Глава 5

Дыши. Дыши глубже – говорил себе Гию. Его левая рука с силой сомкнулась на рукояти катаны. Он смотрел в глаза твари, боясь даже моргнуть в этот момент. Казалось, время замедлилось. Перестало идти, остановилось. Демон тоже смотрел, не дёргался и не пытался заговорить, хотя издавал мерзкое хихиканье. Лунный свет освещал деревья позади твари, но это освещение дало Гию нужную информацию для атаки. Задача проста – не дать демону улизнуть, заставить сгореть на рассвете. Ему придётся гонять тварь по горе, отрубая конечности, снова и снова. Гию не знает, где его убежище, по этому понадобится удерживать тварь в одном радиусе, не упуская её из виду на слишком долгое время. –Хи-хи-хи, –вдруг более отчётливо засмеялся демон. –Я то думал, тут какой-то мужик бе-е-егает! А это какая-то, ха-ха, маля-я-вка! Гнусавый голос вызвал внутри Гию позывы отрубить твари голову как можно скорее. Он ступил ногой вперёд, меняя позицию для каты, одним рывком доставая катану. И-и-и... Она не вышла из ножен полностью. Его руки слишком короткие для этого меча! Гию секундным движением отодвигает ножны дальше на пояс, уже полностью доставая катану. Его ощущения двоятся – держать катану и привычно, и совсем нет. На какое-то мгновение перед ним появляется его старое тело и он снова дышит полной грудью. Демон на появление меча лишь заново набрал воздух в лёгкие и засмеялся с новой силой. Слушать насмешки мерзкой твари у Гию просто не было сил. Ноги невероятно ныли, кровоточили, но он будто получил новый заряд энергии. Убить тварь хотелось больше, чем думать о болящих ногах. Меч в руке слегка подрагивал, как у заядлого алкоголика. Гию нахмурил брови, с недовольством наблюдая за этим, следом вспомнив, что у него есть вторая рука. Обхватив меч двумя руками, вспоминая первые тренировки у Учителя Урокодаки, катана перестала трястись. Хорошо, первый шаг сделан. В голове зазвучала мелодия из старых воспоминаний, когда он и Сабито тренировались вместе над махами боккенов. «Раз, два, три» » и ещё несколько сотен раз одного и того же действия. Он набрал в лёгкие колючий горный воздух. Воспоминания мелькали перед глазами, меч медленно превратился в боккен. Ударить правильно, держать направление, не слишком сильно сжимать рукоять и... резать тварь на мелкие кусочки. Нельзя останавливаться, нельзя слишком долго думать над своим следующим движением. К большому счастью, опыта в сражениях у него достаточно. Сознание будет анализировать движение в замедленном темпе, не менее важное дело остаётся за детским телом Гию. Он тремя шагами преодолел расстояние между ним и демоном. Из-за катаны центр тяжести перешёл вперёд, но это не помешало ему отрезать часть пальцев на руке твари. Визг разрезал тишину горы, Гию чуть не поморщился от неприятного звука. Демон отрастил пальцы за некоторые секунды, что было довольно медленно, но уже достаточно быстро, что бы беспокоиться о наличии демонического искусства. Если это так, то придётся ещё хуже, чем предполагалось. –О-охотник! –Выдал наконец внятное слово демон. И в ту же секунду, пустился вниз по горе. Хорошо, Гию может с этим работать. Побежав за демоном, ему пришлось двигать хилыми ногами в два раза быстрее. Боже, ну почему они такие короткие! Под ногами хрустели ветки, сползали вниз комья земли. Перед лицом маячит рогатый затылок твари, лихорадочно дышавшей и постоянно поворачивающей свою голову назад, посмотреть – бежит за ним Гию или нет. В одно мгновение демон пропадает из его поля зрения. На мгновение он испугался, куда могла деться эта тварь. Резкая смена положения из устойчивого в состояние свободного полёта дала ему нужный ответ. Он не смог изменить положение, хотя пытался. Гию упал на правый бок, потянув плечо. Он мигом встал и начал искать демона, расплывчатым от удара головой, зрением. Зелёное пятно обнаружилось в паре метров, уже спрятавшийся за стволами деревьев. Далеко эта тварь не уйдёт, Гию обязательно позаботиться об этом! Быстро оббегая деревья, он нагнал демона и проткнул того острием катаны. Визг заложил уши, но понимание, от чего демон кричит, Гию мог лишь улыбнуться. Кажется, он по не многу становится Шинадзугавой. Тот же невероятно жутко улыбался, когда слышал