Глава 20. Пожар на улице Сучжоу-У. Часть 1

Доехав на местном такси до места преступления, Ли Синьвэй выскочила из машины, словно ее подбросило пружиной. В голове пульсировала одна мысль: "Развязать этот гребаный узел!" Будто самой судьбе было предначертано, что именно ей суждено разобраться в этой трагедии. К моменту её прибытия пожарные уже справились с огнем, но фантомные тени прошедшей трагедии все еще окутывали это место, словно саван. Улица Сучжоу-У, еще вчера бурлившая жизнью, наполненная смехом, разговорами и беготней детишек, теперь представляла собой жалкое зрелище – руины, усеянные пеплом и обугленными останками деревянных конструкций, которые когда-то были чьими-то домами, чьими-то мечтами. В воздухе витал густой, тошнотворный запах гари, словно само пространство оплакивало произошедшее.  Вокруг, словно стая ворон, кружили зеваки, толкаясь у полицейской ленты и тщетно пытаясь понять, что же здесь произошло. "Интересно, хоть один из этих wechat-героев* что-то видел?" - промелькнуло в ее голове с легкой долей цинизма. Ли Синьвэй вперила взгляд в обугленный скелет здания, когда-то являвшегося сердцем этого района, процветающим магазином, местом, где люди собирались, делились новостями, сплетничали и строили планы на будущее. Теперь же от него остались лишь черные, зловещие тени и обугленные осколки стен, безмолвно свидетельствующие о разрушении и потере. "Ну и бардак," - пробормотала она себе под нос, чувствуя, как нарастает тяжесть в груди. На мгновение Ли Синьвэй замерла, её сердце гулко стучало, будто отзываясь на тихую скорбь этого места. Эти здания долгие годы давали надежду местным жителям, а теперь стало мрачным напоминанием о хрупкости бытия и о том, как быстро всё может измениться. Толпа, словно огромный пульсирующий организм, теснилась у ограждения – среди них были и пострадавшие, с обожженными лицами и застывшим ужасом в глазах, и просто любопытствующие прохожие, чьи лица отражали шок и непонимание. Их приглушенные шепоты смешивались с хриплым завыванием ветра, приносящим запах раскаленного металла и сгоревшего дерева. Ли Синьвэй ощутила, как внутри неё нарастает волна решимости.  "Нельзя это спустить на тормозах, кто-то должен ответить за это." Пробираясь сквозь толпу, словно рыба сквозь косяк, она умело обошла полицейское оцепление и увидела Лу Цзяна, стоящего в окружении других офицеров. "Отлично, вот и подмога," - она с облегчением, направляясь к нему, зная, что его информация может оказаться ключом к разгадке. — Инспектор Лу, я на месте! — произнесла Ли Синьвэй. Лу Цзян бросил в ее сторону короткий, одобрительный кивок, и тут из-за его плеча показался силуэт шефа Чжуан Ху, облаченного в строгую полицейскую форму. Его лицо, обычно спокойное и невозмутимое, сейчас выражало напряженность и решимость.  "Шеф лично прибыл? Значит, это не просто рядовой пожар." Закончив короткое совещание с другими офицерами, он повернулся к ней: — Отлично, детектив Ли! Хватит стоять, как истукан, приступайте к работе! Ли Синьвэй, стараясь не вдохнуть ядовитый воздух, прикрыла рот рукавом пальто и, нахмурившись, внимательно осматривала место преступления. — Что произошло? — спросила она, стараясь выудить из Лу Цзяна максимум информации, которая могла бы помочь в расследовании. — Сообщение о мощном пожаре на улице Сучжоу-У поступило в диспетчерскую буквально несколько минут назад. По словам очевидцев, все полыхало, как спичка. Мы немедленно вызвали пожарных и сами прибыли на место. Пока причины пожара не установлены, но, судя по всему, это не просто несчастный случай. Ли Синьвэй наклонилась ближе к нему, стараясь уловить каждую деталь, каждую мельчайшую подробность, которая