Глава 8

— Кристин, милая, проснись.

— Да бабушка.

— Нам совершенно необходимо ехать в Париж.

— Что-то случилось?

— Твой безалаберный дедушка пригласил завтра к нам на ужин своих деловых партнёров с семьями! И соизволил сообщить об этом только сейчас!

— Но зачем нам в Париж? Скрываемся бегством? — не улавливаю логики.

— Детя моё, посмотри на своё платье. Ты же за последний месяц выросла как минимум на двенадцать сантиметров. Тебе просто необходимо обновить гардероб.

— Есть ли смысл? А если я ещё вырасту?

— Тогда сегодня мы возьмём всего пару нарядов, а остальное, когда твой рост прекратится. Моё бедное дитя, как же ты себя довела, куда смотрела мадам Жири?

— У мадам и без меня достаточно хлопот.

— Это не оправдание, — поджала губы бабушка, — собирайся милая.

Люблю поезда, иногда хочется взять билет куда-нибудь далеко-далеко и просто ехать. Как жаль, что всего через три часа этот мерный перестук колёс останется позади, и нас снова захлестнёт вечно спешащей людской толпой. Почему мы всегда куда-то торопимся? Торопимся жить, любить, зачем? Ведь стоит хоть на миг остановиться, и начинаешь осознавать всю красоту мира, который нас окружает. Как прекрасен вечно юный рассвет, величественен закат, какие причудливые формы принимают облака, всё это мы попросту не замечаем, спрятавшись за броню повседневных забот. Бросить всё к чертям и поселиться у мадам и месье Валериус? Но... Всегда мешает какое-нибудь "но". Я не могу подвести людей, которые столько сил вложили в меня. Не могу обмануть их надежды.

— О чём задумалась, милая?

— О бренности бытия, — хихикаю.

— А я бы на твоём месте задумалась о новом наряде. Я слышала, что у партнёров Жюля двое сыновей подходящего возраста.

— Для чего подходящего? — хихикать резко расхотелось.

— Для замужества, Кристин. У тебя подходящий возраст для заключения помолвки. Ты наша единственная наследница, значит, после того, как нас не станет, к тебе перейдёт семейное дело, и лучше бы твой супруг разбирался в судоходстве. Старший сын барона Васильеф уже женат, насколько я знаю, но о младшем Жюль отзывался как о крайне ответственном и умном молодом человеке.

— Бабушка, я не выйду замуж. Моя судьба — это сцена.

— Не будь так категорична. Просто познакомься, пообщайся. Мы ни в коем случае не хотим тебя принуждать, в крайнем случае всегда можно нанять управляющего.

— Зачем эти разговоры? Вы с дедушкой бодры и полны сил.

— Но время идет, Кристин, а мы, к сожалению, не молодеем. Ты вдохнула в нас вторую жизнь, но уже не за горами тот миг, когда мы оставим тебя.

— Не говорите так, пожалуйста, — мадам лишь печально улыбнулась, открывая дверь в магазин.

— Думаю, что это лавандовое платье с завышенной талией тебе подойдёт идеально. Оно не требует корсета. А доктор строго их запретил, пока не закончится рост.

— Я помню и, признаться, рада. Ненавижу это пыточное устройство.

— Вряд ли найдётся хоть одна женщина, любящая корсет, но такова мода. Надеюсь, когда-нибудь женщины от них избавятся.

Мне же осталось только тяжело вздыхать. Устала страшно, быстрый рост несёт не только смену гардероба. Это очень больно, иногда кажется, что по ночам вся округа может слышать хруст моих костей. Руки и ноги стали длиннее, приходится контролировать каждое движение. Из-за моего неважного самочувствия бабушке пришлось ограничиться посещением всего двух магазинов, чему я откровенно радовалась.

— Мадемуазель? Вы готовы? Мадам прислала сообщить вам, что гости уже на подходе.

— Спасибо, Клара, сейчас спущусь, — я кивнула молодой служанке. Спала я этой ночью плохо, и уже привычные за последний месяц синяки под глазами стали темнее. Из зеркала на меня смотрела болезненная и очень красивая, но худенькая до прозрачности совсем юная девушка. Ну, да ничего, как говорится — были бы кости, мясо нарастёт.

— Месье Валериус, рад видеть вас, друг мой! — из кареты буквально выкатился полный мужчина небольшого роста. Следом за ним выплыла крупная дама, за ней полноватый юноша, который подал руку двум юным девушкам, затянутым в корсеты, кои с трудом сдерживали упитанные формы. Эдакая семья Плюшкиных. Из второй кареты показался высокий сухопарый мужчина, опираясь на его руку, выпорхнула молодая женщина, уже за ними чинно вылез молодой человек с таким скучающим выражением лица, что стало немного смешно.

Полноватый мужчина бы представлен как Алексей Купцов и был он потомственным купцом. За простоватой внешностью и чуть суетными движениями скрывался недюжинный ум, как выяснилось в беседе. Супруга Анастасия, единственный сын Антон и дочери Светлана и Татьяна... Единственное, что я смогла понять про барона Александра Васильева, это то, что он крайне спокойный человек, его молодая супруга Анна, была ненамного старше сына Николая.

— Помилуйте, Антуан, — возвращаясь из уборной, услышала голос младшего сына барона, а Антуан — это, видимо, Антон, — если папА заставит меня жениться на этой бледной моли, я, пожалуй, утоплюсь от тоски.

— Лучше пристрелитесь, юноша, — проходя мимо замолчавших молодых людей, бросила я на русском, — так будет надёжнее.

