-2-

«…И чем сильнее сердце, породившее его, тем страшнее станет тень.»

***

      Когда я вышла из палатки, всё ещё прокручивая в голове слова Фэнуэль, ночь встретила меня прохладным ветром и запахом догорающих костров. Я успела сделать лишь шаг, как врезалась во что‑то твёрдое и живое.       — Слишком долго, — низкий голос прозвучал совсем рядом.       Я вздрогнула и резко подняла голову. Тай стоял так близко, что между нами едва хватило бы места для ещё одного вдоха. От света ближайшего костра в его тёмных волосах вспыхивали медные отблески, а лицо наполовину скрывала тень. Похоже, он ждал давно. Я начала было переживать, как много он мог услышать из нашего разговора с принцессой, но всё же надежда на то, что Его Высочество не опустился бы до подобной низости, как подслушивать, теплилась внутри.       — Ваше Высочество…       Я поспешно начала реверанс, но закончить его мне не позволили: пальцы принца сомкнулись на моём локте. Не грубо, но достаточно твёрдо.       — Потом.       Всего одним словом он отложил моё право на вежливость до более удобного момента. Я раздражённо выдохнула, в голове тут же возникли картины, одна другой прекраснее. Вот я сталкиваю его в ближайший овраг, а вот случайно роняю ему на голову что‑нибудь тяжёлое. Напоследок мой кулак наконец объясняет его безупречному носу, что совершенство в природе не существует. Но вместе с этими вдохновляющими образами вспыхнуло и другое: проклятый сон, чужие руки в моих волосах, жаркое дыхание у виска и дерзкий шёпот: «Я хочу вас целовать…» Пришлось резко мотнуть головой, да так, что едва не ударила принца лбом.       — У вас припадок?       Я натянула на лицо самую сладкую улыбку из всех, что когда‑либо использовала против особо неприятных собеседников.       — Нет, Ваше Высочество.       — Жаль.       Мне вдруг показалось, что в уголках его губ мелькнуло что‑то подозрительно похожее на улыбку.       — Что сказала принцесса? — голос снова звучал серьёзно. — Она помнит что‑нибудь?       — Ваше высо…       — Тисс.       Я замерла на одно короткое мгновение. Не «леди эя Вэдтри», просто Тисс. Будто он произносил моё имя уже множество раз, будто оно давно и привычно лежало у него на языке. Странное чувство кольнуло меня где‑то под рёбрами, но исчезло раньше, чем я успела его поймать.       — Не уходите от вопроса.       Я нервно сглотнула, стараясь держать спину ровнее.       — Она не помнит, — ответила наконец.       На лице принца ничего не изменилось, только взгляд на мгновение стал тяжелее, будто я подтвердила что‑то, чего он и так ожидал.       — Пойдёмте.       — Куда?       — Ко мне.       Я уставилась на него, упираясь пятками в землю.       — Простите?       — В шатёр.       Я запротестовала ещё более красноречиво. Он попробовал направить меня вперёд, слегка надавливая на спину, но я стоически противилась, поводя плечами и упираясь ногами. Имперец закрыл глаза, будто призывал в молитве на помощь всё терпение мира.       — Леди, — произнёс он сквозь сжатые зубы, — сейчас середина ночи, на вас кровь и след неизвестной сущности. А ещё вы едва держитесь на ногах.       Он сделал короткую паузу, набирая в лёгкие воздух.       — Поверьте, если бы у меня были иные намерения, приглашение выглядело бы совсем иначе.       