могла бы стать отправной точкой. В толпе она заметила несколько человек с ожогами, их лица искажены гримасой боли и страха. Один из них, задыхаясь от кашля, вдруг отчаянно воскликнул: — Там кто-то был! Я видел его! Он выбегал из здания, когда все загорелось! Шеф-инспектор Чжуан Ху мгновенно развернулся в его сторону, словно хищник, почуявший добычу. — Вы можете описать его? Ли Синьвэй почувствовала, как воздух вокруг сгустился, словно перед грозой. Каждое новое слово, каждое новое свидетельство могли либо развеять страхи, либо обрушить карточный домик безопасности, в котором жила она и ее соседи.  Этот пожар был не просто стихийным бедствием – он был плевком в лицо всем, кто считал свой район неприступной крепостью. Внутри нарастало глухое беспокойство, когда она представляла себе, какие темные секреты могли скрываться под этой грудой дымящихся обломков. — Это был какой-то мальчик, больше ничего не помню, — прохрипел пострадавший, закашливаясь и хватая ртом воздух. Улик было критически мало, и все они были погребены под слоем пепла и копоти. Лу Цзян, прибывший на место первым, успел надышаться дымом, помогая эвакуировать пострадавших. Его темно бирюзовый плащ, всегда безупречно чистый, сейчас был покрыт слоем черной пыли, особенно густым по краям. Он нервно одернул край накидки, словно пытаясь стряхнуть с себя не только пепел, но и чувство беспомощности. — Нам нужно как можно быстрее найти других свидетелей. Если это был поджог, то каждая минута на счету. Через пару часов мы уже ничего не сможем найти, кроме кучи мусора. На месте преступления кипела работа. Судебные эксперты методично пробирались сквозь обломки, выискивая улики. Другие офицеры внимательно слушали рассказы свидетелей и делали пометки в блокнотах, чтобы не упустить ни одной детали. "Работаем, работаем," - про себя подгоняла детектив Ли коллег. Чжуан Ху снял с головы помятую фуражку, пригладил рукой поседевшие волосы и мысленно затянулся сигаретой. Возраст и букет хронических болячек не позволяли ему дымить, как молодому поколению у него под окнами. Он подошел к Лу Цзяну и Ли Синьвэй, окинув их усталым взглядом. — Слушайте сюда. Вы опрашиваете местных жителей, собираете информацию, выясняете, что они видели или слышали. Если что-то выплывет, организуем допрос в участке. И еще… К нам едет пресса. Ли Синьвэй, Ян Инем оставляю на тебя. После слов шеф-инспектора Ли Синьвэй невольно вырвалось удивленное: — Что?! Серьезно?! Среди обломков, словно экзотическая птица, действительно вышагивал Ян Инь. Молодой, элегантный, одетый как денди*: бежевая рубашка, коричневый жилет с карманными часами, черные брюки и блестящая кожаная куртка, которая даже в тусклом свете выглядела вызывающе. Лу Цзян закатил глаза, а затем сквозь зубы прорычал: — Этот выскочка прицепился к нам по дороге. Если он будет путаться под ногами и мешать следствию, прибью его прямо здесь, вместе с тобой, если понадобится. Ли Синьвэй бросила на инспектора удивленный взгляд. Что за тайны их связывают? Она не раз ловила их на перепалках, но никогда не решалась спросить, в чем тут дело. Ян Инь, заметив знакомое лицо, ослепительно улыбнулся и направился к ней, словно его вели невидимые нити, сотканные из общих переживаний. — Интересное дело, не находишь? — спросил он с искренним интересом, словно этот пожар был для него увлекательной головоломкой. Ли Синьвэй медленно развернулась к нему, пробормотав проклятие себе под нос. Каким образом этот бездарь, который обычно избегает полиции как чумы, вдруг появился здесь при полном параде? — Какого черта ты тут делаешь, Ян Инь? Заскучал дома, решил сменить пейзаж? На картины твои никто не смотрит? Ян Инь бросил быстрый