— Милая Кристина, — защебетала, увидев меня, Анна, — мадам Валериус упомянула, что вы обучаетесь вокалу, не окажете ли нам честь услышать вас?

— Если вам будет угодно, мадам, — упражнения я делала сегодня, да и чего-то сложного не хотелось, так почему бы и нет?

— Кристин, — бабушка встревожилась, — не думаю, что это хорошая идея.

— Всё хорошо, мне лучше, и я не буду исполнять сложных арий, всего лишь небольшой романс.

— Просим-просим, — поддержали гости.

Сев за стоявший тут же рояль, я легонько пробежалась пальцами по клавишам, чего-то сложного я, конечно, не сыграю, но поддержать пару нот вполне смогу. Что бы исполнить? А что, если...

— Романс будет на русском языке, поётся в нём о самых верных существах на нашей прекрасной земле.

Над землёй летели лебеди

Солнечным днём,

Было им светло и радостно

В небе вдвоём.

И земля казалась ласковой

И в этот миг,

Вдруг по птицам кто-то выстрелил

И вырвался крик.

На глаза навернулись слёзы, разве можно даже просто слушать эту пронзительную песню и не плакать?

Что с тобой, моя любимая,

Отзовись скорей,

Без любви твоей

Небо всё грустней.

Где же ты, моя любимая,

Возвратись скорей,

Красотой своею нежной

Сердце мне согрей.

Для моего голоса это было совсем не сложно, но вот голова начала немного кружиться, прекратив подыгрывать, я крепко вцепилась в крышку рояля.

В небесах искал подругу он,

Звал из гнезда,

Но молчанием ответила

Птице беда.

Улететь в края далёкие

Лебедь не мог,

Потеряв подругу верную,

Он стал одинок.

А теперь можно выплеснуть всё то, что накопилось на душе: горе, страх, усталость. Одиночество.

Ты прости меня, любимая,

За чужое зло,

Что моё крыло

Счастья не спасло.

Ты прости меня, любимая,

Что весенним днём

В небе голубом, как прежде,

Нам не быть вдвоём.

Хорошо, что сижу спиной ко всем, и никто не видит, что я плачу. Бабушка бы меня остановила, но я хочу допеть, мне нужно это.

И была непоправимою

Эта беда,

Что с подругою не встретится

Он никогда.

Лебедь вновь поднялся к облаку,

Песню прервал.

И, сложив бесстрашно крылья,

На землю упал.

Я хочу, чтоб жили лебеди

И от белых стай,

И от белых стай

Мир добрее стал.

Пусть летят по небу лебеди

Над землёй моей,

Над судьбой моей летите

В светлый мир людей.

Из рукава достаю платок и, вытерев лицо, встаю, чуть покачнувшись.

— Простите, но мне нужно немного передохнуть.

Обернувшись через плечо, поняла причину тишины. Женская половина компании беззвучно утирала слёзы, мужчины были серьёзны и задумчивы. Николай рассматривал меня с куда большим интересом, а вот взгляд Антона горел неприкрытым восторгом.

— Знаешь, милая, — задумчиво глядя на меня, произнесла бабушка, — я, наверное, больше не буду против твоего обучения. Если ЭТО, как ты выразилась, коротенький романс, ради которого ты даже не напрягала голос... То что же будет с людьми, когда ты запоёшь в полную силу.

— Разве это было не в полную силу? — удивилась Анастасия.

— Нет, мадам, я уже почти восемь лет профессионально занимаюсь вокалом с лучшими наставниками Франции. И мне прочат место Примадонны всемирно известного театра Опера-Популер.

— Просто немыслимо, что в столь хрупком создании умещается столь великий дар, — покачал головой барон Васильев. — Благодарю вас.

— Когда же ждать вашего триумфа? — сложив пухленькие ладошки, спросил Купцов-старший.

— Думаю, что, как минимум, через год, ведь через неделю мне исполнится всего семнадцать лет.

— Но пристало ли юной мадемуазель заниматься подобным? Ведь репутация певиц, как правило... — Анна замолчала на полуслове после острого взгляда супруга.

— У меня не так много близких людей, и ТЕПЕРЬ все они одобряют мой выбор. А до грязных сплетен и наветов мне нет дела. Прошу меня простить, но в последнее время я не очень хорошо себя чувствую и вынуждена вас покинуть. Мадам, месье, мадемуазель. — сделав лёгкий реверанс, иногда придерживаясь за мебель, пошла в сторону лестницы на второй этаж, где и располагалась моя спальня.

— Милая, — после короткого стука в комнату вошла бабушка, — гости собираются уезжать, ты сможешь спуститься?

— Да, конечно. Простите, что не смогла присутствовать на ужине.

— Ничего страшного. Меня больше волнует то, что, по словам Клары, ты почти ничего не съела.

— Аппетита совсем нет.

— Кристин, это не шутки. С таким быстрым ростом ты должна хорошо кушать. Организму нужен материал для строительства.

— Обещаю, что завтра буду есть всё, что вы скажете.

— Вот так-то лучше, пошли, милая.

— Мадемуазель, — Антон мило покраснел, — не сочтите за дерзость... но могу я написать вам?

— Конечно, месье. Я буду рада стать вашим другом, — вот так, общаться я с вами буду, но на нечто большее, чем дружба, можете не рассчитывать.

— Благодарю, мадемуазель, — Антон засветился от улыбки и стал удивительно симпатичным.

— Супруга барона на удивление неприятная особа, — заметила в пространство бабушка, после того, как гости отбыли, — мне бы не хотелось впредь принимать её в своём доме.

— Конечно, дорогая, — легко согласился месье Валериус. Новый абзац