Глава 16

Среди многочисленных странностей и несчастий, произошедших в жизни Драко за последние несколько месяцев, пожалуй одной из самых странных оказался тот факт, что ему начала нравиться йога. И если первое занятие было в лучшем случае неловким и неуклюжим, то каждое последующее становилось всё лучше и лучше, и он почти с нетерпением ждал его. Конечно, возможность наблюдать за тем, как Грейнджер выгибается в различных позах в обтягивающем спортивном белье, неплохо этому способствовала. Но неизменно он также знал, что это шанс провести время с ней. У неё был свободный, но довольно напряжённый график работы, учёбы и преподавания йоги, и ему часто приходилось проводить дни, не видя её. Поэтому он решил, что будет наслаждаться и йогой, где он может увидеться с ней лично, и маггловским телефоном, с помощью которого он может хотя бы пообщаться с ней. Сам факт того, что она стала настолько важной частью его жизни всего за несколько месяцев, говорил о том, что какая-то глубинная часть его души слишком долго была одинока. В то время как его отец находился в тюрьме, мать — в больнице, а лучший друг — в новых отношениях, Драко очень хотелось, чтобы присутствия Грейнджер в его жизни было как можно больше, пока они двужутся в направлении чего-то похожего на обещание. В тот день после занятия йогой они прогуливались по территории кампуса. Весна начала свой постепенный переход к яркому теплу лета, и день был по-сезонному жарким. Маленькая рука Грейнджер покоилась в его руке, переплетаясь пальцами, и это казалось настолько естественным, что Драко почувствовал прилив энергии. Ему почти не хотелось нарушать спокойную, расслабляющую тишину после слишком напряжённой недели. Пока он прилагал все усилия, чтобы улучшить свои навыки в заклинаниях, целители занимались организацией переезда его матери в поместье. Грейнджер же во всей этой кутерьме стала его ярким лучиком света. — Тебе нужно работать сегодня вечером? — спросил он будничным тоном, надеясь, что она ответит нет. — Нет, — её глаза метнулись вверх, уставившись на него. — Ты что-то хотел предложить? Пожав плечами, он притянул её ближе за сцепленные руки. — Ничего конкретного. Я просто надеялся, что мы сможем провести немного времени вместе. Грейнджер как-то странно посмотрела на него, будто, интуитивно или инстинктивно, видела его насквозь. Её губы изогнулись в мягкой улыбке. — Мне бы тоже этого хотелось. Как ты справляешься со всем… со своей матерью? — Достаточно хорошо, полагаю. Насколько это вообще взможно, — проговорил он, проводя свободной рукой по волосам. Очевидно, Грейнджер не знала, в каком состоянии находится его мать, но он разговаривал с ней после последней встречи с целителем Бруксом, и она знала, что прогноз был неутешительным. — Я не знаю. Думаю, я всё ещё пытаюсь уложить это в своей голове. Он также не упомянул, что во время его последнего визита к матери в очередной раз зашёл разговор о том, что Драко должен исполнить свой долг перед родом и жениться на истинно чистокровной женщине. За этот идеал велись и проигрывались войны, а Драко было абсолютно наплевать на статус крови его будущей избранницы. Улыбка сошла с её лица, и она ободряюще поджала губы. — Я здесь, если тебе нужно поговорить об этом, — приподнявшись на носочках, она поцеловала его в подбородок. — Может быть, мы могли бы сегодня просто побыть вместе и отдохнуть. Закажем что-нибудь на вынос. — Звучит как отличный план, — сказал он, наслаждаясь её прикосновением. — Я ещё не видела твою квартиру. Драко инстинктивно напрягся, мысленно перебирая содержимое квартиры на случай, если там есть вещи, которые она не должна видеть. Всё явно магическое, похоже, было спрятано, кроме его набора для зелий во второй спальне. Ему просто нужно будет быстро наложить запирающие чары. В конце концов, рано или поздно ей придётся узнать об этом, если он действительно хочет, чтобы между ними что-то было. Да и разговор с матерью заставил его в очередной раз задуматься о подобных вещах. И хотя ещё слишком рано было говорить о чём-то определённом, он всё же хотел, чтобы отношения с Грейнджер развивались. — Конечно, — согласился он, — мы можем пойти туда. Её глаза засияли теплом, и она улыбнулась ему. — Отлично.

