Лисы и волки

— Ты ещё легко отделалась, что я не нашёл тебя в какой-нибудь пустой спальне, — Питер щёлкнул её по подбородку, поднимаясь. Беллатриса вытерла кровь Гермионы с палочки подолом своего платья, словно художник, очищающий кисть. Была ли её изувеченная рука холстом? Должен ли был этот шрам стать великим шедевром Беллатрисы? — Легко? — прохрипела Гермиона. Она всё ещё лежала на полу, обхватив себя за живот, глядя на них двоих. Её платье, волосы, кожа — всё было испачкано её собственной кровью. До того момента, как Питер заговорил, она чувствовала себя замёрзшей до костей. Замёрзшей от боли. От страха. От дисциплины, чтобы не разрушить их планы из-за одного пугающего сбоя. Но гнев начал стремительно разгораться в её ледяных венах. — Ты думаешь, это легко? — Гермиона подняла свою окровавленную руку. — Это пытка! — Закрой рот, маленький ягнёнок, — прошипела Беллатриса. — В следующий раз я вырежу твой язык. — Нет, — Гермиона вытянула руку полностью. — Ты думаешь, это слово меня позорит? Я горжусь тем, откуда я родом, кто моя семья. Я ведьма с магией в венах, но я никогда не забуду свои корни. Её правая рука дрожала, когда она поднималась с пола. Дрожь распространилась по всему телу, но Гермиона не была уверена, что было гневом, что адреналином, а что агонией. Единственное, что имело значение, — её кожа начала светиться, как лунный свет, и это означало, что её магия проснулась и процветала. — Вы заслуживаете всего, что я вам дам, — прорычала Гермиона. Её магия поднялась навстречу ей. Прежде чем они успели среагировать, она двинулась. Это было не сложнее, чем тренировки с Драко, теперь, когда шок и удивление прошли. Когда Питер замахнулся на неё, она увернулась. Гермиона схватила его за горло, прошептала «Силенцио», а затем врезала коленом ему между ног. Она бросила его скорчившееся тело в сторону Беллатрисы, надеясь замедлить её. — В тебе больше бойцовского духа, чем у большинства ведьм, которых я встречала, — Беллатриса облизнула губы, готовя палочку. — Но все они быстро узнавали своё место. И ты тоже узнаешь. — Я не большинство ведьм, — Гермиона сосредоточилась, направляя свою магию в одну точку, а затем вытянула её, пока та не растянулась и не изогнулась. Беллатриса не могла скрыть шок на своём лице, увидев, что в окровавленной левой руке Гермионы теперь была палочка, сделанная не из дерева, а из чистой, необузданной магии. — Экспеллиармус! — закричала Беллатриса. Гермиона упала на пол, откатываясь от взрыва. Гермиона направила свою новую палочку на Беллатрису. — Сектумсемпра! — Голубой свет вспыхнул, пронёсся по коридору, быстрый, как молния. Беллатриса выставила защитный щит за мгновение до того, как заклинание могло ударить её в грудь. Краем глаза Гермиона видела, как Питер пытается отползти к главным залам особняка. — Круцио! — Протего! Петрификус Тоталус! Гермиона ахнула, когда заклинание отбросило Беллатрису назад. Её ударили сзади, поняла Гермиона. Она встала. И тот, кто её ударил, использовал проклятие. Она подняла взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, кто пришёл ей на помощь. — Не тронь моего ребёнка, — приказала Нарцисса Малфой.