демонические крики боли. Не сказать, что сам Гию фанат пыток демонов, как Шинобу и уже упомянутый Шинадзугава, но сейчас, когда старания были аннулированы, ему это доставляло удовольствие. Гию будет мстить за всех, кто погиб в его прошлом-будущем. Одним движением он разрезал грудь демона, слушая влажное чавканье крови в грязи горы и визг. Гию не помнит, что бы в прошлой жизни демоны так верещали от обычного меча. Может, этот просто пугливый? Он не стал долго над этим думать. Демон резко развернулся к нему лицом и попытался когтистой рукой заграбастать в свои объятия. Гию полагал, что будь он хоть на сантиметр ближе, демон бы точно его схватил и переломал кости спины. Но так как Гию был дальше, он смог увернуться. Следом он ударился лицом о ствол ближайшего к нему дерева. Демон пробежал круг и, видимо принял решение убить Гию на месте и не бегать по горе. Прикусив язык, что бы не закричать, Гию снова поднялся на ноги. Тварь оказалась опасно близко. И действуя на боевых инстинктах своей души, вдохнул по больше воздуха в лёгкие, закинул катану чуть за спину, собираясь исполнить кату : –Mizu no kokyu: Ni no kata: Mizu guruma, –но он сразу понял свою ошибку. В лесу стало невероятно тихо, отрубленная голова демона с открытым от ужаса ртом не издавала ни звука. Гию слышал только неприятный сдвиг в своём плече и звук слишком потянувшихся мышц. В тот же момент сознание разорвала пульсирующая боль в левом плече. Он всё таки тихо вскрикнул, завалившись на землю. Тело демона пыталось встать и взять свою голову с земли, по этому Гию позволил себе секундный перерыв. («Отлично, теперь ты вывихнул и потянул своё ведущее плечо, идиот!» «Молчи, Шинадзугава»). Час от часу не легче. Звуки включились снова. Он уже слегка привстал, опираясь на правое плечо, как заметил, что демоническая тварь наконец надела голову на свою шею и прыгнула на Гию. Импровизация всегда была важна в деле охотников на демонов. Тот кто не умеет импровизировать, умирал быстрее. Учитывая, что Гию особой креативностью никогда не выделялся, ему пришлось приучить себя к произвольным необычным выкидам в бою. Сейчас он был этому благодарен. Катана была слишком длинной для того, что бы напороть демона на неё. По этому Гию подкинул её вверх, рассчитав, что угол с которым он кинул своё единственное оружие вверх, прокрутит катану и она вонзится в тело твари остриём. Он ударился головой об камень когда демон опрокинул его вниз и почувствовал острую боль в языке. Солёное потекло у него во рту. Голова закружилась, стала тяжелее чем обычно, по затылку стекало что-то мокрое. («Ситуация всё лучше и лучше, теперь ты прокусил язык своими же зубами и разбил голову!» «Да вы замолчите или нет?!»). Катана врезалась демону в спину в самый нужный момент. Она насквозь пробила его и... Пригвоздила самого Гию к земле, когда вместе с демоном прорезала насквозь и часть кимоно Гию вместе с частью его правого бока. Он быстро подтянул ноги, толкнул демона, да с такой силой, какой сам от себя не ожидал. Гию сам запрыгнул на демона, заместо катаны, которую он в движении своей рукой задел и снова проткнул своё кимоно, уже в районе руки, он взял камень на который упал головой. С хрустом он сломал череп твари. Ломал его и ломал ещё бог знает сколько времени. Пока руки твари не дотянулись до его спины, Гию не замечал ничего вокруг себя. Опасно. Разорвав спину его кимоно, вместе с частью рубашки под ней и кожей, демон стал восстанавливать голову. Гию подскочил с тела, давая монстру место для манёвра. Катана всё ещё находилась по рукоять в спине демона и на какую-то часть в его кимоно. Острым концом она разорвала рукав. Демон уже успел встать, повернулся спиной и снова побежал. Гию успел вытащить катану из спины твари, следом начиная новый забег по горе. Усталости он не чувствовал, как и боли, которую заглушил адреналин от близкой к нему смерти. С новым рассветом, тварь с лютым криком сгорает в лучах солнца. С новым рассветом, Гию наконец понимает – это всё реально. Он будет убивать демонов снова и снова, сколько угодно возвращаясь во времени. Он был для этого рождён. Только в прошлый раз он разрушил жизни своих друзей и семьи. В этот же раз он не позволит близким