***

После утомительной поездки на метро, во время которой Драко пытался придумать оправдание, почему он не знает правильного маршрута до собственного дома, они наконец-то добрались до его квартиры. Неожиданно для себя Драко почувствовал нервное напряжение. В его квартире бывал только Тео — не считая случайных ночных визитов в прошлом, — и присутствие Грейнджер в его пространстве казалось странно интимным и несколько навязчивым, словно она заглядывала в то, что составляло его личность. Но она слишком много для него значила, чтобы позволить такому пустяку взять над собой верх. Она осмотрела небольшую гостиную, расположенную сразу за входом и ведущую в открытую кухню, и на её лице расплылась улыбка. Драко воспользовался моментом, пока она была занята, чтобы бесшумно наложить запирающее заклинание на дверь своей второй спальни. Подумав ещё раз, он зачаровал некоторые корешки книг на своей полке на случай, если она решит их полистать. — Здесь очень чисто, — наконец сказала она, переведя на него взгляд. — Если ты имеешь в виду, что здесь ничего нет, — усмехнулся Драко, — то ты права. Наверное, я не люблю беспорядок. Улыбка Грейнджер стала ещё шире. — Тогда ты, должно быть, ненавидишь мою квартиру. — Нет, — он прижался к её устам долгим поцелуем. — Твоя квартира не захламлённая. Если уж на то пошло, то она просто обжитая. Она углубила поцелуй, на секунду коснувшись его языка, прежде чем отстранилась. — Мне нравится называть это организованным хаосом. Была обоснованная причина, по которой на его кухне не было ни одного прибора из тех, что были у неё: в большинстве случаев он даже не знал, что это такое, — но в основном потому, что он всегда готовил еду с помощью магии. — Организованный хаос — это хорошо, — пробормотал он, со вздохом притягивая её к себе. Присутствие Грейнджер в его личном пространстве напоминало о том, что всё это реально, а он, скорее всего, скоро снова налажает. — Спасибо, что пришла. — Конечно, — приглушённо ответила она, уткнувшись ему в грудь. Повернув голову, она положила подбородок ему на грудь и добавила: — Я всегда рада провести время с тобой… и твоими друзьями. Думаю, Гарри мне нравится всё больше, а Тео понравился сразу. У него интересное чувство юмора. — Так и есть, — хмыкнул Драко, осторожно убирая с её лица выбившуюся прядку. — Ты ему тоже понравилась. Просто он немного неловок с новыми людьми. Выражение её лица на мгновение изменилось. — Особенно когда они не на самом деле новые. Драко провёл подушечкой большого пальца по её скуле и тонко улыбнулся. — Ты храбрее, чем был бы я — будь я на твоём месте. Не знаю, захочешь ли ты встретиться с другими своими старыми друзьями… Я знаю, ты говорила, что хочешь жить дальше и оставить прошлое позади. — Это сложно, — вздохнула она, — потому что теперь, зная о тебе и Гарри, всё становится гораздо более… запутанным? Я чувствую… — она выдохнула, покачав головой. Драко отпустил её, и они уселись на диван, прежде чем она заговорила снова. — Я чувствую, что разрываюсь между желанием узнать больше и пожить немного в прошлом и потребностью позволить себе просто двигаться вперёд. Или же есть способ существовать и с тем, и с другим. — Я даже не могу представить, каково это, — тихо сказал Драко, глядя в её тёмные глаза, — но я готов поддержать всё, что ты захочешь сделать. Её лицо смягчилось улыбкой. — Я знаю. И очень ценю это. — Хорошо. Склонив немного голову, она добавила: — Я очень голодна. Чего бы ты хотел? Драко хмыкнул, обнимая её за плечи. — Я согласен на всё, что ты выберешь. Удиви меня.