***

Орион силой развернул Драко. — Орион, — Драко осторожно надел свою маску, стараясь выглядеть открытым и дружелюбным. — Рад вас видеть, сэр. Краем глаза он заметил, как Поттер растворился в толпе. — Я искал тебя, — повторил Орион. — Теодор Нотт сказал мне перед уходом, что видел, как ты пошёл в спальню с девчонкой Паркинсонов. Всё в порядке? — Конечно, — ухмыльнулся Драко. — Просто немного праздничного веселья. Орион хохотнул. — О, я понимаю. Просто хотел найти тебя, чтобы убедиться, что ты не забыл и не уклоняешься от нашей сделки. Драко почувствовал, как дёрнулся его глаз. Эта чёртова сделка. Конечно, он хочет забрать своё сейчас. Он расправил плечи. — Я никогда бы не забыл об этом, сэр. Рад дать вам ответ, который вы ищете: мы с женой исполнили наш брак. Теперь я не уверен, что… — О, мне не нужны твои слова, дорогой мальчик, — Орион крепче сжал его плечо. Его улыбка была масляной. — Меня больше волнуют твои воспоминания. Видишь ли, они мне не лгут. Драко напрягся. — Вы хотите заглянуть в мои воспоминания? — Только одно воспоминание. А теперь, если ты последуешь за мной…

***

— Моя милая маленькая Цисси, — захохотала Беллатриса. Она сплюнула полный рот крови на ковёр. — Какая же ты предательница крови. Я не должна была защищать тебя все те годы назад. Чёрная ярость покрыла лицо Нарциссы, когда она подошла ближе. — Ты не должна была стоять в стороне, пока они убивали нашу сестру и промывали мозги её ребёнку. Беллатриса указала пальцем на сестру. — Ты тоже стояла в стороне. Не прикидывайся теперь такой праведной. — Да, я стояла, — прошипела Нарцисса. — И я жалею об этом каждый день. Её кровь на моих руках. Я не позволю тебе сделать то же самое с Гермионой. Беллатриса посмотрела на Гермиону. — Это моя сестра научила тебя всей этой магии? — Я родилась с этой магией. Силу нельзя научить, только отточить. Она лишь помогла мне увидеть то, что уже было во мне. Пальцы Беллатрисы дёрнулись к палочке. Гермиона среагировала. — Петрификус Тоталус! — Заклинание попало. Беллатриса застыла, прежде чем рухнуть лицом в пол. Гермиона бросилась в объятия Нарциссы. Единственная материнская фигура, которая у неё была, откинула назад её волосы, выбившиеся из косы, прежде чем крепко прижала её к груди. — Прости, что я не пришла быстрее, дорогая. — Нет, не извиняйся. Я должна была отбиться от них быстрее. Я просто… лежала. — Не превращай это в самобичевание, — упрекнула Нарцисса. — Ты выжила. Когда я увидела, как Питер убегает, я боялась худшего. Драко отлично тебя обучил заклинаниям. Ты великолепно справилась с двумя могущественными членами Шестерки. Гермиона отступила, вытирая глаза. Позже. Она разберётся с новым шрамом на руке позже. Сейчас ей нужно двигаться дальше. Насколько она знала, Драко уже был в поместье Ноттов, добывая пятый крестраж. — Тебе нужно идти, — Гермиона выпрямила спину. Она вытащила пузырёк с Веритасерумом из-за пазухи. — Теперь, когда она не пошевелится, я разберусь с Беллатрисой. Нарцисса ещё раз окинула её взглядом, прежде чем кивнуть. Гермиона знала, что её не придётся уговаривать уйти. Нарцисса была практичной, хитрой. Секунды, потраченные на разговоры, были секундами, уходящими впустую. Она коснулась щеки Гермионы. — Будь осторожна и действуй быстро. Люциус аппарирует тебя обратно в поместье. Обе женщины нависли над застывшим телом Беллатрисы. Гермиона опустилась на колени. Она игнорировала жгучую боль в левой руке, переворачивая тело Беллатрисы. Двигались только её глаза. Гермиона вручную открыла рот Беллатрисы и влила туда Веритасерум. Нарцисса стояла с палочкой наготове, чтобы наложить связывающее заклинание, как только Гермионе понадобится. — Я не твой маленький ягнёнок, — Гермиона закрыла рот Беллатрисы и зажала ей нос, чтобы та не выплюнула сыворотку. Она массировала её горло, пока не убедилась, что та проглотила. — Я лисица у твоих ног и волчица у твоего горла. Ты не должна была недооценивать ведьму с магией. А теперь скажи мне, где крестраж семьи Блэк. Гермиона освободила её от оцепенения, чтобы она могла говорить, но благодаря Нарциссе Беллатриса всё ещё была связана и не представляла угрозы. Её глаза были полны яда, но сыворотка заставила её язык двигаться. — Пёс Сириуса, Римус. Он крестраж.