Я задохнулась от возмущения. Он же не… Он же не сказал сейчас именно то, что мне послышалось? Судя по тому, как дрогнули его губы в усмешке— сказал. Проклятый имперец! Дальнейшие протесты и попытки ретироваться были как минимум бесполезны, поэтому, сдаваясь, я покорно плёлась следом за мужчиной, прямо в его логово. Шатёр уже был совсем рядом — тёмный, огромный, окружённый дополнительными стражами. Но мы подошли к нему со стороны, где никто не стоял. Его высочество откинул невзрачный полог, приглашая меня внутрь. В нос сразу же ударил запах благовоний, они горели возле его ложа. Кажется, то была лаванда. Наследный принц любил роскошь и не чурался комфорта даже в походных условиях.       Я вздрогнула, когда почувствовала тяжесть на своих плечах.       — Возьмите.       Имперец накинул свой плащ мне на плечи. Почти грубо, как будто его обязали быть вежливым со мной. Плащ оказался тяжёлым, тёплым и весь пропахший мужским ароматом. Я взялась за шероховатый край ткани и только тогда осознала, насколько трясутся мои руки. Решение не благодарить его за подобный акт заботы было осознанным. Мы стояли в странной тишине. Я чувствовала, как жар его плаща греет меня, но возродившийся холод в ноге тянул вниз, словно ледяной корень. И вдруг терпение моё лопнуло, слова сами сорвались с языка:       — Разве разговор нельзя было отложить до утра? — выдохнула я, мечтая как можно скорее вернуться в свою более скромную палатку и попробовать уснуть.       — Утром может быть поздно, — ответил он, совсем не выглядя так, словно его внезапно разбудили среди ночи. — Я хочу услышать максимально точный отчёт о случившемся, от начала до конца.       Я моргнула, надеясь, что ослышалась. Но имперец был твёрд в своём намерении, продолжая сверлить меня тёмными глазами.       — Отчёт?       Он сделал шаг вперёд. Только один, но из‑за тесноты шатра казалось, что он заполняет собой всё пространство.       — Отчёт. Вы были там, видели больше, чем кто‑либо, и если мы хотим понять, что напало на мою невесту, мне нужны подробности.       — С уважением, Ваше Высочество, — осторожно начала я, укутываясь в плащ, — но я не ваша подданная. И не обязана докладывать имперскому принцу.       Едва слова сорвались, как я поняла, что переступила черту. В его глазах мелькнула ледяная искра, совсем на короткий миг, но достаточно опасная, чтобы я вспомнила, кто предо мной.       — Леди, — его голос звучал низко, местами снисходительно, — я не требую верности. Пока что лишь сотрудничества.       — Вы требуете отчётности, — возразила я тихо, но твёрдо, — а это то же самое, что ожидать подчинения.       Он вскинул подбородок, будто хотел что‑то резкое ответить, но передумал, слава богам. Медленно втянул воздух, отвёл взгляд и сжал пальцами переносицу.       — Вы едва стоите на ногах, — процедил он. Надеюсь, моё присутствие причиняло ему больше неудобств, чем он пытался показать. Я мечтала встать костью в его глотке до тех пор, пока он не оставит меня в покое. — А спорите со мной так бодро.       Имперец снова посмотрел на меня, и теперь этот взгляд был острее любой стали.       — Да. Я хочу отчёт, — сказал он. — Потому что существо, которое пыталось утащить вас, может вернуться и попробовать ещё раз.       Я шагнула назад. Плащ чуть соскользнул с плеч, его тёмный взгляд тотчас устремился к обнажившейся коже. Всего на мгновение, но никакого интереса в нём не возникло. Куда больше он бы завелся, покажи я сейчас ногу с почерневшей щиколоткой.       — Сядьте, леди, — произнёс он безразлично, явно уставший от меня и моей несговорчивости.       — Это приказ?       — Пока ещё просьба.       — Какая щедрость.       Уголок его рта едва заметно дрогнул.       — Вы невыносимы.       — Мне говорили обратное.       — Лгали.       Я возмущённо открыла рот, но он уже отвернулся и подошёл к столу, заваленному картами и бумагами. Словно он намеренно лишал меня возможности продолжать спор.

