Глава 9. Темнота

Тимофей заходит в дом первее старшего брата и племянника. Костя сам предложил устроить соревнования по скоростной ходьбе на ключи своего чайзера, и, как обычно, дал фору младшему. Волков-младший, правда, до сих пор маялся с восстановлением прав, хотя и ездил пару раз без них, уповая на удачу, и в будущем тачка уровнем покруче не помешает. Как минимум, можно гонять без мысли о ремонте по трассе под грустный русский рэп о родных серых панельках, несбывшихся мечтах и несправедливом мире. Как максимум, посадить в тачку Дашу и увезти за город без связи, чтобы, пусть и в скандале, но выяснить отношения до конца. Точку она так и не отправила. Волков-младший подмигивает, гордясь победой. Старший брат каждый день заставляет разминать больную ногу, напоминая о предписаниях врачей. Правда, ради разминок приходится закидываться лошадиной дозой обезболивающих. Почувствовав неладное, он разворачивается назад и замечает на пороге дома Лаврентьеву в объятиях Златы. Сердце щемит из-за внезапности. — Чего застыл? — упрекает Костя, подталкивая брата со спины. Заметив гостью, выдыхает и удручающе хлопает по спине. — Мы с Митькой переоденемся, и можем ехать. — Ага. — Тимофей губы поджимает, рассматривая бывшую девушку довольно пристально. Она назло ему выставляет фото с лейтенантом, и он отлично знает, что это провокация и месть. Даша смеется, а парень роняет стакан в умывальник, так и не набрав воды. Бывшая девушка резко оборачивается на звук, и ее лицо выражает больше, чем просто смятение. Волков нерешительно перебирает пальцами, приветствуя гостью. Она же взмахивает волосами и показательно отворачивается в сторону. — Даша! — на ступенях кричит мальчик, и Лаврентьева специально присаживается на корточки, чтобы поймать бывшего подопечного. Тимофею нравится наблюдать за их взаимодействием, ведь Даша расслабляется и отправляет в нокаут своей обворожительной улыбкой. Костя подзывает жену на помощь, и в гостиной остаются трое. Лаврентьева внимательно слушает речь мальчика, держа его на руках. Парень же не сдерживается и направляет на них экран телефона, делая снимок, к сожалению, со звуком. И ему посвящается убийственный взгляд голубых глаз. — Удаляй. — командует Даша и опускает Митьку на диван, скрещивая руки на груди и тяжело дышит. — Зачем? — Тимофей шагает навстречу, беся своим хладнокровием. — Это для Митяя на память. — Надеялась, что мы не столкнемся. — фыркает собеседница и закатывает глаза, отступая и упираясь поясницей в край кожаного дивана. — Видеть твою физиономию невыносимо. — Спасибо за честность. — Тимофей равняется рядом и тянется поправить светлый локон. Даша не двигается, лишь окидывает взглядом, позволяя прикоснуться. Со второго этажа звучит: «Солнце, ты должна мне поцелуй за каждый час не вместе». Волков-младший едва сдерживает улыбку и прячет руки в карманах любимых спортивок. — Почему мы не можем попробовать заново? — Потому что ты не понимаешь банальных вещей, — Даша облизывает губы и принимает машинку от ребенка. — Или за время в Америке забыл русский язык? Переводчик используй. — Даш… — Понимаю, что твой идеал — они. — Лаврентьева указывает пальцем на спрятавшуюся парочку. — Но мы не Злата с Костей, и как бы мне ни хотелось, ты не заслуживаешь шанса. Я не верю в то, что отношения могут сложиться со второго раза. — Хорошо, что насчет друзей? — Мы знаем слишком много друг о друге, чтобы быть просто друзьями. — Даша отодвигается на ничтожные сантиметры, так как оказывается на краю опоры. — Недавно ты утверждала, что мы друг друга не знаем и от прошлых нас ничего не осталось. — парирует в ответ Тимофей и двигается по той же траектории, чтобы довести диалог до нужного ему конца. — Противоречишь сама себе. — А ты цепляешься к словам. — Лаврентьева показывает средний палец и подскакивает с насиженного места. — Секс по дружбе? — продолжает гнуть Волков и, к счастью, Даши остается на прежнем месте. — Вариантов много. — Мне нравится быть врагами и тебя ненавидеть. — она прячет руку в волосах и склоняет голову набок. — От ненависти до любви? Твой любимый троп из детства! — Волков-младший не унимается и зеркалит движения бывшей девушки. — Туше. Старший брат возвращается с красной помадой на щеках и одурманенным видом. Злата нервно потирает губы, пряча взгляд в пол, будто их поймали за чем-то непристойным. Костя хватает сына на руки и качает головой на дверь. Тимофей подрывается следом и готовит стеб для него, но затыкается и на прощание окидывает взглядом бывшую