***

Они направились в заброшенную гостиную в западном крыле дома. Всю дорогу от бального зала Драко изолировал свои воспоминания, пока нужное не осталось в одиночестве. Орион не увидит мост к душе Гермионы. Он не узнает об их тренировках, о её мастерстве в садоводстве и защитных заклинаниях. Он увидит только один акт, который означал, что Драко выполнил свою часть сделки. Драко внимательно следил, как Орион поднял палочку к его виску. — Готов? — Конечно, — солгал Драко. Он почувствовал момент, когда Орион проник в его разум. Словно кинжал резал и вырезал путь через его сознание. Драко ощущал, что Ориону плевать на осторожность или деликатность. Он хотел самый быстрый путь к воспоминанию. Драко подтолкнул воспоминание вперёд. Орион тут же в него погрузился. Драко ненавидел делиться самым интимным моментом с Гермионой, но напоминал себе, что делает это ради её будущего. Орион трижды просмотрел воспоминание, прежде чем яростно вырвался из разума Драко. Его голова раскалывалась надвое, но ночь была далека от завершения. Он не мог задернуть шторы и отоспаться. Придётся найти Блейза, чтобы взять какое-нибудь зелье или траву для снятия боли, а затем отправиться в поместье Ноттов. — Когда это было? — спросил Орион, вставая. — На прошлой неделе. К концу следующего месяца вы получите ответ, беременна она или нет, — и к тому времени мы будем далеко-далеко от твоего трупа. — О, нам не придётся ждать так долго, — Орион хлопнул его по спине, выходя. — Магия ведьмы позволяет узнать о беременности почти сразу. Наш маленький ягнёнок, вероятно, уже знает. Приведи её ко мне завтра.

***

Люциус аккуратно опустил её, указав на дверь. Прохладный садовый воздух холодил её всё ещё открытую рану. — Я найду Нарциссу и проверю, всё ли с ней в порядке. В моём кабинете есть бинты и Дурман для твоей раны, — он исчез в чёрном вихре. Гермиона не ожидала, что он задержится, и он не задержался. Его последовательность успокаивала. Она взбежала по лестнице в свою спальню на полном ходу. Как только Драко и Нарцисса вернутся с оставшимися крестражами, она сможет сжечь их в пепел с помощью Адского Пламени и покончить с Шестеркой раз и навсегда. К восходу солнца она будет на корабле дома Ноттов. Надежда на это почти кружила ей голову. Она чувствовала вкус свободы на языке, словно свежий дождь. Прежде чем она достигла своих личных покоев, её ударил запах крови. Она остановилась. Сердце подкатило к горлу, пока не заполнило рот. Её рука замерла над дверной ручкой. Что-то было не так. Кто-то был в её комнате. Нет. Нет… С другой стороны двери послышались шаги, а затем тяжёлый удар. Звук падающего тела. Слёзы хлынули по её щекам, пока она качала головой. Здесь, в поместье, был только один человек. Один, кто никогда не уходил… — Мы оба знаем, что ты стоишь за дверью, Гермиона-Джин Грейнджер, — сказал Сириус Блэк. Дрожащими пальцами Гермиона открыла дверь. Она посмотрела вниз, на его ноги. Она закричала. Она кричала и кричала… У ног Сириуса лежало тело Певенси. Римус кружил вокруг, пока не встал перед своим хозяином. Его рычание отдавалось в груди Гермионы. Сириус вытер большую рану на своём лице, морщась при виде собственной крови. — Она хорошо сопротивлялась, твой эльф. Не знал, что эти маленькие рабы на такое способны, — с драматичным жестом он рухнул в ближайшее кресло. Повернулся, чтобы посмотреть на неё через плечо. — Пора нам поговорить о твоей маленькой охоте за крестражами, не находишь?