Глава 8

Эва

      Щëлк. Щëлк. Щëлк.       Под звук щелкающих мышек моих коллег я пыталась сконцентрироваться, чтобы вспомнить, на каком этапе выполнения проекта остановилась. Май месяц был в самом разгаре, ежесекундно напоминая о себе назойливыми объятиями духоты. Последний работающий кондиционер предательски подвёл наш архитекторский состав, сломавшись практически ровно в полдень. В ожидании приезда бригады ремонтников мы уже успели отлучиться на обед, но по возвращении уныло отметили, что проблема так и не была решена. Как назло близились дедлайны, и теперь весь офис стоял на ушах, в панике внося последние правки, то и дело снуя между столами, желая посоветоваться с другими членами команды. От всего этого бедлама воздух в помещении прогревался сильнее обычного, и моя голова уже была готова взорваться.       Прижав ладони к лицу и с усилием потирая ноющие от усталости глаза, я пыталась отвлечься от назойливых мыслей, причины которых так некстати наложились на горящие сроки.       Амен. После той ночи, проведённой в его доме, я не могла перестать визуализировать его образ в голове.       Я проснулась от ощущения прилипшей к телу одежды. Кожа буквально горела от жара. С трудом открыв глаза, обнаружила себя в незнакомой постели и, прежде чем увидела светлую макушку Амена, что прижималась к моему плечу, уже успела испугаться. Он был повёрнут лицом ко мне, а своей тяжёлой рукой приобнимал так крепко, что сделать глубокий вдох практически не получалось. В отличие от него, лежащего поверх одеяла в одних домашних штанах, я была укрыта вплоть до подбородка. Хмурясь, попыталась вылезти из импровизированной сауны, на что рука мужчины тут же оживилась, натягивая с таким трудом отогнутый край одеяла обратно. На мне всё ещё был брючный костюм, который успел прилично помяться, впиваясь в кожу складками. Перед сном я успела лишь снять с себя пиджак. Оголяться полностью было бы как-то... Поспешно для нашей стадии отношений. Теперь я не раздумывая была готова раздеться, лишь бы моя кожа вновь смогла задышать.       Уснуть снова никак не получалось: я уже чувствовала, как плавлюсь подобно свече. Оставалось единственное решение: разбудить своего жениха. Пришлось приложить усилия, чтобы суметь вытащить свою руку из плена крепкого объятия, но та повисла в воздухе, стоило мне посмотреть на Амена. Сердце уже знакомо затрепетало при виде него. Таким расслабленным он выглядел... Примерно никогда. Он лежал практически полностью на животе, открывая вид на внушительной ширины спину, которая медленно вздымалась от его размеренного дыхания. Брови, завидной для каждой женщины формы, были раскинуты в стороны, обрамляя сомкнутые веки. Находясь так близко, я могла рассмотреть его белоснежные ресницы, широкую переносицу, каждый волосок его причёски, что сейчас хаотично разбросалась по подушке.       В нерешительности я всё же осторожно погладила его по плечу, отчего тот внезапно дёрнулся, хватая мое запястье. Его глаза, ещё помутненные ото сна, уставились на меня в хищническом прищуре, но быстро прояснились, и хватка заметно расслабилась.       – Извини, – от хрипотцы заспанного голоса по моему телу побежали мурашки. За это я была готова простить ему всё: и чрезмерную заботу, от которой я проснулась мокрой совершенно не в том контексте, в котором хотелось бы, и ноющее, впоследствии его внезапной реакции, запястье. Он приподнялся на локте свободной руки, оценивая обстановку, пытаясь понять причину, по которой я его разбудила. Не найдя её, он поинтересовался:       – В чëм дело? – его светлые глаза в недоумении уставились в мои, а в груди стало растекаться его искреннее беспокойство. Мне стало неловко от того, что заставила его переживать.       – Всё хорошо. Стало очень жарко, а раскрыться ты мне не давал, – неловко улыбнулась я, после чего опустила глаза ниже и с ужасом наткнулась на испещренное шрамами туловище. Ночью спальня была окутана в непроглядный мрак, но теперь, сквозь слабый солнечный свет, пробивающийся через плотные шторы, я могла чётко увидеть последствия его ранений. Иногда я забывала, кем приходился мой будущий муж. Я видела в нём простого человека, с которым можно было поговорить на равных, не без труда, но рассмешить, найти в нём свой личный покой. Но там, за границами нашего пока ещё хрупкого новоиспечённого мирка, он был верным Стражем, что руководил своим отрядом, защищая честь страны, и наверняка не раз попадал в опасные ситуации, из которых удавалось выбраться лишь с трофеем в виде очередной сочащейся кровью раны. Меня успокаивало, что все они выглядели уже давно зажившими, недавних повреждений я не заметила. Среди пулевых ранений выделялся шрам от ножевого. Длинный, покрытый толстым слоем неровно затянувшейся кожи, он пересекал его левую грудину, совсем близко к месту, где отчаянно билось его сердце. Однажды враг сумел подобраться к моему мужчине так близко, что почти лишил его жизни.       Я не успела понять, как в сиюсекундном порыве протянула дрожащую ладонь, чтобы со всей нежностью огладить выделяющуюся полоску кожи. Все это время Амен безотрывно следил за моими движениями, после чего слегка ухмыльнулся, накрывая мою ладонь своей:       – Я не всегда был таким осмотрительным. Этот случай научил.       Щëлк. Щëлк. Щëлк.       В реальность меня вернул звук пришедшего на рабочую почту сообщения. Этому адресату точно нужно было ответить. Машинально набирая на клавиатуре формальную отписку, я стала вновь проваливаться в далёкие от рабочих рассуждения.       Амен каждый день был под прицелом врагов. Он являлся лицом армии нашей страны, и о нём знал каждый, кто желал ей навредить. Каждый из тех отшельников, что просыпался утром с ненавистью к системе, чтобы днём выйти со своими соратниками на очередной протест, а вечером, если, конечно, ему удалось избежать наказания, собраться в какой-нибудь забегаловке по типу "Свободы" и обсудить уже полномасштабную революцию. Ночью он с предвкушением мечтал о том, как встретится лицом к лицу с генералом, чтобы лично ему отомстить за все свои неудачи.       Был ли среди них Аш? Желал ли он смерти Амена? Человек, который, только появившись в моей жизни, тут же поставил проигрывание дальнейших событий на ускоренную перемотку.       За завтраком Амен был максимально серьёзен. Он прямо объявил мне, что теперь на моих плечах лежит большая ответственность. Аш хотел перехитрить нас, воспользовавшись моей близкой, пусть и в ближайшей перспективе, связью с генералом. Но он не ожидал, что между нами могут возникнуть настолько крепкие отношения, что скрыть эту тайну не получится. Теперь, когда Амен обо всём знал, им было принято решение перенаправить подлый умысел отшельника против него самого.       Иными словами, отныне я вела двойную игру. Моим Стражем был сформулирован чёткий план по завоеванию доверия красноволосого и моей давней "подруги". Вначале я буду сливать некоторую часть засекреченной информации. Конечно, только ту, которая не сможет в полной мере навредить отряду. В этой битве, как пояснил Амен, не стоит бояться сделать полшага назад, чтобы обеспечить себе свободный проход на десятки шагов вперёд. Здесь важно проявить весь мой актёрский талант, убедить эту парочку, что я готова пополнить ряды сопротивления и по одному их велению предать собственного мужа.       Параллельно этому я должна передавать любые детали, что получится вытянуть из "подполья". В первую очередь, передо мной стоит задача установить, как связаны Дия и Аш. Затем постараться узнать что-то о брате. Выяснить как можно больше о дальнейших планах отшельников.       Щëлк. Щëлк. Щëлк.       Я бы ни за что в жизни не решилась на такое, если бы не поддержка и твердая вера Амена в меня. Сейчас, не чувствуя его физического присутствия за спиной, я откровенно трусила. То и дело в напряжении дергала ногой, кусала губы, вертела в руках карандаш. Словно чувствуя мою эмоциональную нестабильность, зависла программа на компьютере. Чертыхнувшись, оттолкнулась от стола, прокатилась на кресле на полтора метра назад. Запрокинула голову, прикрывая тяжёлые веки.       – Эва, мне жаль, что пришлось втянуть тебя в это, – Амен сидел в кресле, придерживая опущенную голову руками. Казалось, он уже успел сотню раз мысленно прогнать нашу договорённость и сотню один раз отказаться от этой затеи.       – Я сама сделала первый шаг на пути к этому, – уверенно ответила ему я. Рядом с ним я храбрилась, хотела быть значимой. На самом деле, наверное, пыталась своим согласием загладить вину. В конце концов, я действительно сама напоролась на эти грабли. Теперь дорога вела только вперёд.       – Моя маленькая, непокорная Эва, – Амен вдруг поднял на меня взгляд, совершенно иначе посмотрев на меня. – Я бы правда хотел защитить тебя от этого. Но отрицать то, что твоё вмешательство нам не нужно – глупо. Если всё получится, мы сможем продвинуться далеко вперёд. Подавить восстание до его начала. Вернуть стабильность.       Я рассеянно кивнула, зацикливаясь на его первой реплике. От любого другого человека, даже – в особенности – от родителей, я бы презрительно скривилась от такого прозвища. Но с уст этого огромного, действительно сильного мужчины, оно звучало правильно. Только для него, не боясь осуждения, я была готова показать давно спрятанную внутри маленькую Эву. Которая боится, не скрывает истинные эмоции, смотрит на мир с широко распахнутыми глазами.       – Эва, ты исправила лист с фасадами? – голос коллеги вышвырнул меня из воспоминаний. Как всегда одетый с иголочки, Рейммс стоял возле моего стола, прижимая скрещенными на груди руками какую-то папку.       – Программа зависла, – пробурчала я, тыча пальцем на экран. Напарник недовольно цокнул, присаживаясь на соседнее, как назло свободное, кресло.       – Ты весь день сама не своя. На обеде словно воды в рот набрала, ни с кем не общалась. У тебя какие-то проблемы?       Я вздохнула, поднимая на Реймсса взгляд. Мы учились на одном потоке и познакомились лично во время выполнения группового проекта. Несмотря на то, что мы продолжали поддерживать общение на работе, я бы не могла назвать его своим другом. Реймсс был, или пытался казаться, слишком идеальным. На его фоне любые твои достижения – ничего не стоящая пыль, а сам он чересчур зациклен на работе и дисциплине. Он здорово помогал мне в учёбе, но делить с ним один офис стало каторгой. Несмотря на то, что мы занимали одинаковые должности, Реймсс уже вовсю целился на место директора. Не знаю, когда он успевал выполнять свою часть работы, но в свободное время он то и дело проходил мимо моего стола, указывая на ошибки. Конечно, он не мог заметить, что я весь день отлынивала от своих обязанностей.       – Слишком душно, чувствую себя неважно, – отчасти сказала правду я.       – Я как раз собирался поговорить с Реммао, чтобы он отпустил нас сегодня пораньше. Производительность хромает, ты бы видела, что наворотили другие! Нам представлять проект уже в конце недели, а они вместо исправления ошибок наделали новых!       – Что бы мы без тебя делали, Реймсс, – я добродушно похлопала его по руке, мысленно умоляя оставить меня в покое. Краем глаза заметила проходящего мимо Реммао, начальника нашего отдела. Мужчина с утра не был в офисе, а вернувшись, в ужасе обмахивался первой попавшейся под руки бумагой.       – Мне сообщили, что у нас сломался кондиционер, но я не думал, что всё настолько плохо, – заявил он, скидывая с себя пиджак. – Немедленно отправляйтесь домой, продолжим дистанционно! Утром жду всех на совещании, отчитаетесь по проделанной работе.       Услышав это, коллеги засуетились, собирая свои вещи и поспешно выключая компьютеры. Даже Реймсс вскочил со своего места, шустро прощаясь. Я же уставилась в монитор со всей ненавистью. Чтобы продолжить работу, мне нужно было перекинуть проект на флешку, но, конечно, программа продолжала игнорировать все мои попытки до неё достучаться. Закрыть окно тоже было плохой идеей, последний раз я сохранялась часа три назад.       