девушку. Лаврентьева закатывает глаза, вновь добавляя средний палец. — Посидишь с Митькой вечером? Мы буквально со Златой съездим до заправки и обратно. — спрашивает Волков-старший, пока пристегивает сына. Тимофей, поправив футболку, оборачивается назад и щурится. — Мультики с ним просто посмотришь. — Эксплуатируешь, как в детстве? — Это взамен квартплаты и потраченных всех моих нервных клеток. — упрекает Костя и целует сына в макушку. — Мить, хочешь с дядей смотреть мультики вечером? — Мультики! — А вдруг у меня планы? — парирует Тимофей и накрывает лицо ладонью. Планов, конечно, у него никаких. Главное завалиться пораньше спать, чтобы выйти на смену завтра. В прошлый раз со своего внезапного свидания родственники вернулись далеко за полночь, и старший брат выслушал целый стенд-ап об засосах. — Через пять дней сентябрь, и почти не буду видеть свою жену из-за наших нагрузок. Тебе же не сложно посидеть, а я хочу провести, как можно больше времени со Златой наедине. — просит Костя, прибегая к молящему взгляду. — Ладно, но тогда твой чайзер мой на два раза. — свои условия выдвигает Тимофей и подмигивает, ожидая одобрения. Косте ничего не остается, как согласиться. — Так и будешь ехать с этим боевым раскрасом? — Конечно, отмою у входа в парк аттракционов. Тимофей, махнув рукой, отворачивается к окну. Нынешние пейзажи с особняками не вселяли той мотивации и желания свалить подальше, как серые муравейники из воспоминаний о детстве. Хотя и от этой напускной роскоши, которая ему не импонирует, хочется спрятаться. Ему нужны впечатления от путешествий, а не от банковских счетов застройщиков. Старший брат высаживает его у дворца спорта и желает хорошо провести время. Тимофей, махнув рукой, выбирается наружу, забирает вещи и ищет хоть что-то цепляющее в здании напротив. Двухэтажный центр с колоннами и советским барельефом. Сбоку парк с резвящимися детьми. Ничего примечательного. Сигареты остались в комнате, а просить стрельнуть у подростков, кажется, непедагогично. Да и сколько он прятал пачки как от брата, так и тренера в интернате. Обернувшись назад на громкий смех, Тимофей прирастает к асфальту. Компания из подростков перекидывает друг другу баскетбольный мяч, обсуждают релиз нового рэп трека и выглядят слишком беззаботными. Вместе с ними перед глазами проносится вся жизнь. Тимофей видит в них себя из юности, у которого из проблем был не забитый трехочковый, замечание от тренера и закончившаяся газировка в магазине. Сейчас голова забита совсем другими мыслями, начиная с желания слезть с шеи брата и заканчивая упованием на уровень медицины. — Чего завис? — у дверей салютует Савинов и придерживает дверь помощнику. — Давай дуй быстрее сюда. — Задумался о том, как уничтожу тебя перед твоими подопечными. — хмыкает Тимофей и поправляет лямку спортивной сумки. — Наконец, узнаю легенду баскетбола. Данил по-дружески похлопывает по спине при встрече и кепку козырьком назад надевает. Тимофей видит, как прошедшая мимо него компания, становится смирно при виде Данила. Волков сразу вычисляет лидера среди компании, у него взгляд заискивающий и улыбка нахальная. Парень обращает внимание на то, куда команда уводит взгляд. По винтовой лестнице спускаются девчонки-сверстницы с сумками и румяными лицами. — Так, рты захлопнули и бегом в раздевалку. — отрезвляюще проговаривает Савинов и рукой указывает на дверь. Подопечные кивают, но провожают взглядом девочек, отчего Данил угрожающе свистит. — Я кому сказал? — А это кто? — уточняет уже Тимофей, идя следом за наставником. — Женская команда? — Нет, чирлидеры. — Данил водит рукой по голове устало и тяжело вздыхает. — Иногда у нас на поддержке выступают, а у этих оболтусов гормоны играют. — А туда помощник не нужен? — Моим помощником не согласился стать, а туда только так? Перегрелся? — удивляется Савинов и крутит пальцем у виска. — Где я и танцы? — Тимофей бьет друга в плечо и усмехается. — Дашку бы пристроил. Она танцы бросила из-за болей, а так, может, есть шанс вернуть ее к любимому делу, да и деньги будет за это получать. — Вы разве помирились? Костян сказал, что ты сутки из комнаты не выходил после последнего разговора. — Не брат, а чертов сплетник. — Тимофей валится на скамью и ставит сумку рядом, чтобы поменять кроссовки. — Не помирились, но есть план, и в конце концов мы будем вместе. — Ты так в этом уверен? — Да, — Волков стучит пальцами по больному правому колену и сглатывает, — прозвучит слащаво, но сделаю всё и даже больше, чтобы вернуть