взгляд на шефа Чжуан Ху, который, словно опытный дирижер, успокаивал прессу и пресекал любые попытки спекуляций. — Чжуан Ху попросил меня помочь. Я не мог ему отказать. — Не мог отказать?! С каких это пор ты такой добрый и отзывчивый? - съязвила Ли Синьвэй. Ян Инь лишь усмехнулся в ответ. Ли Синьвэй прекрасно знала, на что он способен, когда дело касалось его собственных интересов. Его самодовольная улыбка была столь же яркой и обжигающей, как пламя, которое уничтожило магазин на улице Сучжоу-У. — У нас с Чжуан Ху особая связь. Он знает, что я умею распутывать самые сложные дела. Иногда приходится делать исключения и помогать старым друзьям. К тому же, мне всегда было любопытно взглянуть на мир за пределами своей мастерской. А тут такое представление… Ли Синьвэй посмотрела на него с неприкрытым недоверием, но инстинктивно притормозила, понимая, что сейчас не время для перепалок. Вместо этого она решила сосредоточиться на осмотре места преступления, надеясь найти хоть какую-то зацепку, которая могла бы пролить свет на эту мрачную историю и предотвратить возможные последствия. Лу Цзян, проходя мимо этой странной парочки и невольно услышав последние слова Ян Иня, не удержался от саркастичного комментария, разрушая и без того хрупкую атмосферу сотрудничества: — Главное, чтобы это не превратилось в очередное шоу ради зрелищ. Мы здесь, чтобы расследовать, а не развлекать публику! Наша задача - установить истину, а не создавать сенсации! — О, не волнуйтесь, инспектор Лу, все будет в порядке! - заверил Ян Инь, нагло проигнорировав его недовольство, и тут же снова повернулся к Ли Синьвэй. — Просто попробуй посмотреть на это под другим углом. У нас есть шанс собрать полезную информацию, если подойдем к делу с умом. Неужели ты не видишь возможности, которая лежит прямо у нас под носом? Под конец он подмигнул девушке-детективу, словно в его словах заключался ключ ко всей этой загадке, которая эхом отдавалась в стерильных стенах секретной лаборатории. Воздух был пропитан запахом озона и машинного масла, а монотонный гул оборудования создавал ощущение постоянного напряжения. Ли Синьвэй, разрываемая внутренними противоречиями, лишь глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки и отбросить все лишние мысли.  Она прекрасно понимала, что имеет в виду этот самовлюбленный нарцисс, но в то же время ее терзало непонятное волнение от того, что Ян Инь, с которым у нее сложились такие непростые, почти враждебные отношения, вдруг вызвался помочь. Впервые за долгое время она видела его таким… активным, таким заинтересованным. Его внезапное желание участвовать в расследовании казалось ей не только странным, но и подозрительным. "С чего бы это?" - промелькнуло в ее голове. Но, с другой стороны, если этот придурок действительно хочет помочь, может быть, стоит дать ему шанс? — Ладно, — наконец произнесла она, — но учти, если ты собираешься здесь оставаться, запомни одно: никакой самодеятельности. Мы работаем вместе, и только вместе. Ясно? Ты под моей ответственностью, и я не потерплю никакого халатного отношения. Если накосячишь - пеняй на себя. Ян Инь лишь махнул рукой, демонстрируя, что усвоил правила игры и готов подчиняться ее указаниям. На его лице заиграла хитрая ухмылка, словно он уже строил планы, как извлечь максимум выгоды из этой ситуации. В глубине души Ли Синьвэй все еще сомневалась в его искренности, но мысль о том, что вместе они смогут добиться большего, заставила ее принять этот рискованный шаг.  "Посмотрим, что из этого выйдет.” Допрос мирных жителей тянулся, как старая жевательная резинка, но кое-что выжать из них всё-таки удалось: не все были готовы тупо смотреть, как горит их жизнь, и их показания могли пригодиться. Ли Синьвэй пару раз пыталась подключить свою "чуйку", надеясь на озарение, но без толку - полезных зацепок ноль. Тем временем Ян Инь носился среди руин, как угорелый, помогая экспертам копаться в пепле. Он цеплялся ко всему, что хоть как-то могло быть связано с пожаром. И это правильно, ведь любая мелочь могла оказаться ключом. Шеф-Инспектор успел поболтать с журналюгами и вернуться в отдел. Все ходили на взводе, атмосфера наэлектризована. Детектив Ли застыла на месте, осматривая улицу. Куча зевак глазела на офицеров, но страха в их глазах не было. Люди, пережившие такой ад, пытались взять себя в руки, не дать панике захватить их. Она пыталась собраться с мыслями, но тревога давила, как мешок цемента.  Вопросов становилось всё больше, и чем сильнее она пыталась разобраться, тем больше запутывалась. Вдруг Ян Инь подкрался сзади и дёрнул её за плечо. Ли Синьвэй испугалась, что аж подпрыгнула от неожиданности. — Эй, ты чего подкрадываешься?! — Извини, не хотел пугать, – ответил Ян Инь, скривив легкую улыбку, – У нас тут кое-что интересное нарисовалось. Кажется, мы напали на след. Ли Синьвэй сразу включила серьёзный режим. — Ну, выкладывай. Ян Инь кивнул в сторону развалин, словно там была спрятана тайна, которая сама жаждала быть раскрытой. — Пойдём, покажу. Ли Синьвэй тут же рванула за ним, сердце заколотилось от предвкушения. Они обошли угол и остановились у покосившегося забора, за которым громоздилась куча кирпичей. Ян Инь присел на корточки и, прищурившись, указал на следы на песке. — Видишь? — сказал он, показывая на следы, ведущие к заброшенному складу. — Свежие. Тут кто-то недавно лазил, что-то искал. Ли Синьвэй наклонилась, разглядывая отпечатки. Судя по всему, человек не торопился, возможно, искал что-то потерянное. В голове детектива тут же начали роиться предположения, как потревоженные пчелы. Что он искал? Что могло быть настолько важным, чтобы вернуться на пепелище после пожара? И почему он оставил такие небрежные следы? Может быть, он не знал, что за ним наблюдают? Или ему просто было все равно? — Это следы детской обуви, лет десяти. Один из местных сказал, что видел, как ребёнок выбегал из дома во время пожара. — Вы его допросили? — спросил Ян Инь, голос стал серьёзнее. — Да, но ничего полезного он не сказал. Просто упомянул, что видел этого пацана, выбегающего из дома. Ли Синьвэй ощутила, как разочарование заполняет ее, словно грязная вода, вытесняя остатки надежды. Никаких улик, никаких зацепок, только пепел и воспоминания, которые не хотят складываться в единую картину.  Пожар безжалостно смел все на своем пути, оставив после себя лишь выжженную землю и чувство бессилия. И этот проклятый 1935 год! Камер видеонаблюдения, как назло, не было, да и отпечатки пальцев тут брать было бессмысленно – все обгорело дотла. Этот мир, с его устаревшими методами и ограниченными возможностями, с каждым новым делом бесил ее все больше и больше. Ей хотелось вырвать из себя кусок будущего и вживить его сюда, в эту отсталую эпоху. — В такой ситуации и имя-то своё забудешь, — пробормотала детектив, чувствуя, как горечь поднимается к горлу. Ее взгляд скользнул по заброшенному зданию, мрачному и безликому, словно вырванному из кошмарного сна. Выбитые окна зияли черными провалами, словно глазницы мертвеца, а покосившиеся двери скрипели на ветру, издавая жалобные стоны. В этом месте ощущалась какая-то зловещая тишина, словно само забвение поселилось здесь, сплетаясь с опасностью в смертельный узел.  