Буквально за пять минут офис опустел, оставляя меня одну. По-крайней мере, теперь никто не беспокоил назойливыми разговорами и щелканьем мышек.       Дия родилась в богатой семье. Их дом и раньше выделялся дизайнерским оформлением и изготовленной на заказ мебелью, но теперь они смогли позволить себе купить новый в одном из тех престижных районов, в которых жил Амен.       Увидев меня на пороге, девушка буквально расцвела, накидывась с объятиями:       – Я так рада, что ты пришла! – прощебетала она, пропуская меня внутрь. Интерьер, выполненный в стиле хай-тек, казался таким же бездушным, как и его жильцы. Мистер и миссис Ходоган, сидящие у барной стойки и попивающие кофе, учтиво поздоровались, когда мы с их дочерью прошли мимо.       Оказавшись в спальне, девушка прикрыла за нами дверь и плюхнулась на кровать, оценивая меня взглядом. Я скромно проследовала к пуфику у туалетного столика.       – Никак не привыкну, что ты теперь с нами, – наконец, бросила она. – Извини, что не так всё объяснила... Ты бы сразу согласилась, если бы услышала про брата. Надеюсь, Сет был не слишком груб?       – Сет? – переспросила я.       – Ой, он представился тебе Ашем, да? – Дия виновато потупилась, осознавая, что взболтнула лишнего. – Так его зовут свои. А ты теперь среди нас.       Своя. Как же. Поматросят и бросят, когда перестану быть полезной. Я не забыла, как "мило" общалась со мной подружка в нашу прошлую встречу.       – Нет, что ты, Сет спокойно со мной поговорил. Предложил взамен на помощь вам отыскать Ливия. Разве я могла отказаться после этого? – постаралась вложить в голос как можно больше энтузиазма.       Ничего не подозревающая Дия стала активно кивать головой:       – Вот именно! Это я предложила ему рассказать тебе про Ливия. В конце концов, мы все присоединились к сопротивлению по личным мотивам.       – Правда? И какой мотив у тебя?       Дия изогнула губы в ухмылке:       – Ты же не думала, что я так просто раскрою тебе все карты? Нет, мы все ещё подруги, не подумай, но эта тайна слишком важна для меня. Лучше расскажи про Амена. Он не догадался? Как он к тебе относится?       – Ужасно, – я отвернулась, пытаясь вызвать у себя слезы, чтобы звучать убедительнее, – он ровно такой, как о нём рассказывают.       – Правда?! Он избивает тебя? – Дия придвинулась ближе, желая узнать каждую деталь выдуманной мной легенды.       – Пока нет, но... – я захныкала, усиливая с трудом подступающий слёзный поток. Кто бы мог подумать, что отыгрывать эмоции так сложно, – он совершенно не умеет вести себя с женщинами. У нас уже было одно свидание, на котором он притащил меня к себе домой и заставил готовить! – я закрыла лицо руками, демонстрируя крайнюю степень истерики.       – Мужлан! – недовольно выплюнула Дия, а затем подобралась ближе ко мне, успокаивающе поглаживая по спине. – Наши женщины, которым не повезло разделить с ним постель, рассказывали, что он был груб с ними.       Я вздрогнула, осознавая, что тридцатилетний мужчина уже наверняка имел опыт в этом деле. В груди стало разрастаться то самое чувство, которое довелось испытать в гостиной Амена, когда к нему неожиданно нагрянул Тизиан. Неужели это... Ревность?       Дия растолковала мою реакцию по-своему:       – Милая, мне не хочется это говорить, но тебе придётся немного потерпеть. Мы не успеем организовать восстание так скоро.       – Сколько? – я громко шмыгнула носом, продолжая давить на жалость наивной отшельницы, а сама тем временем решила воспользоваться болтливостью девушки.       – Что?       Мне пришлось убрать руки, сталкиваясь с Дией взглядом. Оставалось надеяться, что она не умела распознавать ложь так же хорошо, как Амен.       – Сколько мне придётся это терпеть? – сколько мне придётся терпеть общение с тобой? Сколько у нас есть времени, чтобы предупредить революцию?       – Через три недели Сет произнесет решающую речь. Он объявит точную дату нападения, которую передадут всем нашим.       – Но через три недели... Будет обряд бракосочетания.       – Да, Эва, мне жаль. Наши союзники не могут собраться в одном месте, чтобы присутствовать на собрании. Потребуется время, чтобы в тайне от правительства передать дату и порядок действий остальным. Мы должны быть предельно осторожны, когда на кону стоит так много. Тебе придётся выйти за Амена и пережить первую брачную ночь.       – И что потом? Сколько времени мне придётся делить с ним одну крышу?       – Это может растянуться ещё на пару месяцев. Никто не знает точной даты. Но потом, когда всё закончится, ты сможешь лично пустить пулю ему в лоб. Или сразу в сердце.       Я тяжело сглотнула, неверяще уставившись на Дию. Что произойдёт после того, как начнутся боевые действия? Должна ли я буду продолжать отыгрывать свою роль? Что, если отшельникам все же удастся победить? Одно я знала точно: если Амен окажется под ударом, я скорее закрою его собой, чем позволю погибнуть от собственной руки.       – Ты ведь не привязалась к нему? Конечно, тебя наверняка тянет к этому мужлану!..       – Только физически, – отрезала я, не давая вызвать причины для подозрений. – Я хочу его, но не верю, что мне это понравится.       – Будь осторожна, тебе придётся отыграть для него верную жену, чтобы достать нужную информацию.       – Кстати, об этом, – я чуть не забыла о цели моего визита, доставая из сумки телефон. – Во время свидания Амен отлучился в туалет, оставив телефон на столе. Представляешь, у него даже блокировки нет. Я успела сфоткать кое-что, – с этими словами я открыла галерею, демонстрируя нарочно смазанное фото с подставной перепиской. В нём говорилось об облаве на свалку машин, где каждые выходные собирались отшельники.       – Черт, Эва, ты понимаешь, что ты сделала?! – Дия тут же оживилась, выхватывая мой телефон и вчитываясь в содержание. Затем она поспешила взять собственный смартфон, быстро кому-то печатая. – Ты спасла много жизней!       – Чего?       – Эва, ты бываешь такой наивной, мне за тебя страшно, – Дия вновь села напротив меня, медленно объясняя. – В каждую такую облаву Стражи расстреливают всех, кого им удаётся схватить.       Меня прошибло ознобом от услышанного.       Компьютер наконец ожил, привлекая моё внимание. Я опустилась под стол, втыкая в системник флешку, когда услышала голос своего начальника, говорящего с кем-то по телефону:       – Да, я был с утра в Доме. Шезму завершают обучение массовому гипнозу. Через месяц мы будем готовы, – послышался звук запираемой входной двери. Реммао ушёл. Ещё с минуту я сидела под столом, мысленно прокручивая услышанное, пока не поняла, что оказалась заперта.       Затем разблокировала телефон, чтобы в очередной раз обратиться с просьбой к тому, к кому хотелось меньше всего:       – Реймсс, у тебя ведь есть запасные ключи от офиса?       

***

Амен

      Ребята выполняли свою работу чётко по инструкциям. Высадившись вдалеке от объекта, они малыми группами окружили старую свалку автомобилей с целью захвата очередной порции отшельников. Каково же было их удивление, когда на месте не оказалось ни одной цели.       – Амен, что-то не так, – не добежав до машины, в которой оставался контролировать ситуацию я, прокричал Тиз. Он шустро залез на соседнее сидение, закрывая за собой выдвижную дверь. – Никого нет. Будто они знали...       – Я в курсе, – спокойно произнёс, уже по привычке разглядывая рисунок на запястье. Печать дарила покой, обещание счастливой жизни, которой я долгие годы был лишён. Покончим с этой революцией, и подам в отставку. Теперь у меня появилось то, что всё это время заменяла служба, появился смысл просыпаться по утрам.       – Откуда? Почему мы были не в курсе? – недоумевал приятель.       – Хью, иди покури, – попросил водителя. Дождавшись, когда хлопнет дверца, я продолжил:       – Всё просто, Тиз: у них есть крыса, и мы обзавелись своей.       Да простит меня Эва за то, что я сравнил её с грызуном, но это лицо друга того стоило.       – Сворачивай всех, поедем домой. Там тебе всё объясню.