИ ЕЙ ПОНИ. – В мыслях не было. Пони плохо помещаются в коробку. Он поглядел на часы на запястье: – А меня, между тем, ждут на совещании. Он встал и нагнулся поцеловать её в висок. Кажется, впервые он не досидел с ней до конца обеда. Странное чувство.