Здесь, среди руин и пепла, можно было легко потерять себя, раствориться в прошлом, стать частью этой безжизненной картины. И в этом была самая большая опасность – забыть, кто ты есть, и зачем ты здесь. Зайдя в один из домов, Ли Синьвэй почувствовала, как холодный воздух обдал её лицо, напоминая о недавней трагедии.  Пыль на полу была нарушена только в одном месте, где, похоже, кто-то копался, искал что-то. Она начала осматриваться, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. В углу комнаты стоял старый комод, и его дверцы противно заскрипели, когда Ли Синьвэй попыталась их открыть. Но комод был заперт. — Это была чья-то квартира, — задумчиво произнес Ян Инь, словно разговаривая сам с собой. — Здесь кипела жизнь, а теперь… пепелище. Он достал из кармана свои часы и снова уставился на циферблат. Коричнево-золотистые стрелки медленно ползли по кругу, словно стараясь запечатлеть каждую секунду, каждую деталь этого ужасного места. Он залип на движении стрелок, и каждая секунда, казалось, теряла свою ценность.  Циферблат, словно миниатюрное магическое поле, переливался, напоминая северное сияние. Даже в этом мраке он чувствовал, как время течет, смывая все его тревоги, оставляя лишь блаженное спокойствие.  Каждый щелчок стрелок звучал как мелодия, доступная только ему, словно шепот древнего леса, укрывающего теплом. Ли Синьвэй тихо вздохнула, прислушиваясь к гулу пустых стен. Каждое эхо звучало как тревожное предупреждение, заставляя сердце колотиться быстрее. Она заметила обгоревшие следы на стенах – остатки когда-то великолепных фотографий. Медленно проходясь вдоль стены, она коснулась обугленной поверхности пальцами. «Огонь! Пожар! Спасайтесь!» – эти слова снова пронеслись в ее голове, напоминая об ужасе, который произошел здесь. Внезапно ее пронзило воспоминание, словно видение. Красный отблеск нежно осветил ее со всех сторон. В следующую секунду Ли Синьвэй увидела призраков прошлого, стоящих в каждой комнате, оживляя мрак обугленных стен. Старая женщина с добрыми глазами и маленький мальчик с игрушечным поездом, который когда-то мчался по полу, смеялись и играли, купаясь в солнечных лучах, проникающих сквозь окна, которые теперь лишь печально взирали на опустошенный мир. Как будто фильм прокручивался у нее в голове. Ян Инь потянулся к одной из стен, его пальцы коснулись холодного, израненного бетона. Кольцо на его пальце блеснуло зеленым огоньком. Он чувствовал, как время здесь замерло, а жизнь ушла вместе с пламенем. Но в воздухе все еще витала энергия, которую они оставили после себя. Даже это пепелище было пропитано историей, словно черные следы на стенах обжигали воспоминания и напоминали о сильном духе, который не позволил бы этому месту погрузиться в полное забвение. — Мы можем попробовать переместиться на несколько минут до начала пожара. Тишину прервал голос Ян Иня. Он звучал серьезно, но в нем чувствовалась уверенность, которую ничто не могло поколебать. Ли Синьвэй слегка прищурилась, обдумывая его слова. Возможность увидеть события, предшествовавшие катастрофе, манила ее, словно далекие звезды, но одновременно наполняла тревогой и страхом, как неясное темное предчувствие. — Разве это не слишком рискованно? Изменять ход времени и все такое, в таком то месте и… Событии, – тихо спросила она, как бы невзначай, хотя внутри все дрожало. Она поймала взгляд Янь Иня, пытаясь понять, что он на самом деле думает об этом плане. Его уверенность успокаивала, но в то же время и пугала. Ян Инь спокойно кивнул, его взгляд был полон решимости, а в глазах горел огонь правды, которая скрывалась за завесой времени. — Мы должны узнать, что произошло на самом деле. Это очень важно. Они подошли к месту, где некогда бушевал огонь, и словно слились с тенями, которые хранили истории невидимых слез и рухнувших надежд. Ли