V

      Едва выйдя от Ино, Сакура достала мобильник и быстро застучала ногтями сообщения, пока приподнятый дух смелости ещё оставался в ней после разговора с подругой.

OnePunchGal: Я не могу это откладывать

OneOunchGal: Нужно поговорить

      Девушку, при всей запутанности чувств, очень трогало, что сообщения Какаши всегда читал моментально. Это избавляло от лишней тревоги ожидания. SharinGuy88: я тоже не могу. … SharinGuy88: если не боишься на ночь глядя куда-то ехать, можем у меня. SharinGuy88: адрес ты знаешь.       Сердце заколотилось, и уж точно не от страха. В отношении личного пространства куноичи отлично знала Какаши, и такое его предложение было свидетельством тому, что он принимал проблему, понимал её интимную суть – ведь никто не станет звать человека на обсуждение статуса пары в раменную? – и предлагал решить её не где-нибудь, а в своей обители, куда вход был воспрещён всем. Кроме какого-нибудь медика, если доводилось ухаживать за переломом после миссии. Собственно, Сакуре как раз посчастливилось этим медиком быть.       У его дома, находившегося в отдалении от живого центра, в отличие от цветочной лавки Яманака, природа словно замерла. На небе, заляпанном редкими тёмными облаками, проступали звёзды, как всегда яркие осенью. Деревья, окружавшие участок, прислушивались и будто ждали, когда ветер начнёт играть с их листвой. Но, видимо, сегодня ветер уже спал, и воздух был наполнен лишь стрёкотом сверчков. Сакура остановила шаг, любуясь видом, и подумала, что очень давно не была вне дома в такой поздний час.       Дверь тихонько открылась, и в проёме показался Какаши, слегка помятый, но в той же форме, в какой был на собрании, включая жилет. На видимой половине лица его отпечаталось что-то неровное, беспокойное. Он молча посмотрел на Сакуру, а та, оправдывая задержку, обвела рукой небо и лес и сказала:       — Красиво.       Он кивнул, особо не глядя на пейзаж, и впустил её.       Всё в доме было, как она помнила. Скромный неприглядный интерьер, традиционная мебель, запах хвойной смолы от половиц, лёгкое курево сандала. Единственный стеллаж, пестрящий кричащими обложками романов, дурацкое растение от Наруто на подоконнике, фотография команды номер Семь в рамке на комоде.       В гостиной горел торшер, делая атмосферу тихой и приглушённой. Никаких намёков, никаких угроз. Сакура поняла, что даже перед тяжёлым разговором ощущает себя спокойно в, по сути, незнакомом месте. Какаши прошёл к дивану и хрипловато предложил сесть. Девушка прошла в середину комнаты, но села на пол, сложив ноги по-турецки, на что хозяин едва заметно склонил голову в заинтересованности, а затем последовал её примеру, откинувшись на диванные пуфы.       Установилась тишина. В голове лишь стучал пульс. Сухим, неповоротливым языком удалось спросить, не поднимая взгляда:       — Можешь пояснить, что произошло в коридоре?       Ниндзя глубоко вдохнул.       — Страх.       — Я так и предполагала.       — Прости.       — Стоит ли ждать, что это повторится? — на этом вопросе Сакура смогла посмотреть на Какаши. Его лицо, пусть и прикрытое, было достаточно явно искажено гримасой, похожей на боль, и он буравил взглядом пол. Пауза затягивалась.       — Ответ зависит не только от меня.       — Поясни? — брови куноичи обескураженно взметнулись.       Мужчина прикрыл глаза и поднял лицо вверх, просидев так с полминуты, словно медитировал посреди диалога.       — Я не могу позволить себе куда-то двигать наши отношения, потому что не знаю твоих желаний. Что я очень хорошо знаю – то, что я себе в этом вопросе совершенно не могу доверять. Меня… Разрывает от осознания, что кто-то может увидеть нас как… Неподобающий союз. Я не хочу тебе зла.       Снова повисло молчание, словно после каждой фразы Какаши нужно было восстанавливать чакру. Сакура молчала, боясь спугнуть, и ждала продолжения.       — Возвращаясь к твоему вопросу. Если мы… Если всё закончится, то такого, конечно, не повторится, — девушке показалось, как мужчина горько усмехнулся. — А если мы продолжаем, то я не могу гарантировать полное отсутствие таких случаев. Сакура, — только сейчас ниндзя смог взглянуть ей в глаза, — мне всегда нужно будет твёрдо знать, что ты рядом, притом по собственной воле, — чётко произнёс Какаши, а затем, уже тише, добавил: — Я не прощу себе, если из-за меня ты допустишь ошибку.       Девушка долго смотрела на лицо мужчины, впервые так ей открывавшегося. Он всё это время сомневался в её и своих собственных намерениях и сжирал себя изнутри за то, что утягивает её за собой в бездну. Сердце сжалось от понимания, сколько боли и страданий Какаши способен сам себе причинить под влиянием призраков из прошлого. Сакуре и так было понятно после диалога с Ино, что тот инцидент в коридоре – лишь инстинкт самосохранения, однако не совсем было ясно, от чего. Сейчас всё встало на места.       — Ты переживаешь, что недостаточно хорош для меня? — фраза была настолько странной, что интонация девушки наполнилась неверием.       — Да. Настолько, что мне нужно любое подтверждение, вербальное и невербальное, — лицо Какаши с каждым словом всё больше искажалось страхом. — Мне нужно понимать, что я нужен. И я… Хочу доверить это решение тебе. Хотелось бы надеяться, что ты возьмёшься за эту миссию.       Снова опустилась тишина, такая же весомая, как только что сказанные слова. Сакура не могла поверить в происходящее, и комната легонько плыла перед глазами. Подсознание ехидно вопрошало, станет ли меньше проблем, если в Академии ниндзя ввести предмет по борьбе с неадекватным уровнем самооценки.       — Какаши, я… Даже и не знаю, что сказать… — растерялась девушка.       — Правда или действие? — вдруг прозвучало тихо и чётко, но в то же время горько и болезненно. Запас смелости на прямой разговор, видимо, закончился, притом у обоих.       — Ч-что? — вопрос окончательно выбил почву из-под ног.       — Правда или действие, Сакура, — тёмно-серые глаза неотрывно вглядывались в ярко-зелёные.       Сейчас или никогда. Всё или ничего. Все эти смыслы шаровыми молниями висели в воздухе и угрожали разорваться. Кроме собственной потерянности, куноичи уловила отчаяние Какаши.       — Действие, — прозвучало хриплым шёпотом.