её расположение. Я видел и вижу себя лишь с ней. — Поговорю с тренером у чирлидеров, если тебе это поможет. Тимофей благодарит и отвлекается на входящих подростков. Ему до сих пор не по себе. Он бы отдал всё, чтобы вернуться в те времена, когда гордо носил звание капитана команды и ел чизбургеры после тренировок с друзьями. — Парни, хочу представить вам Тимофея Юрьевича, — Савинов разводит руки по сторонам и уверенно продолжает. — В вашем возрасте он пробился в наш местный спортинтернат, как капитан команды по баскетболу, а после получил спортивную стипендию в одном из ведущих университетов в Америке, где также вел команду вперед на первых позициях. Он нас может многому научить. — А чего вернулись? — задает кто-то из подростков, и парень тяжело сглатывает. Это единственный вопрос, от которого воротит, но при этом чаще всего он его и слышит. — Старший брат с семьей здесь живет и… травма. Ближайший год могу лишь в свисток свистеть, да технику разбирать по видео. — Тимофей пожимает плечами и напряженно трет бровь. — Да и ко мне на «ты» можно, я не такой старый, чтобы по имени-отчеству. — Не, парень, тут вопрос в субординации. — Данил его тормозит и командует ребятам начать разминку. Команда беспрекословно выполняет, а сам тренер разворачивается вновь к желанному помощнику. — У нас на первые выходные сентября запланированы соревнования с командой другого центра. Хочешь стать судьей? — С козырей идешь, — Тимофей уголки губ едва приподнимает. Ему импонирует предложение на фоне нехватки целой важной части жизни. — Сначала на матч затащишь, а потом и в помощники. Если работать не буду, то могу попробовать. — Я с Деном договорюсь. — Я сам, мне уже не 15 лет, лично могу разобраться и с проблемами, и жизнью. Данил подмигивает и уходит подгонять команду. От звука свистка и выкриков у Тимофея даже поднимается настроение. Он отходит в сторону шведской стенки и принимается разминаться, чтобы не упасть лицом в грязь перед подростками. Благо броски отточены до мастерства, и на ногу можно особо не опираться. — Берем мячи и ведем по кругу. — командует Савинов и отходит к приглашенному помощнику. Волков старается особо вида не показывать, но, кажется, пора закидываться новой порцией таблеток. — Ты в порядке? — Честно? — Тимофей зачесывает волосы назад, чтобы они не мешались при разговоре. — Или тебе ту версию, после которой ты меня не отправишь домой? — Ты к врачу хотя бы ходишь? Волков разворачивается спиной к стенке и щурится, потому что ни один из ответов Савинову не понравится. И стоит узнать Данилу, как узнает вся братва брата, а значит напор начнется со всех сторон. В местную клинику по прописке он идти не хочет, представляя, как ему обрубят остатки крыльев, а на частную клинику он не заработал. — Дать бы тебе подзатыльник… — ругается собеседник, махнув на него рукой. Тимофей отступает от лестницы и идёт за ним. На спине ощущается мишень из-за взглядов команды. От внимания Волков, конечно, отвык. Савинов дает новое задание на отработку бросков и загадочно ухмыляется, отчего парню не по себе. — Может матч? Часть твоя, вторая моя. — выдает Данил и потирает бровь в ожидании. — Что скажешь? Попробуешь себя в качестве тренера, научишь их новой технике… — Не знаю, как ты это делаешь, но я близок к тому, чтобы согласиться стать твоим помощником. — Тимофей переводит взгляд на тренирующихся, прикидывая, чему сможет их научить, да и есть ли в этом смысл. — А есть подающие надежды? — Ага, рыжего видишь? Женя Чернов, родился бы в другой семье, то давно бы ездил на чемпионаты. — проговаривает Савинов и свистит, отходя в сторону части парней, чтобы тактику им подправить. Тимофей ловит летящий в его сторону мяч, отбивает несколько раз и, развернувшись в сторону ближайшего кольца, бросает, тут же получая аплодисменты. Волков непроизвольно щурится, не готовясь к такому одобрению. — А говорил, что баскетбол в прошлом. — упрекает Данил, разводя руки в стороны. — Иди ты. — Тимофей ловит мяч и возвращает потерявшему. — Я здесь, потому что Костя достал на мозг капать. — Верю-верю, Волков. Закончив с разминкой, Савинов дает указание становиться в одну шеренгу. Парень, правда, пока не представляет, как именно они будут набирать команды. Данил просит подопечных поделиться на два счета, и отдает помощнику вторых. Тимофей понимает, что друг хотел так подстебнуть и задеть его и без того расшатанное самолюбие. — Что делаем? — спрашивает Женя, выделенный до этого Данилом. — А тренер вам какую тактику обычно