Глава 18. «Тайное всегда становится явным»

Шаги Маши были намного резче и шире, чем обычно. Она торопилась наконец вернуться в комнату, даже Варя еле за ней поспевала. Волшебница ветра будто проснулась, когда послышался хлопок двери. Резко открыв дверь своего шкафа, Маша достала оттуда сменную одежду и полотенца. Варя, будто в трансе, села на свою кровать и устремилась в одну точку. Дриада это заметила. Она молча достала её одежду, полотенца. Молча подошла, подняла на ноги, отвела в душевую, отдала вещи, затем закрыла за собой дверь. Всё она это делала даже не глядя на подругу. Варя вдруг опустила глаза на свои руки, на которых застыла липкая, гнилая кровь. Выпустив из лёгких сдавленный, протяжный звук омерзения и страха, одним рывком она врубила ледяную воду в душе и попыталась всë смыть. Она сдирала остатки чужой крови едва ли не вместе с кожей, дыхание её становилось сбивчивым, хриплым, редкие слезы подступали к горлу, но девушка упрямо их глотала. Она убила. Она её убила. Будто бы в тот момент это была не Варя, а кто-то другой. Кто-то озлобленный, слишком жестокий, бессердечный. Но она ведь не такая. Она не убийца. –Я не убийца... Я не убийца.... Я не убийца... – словно в трансе повторяла она, стирая кожу мочалкой до красных пятен на руке Когда вторая рука затекла, Варя устало выдохнула и села прямо на пол, опуская голову рядом со сливом. По шее и волосам стекала холодная вода, будто отрезвляя и заставляя собрать себя по кусочкам. Даже если были не все кусочки. –Живая? – раздалось за дверью –Ага. – послышался ответ Затем хлопнула входная дверь. Очевидно, Маша пошла в библиотеку. И комендантского часа она не боялась. Варя вышла из душевой уже помытая и в чистой одежде. На кровати соседки сидели Снежка, Алëнка и Алиса. Все трое накинулись на подругу с крепкими объятьями и чуть было не расплакались. –Варечка, мы за тебя так волновались, ты бы только знала!.. – пролепетала рыжеволосая –Мы чуть с ума не сошли! Думали уж всё... – выдохнула Алиса –Девочки... Всё хорошо. Я же была не одна. Да и... – Варя вновь глянула на свои руки Она им всё рассказала, потому что это чесало ей горло и язык. Обжигало, не давало здраво мыслить. Параллельно рассказу она неосознанно расчесывала руки, рядом сидящей Снежке приходилось иногда сжимать их. –Варь... У нас же психолог принимает к себе всех, кому нужна помощь. – протянула Снежка –Мне не... мне не нужна помощь! – раздражëнно кинула девушка –Но к Разумовской всё равно сходи. Хотя бы просто... поговорить. Тебе она поможет. – настаивала подруга До комендантского часа оставалось всего ничего, однако Маша чувствовала острую потребность в разговоре с Анри. Она хотела, чтобы он, как и всегда, внимательно выслушал, дал совет, а затем они бы вместе приступили к очередной разгадке очередной тайны. Однако, на выходе из библиотеки она заметила только Корвина. Он, зажимая стопку книг за пазухой, захлопнул дверь. –Привет, Анри не с тобой? – без предисловий спросила дриада, подходя –Привет... Он ушёл пару минут назад. –Понятно... – разочарованно выдохнула девушка Корвин оглядел её : спутавшиеся волосы, красноватые глаза, походная одежда. –Ты плакала. – заключил он –Вовсе нет. – нахмурилась она, понимая, как быстро её раскрыли –Это была констатация факта. Стоило тебе прийти на пару минут пораньше, застала бы своего друга. Помог бы. –Ну уж извините, Ваше Высочество, что я посмела вас задержать. – она саркастично сделала реверанс Корвин закатил глаза. –Оставь это. –Дашь лампадку? Пойду почитаю. – она протянула ладонь Корвин задержал взгляд на её глазах, каких-то поникших и злобных, при этом помимо всего прочего в них таился страх. Она была похожа на лесного зверька, к которому ещё попробуй подойти - не дай бог откусит руку. Вдруг в нём пробудилось какое-то дичайшее желание облегчить её страх и злобу, успокоить. Он тихо спросил: –Что случилось? Она дёрнула бровями к переносице, недовольно хмурясь. Но слова сами слетали с губ, которые очень скоро покрылись капающими слезами. –И понимаешь, как я за неё испугалась?.. – дрожащим голосом лепетала она, жестикулируя руками. –Да я... да я так никогда и не за кого не боялась! Никогда, понимаешь?.. Когда вместо слов начали лететь всхлипы, а контролировать эмоции становилось всё