***

После того как они поели, разложив на журнальном столике в гостиной множество коробок с едой на вынос, Грейнджер бросилась собирать мусор. Драко выхватил у неё из рук пустые контейнеры, отправив их в мусорное ведро, а она последовала за ним на кухню, осматриваясь по сторонам. Он подумал, не скажет ли она что-нибудь по поводу абсолютной пустоты его столешниц. Но она просто провела кончиками пальцев по поверхности, наблюдая за тем, как он неуклюже наводит порядок. — Хотела бы я, чтобы моя кухня была такой же опрятной, — задумчиво сказала она, и уголки её губ дрогнули в полуулыбке. Драко хмыкнул и, сложив руки, прислонился к столу. — Я, наверное, помешан на чистоте. Да и дома бываю не так уж часто. — Точно, — ответила она, — ты всегда пьёшь чай где-то в другом месте. На его лице медленно растянулась ухмылка. — Именно. Грейнджер придвинулась на шаг ближе к нему, в её глазах появилось дразнящее тепло. — Я сегодня хорошо провела время. Склонив голову вбок, он некоторое время смотрел на неё. — Как и я, — Драко провёл ладонью по её спине, прижимая к себе, и его сердце заколотилось в груди от того, как она ощущалась в его руках. Он и представить себе не мог, что Гермиона Грейнджер заставит его испытывать такие чувства. Она потянулась рукой к его затылку, запустив пальцы в волосы, и Драко наклонился в поисках её губ. Почти мгновенно контакт усилился, и её губы приоткрылись навстречу его языку. Он провёл рукой по её талии, изгибу поясницы, спускаясь вниз к упругой заднице в обтягивающих штанах. С её губ сорвалось тихое хныканье. Он целовал её всё жарче, отдаваясь безудержному ритму своего сердца, заглатывая её дыхание, пока его рука рисовала хаотичные круги на её аппетитной попке. — Драко, — прошептала она ему в губы, нетерпеливо вцепившись в подол его джемпера и потянув его вверх. Драко оторвался от её губ и начал стягивать джемпер через голову, не отводя от неё взгляд. Он судорожно сглотнул, когда она провела рукой по его груди через рубашку, и от этого прикосновения его пробрала дрожь. Поцеловав её снова, на этот раз мягче, он нежно сжал одну из округлостей её груди через рубашку. Он не знал, как далеко она хочет зайти, и не хотел её спугнуть, поэтому позволил самой поддерживать нужный темп. Она вздрогнула и подалась вперёд, прижимаясь к нему и усиливая его ласки. Одна из её рук дразняще прошлась по мышцам его живота под рубашкой. Возбуждение накатывало волнами от её неспешных прикосновений, и он оторвался от её рта, проведя линию поцелуев вдоль изгиба её челюсти, посасывая и покусывая чувствительную плоть её шеи. Драко жадно вслушивался в тихие задыхающиеся стоны, срывающиеся с её губ, и довольно ухмыльнулся, когда она неосознанно прижалась к нему бедрами. Рука скользнула вдоль его бедра вниз по джоггерам и... она замерла. Драко тут же отпустил её и отступил назад: неприятное чувство тревоги скрутилось узлом где-то в районе живота. Её пальцы задержались на его ноге, впиваясь в ткань, а глаза встретились с его глазами, и она тяжело сглотнула. Хватило мгновения, чтобы он всё понял, — и его сердце рухнуло камнем вниз. Рукоятка его палочки, сместившись, выглядывала из его кармана, и пальцы Грейнджер коснулись гладкой древесины. Словно не решаясь спросить громче, она выдохнула: — Что это? Его сердце, ещё мгновение назад колотившееся от жара её прикосновений, теперь устремилось вскачь совсем по другой причине, и он уставился на неё широко раскрытыми глазами. Но разве не он — ранее в тот же день — считал, что она должна знать всю правду? Выпустив долгий вздох, Драко склонил голову и опустил руку на её ладонь. Он просунул пальцы под её ослабевающую хватку и высвободил палочку. Грейнджер проследила за ним глазами, но её тело оставалось неподвижным и напряжённым, и он не был уверен, что она дышит. Он поднял палочку, удерживая её кончиками пальцев, и в течение бесконечно долгой минуты, пока Драко не знал, как правильно подобрать слова, они оба смотрели на неё. Наконец он прочистил горло. — Это палочка. — Палочка, — прошептала она в ответ, слова прозвучали на грани сомнения и недоверия. — Для маг… — она поперхнулась словом, словно не знала, как его выразить. Драко с трудом сглотнул, хотя в горле у него пересохло. Она слегка