дает? — уточняет Тимофей. Пока он играл в школе, матчи часто напоминали игру вслепую, когда они не знали слабых мест соперников. В университете же везло, что тренер знал все тактики наперед и предполагал ход. И дух авантюризма, когда каждый шаг, как в сапере, чреват взрывом, за четыре года был утерян. — Да мы чаще меняемся местами на поле или быстро переходим от обороны к атаке. — отзывается другой игрок, и Волков нерешительно оборачивается назад, думая над тем, как лучше поступить. — А вы слабые места своих сокомандников знаете? — с усмешкой задает вопрос парень и возвращает внимание своим игрокам. Будучи капитаном, он вел целый блокнот с плюсами и минусами своих товарищей по полю и часто делился предложениями с тренером. Его этому перед выпуском научил капитан команды до него, когда Тимофей еще был первокурсником. — Относительно. — срывается у всех с языка, и Тимофей понимает, что нащупал нужное решение. — Сейчас распределим каждого из вас за определенным игроком, и ваша задача будет опекать его на протяжении всей игры. Он влево — вы влево, он вправо — вы вправо. Понятно объясняю? — получив кивки, парень продолжает. — Так вы настроитесь, а я пойму, с чем работать. Тимофей дает каждому из пяти парней указание и показывает «класс» Данилу. Савинов свистит и даёт начало дружескому матчу, запуская мяч. Волков покрикивает на ребят, давая советы, и выполняет рокировки спустя время, определив сильные и слабые места. Первая четверть заканчивается разгромом соперников, и Тимофей радостно качает головой, хотя и просит подростков сильно не радоваться. Во время следующей четверти, Волков делает упор на отработке уже использованной тактики. Правда, команда Данила, поняв, как действовать не надо, набирают нужные очки и уменьшают разрыв. Звучит последний свисток, и дружеский матч заканчивается со счетом 31:33 в пользу вторых. Волков гордится тем, что привел команду к победе, и нервно водит рукой по затылку, не готовясь к новому потоку оваций. — Как часто тренировки? — спрашивает он и смиряется с предложением. — Не улыбайся так сильно… — Отправлю расписание, как определимся с планами на год. — выдает Савинов и отпускает всех с тренировки. — Правильно понимаю, что ты с нами? — Да! — Волков, скрестив руки на груди, переводит взгляд на катящийся мяч по залу. — Много платят? — Честно? — собеседник усмехается, и Тимофей тянет «понятно». — Думаешь, чего твой брат совмещает разные заработки? — Савинов по-дружески стучит по спине. — Сможешь закрыть помещение? — Могу, — парень забирает связку ключей и рассматривает брелок в виде мяча. — Не забывай про мою просьбу. — Как раз сейчас обсужу с тренером чирлидеров твою просьбу. — Так у тебя свидание? — Волков прикрывает рот кулаком, чтобы не выдать ничего колкого. — Еще и такое клише… — Замолкни, парень. — Савинов замечает у дверей девушку и убегает в её сторону. На входе салютует Волкову и теряется вместе со спутницей. Тимофей, приложив усилия и стараясь не стонать от боли, подхватывает мяч и тактично отбивает несколько раз. В больнице ему часто снились матчи, звуки дриблинга и свистка, но запах медикаментов каждый раз возвращал в реальность после подъема. — Да, Тим, как мы всё потеряли? — звучит риторический вопрос в пустоту, и Волков устало трет лицо. Он всё ещё на дне личной турнирной таблицы. — Можно задать вопрос? — рядом появляется подросток, нерешительно поправляя лямку рюкзака. — Тяжело попасть в команду за границей? — А где бывает легко? Я не верю в талант без усилий. — Тимофей прокручивает на пальцах ключи и изучает взглядом Чернова. — В девятом классе отец пристроил в интернат, и семь лет у меня не было выходных. Я играл каждый день, и дальше бы тренировался, если не травма. — Помимо тренировок, нужны ведь и деньги? — Деньги и кто-то, кто будет тебя поддерживать. — Волков заметно грустнеет от диалога. — Мне повезло, что Данил Александрович близкий друг моего старшего брата. И мы знали, к чему быть готовыми, да и он подсказал разные варианты. — Тимофей видит, что и подросток поник, отчего повторяет любимый жест брата, когда тот пытается его взбодрить, кротко ударяет в плечо и защищается смехом. — Жень, шанс есть всегда. Да и я, кажется, теперь буду с вами страдать в этом зале, поэтому выведем вас всех на новый уровень. Чернов в ответ улыбается, и спустя пару секунд Тимофей снова остается один на один с собой. На языке вертится излюбленная фраза родственников «Ночь пройдет, наступит утро ясное» и вдобавок к ней, что шансы есть всегда.