Синьвэй взглянула на потолок, потом на пол. Ее мучили сомнения, в том числе и в способностях Ян Иня, на которого она обычно полагалась, но сейчас тень сомнения терзала ее сердце. — Ладно, погнали, — решительно произнесла она, протягивая руку, давая понять, что готова к действию, несмотря на все плохие предчувствия. Ян Инь слегка улыбнулся и встретил ее взгляд. Сквозь тьму, поселившуюся в его душе, он увидел в ее глазах искру. Искру надежды, смешанную с горечью воспоминаний. Он никогда бы не подумал, что глаза могут излучать столько тепла и света в такие мрачные времена. « Ты будешь детективом, Инь. Великим детективом! А я… я просто обычная художница…» Эти слова, словно эхо из прошлого, внезапно прозвучали в голове Ли Синьвэй. Она почувствовала себя неловко от пристального взгляда Ян Иня и его глупой улыбки, направленных на нее. Детектив дернула его за рукав, ее пальцы сжимали ткань от нетерпения. — Ты чего застыл? Земля вызывает! Ян Инь нервно отвел взгляд и заерзал, словно школьник, пойманный за списыванием. Тихо прокашлявшись, он пробормотал: — Задумался… просто задумался. Схватив Ли Синьвэй за руку, он принялся крутить стрелки своих часов. Время сдвинулось назад на несколько минут, словно повинуясь его воле, возвращаясь к безмятежному моменту, когда трагедия еще не произошла. Квартира, в которой они находились, сияла красками и светом. Никакого запаха гари, все цело и невредимо, как будто реальность вернулась к своим первозданным формам, не унося с собой ни капли горечи. Словно это была машина времени, а не просто часы. Однако, озадаченно осматриваясь, они заметили, что дома никого нет. — Почему здесь никого нет? — тихо произнесла Ли Синьвэй, чувствуя, как ледяной холодок пронзает ее сердце. Как будто они попали в дом-призрак. — Возможно, они куда-то уехали, — ответил Ян Инь, окидывая взглядом комнату. Все выглядело так, словно еще недавно здесь кипела жизнь: на столе, покрытом яркой скатертью, стояла недопитая чашка чая, а в воздухе витали остатки смеха и улыбок. У большого деревянного комода стояли фотографии, запечатлевшие счастливые моменты. На фотографии была запечатлена обычная семья: отец, мать и мальчик лет десяти. В руках ребенок держал игрушечного дракона, выкрашенного в яркие, почти неестественные цвета. Ли Синьвэй рассматривала снимок около полсекунды, но этого хватило, чтобы понять – эта семейка не так проста, как кажется на первый взгляд. Что-то в их лицах, в их позах выдавало фальшь, словно они позировали для тщательно срежиссированной пьесы.  Особенно мальчик. Его взгляд был слишком взрослым, слишком проницательным для ребенка его возраста. В нем читалось что-то… нечеловеческое. Ли Синьвэй почувствовала, как по спине пробежал холодок. — Или они просто не успели вернуться, — предположила она, провожая взглядом свет, пробивающийся сквозь окна. — Но почему здесь все так… странно? Словно время остановилось. Ян Инь невольно напрягся, словно почувствовал ее беспокойство. Резким движением он достал из жилета свои часы, механизм которых был полон загадок и скрытых смыслов.  Стрелки бешено вращались, словно потеряли ориентацию во времени, а шестеренки издавали едва слышный, но навязчивый скрежет. Ли Синьвэй подошла к окну и взглянула на улицу. Серые, свинцовые тучи нависли над городом, предвещая не просто дождь, а настоящую бурю. Ветер завывал, словно оплакивал чью-то судьбу. Холодная нота страха коснулась ее сердца, но она не позволила ей взять верх. Как детектив, она привыкла смотреть в лицо опасности, даже если эта опасность была окутана мистическим туманом. — Нам нужно выяснить, что здесь происходит. Мне это все категорически не нравится. Повернувшись к Ян Иню, она заметила в нем смущение. Он стоял посреди комнаты, словно парализованный, и был глубоко погружен в изучение своих часов.  