вывернулась из его рук, задержав взгляд на его палочке из боярышника. Он развернул её в правильный захват, пока её глаза наблюдали за движением, и, не решаясь поднять взгляд, сказал: — Да. Для магии. — Ты не… — тяжёлый вздох сорвался с её губ, и наконец она подняла глаза. — Ты не шутил. В ответ Драко взял её руку в свою и, раскрыв ладонь, вложил в неё палочку. Она вздрогнула и снова опустила глаза, когда он сжал её пальцы вокруг рукоятки. Все её тело затряслось от напряжения, и она, спотыкаясь, отступила на шаг назад, с шумом втянув воздух. — Что это? — прошептала она; её плечи вздрагивали от прерывистого дыхания, но пальцы, напряжённые до белых костяшек, по-прежнему сжимали палочку. Драко провёл кончиками пальцев по её костяшкам, гадая, насколько сильно его палочка взаимодействует с её основной магией. — Это магия, — когда она ничего не ответила, он собрал по крупицам всё своё мужество и продолжил. — Палочка настроена на меня, и она не будет взаимодействовать с тобой таким же образом, но это инструмент, которым можно управлять, — что-то вроде проводника. Так что ты всё равно будешь чувствовать, как твоя магия пробуждается через неё. — Что она делает? — спросила она наконец, хотя выражение её лица оставалось строгим и недоверчивым. Он подумал, что то, что она не сбежала, было хорошим признаком, — значит, ей было интересно. Но всё же его терзал ужас, что всё это разом может ошеломить её и отбросить назад возможный прогресс в её выздоровлении. Открытие магии вряд ли можно было назвать мягким толчком — тем более навязанным ей без всяких предисловий. Это было именно то, от чего предостерегал специалист по когнитивным расстройствам. Через мгновение он вздохнул и засунул руки в карманы. — Она делает всё. Магия — это… всё. Грейнджер продолжала сжимать пальцы на рукоятке, а второй рукой ухватилась за другой конец палочки, внимательно разглядывая её. — Как она работает? — Разная порода дерева сочетается с разными магическими ядрами, — он провёл рукой по волосам, когда она лишь приподняла бровь. — Это трудно объяснить, потому что само по себе существование магии не поддаётся объяснению. Она просто есть, — он провёл пальцем по длине палочке и еле сдержался, чтобы не поморщиться, когда её пальцы отпрянули от его прикосновения. — Эта сделана из боярышника, десять дюймов длиной, с сердцевиной из волоса единорога. Она фыркнула, и этот звук настораживал своей легкомысленностью. — Это всё какая-то тщательно продуманная мистификация. Волосы единорога?.. — Единороги существуют, — сказал Драко, и, несмотря на неуместность, на его губах заиграла ухмылка. — Как и фениксы, драконы, русалки… — Прекрати, — прошептала она, возвращая палочку в его руку. — Я не идиотка, знаешь ли. Отступив на несколько шагов, она сложила руки и закусила нижнюю губу, словно не могла решить, хочет ли оставаться здесь ещё. — Мерлин, — проворчал Драко, проводя рукой по волосам. — Я не очень хорош в этом. Я знаю, что ты не идиотка, но я ничего не выдумываю. Ладно, смотри. Невербальным движением руки кухня погрузилась в темноту. Он услышал её резкий, внезапный вздох, а мгновением позже перехватил её широко раскрытый взгляд в тусклом свете гостиной. Ещё один поворот кисти — и свет вернулся. Драко настороженно посмотрел на неё. — Полагаю, это нелегко принять. Грейнджер лишь прикрыла рот рукой, её брови нахмурились, и она уставилась на него немигающим взглядом. — Я не могу в это поверить — драконы? — Драконы. Ты их видела, вообще-то. — Нет, — прошептала она, рукой приглушая слова. — Я не знаю, что сказать. Драко поджал губы, желая, чтобы всё пошло по-другому. Если бы он просто разработал стратегию, как открыть ей магию, это не было бы таким шоком. Однако он не мог представить себе такого сценария. — Хочешь, чтобы я тебе всё объяснил? — тихо спросил он. — Или ты предпочитаешь, чтобы я этого не делал? Она медленно покачала головой, и Драко заметил, как её глаза заблестели от наворачивающихся слёз. — Ты говорил мне, что магия существует. Ему не хотелось расказывать об этом, когда она не желала это обсуждать. Но также ему не хотелось от неё что-либо скрывать. Не после того, как она отреагировала в прошлый раз, когда он не решался сказать ей, что они знакомы. — Как ты… но