ему людям страдать. Солнце озаряет его лицо, Гию понимает, что весь залит кровью. Ему негде будет умыться, да и пока всё равно на это. Насколько он помнил, всем всё равно, когда ребёнок шляется по деревне в крови. Ведь это не их дело. Он совершил своё первое в этом времени убийство демона. Гию сделал то, что должен был. Осталось только самое сложное. То, что он не хотел делать, но так было лучше. Безопасней для них. Осталось попрощаться. *** Гию пропал. Четыре дня назад Цутако проснулась в комнате, не увидела Гию рядом с собой и ничего не сказала. Подумала что тот опять вернулся на веранду. Возможно, опять перестал говорит, но ведь всё стало лучше? Дядя Тадаши говорил не позволять ему слишком углубляться в свои мысли, так что Цутако не позволит ему это сделать. Когда она вышла к энгаве и не увидела Гию, её сердце собиралось бить тревогу. Она успокоила себя мыслями, что он может быть у родителей. Такое случалось. Иногда Гию уходил ночевать к родителям, когда был помладше. Когда родители и дядя Тадаши вышли из своих комнат на завтрак, без Гию рядом с собой, она подняла всех на уши. Куда мог деться её младший брат?! Не став есть они пошли по деревне выкрикивая имя её брата и не обращая внимания на недовольство деревенских. Те быстро успокоились, поняв в чём дело. Вся деревня ходила по округе, расспрашивала о Гию всех приезжих и уезжих. Кажется, кто-то даже уехал в соседние деревни, что бы спросить о нём. В то же время была обнаружена другая пропажа – кто-то украл катану у Шибики-сана. Зайдя в кузню и не увидев свой лучший меч на стене, Шибики-сан забил тревогу. Кто-то пытался сопоставить пропажу Гию и меча, некоторые даже орали на её маму и папу, обзывая их сына бесчестным вором. Этих людей быстро поставили на место, сказав, что Гию не было смысла, да и сил, тащить с собой меч. Цутако не могла уснуть вторые сутки. Кажется что если она закроет глаза – Гию уйдёт навсегда и больше не вернётся. В голове роились мысли о смысле действий Гию. Почему ушёл, куда и зачем... Это было его решение, которое он принял накануне, перед тем как заговорить? Цутако не знала ответов на свои вопросы. Неизвестность мучила её вместе с страхом за младшего брата. В порядке ли он? Всё ли с ним хорошо? Он жив? Она не знала. Она давила в себе порывы схватиться за волосы, начать их вырывать с головы клочьями, лишь бы хоть немного отвлечься. И всё же, она снова вышла на энгаву, с слегка прикрытыми глазами, встречая рассвет, как делал это Гию. (Она ждёт его) Она слышит движение ворот и догадка сразу появляется в её голове. Цутако путаясь в своём кимоно бежит по саду поместья, к воротам. –Ги!.. –Она не успевает договорить имя, сразу замечая внешний вид брата. И он... Он просто ужасен! Его волосы в грязи, с частями засохшей крови и земли. В них видны колтуны, пыль, комья грязи. Лицо измазано в пыли, от рта и носа идёт засохшая полоска крови, которую можно проследить до левой части шеи. Всё его кимоно измазано в грязи, крови, изобрано чем-то острым и тупым одновременно. Как когтями дикого зверя. В сознании Цутако появляется мысль, что Гию ходил на гору, что бы убить зверя, появившегося там. О боже! Раз он выглядит так в одежде, то что под ней?! –Боже! Что с тобой произошло?! Где ты был?! Мы так волновались за тебя, вся деревня ходила тебя искать в лес! Мама столько слёз пролила, негодник! –Она пытается отвлечь себя от внешнего вида Гию, но всё равно с страхом смотрит на испорченную одежду. –Цутако, –отвлекает её от взволнованной тирады, спокойный, размеренный голос Гию. В её имени вложено так мало и в то же время очень много эмоций. Она не видит их на лице брата или в его телодвижениях. Только в звуке своего имени, она слышит всё, что он чувствует. –Я пришёл попрощаться. Что? –Что? –Спрашивает она, слегка дрожащим голосом. –Что ты имеешь ввиду? Цутако нервно улыбается, заставляя себя поверить, что Гию шутит. Но взгляд брата, почему-то наполненный мудростью и безмерным пониманием, на пополам с глубочайшей грустью, говорит ей об обратном. Сердце Цутако падает в тот же момент, когда она понимает, что Гию совсем не шутит. Его внешний вид перестал её заботить, остались только тяжёлые слова, ставшие камнем внутри