сложнее, девушка стянула с носа очки и спрятала лицо в дрожащих ладонях. Корвин осторожно опустил лампадку на пол, рядом со своим ботинком. Медный корпус тихонько стукнул о деревянный настил, но звук утонул в её прерывистых всхлипах. Он шагнул к ней, его обычная бесшумность сейчас казалась ещё более выраженной. Каждая клеточка его тела, привыкшая к отстранённости, противилась этому движению, но что-то внутри, нежное и настойчивое, толкало вперёд. Он остановился рядом, застыв на мгновение. Её плечи дрожали под тонкой тканью. Неуверенно, словно касаясь чего-то хрупкого и драгоценного, он положил ладонь на её макушку, затем опустил её на плечо. Маша вздрогнула, её тело напряглось, но он не отступил. Мягко, но настойчиво он притянул её к себе, обнимая за плечи. Она, казалось, сначала сопротивлялась, но потом, словно сломавшись под тяжестью собственных эмоций, подалась вперёд, уткнувшись ему в грудь. Его обычно холодное, неприступное тело вдруг почувствовало непривычное тепло, исходящее от неё, и не менее непривычное, острое желание защитить. Он сам не ожидал от себя этого жеста, но, обнимая её, он почувствовал, что это именно то, что ей сейчас нужно. И что, возможно, это нужно и ему. Её всхлипы теперь глухо отдавались в его груди, мокрые дорожки слёз жгли его джемпер. Но Маша ничего не замечала, кроме крепких объятий, которые, как ни странно, начали успокаивать её бурю. Впервые за долгое время она почувствовала себя не одна, не загнанным зверьком, а просто… человеком, которому позволено быть слабым. Она вцепилась пальцами в его рукав, её дрожь понемногу утихала. Он прижал её крепче, его подбородок лёг на её макушку. И в этой тишине, прерываемой лишь её затихающими рыданиями, между ними проскользнуло нечто новое – хрупкое, неосознанное, но невероятно важное. Василиса медленно ходила взад-вперёд по узорчатому ворсовому ковру, кусая губы. Кощей сидел на её месте, откинувшись в кресле и глядя в потолок. –Как же мы не могли сразу понять... Как же мы не поняли этого, Кощей? – паниковала женщина. –Главный последователь Повелителя, правая его рука и прямо у нас под носом!.. Кощей, да мы же вот этими собственными руками его сюда пустили, почему мы так безалаберно отнеслись к его резюме? – она схватила папку с липовыми документами, удостоверяющими личность. –Он нас обвёл вокруг пальца, как будто нам не по 300 лет, а по 150! –Не знаю, Вась... Я сам себе поражаюсь. Мы ещё так сдружились. Не зря его Мороком назвали, он умеет голову морочить. Дверь отворилась с тихим скрипом и он вошёл. Без тени сомнений и страха, словно к себе домой. Взгляд его был прямым, будто кричащим : "да, это я тот самый злодей Сказочного мира, который наводил на него ужас сотню лет". Сложив руки на груди, он внимательно оглядел Василису и Кощея, будто это они здесь были злодеями, а не он. Василиса медленно обернулась. Глаза её сузились, поза мгновенно сменилась. В ней будто начинает пробуждаться хищник, готовый даже сражаться, если придётся. –Морок. – голос её был ровен и низок –Василиса Васильевна. – кивнул ей молодой... или не очень человек... или не человек Она сделала резкий, отточенный шаг вперёд и взмахнула рукой, из которой вылетели жëлто-белые искры. Они обвили запястья Влада белоснежной цепью, состоящей из толстой магии, и клацнули. –Какое экспрессивное приветствие. – фыркнул смехом Влад –Это чтобы ты не пытался сбежать. Или пробовать сопротивляться. – хищно промолвила Василиса, приближаясь к нему. –Действительно думал, что обведешь нас вокруг пальца? Что мы не узнаем правды? –Почему же думал? Так ведь и случилось. И то, что вы это узнали - череда случайных событий. Если бы не всё то, о чем я вам рассказал, то вы бы так и сидели на своих мягких дорогих креслах с лапшой на ушах. – он пожал плечами –Случайности закономерны. И даже они на нашей стороне. Да, Орден Света пал, ведь в нём больше не было необходимости. Но клятву его члены нарушат только умерев. Ни я, ни Ядвига, ни Кот, ни Кощей не оставим своё предназначение. –Какое предназначение? Я даже лишённый сил и избитый смог сбежать тогда из Тюрем. А вы все дружно подумали, что я умер. –И лучше бы умер, Морок. Ведь тебе несладко придётся... – угрожающе прошептал Кощей –И что вы мне сделаете? Снова повесите висеть на цепи четыре