Часть 4

Утро выдалось особенно шумным — на базу прибыла новая группа, и коридоры гремели шагами, переговорами и лязганием снаряжения. Алина вышла на плац в форме, проверяя ремни, когда услышала чей-то бодрый голос: — Эй, новенькая! Поможешь со снарягой? Это был Ричер — молодой солдат из соседнего подразделения. Высокий, улыбчивый, с тем типом обаяния, которым он пользовался слишком уверенно. Он стоял рядом с ящиком боеприпасов, который нужно было затянуть на склад. Алина улыбнулась вежливо. — Конечно, давай сюда. Они вместе подняли ящик. Ричер, чуть перегнувшись, сказал: — Ты хорошо держишься. Для новенькой — прям огонь. Алина не успела ответить — почувствовала чей-то тяжёлый взгляд. Знакомый. Обжигающий. Она подняла голову. Гоуст стоял в нескольких метрах, руки скрещены на груди, маска — как вырезанный из камня череп. Он наблюдал за ними… слишком внимательно. Ричер бросил взгляд в его сторону и тихо фыркнул: — Ходит тут как надзиратель. Не расслабиться даже. Алина почувствовала, как внутри леденеет воздух. — Он просто выполняет свою работу, — сказала она спокойно. — Да ладно тебе, — усмехнулся Ричер, наклоняясь ближе. — Не позволяй ему строить из себя твоего личного— Тень упала на них прежде, чем он успел договорить. — Ричер. — Голос Гоуста был низким и опасно тихим. — Тебе не кажется, что ты слишком загружал новобранца? Ричер нервно сглотнул. — Да мы просто— — Похоже, ящики стал таскать легче, — перебил Гоуст. — Сам справишься. Слова были холодные, но в них была скрытая сталь, от которой даже воздух стал тягучим. Ричер поспешно кивнул и ушёл, пробормотав что-то неразборчивое. Когда они остались вдвоём, Алина перевела дыхание. — Ты зачем так на него? — тихо спросила она. Гоуст повернулся к ней. Его глаза под маской были тёмные, почти жёсткие. — Он лез слишком близко. — Мы просто разговаривали. — Он на тебя смотрел, как будто имеет право. — Голос стал ещё тише. — Он не имеет. Алина замерла. Пару секунд — и она наконец поняла: Это была ревность. Сильная. Неосознаваемая. Неуправляемая. — Гоуст… — прошептала она. — Ты ревнуешь? Он шагнул ближе — слишком близко. Между ними осталось меньше ладони расстояния. Его голос стал почти шепотом: — Я не имею права. — Тогда почему…? — Потому что мысль о том, что ты смеёшься с кем-то ещё… мне не нравится. Он опустил взгляд на её руки, будто боялся встретиться глазами. — Слишком не нравится. Её дыхание сбилось. Сердце стучало в висках. Она осторожно коснулась его предплечья — неуверенно, но искренне. — Гоуст… мне не нужен никто другой. Он поднял голову. Его глаза смягчились — не полностью, но достаточно, чтобы маска перестала казаться холодной. — Не нужен? — тихо повторил он. — Нет, — так же тихо ответила Алина. — Я… рядом с тобой хочу быть. Тень напряжения между ними переломилась, превращаясь во что-то тёплое, горячее. Гоуст поднял руку и коснулся её талии — осторожно, словно проверяя, можно ли. Она не отстранилась. Он наклонился чуть ближе, так что его лоб почти коснулся её. — Тогда держись подальше от Ричера, — сказал он тихим, хриплым голосом. — Не хочу видеть это снова. — Хорошо, — улыбнулась она. — Только если ты обещаешь не пугать людей своими взглядами. — Не обещаю, — ответил он глухо. — Но попробую. Его пальцы чуть сильнее сжали её талию — почти незаметно, но от этого прикосновения она ощутила, как внутри всё вспыхивает. И в этот миг между ними не было ни маски, ни звания, ни правил. Только двое людей, которые наконец признали то, что давно росло между ними.