***

      Мою щиколотку за последние часы облапало неприличное количество эльфов. Принц империи, лекарь, чуть позже лекарь привёл с собой помощника — я уже не сопротивлялась и даже перестала смущаться. Укутавшись в предложенный плащ, я не заметила, как уснула, позволяя и дальше изучать мою ногу. Думаю, я не проснулась бы даже, если бы они захотели отсечь её для того, чтобы продолжить исследования. Принц не объяснял лекарям, откуда взялась сие пятно, лишь ровно отчеканил: «Леди это беспокоит, решите, насколько это опасно».       На самом деле леди больше беспокоило пребывание в шатре наследного принца империи, и сама же леди решила, что это совсем небезопасно. Только вот моего мнения никто не спрашивал, поэтому, смирившись, я провалилась в сон.       Сначала мне показалось, что меня снова кто‑то трясёт, пытаясь разбудить. Но руки были слишком тёплые и мягкие. Тепло скользнуло по моему плечу — лёгкое, почти невесомое касание. По коже пробежала дрожь, я даже решила, будто мне просто холодно. Но было не холодно, совсем наоборот. Я попыталась повернуться, но кто‑то удержал меня, тепло от чужой ладони легло мне на ключицу, будто помечая: «Здесь». Я знала этот запах: сталь, ветер, лаванда…       — Вы всё ещё дрожите, — прошептал он где‑то у самого уха.       Его голос был низким, тихим, таким тёплым, что мне стало страшно: сон слишком похож на явь. Губы коснулись моего плеча осторожно, будто он и сам боялся этого прикосновения, но не мог удержаться. Каждый поцелуй теплее, ниже, смелее. Пальцы Тая сжали ткань плаща у меня на груди, как будто он боялся, что я оттолкну.       — Мне нельзя… — прошептала я во сне, не зная, к кому обращаюсь — к нему или к самой себе.       Он на мгновение замер, дыхание стало неровным.       — Я знаю, — ответил принц, но вопреки словам последовало ещё одно мягкое касание губ к моей коже.       Мои дрожащие пальцы коснулись его запястья осторожно, проверяя реальность. Тьма вокруг дрогнула, словно сон сам выдохнул, наконец выпуская меня из своих лап. Я вынырнула из морока резким рывком. Горло само выдало короткий крик, и тело отозвалось болью. Я не успела понять, где я, в том тепле, что целовало моё плечо, или в холодной реальности, как нога дёрнулась, в панике, будто пытаясь вырваться из чужих рук. И попала… во что‑то твёрдое, и совсем не то, куда должна попадать нога приличной леди.       — О, Боги! — раздался знакомый, возмущённо‑удивлённый голос.       Я распахнула глаза. Принц Тай сидел прямо передо мной, ладонью прикрывая нос, намечалось красное пятно. Он постарался удержать выражение лица в рамках имперской холодности, но всё равно выглядел так, будто не знал, должен ли обидеться или спросить, всё ли со мной в порядке. Рядом стоял лорд со Генэш и с удовольствием наблюдал за происходящим. Особенно за носом наследного принца.       — Хорошая реакция, — протянул он с едва заметной усмешкой. — Похоже, леди вполне способна дать отпор.       Я попыталась спрятать ноги под плащом, который, как выяснилось, всё ещё лежал на мне так, будто меня этим плащом только что укрывали. И пах он так же, как во сне.       — Я… я не… Мне приснился кошмар! Я не хотела! — заикалась я, чувствуя, как щёки вспыхивают жаром.       «Боги, леди, да вы и впрямь испытываете удачу!»       Тай моргнул, прислонив пальцы к переносице, проверяя повреждения, и всё же смог произнести почти ровно:       — Леди, я не имел дурных мыслей, лишь показывал пятно лорду, — он поднял на меня виноватый взгляд. — Вы кричали.       Ша’арнез хмыкнул:       — Больше было похоже на стон, нежели на крик.       Принц одарил его ледяным взглядом, но летун ничуть не смутился. Напротив, он наслаждался неловкостью момента, продолжая ехидно улыбаться. Имперцы…       А я так и сидела, зажимая края плаща обеими руками, и старалась понять, что страшнее: сон, его последствия или то, что Тай снова бесстыдно касался меня.       — Простите, — выдохнула я, пытаясь не начать отчитывать принца Ро’од за неподобающее поведение. Не получилось, в следующее мгновение я перешла в атаку. — Но мне казалось, что всё произошедшее должно оставаться тайной. А вы уже привели половину лагеря поглазеть на мою ногу, Ваше Высочество.       Это вышло чуть резче, чем подобало фрейлине. Но смущение, сон и пережитый ужас делали меня менее дипломатичной. Тай поднял на меня пронзительный взгляд, я встретила его, уверенно вздёрнув подбородок. Он оторвал руку от носа, будто специально демонстрируя, что удар его нисколько не смутил.       — Это важный инцидент, — произнёс он ровно, будто командовал отрядом, а не стоял в трёх шагах от дрожащей фрейлины в его же плаще. — И я обязан разобраться в нём, чтобы подобное не повторилось.       Он кивнул Ша’арнезу. Тот стоял, сложив руки за спиной, как статуя, но усмешку скрыть не пытался.       «Знала бы я, куда меня отправляет Его Величество, сослалась бы на массу причин, чтобы остаться в Эсшае».       — Лорд со Генэш — моё доверенное лицо. Единственный, кому я могу доверить подобные тайны, — продолжил принц. — Он сохранит молчание.       — Как будто у меня был выбор, — тихо фыркнул Ша’арнез, получивший за это ещё один ледяной взгляд Тая.       Я открыла рот, чтобы возразить, что я‑то не давала согласия на подобное доверенное лицо, но тут Тай чуть наклонился вперёд так близко, что я увидела, как вспыхнули золотые искры в его глазах. «Да что это со мной?» Я поежилась, словно съела нечто кислое, пытаясь не рассматривать его и не замечать подобные детали.       — Поверьте, — сказал он тихо, вкрадчиво, — я на вашей стороне.       Я почувствовала, как сердце дёрнулось. «Да с чего вообще такие привилегии? Что задумал этот напыщенный, отвратный, да, немного симпатичный, но всё ещё гадкий имперец?!»       — Ну, если тема доверия раскрыта, могу я наконец осмотреть пятно поближе? — пожав плечами, лорд со Генэш шагнул ближе ко мне, попутно рассматривая подбитое лицо принца. — Желательно без дополнительной травматизации Его Высочества.       Тай медленно выдохнул, будто напрягался куда сильнее, чем хотел показать, а я прятала взгляд, потому что он всё ещё был слишком близко. И потому что прикосновения из сна всё ещё горели на моей коже, хотя и не должны были. Поддавшись на уговоры, я нехотя высунула стопу. Ша’арнез придвинулся ближе, щурясь так внимательно, словно рассматривал не мою ногу, а древнюю рунную печать.       — Любопытно, — произнёс он, только и всего. — Смотрите, Ваше Высочество.       Он осторожно провёл пальцем по краю пятна, не касаясь меня. Я всё равно вздрогнула, но он не заметил или сделал вид.       — Отпечаток, будто ладонь. Вот здесь — большой палец. А тут — четыре остальных.       Ша’арнез вытянул руку:       — Дайте ногу ближе, не вижу толком.       Что‑то во мне щёлкнуло — нервы, страх, стыд, бессилие. И прежде чем я успела обдумать, как должна вести себя воспитанная леди в шатре наследного принца империи, я подняла ногу так резко, что ступня оказалась прямо на уровне глаз лорда. На его абсолютно собранном лице впервые промелькнуло настоящее удивление. Тай тихо, едва слышно фыркнул. Это даже не был смешок, скорее короткое, непрошеное дыхание. Но в уголках его губ мелькнула улыбка, такая тёплая, что я почувствовала жар в груди. «Бред».       — Полагаю, лорд со Генэш, вы получили полный доступ к объекту исследования, — заметил он, не упуская возможности вернуть лорду его колкие замечания, прозвучавшие ранее.       — Очень смешно, — проворчал Ша’арнез, хотя усмешка у него тоже появилась. Я оставалась холодна.       — Леди, прошу, я всё‑таки пытаюсь помочь.       Я пожала плечами, опуская ногу чуть ниже, но не сдаваясь полностью. «Достали…» Тай повернулся ко мне, приподнимая бровь, взгляд цеплялся, изучал.       — Не такая уж вы и стеснительная барышня, оказывается, — тихо произнёс он, не прерывая со мной зрительного контакта. Теперь я ясно понимала, почему хотела убивать имперцев: они просто невыносимы.       Вскинув подбородок, я старалась унять дрожь и буйные мысли.       — Не путайте раскрепощённость с усталостью, Ваше Высочество. И… — я перевела взгляд с одного имперца на другого, напряжение в груди уплотнилось, — я просто хочу, чтобы вы закончили как можно скорее. Мне неуютно оставаться тут одной.       — С мужчинами? — уточнил Ша’арнез, как будто понимая меня.       — С имперцами, — поправилась я более честно, чем хотелось.       Тай сразу перестал улыбаться. Возможно, мои слова звучали неприятно, но я хотя бы не лгала. Помощь имперского принца и лорда мне была не нужна, я вполне могла сама разобраться со своей проблемой. А вот внимание к принцессе требовалось повышенное, вдруг некто доведёт задуманную расправу до конца.       — Я понимаю, — сказал Тай тихо. — Но при всём уважении, сейчас безопаснее быть здесь, чем где бы то ни было ещё.       