ты живёшь… — Я живу как волшебник, Гермиона. После озвученного наступила гробовая тишина, и Драко с тяжёлым вздохом опустился на сиденье за кухонным столом. К его огромному облегчению, Грейнджер последовала его примеру, хотя продолжала смотреть на него с чем-то сродни недоверию. Искра в её глазах погасла. — Я вообще-то не езжу на метро, — проговорил он, хотя это была наименее важная деталь во всей этой ситуации. — Мы с Поттером работаем в Аврорате. Это правоохранительное ведомство в составе Департамента Магического Правопорядка Министерства магии, — когда она ничего не ответила, он продолжил. — Мы все познакомились в школе в Шотландии под названием «Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс». Она сжала челюсти, но так ничего и не сказала. Поморщившись, Драко наколдовал два стакана воды, и она с опаской посмотрела на свой, когда тот оказался перед ней, но не сделала ни глотка. Он прочистил горло и провёл рукой по лицу. Его взгляд устремился к потолку. — Ты самая талантливая ведьма, которую я когда-либо знал. — Ничего из этого не имеет никакого смысла для меня, — наконец сказала она. — То есть ты хочешь сказать мне, что я могу делать вот эти волшебные штуки? — Заклинания. И да, ты можешь. Она долго смотрела на стол, затем сделала осторожный глоток воды, словно ожидая, что это будет что-то другое. Наконец она тяжело вздохнула. — А Тео не химик. — Это то, что тебя интересует в первую очередь? — спросил он, сдерживая улыбку. — Нет, Тео осваивает мастерство зельеварения. — Зельеварение, — эхом повторила она, словно пробуя слово на вкус. — Варить что-то или… — Верно. Её глаза расширились, и она опустила взгляд на обнажённое предплечье: шрамы, что ещё оставались на её руке, когда они впервые встретились, теперь полностью исчезли. — Мазь, которую ты дал мне для лечения этих шрамов... Ты её сделал? Драко потянулся, чтобы провести пальцами по её руке, но остановился на полпути, когда она напряглась. — Да. Я сварил её. Она открыла рот, чтобы сказать что-то ещё, но тут же зажмурила глаза и зажала голову пальцами с двух сторон. Сердце тревожно заколотилось, и он, наклонившись к ней ближе, спросил: — Ты в порядке? Меньше всего ему хотелось, чтобы всё это спровоцировало у неё какое-то ухудшение. Спустя мгновение она выдохнула, и её глаза снова открылись. — Да. Думаю, да, — она смотрела на него ещё минуту, молчание становилось всё более напряжённым, и она поджала губы. — Значит, ты делаешь всё это — занимаешься магией — и при этом продолжаешь жить среди других? — Магглы, — он заколебался, не зная, насколько глубоко он хочет погружаться в политику. — В Британии людей, не обладающих магией, называют магглами. И да. Магические существа подчинены Статуту о Секретности. — Ты сказал, что существует Министерство магии? Он кивнул, по привычке перекатывая между пальцами свою палочку. — У нас есть свои законы и уставы. — И мы учились в магической академии? — её глаза оставались расширенными и недоверчивыми, хотя Драко старался не принимать её скрытую настороженность на свой счёт. Он не мог представить, как бы он сам отреагировал, если бы не вырос в окружении магии, вплетённой в ткань всего его существования. — Что мы там изучали? Пожав плечами, Драко бросил взгляд в её сторону. — Чары, Трансфигурацию, Зелья, Травологию. Насколько я помню, тебе особенно нравились Нумерология и Древние Руны. Поттер был асом в Защите от Тёмных Искусств. При этих словах на её лице мелькнул страх. — Это является проблемой? — Да, — подтвердил он. — Именно поэтому существуют авроры. Считай, что это… сочетание правоохранительных органов и полиции, — понизив голос, он добавил: — Вот почему мой отец в тюрьме. — Это магическая тюрьма? — спросила она; слова звучали неуверенно, но Драко кивнул. — Магическая тюрьма, — подтвердил он. — А моя мать находится в магической больнице под названием «Святой Мунго». Грейнджер потянула себя за волосы и, наконец, посмотрела на него с раздражением. — Я не знаю, что с этим делать. Со всем этим, если честно. Я не могу… Я не знаю, что сказать. — Это сложно принять, — тихо сказал Драко. — Особенно всё сразу. — И ты живёшь как я — почему? Потому что я сказала, что не верю во всё это? — несмотря на ситуацию, её тон не казался