неё. Ноги слегка задрожали. –П-почему? Почему ты уходишь от нас? –Глаза неприятно защипало, но Цутако не стала обращать на это внимание. –Неужели тебе с нами так плохо? Что мы сделали не так? Что я сделала не так? Воздух в её лёгких закончился, из глаз потекли жгучие слёзы. Цутако продолжала спрашивать. –Ты уходишь потому, что мы не смогли тебе помочь в этот месяц, без Дяди Тадаши? Или потому, что папа кричал на тебя в то время? –Нос заложило, Цутако судорожно вздохнула больше воздуха в лёгкие. –Скажи мне! Мы все исправимся, обещаю! Я поговорю с ними, попрошу о чём угодно, только не уходи-и-и!.. Рыдания сотрясли её тело. Руки похолодели, как на зимнем морозе без перчаток или ещё какой-нибудь согревающей одежды. Кажется вся кровь отлила от Цутако, сосредоточившись где-то в сердце. Оно обливалось кровью от боли. О, Гию! Почему же ты уходишь?! Что она сделала не так?! Почему?! –Цутако... –Голос Гию был надломлен, но быстро восстановился. –Я ухожу не потому, что вы сделали что-то не так. –Не уходи, пожалуйста! Я-я буду гулять с тобой, сколько захочешь! Буду отпрашивать тебя у родителей, что бы ты поиграл с друзьями подольше! Буду готовить дайкон! Но не уходи, прошу тебя! –Она словно и не слышала его. Мольбы срывающимся голосом исходили из её груди. Гию подошёл к ней и положил грязные руки на плечи кимоно, испачкав его. –Цутако! –Наконец слегка прикрикнул он, что бы привлечь внимание. С его писклявым, детским голосом, это было не так эффектно, но Цутако сразу подняла голову от земли и задержала дыхание, пытаясь остановить свой плачь. –Вы ни ч вём не виноваты. Голос его смягчился. –Просто... Так будет лучше, –Гию грустно улыбнулся. –Но почему?.. –Понимаешь, мне нужно кое-что сделать. Кое-что важное. –Что «очень важное»? –Очередной всхлип и поплывшее от слёз зрение, начинает проясняться. Слёзы всё ещё стоят в горле, Цутако хочет продолжить плакать. –Я не могу рассказать тебе всего, –Гию с сожалением опустил голову. –Когда-нибудь расскажешь? –С надеждой спросила она. Увидев в глазах Гию мягкое снисхождение, будто старшим тут был он, Цутако поняла, что скорее всего нет. «Следите за ним, возможно, у вас очнулся гений!» Ох, сколько бы она отдала, лишь бы Гию не проснулся в одну ночь, со своей гениальностью! Новый поток слёз не дал Цутако задать ещё один вопрос. Гию приобнял её за плечи и она не заметила тихого шипения, с которым он прижался к ней. –Пойми, Цутако, так будет лучше... Он отстранился. –Ты... Ты вернёшься? –Мягкий взгляд, затуманен её слезами. –Нет, –с уверенностью отвечает Гию. –Я больше не вернусь сюда. Цутако с ужасом смотрит на него, собирается схватить за руку и никогда не отпускать. Только бы он не ушёл! Её прелестный, хоть и новый, младший брат! О, её маленький, маленький Гию! Весёлый, жизнерадостный, любимый младший брат! –Нет... –Шепчет она, когда Гию разворачивается к ней спиной. –Нет! Он игнорирует её, как раньше. –Нет! Гию! Гию даже не оборачивается. Только размеренным шагом покидает территорию поместья, а Цутако не может найти в себе сил встать и помешать ему. Будто у него есть сила, намного, намного, сильнее чем та, которая есть у самой Цутако. Он может заставить её стоять на месте и ничего не делать одним своим взглядом. Наполненным мудростью, пониманием и горем. Гию будто старше её на несколько десятков лет. Ей хочется побежать за ним, но неумолимо удаляющаяся спина, становится всё меньше и меньше, пока окончательно не исчезает на горизонте рассветного солнца. Только в последний момент, Цутако замечает, что на поясе Гию висит катана Шибики-сана. Когда на её крики выбегают родители, вместе с Дядей Тадаши, она стоит на коленях, испачкав кимоно и ноги в грязи. Папа с перепуганным лицом выходит застывает на месте, не понимая что произошло. Дядя Тадаши лишь в тревоге начинает мять рукава кимоно. –Цутако! Цутако, что случилось?! –Спрашивает её мама, наклоняясь к ней и обнимая за плечи, чуть крепче, чем сделал до этого Гию. Цутако всё ещё холодно, кажется, ей никогда не станет тепло. (Она не смогла остановить его. Не смогла противостоять своему младшему брату.) В ответ она может только громко плакать и повторять одну и ту же фразу. –Он ушёл! Он ушёл! Почему Гию? Почему?..