Часть 5

Тренировка в этот день выдалась особенно жёсткой. Гоуст велел всем работать в парах, но когда дело дошло до Алины, его голос прозвучал так, что возражать не рискнул никто: — Со мной. И она снова оказалась напротив него, чувствуя каждое движение, каждый шаг, каждый его взгляд. Он работал быстрее, чем раньше — будто проверял её пределы. Она держалась. Но ближе к концу ноги дрожали, а дыхание стало сбивчивым. — Хватит. На сегодня — всё, — сказал он, когда остальные уже расходились. Алина вытерла лоб тыльной стороной руки. — Ты сегодня… жёсткий. Гоуст подошёл ближе, медленно, как хищник, уверенный в каждом шаге. — Хотел увидеть, как ты держишься под давлением. — И как? Она старалась говорить спокойно, но сердце грохотало. Он остановился так близко, что её плечо почти коснулось его бронежилета. — Лучше, чем ожидал, — сказал он низко. — Но ты вымоталась. — Нормально, — усмехнулась Алина. — Я справлюсь. — Ты упрямая. В его голосе прозвучло что-то опасно тёплое. Она отвернулась, пытаясь совладать с дыханием, достала бутылку с водой. Но пальцы дрогнули — крышка выскользнула из рук и с глухим звуком покатилась по полу. Гоуст молча нагнулся, поднял её и протянул. И вдруг его пальцы коснулись её ладони — медленно, осознанно, будто он не просто отдавал крышку, а изучал реакцию. Она замерла. Он тоже. — Ты дрожишь, — тихо сказал он. — Я устала. Но голос её был слишком тихим, чтобы обмануть. Гоуст сделал шаг вперед, сокращая и без того тонкое расстояние. — Или потому, что я рядом? Алина почувствовала, как тепло приливает к лицу. Она хотела ответить, но слова застряли в горле. Он протянул руку, провёл пальцами по её плечу — едва ощутимо, почти скользя по ткани формы. Жест был настолько мягким, что воздух между ними стал горячим. — Ты стала избегать меня после разговора на крыше, — сказал он. — Почему? Она подняла взгляд. Его глаза под маской были тёмными, внимательными, чуть ревнивыми… и слишком прямыми. — Я не избегаю… — Избегаешь. — Он шагнул ближе. — С тех пор как я сказал, что ты мне не безразлична… ты отстранилась. Алина задержала дыхание. Он был прав. И слишком близко. — Я… запуталась, — призналась она. — Всё происходит быстро. Гоуст поднял руку и, не спеша, убрал выбившуюся прядь с её лица. Его пальцы слегка коснулись её щёки — тёплые, осторожные, как будто он боялся, что она исчезнет. — Я могу замедлиться, — тихо сказал он. — Но не могу отойти. Алина сделала шаг к нему. Сама. Он замер, будто не ожидал, что она сократит дистанцию. — И не нужно отходить, — прошептала она. — Просто… мне нужно привыкнуть. Гоуст не двигался. Только его пальцы всё ещё касались её лица, чуть сильнее, чем секунду назад. — Тогда я буду рядом, — сказал он глухо. — Настолько близко, насколько ты позволишь. Она подняла руку и положила на его бронежилет — между ними больше не было пустоты. — Сейчас… — её голос дрогнул, но не от страха, — я позволяю. Гоуст медленно наклонился к ней, их лбы встретились — лёгкое, тёплое прикосновение, такое интимное, что у неё едва не перехватило дыхание. Он выдохнул ей прямо у виска: — Значит… так и будет. И несколько секунд они стояли так, в тишине пустого спортзала, чувствуя только дыхание друг друга и то нарастающее притяжение, которое становилось уже невозможным скрывать.