особенно обвинительным, в её глазах светилось скорее подозрение. — Отчасти, — согласился он, — но в основном потому, что я не хотел перегружать тебя, пока ты не будешь готова услышать об этом, — выдохнув, он добавил: — Очевидно, это вышло не настолько идеально. — Очевидно, нет, — ответила она. Когда он положил свою палочку в центр стола, она встретилась с ним взглядом, потянувшись к ней. Получив одобрительный кивок, Грейнджер снова ощупала её по всей длине. — То есть ты хочешь сказать, что я знала все эти вещи. Как произносить заклинания, варить зелья, толковать руны и… — её глаза снова заблестели, когда пальцы обхватили рукоять. — А теперь я ничего из этого не знаю. Драко склонил голову, чувствуя, как его грудь сжимается от ощущения потери на её лице. — Да. К сожалению, именно об этом я тебе и говорю. Подозреваю, что это всё ещё есть в тебе — если ты захочешь докопаться. Но я знаю, что ты пытаешься оставить прошлое позади. С её губ сорвался истеричный смешок. — По моему, это всё меняет, не думаешь? — Да, — вздохнул он. — Надеюсь, ты не расстроилась из-за меня? — Честно говоря, Драко, — сказала она тихо извиняющимся тоном, — я не знаю, что сейчас думать. Я хотела бы знать, но не понимаю, как я могла ожидать, что ты мне расскажешь, если каждый раз, когда ты намекал на это, я… — она прервала себя, плотно сжав челюсти, и аккуратно положила его палочку обратно на стол. Мгновение она пристально смотрела на деревянный стол, а затем вытерла ладонями под глазами. — Гермиона… — начал Драко, чувствуя, как грусть стягивает его брови. Но она прошептала: — Не надо, — вздрогнув, она закрыла глаза и снова помассировала виски. — Я не знаю, что со всем этим делать, и думаю, что мне нужно просто уйти… — Тебе не нужно уходить, — тихо произнёс он. — Пожалуйста. Я не хочу перегружать тебя. — Слишком поздно. Эти слова остро кольнули его сердце, и он кивнул. — Хорошо. — Мне нужно подумать об этом, — вдох прозвучал словно сквозь стиснутые зубы, будто от боли. — И подышать свежим воздухом. Разочарование и отчаяние захлестнуло его, и он задумался, не нанёс ли на этот раз непоправимый ущерб. Может быть, он обманывал себя, думая, что у них действительно есть шанс. Эта мысль причиняла гораздо больше боли, чем он мог предположить. — Могу я помочь тебе добраться до дома? — Нет, — быстро проговорила она, поперхнувшись воздухом. — Думаю, я даже не хочу знать, как ты… нет. Со мной всё будет в порядке. Поднявшись со своего места, она снова смахнула влагу, собравшуюся в уголках глаз, и направилась к двери. Драко следовал за ней на небольшом расстоянии, нервно кусая нижнюю губу. — Я хотел бы быть уверен, что ты доберёшься до дома в целости и сохранности. — Я всегда возвращаюсь домой в целости и сохранности, — проворчала она, избегая встречаться с ним взглядом, но затем её тон смягчился. — Но всё равно спасибо. Я отправлю тебе сообщение, когда буду дома. — Хорошо. Пока она возилась с туфлями, Драко взял с книжной полки увесистый экземпляр и протянул ей. — Если хочешь. Это может объяснить всё лучше, чем я. Гермиона взяла книгу и некоторое время смотрела на неё. Драко заметил, что у неё дрожали руки, пока она смотрела на заголовок: «Истоки современной магии». — Спасибо, — прошептала она, прижимая книгу к груди. — Я позвоню тебе или… что-нибудь ещё. Я не знаю, как вы общаетесь. — Пожалуйста, не делай этого, — пробормотал Драко, его грудь невыносимо сжалась. — Это и твой мир тоже. Я хочу помочь тебе это понять. — Я знаю, что хочешь, — тихо сказала она, слова прозвучали одиноко и печально. — Мне просто нужно самой разобраться в том, чем ты поделился сегодня. Драко не знал, что ещё он может сказать в данный момент, поэтому он плотно сжал губы и кивнул. — Хорошо. Если я могу чем-то помочь, пожалуйста, обращайся. Её глаза всё ещё блестели от непролитых слёз, но она поднялась на носочки и поцеловала его в щеку. Веки затрепетали от этого прикосновения, и он подумал, поцелует ли она его когда-нибудь снова так же искренне и беззастенчиво, как этим вечером. — Хорошо, — она коротко кивнула. — Обязательно. Спасибо, Драко. Он ненавидел формальность в её словах. — Спокойной ночи, Гермиона. Не говоря больше ни слова, она выскользнула за дверь и тихо закрыла её за собой.