года? Изобьете огненной плетью? Лишите сил? Бросите в клетку с грифонами? Скукотища. – он, вопреки содержанию своих слов, улыбнулся. –Серьёзно, а мыслей о том, что я сбежал, чтобы измениться не возникает? –Зло не меняется. Оно лишь растёт в размерах. –Зло растёт, если оно добровольное. Не делайте вид, будто не знаете, из-за чего я на это пошёл. – сейчас Влад нахмурился, его скулы напряглись –Это бред. У человека всегда есть выбор. –Это иллюзия выбора. –Иллюзия - то, чего нет! – начала срываться на крик Василиса. –Что ты хотел от студентов? От моего колледжа? Ты заодно с нашими врагами? Это ты упырей нам посылаешь, да? Конечно, ведь ты был первым, кто нашёл его труп у аудитории астрологии. Затем ещё нападение на Мэй и её брата... Что в планах дальше? Убийство? Всё, как ты любишь. –Я ужасен, но не настолько, чтобы убивать детей. – вдруг Влад оскалился. Очень зловеще, проводя кончиком языка по клыку. –Дети... Василиса, ты ведь так из любишь, не так ли? Кому ли, как не директрисе их любить. Своих, увы, у тебя нет... Точнее, сейчас нет. Но когда-то были. –Что ты несёшь? У меня никогда не было детей. – с недоумением промолвила она –Да-а? А Кощей так не считает. – взгляд Влада переключился на Бессмертного –Влад, замолчи. – практически прорычал мужчина, вскакивая из-за стола –У тебя ведь есть шрам внизу живота, верно? – взгляд Влада смягчился, стал человечнее. –Ты знаешь, почему? –Откуда ты... – нахмурилась женщина, рука неосознанно застыла в воздухе, не дотрагиваясь до живота –Потому что я был рядом. С Кощеем. Он очень горевал по своему тёмному прошлому после того, как с тобой связался. –Вася, не слушай его! – Кощей уж было подошёл к ней, но она остановила его жестом руки, не отнимая взгляда от Морока Тот продолжил: –Именно поэтому мы и дружили. Я тайно присутствовал и на вашей свадьбе, и когда ты родила сына. –Что?.. Что он говорит? – шепнула она Кощею –Ты была матерью, Василиса. Точнее... могла бы быть. Но роды были тяжёлыми. В них, увы, должен был выжить кто-то один. И Кощей выбрал тебя. Она замотала головой, издавая тихие истеричные смешки. –Это бред. –Это правда. Кощей обратился за помощью к лучшему другу, который сделал так, как он велел. Он умолял меня любой ценой сохранить тебе жизнь. И был только один выход - память. Мне пришлось стереть из твоей памяти всё, что когда-либо вас с Кощеем связывало. Любовь, брак, ребёнок, счастливая семья. Однако, он то не забыл. Вот, пытается начать всё с чистого листа. Василиса отшатнулась, словно её ударили. Магические наручники на запястьях Морока трескаются, но не рвутся - Василиса еле контролирует силы. Она надрывно, почти сорванным шёпотом молвит, оборачиваясь к Кощею: –Сын?.. Как ты... Как ты мог себе позволить сделать этот выбор? Она, будто кто-то сломал ей все кости, глянула на свои дрожащие ладони, а затем подняла взгляд на Кощея. Его глаза были полны бездны вины и отчаяния. Из её груди вырвался болезненный, сумасшедший смех: –Ты выбрал меня. Оставил мне пустоту и... не дал сделать выбор самой... –Я знаю, что бы ты сделала. Но его уже было не спасти. Влад почувствовал, как слабеет хватка наручников. Силы медленно покидали Василису, делая её уязвимой и разбитой. Но она не обратила внимание : оно было приковано к Кощею. Взгляд кричал о дикой, первобытной боли об утраченном ребёнке и муже. Когда-то у неё было то, о чём она мечтала больше карьеры, но этого она не помнит. –Ты ведь знал, как сильно я мечтала быть мамой... Как я... Она опустилась на колени. Её фигура независимой воительницы полностью разрушена. –Сын... Мой сыночек... Влад, убедившись, что Василиса полностью деморализована, медленно снял наручники. Они рассыпались в прах. Поправив рукав кофты, он ещё раз взглянул на убитую горем женщину. Ему ещё тогда было её по-человечески жаль, но это был не его выбор. Он молча развернулся и вышел за дверь, оставляя их наедине, разрушенными больной правдой. Кощей склонился, чтобы сесть рядом, но она быстро вскочила и влепила ему звонкую пощёчину. Затем она в него кидалась. Всем, что попадалось под руку, пыталась избить руками, задушить, кричала, осыпала проклятиями, но в конечном счёте её голос был почти сорван из-за рыданий. Тело ещё долго содрогалось в его сильных руках, желая в них же и умереть.