Его лицо исказилось от напряжения, а пальцы судорожно перебирали детали механизма. Ли Синьвэй стало не по себе. Его обычно спокойное и рассудительное поведение сменилось паникой, и это пугало ее больше всего. — Что такое? Что-то не так? — У нас проблема. Иди сюда! Схватив детектива за руку, Ян Инь стал обращаться со временем, как с хрупким стеклом, боясь разбить хрупкую реальность. Ли Синьвэй ощутила, как ее сердце бешено заколотилось, оттого, что не понимала, что происходит. Ян Инь, чья уверенность всегда внушала спокойствие, теперь выглядел встревоженным, словно нахлынувшее беспокойство затмило его обычно ясный взгляд. Он сосредоточенно настраивал часы, и вдруг комната окуталась мерцающим туманом, будто сама реальность начала колебаться. Время замедлилось, застыв в тумане с тревожным посланием. — Кажется, здесь нарушен временной поток, — произнес он тихо, как будто боялся пробудить дремлющую тишину, хранящую мрачные секреты. — Восстановить его будет крайне сложно. Ли Синьвэй уставилась на него, вглядываясь в его глаза, чувствуя, как нарастающее беспокойство накрывает ее волной. — Чего?! Нарушен временной поток?! Ты серьезно? — переспросила она, с трудом сдерживая панику. — Да. Здесь время действует иначе, чем должно. Мы можем оказаться в ловушке, если не сможем его скорректировать… Ли Синьвэй ощутила холодок по позвоночнику, пробирающий до самых костей. Золотисто-зеленое мерцание часов казалось предвестником неминуемой беды, словно искры угасающей надежды. "Ну, вот мы и попали," - подумала она с мрачной иронией. "Приехали, что называется. Теперь выбираться будем не знаю как." В горле пересохло, а в животе завязался тугой узел из тревоги. — И сколько у нас времени?! — Точно не скажу. Если не дернемся сейчас, то, возможно, застрянем здесь навсегда.  Пойми, это не просто какое-то место; здесь переплетены множественные временные потоки, и каждый неосторожный шаг может только усугубить ситуацию. Как камень, брошенный в тихую воду, вызвать непредсказуемую цепную реакцию. Ли Синьвэй огляделась, стараясь ухватиться за хоть какую-то ниточку понимания происходящего. Комната, казавшаяся еще недавно обычной, теперь давила своей неестественной тишиной и неподвижностью. Все предметы словно застыли в какой-то странной позе, замерли в ожидании чего-то страшного. На столе недопитая чашка чая, раскрытая книга на кресле, фотография семьи с подозрительным мальчиком… Каждая деталь казалась важной, но смысл ускользал от нее. Она кивнула самой себе, пытаясь взять себя в руки. Паника – худший советчик в такой ситуации. Нужно собраться и действовать рационально, как и подобает настоящему детективу. Она мысленно отбросила все лишние эмоции и сосредоточилась на задаче. В этом странном, застывшем мире у них нет права на ошибку. Цена промедления может оказаться слишком высокой, не только для них, но и, возможно, для всего мира. — Что нам делать? Как мы можем восстановить этот поток, сдвинуть эти неподвижные рамки времени?! Ян Инь посмотрел на Ли Синьвэй. В ее глазах теперь вспыхивала надежда на спасение, и этот огонь горел ярко, наполняя их обоих энергией. Вокруг них мебель будто оживала, изменяя свою форму, а время искажалось под действием невидимой силы. Полный сюрприз какой-то. — Объединим силы. "Видение и Контроль" — это наш козырь. Давай попробуем. Ли Синьвэй бросила на него взгляд, полный недоумения. Она ощутила, как тревога сжимает ее грудь, как тяжелый груз на совести. Закрыв глаза, она сосредоточилась на энергиях, окружающих их, энергиях, пропитанных старинными