Глава VIII. Затишье

В штабе шум не поднимается — он глухой, давящий. Говорят вполголоса. Спорят. Разбирают ошибки. Эмбер ходит из угла в угол, то и дело оглядываясь на Поли. Марк сидит чуть поодаль, неподвижный, взгляд расфокусирован — будто слушает не тех, кто рядом, а кого-то другого. Кросс молчит. Слишком молчит. Поли лежит на импровизированной лежанке. Нога зафиксирована, но даже так он чувствует её — тяжёлую, ноющую, чужую. Он не жалуется. Просто смотрит в стену напротив. — Это была не случайность, — тихо говорит Марк. — Они целились. — В Поли, — глухо отвечает Кросс. Тишина становится ещё плотнее. Позже, когда штаб стихает, Рой заходит. Без шума. Без обычной своей тяжести. Он останавливается рядом, скрестив руки, долго смотрит на Поли сверху вниз. — Не спишь, — констатирует он. — Ага, — хмыкает Поли. — Представь себе. Молчание. Не неловкое — тяжёлое. — Ты всех напугал, — наконец говорит Рой. — Знаю, — Поли отворачивает голову. — Прости. Рой хмурится. — Не за что тебе извиняться. Пауза. И потом — тихо. Совсем тихо: — Рой?.. — М. — Что со мной будет?.. Вот теперь Рой напрягается. Сразу. — Ты поправишься. Поли качает головой, едва заметно. — Но если… Если нога не— — Хватит. Голос Роя резкий. Рубящий. Он наклоняется ниже, так, чтобы Поли смотрел прямо на него. — Хватит. Ты будешь ходить. Хочешь ты того или нет. Ты сможешь. Ты справишься. Ты сильный. Поли открывает рот, но Рой не даёт вставить ни слова: — И даже не смей думать о том, что останешься инвалидом, ясно?! Тишина. Поли моргает. Раз. Другой. — Ты… злишься? — осторожно. Рой выдыхает. Долго. — Я боюсь, — честно говорит он. — Но это не повод тебе сдаваться. Он выпрямляется, кладёт руку Поли на плечо — тяжело, уверенно. — Мы тебя вытащим. Все. А ты… — короткая пауза. — Ты просто не сдавайся. Хорошо? Поли медленно кивает. — Хорошо. И впервые за долгое время ему становится чуть легче. Прошло несколько дней. Поли ненавидит это слово — «прошло». Потому что для него ничего никуда не идёт. Нога ноет постоянно. Не остро — хуже. Тупо, давяще, будто напоминая о себе каждую секунду. — Медленно, — спокойно говорит Эмбер. — Не торопись. Поли сжимает зубы. Он опирается, переносит вес — и сразу же резко втягивает воздух. — Чёрт… Он не падает. Не потому что не может — потому что не позволит. Рой стоит рядом, но не помогает. Сознательно. — Сам, — коротко говорит он. Поли делает ещё шаг. Потом ещё. Лицо напряжённое, взгляд злой — не на боль. На самого себя. — Бесит, — вырывается у него. — Бесит, что я… вот так. — Это временно, — тихо говорит Марк откуда-то сбоку. Поли резко поворачивает голову. — А если нет? Молчание. И в этом молчании Поли чувствует, как внутри него что-то смещается. Не ломается — закаляется. Ночью Он не спит. Снова и снова в голове всплывает поле. Масло на траве. Запах. Удары. И лица. Сенди — с этой мерзкой уверенностью. Китон — высокий, тяжёлый, слишком спокойный. Слишком уверенный. Поли сжимает пальцы. — Думаешь, я сломался?.. — шепчет он в темноту. Ответа нет. Зато внутри — есть. И он злой. Не яростный ещё — холодный. — Ошибся, — тихо говорит Поли. — Очень ошибся. На следующий день он снова встаёт. Без просьб. Без предупреждений. Нога отзывается болью, но он не отступает. Рой замечает это первым. — Эй, — хмурится. — Ты чего? — Учусь, — коротко отвечает Поли. — Жить с этим. Пока что. Он делает шаг. Потом ещё. Движения неровные, но взгляд — твёрдый. — Они думают, что вывели меня из игры, — добавляет он. — А зря. Рой смотрит внимательно. — Ты злишься. Поли усмехается. Криво. — Да. И знаешь что? Мне это нравится. Пауза. — В следующий раз, — медленно говорит Поли, — когда я встречу Китона… Он замолкает. Но продолжение не нужно. Оно уже в воздухе. Рой выдыхает и тихо, почти с уважением, бросает: — Вот теперь ты опасен.