секретами и древними заклинаниями. "Видение и Контроль" — это не просто слова, это их единственная надежда, их опора в этом хаосе. Она почувствовала вибрацию времени, словно нить, которую можно было натянуть и переплести, чтобы восстановить утраченный поток. — Я чувствую его, — произнесла она, открывая глаза, полные решимости. — Поток… он распадается на части. Это вообще нормально?! Ян Инь кивнул, его лицо пронизала решимость. — Используем наши силы, чтобы соединить эти потоки и восстановить гармонию. Как целостный организм! Они встали друг напротив друга, внимательно вглядываясь в глаза друг друга, и незаметно для себя начали синхронизировать дыхание, углубляясь в магию момента и осознанности. Часы замерли, время затаило дыхание перед ожидаемым чудом. — Закрой глаза, — сказал Ян Инь. Ли Синьвэй послушно закрыла веки, погружаясь в безмолвие. Подвеска в виде красной розы на шее Ли Синьвэй вспыхнула огненным светом, а кольцо Ян Иня засияло зеленым нефритом, отбрасывая причудливые тени на стены, словно тайные знамения их силы. Вокруг них разверзались потоки энергий, словно из хаоса рождалась прекрасная мелодия. С каждым вдохом они создавали симфонию из своих объединенных желаний и стремлений. Ли Синьвэй ощутила, как внутри нее разгорается тепло, проникающее в каждую клеточку ее тела, словно яркое и ослепительное сияние надежды. Совместными усилиями они начали плести единое сияние — яркое и гармоничное, способное восстановить разрушенную реальность и разорванные временные линии. Ли Синьвэй почувствовала, как страх и неуверенность постепенно растворяются в чуде этого процесса. Они стояли посреди комнаты, держась за руки с закрытыми глазами, сосредоточенные на своей великой миссии. Внезапно в этой зловещей тишине раздался знакомый голос, вырвавший их из этого сосредоточенного состояния. — Детектив Ли ? Господин Ян? Эй, вы чего тут зависли?! Ли Синьвэй медленно открыла глаза, чувствуя себя так, словно ее выдернули из глубокого сна. В голове была каша, в глазах – песок, а в душе – полное непонимание. Она прищурилась и заметила Мао Ю, стоящего в дверях. На нем была та же полицейская форма, что и на шефе Чжуане, а на голове – форменная фуражка. "Мао Ю? Что он тут делает?" — Вы чего? — спросил он, явно в недоумении. — Вы как будто не в себе. Все нормально? Увидев, что Ли Синьвэй все еще держит за руку только что проснувшегося Ян Иня, она резко отпустила его. Тот, очнувшись, недоуменно обернулся, возвращаясь в реальность, словно пересек грань между мирами. Объединение сил двух посланников времени было делом непростым, а последствия – непредсказуемыми. — Оу, Мао Ю, это ты, — нервно заулыбалась она, заметив, как юноша бросает на них обеспокоенные взгляды. — Все в порядке, просто немного задумались. Что-то случилось? — Я пришел сообщить, что мы нашли подозреваемого в поджоге. Шеф просил вас срочно приехать в участок. В один голос детективы выпалили: — Кто?! — Маленький мальчик по имени Чжун Лэй. Ему всего десять лет. Знакомое имя, словно разряд молнии, пронзил сознание  Ли Синьвэй и Ян Иня. Время, словно сломанный поток, вновь замерло, открывая дорогу к разгадке, пропитанной неразгаданной тайной их судьбы.  Маленький мальчик с фотографии. Чжун Лэй. Не может быть… Или все-таки может? Примечание автора: *"Wechat-герои" - (контекстуально, чаще всего иронически) люди, активно использующие социальную сеть WeChat (Вичат), особенно для публикаций, которые могут быть восприняты как показные, хвастливые, или оторванные от реальности. *"Денди" - (в историческом и культурном контексте) мужчина, уделяющий чрезмерное внимание своей внешности, одежде и манерам, стремящийся к изысканности и утонченности.