Я прикусила язык, обещая себе, что как только переступлю порог этого шатра, то никогда больше сюда не вернусь. Никогда больше не позволю ему касаться себя, даже из лучших побуждений. У Эсшая тоже есть лекари, в конце концов. Леди Эменлия могла быть сведуща в подобных вопросах.       — Я прежде не встречал такого, — заключил лорд, наконец прекращая свой «осмотр». — Это интересно и достойно внимания.       Тай слушал неподвижно, ни одного лишнего жеста, ни тени эмоции, лишь ровная, пугающе спокойная внимательность.       — Определённо, — коротко отметил он. — Лорд со Генэш, вы будете наблюдать за леди эя Вэдтри. Каждый час — отчёт.       Я вскинулась так резко, будто он только что приказал меня продать.       — Простите, что будете?       — Наблюдать за вами, — повторил Тай, даже не моргнув. — На случай, если пятно изменится или начнёт доставлять неудобства.       — Мне не требуются няньки, Ваше Высочество, — фыркнула я, стараясь не задеть ногу, но по тону было понятно, что задета была я сама.       Тай устало выдохнул, так, будто у него действительно болела голова, и я была не причиной, а… привычной частью.       — Приказ не обсуждается, леди, — отчеканил он в полный голос. — Если вы не желаете слушать моих распоряжений, я могу попросить принцессу Фэнуэль озвучить их вам лично.       Вот это был удар. Упоминание Фэнуэль было запрещённым ходом — ей перечить я не смела. Что‑то тянуло внутри живота, неприятно, как перед бурей. Я выпрямилась, холодно и ровно отвечая:       — Разумеется, Ваше Высочество.       Сделала реверанс неглубокий, но безупречно точный. Тай кивнул, бездонные, почти чёрные глаза смотрели на меня строго.       — Лорд со Генэш, проводите леди в её палатку.       — С удовольствием, — покорно кивнув, Ша’арнез указал мне в сторону выхода.       Я молча, с максимально прямой спиной, прошла в указанном направлении, но перед тем, как шагнуть наружу, не удержалась, бросила взгляд через плечо. Тай стоял всё так же спокойно, будто ничего не произошло, но в глубине его взгляда читалось что‑то, чего я не могла разобрать. Ша’арнез откинул полог шатра, и холодный ветер ударил мне в лицо. Рассвет уже вовсю занимал небо, окрашивая облака в розовые и золотые тона, а значит, самая ужасная ночь в моей жизни подошла к концу.       Выйдя наружу, я глубоко вдохнула свежий утренний воздух. Ноги всё ещё дрожали, а щиколотка пульсировала тупой болью, но теперь, под первыми лучами солнца, ночные страхи казались не такими уж реальными.       — Пойдёмте, леди, — Ша'арнез тот час оказался рядом, пропуская меня вперед. — Я провожу вас.       — Не стоит, — отрезала я, делая шаг по направлению к своей палатке, — Я помню дорогу.       Лорд шагнул следом, игнорируя меня и удивленные взгляды стражи принца, которые наверняка не понимали как я тут оказалась.       — Вы фрейлина невесты нашего принца, — хотелось поблагодарить, за очередной напоминание кабалы, в которую меня ввязали, — проявление вежливости и уважения обязательно. Поэтому, пройдёмте, молча.       Я чувствовала взгляд Ша’арнеза сбоку, и старалась идти не растеряв достоинства и остатков гордости.       — Леди Тисс, — произнёс он наконец, после недолгого молчания.       Я не обернулась, продолжая свой путь, в надежде что лорд все же потеряет ко мне интерес.       — Нет.       Он усмехнулся, не отставая от меня ни на шаг.       — Я ещё ничего не сказал.       — Вот и не стоит нарушать тишины, вы же сами хотели идти молча.       — Вы же не просто так оказались здесь, — настаивал лорд, и по его тону, я поняла что меня будут отчитывать. — Вы должны быть вежливы и дипломатичны, особенно по отношению к принцу. Вам стоит быть осторожнее, леди эя Вэдтри. Его терпение крайне драгоценно, а значит — ограничено.       — Прекрасно, — буркнула я. — Тогда останусь подальше от Его Высочества и не буду испытывать его терпение.       — Вы правда считаете, что это возможно? — Ша’арнез чуть усмехнулся. Он шёл рядом, почти не касаясь меня, но всё равно создавая ощущение, будто ведёт под локоть. — Принц не из тех, кто позволит вам «оставаться подальше».       — Я больше вообще не планирую с ним общаться, — отрезала я. — Ни слова, ни взгляда. Я подданная Эсшая, в конце концов.       — Смело, — протянул он. — И совершенно нереалистично.       Я резко остановилась и обернулась на него. Неожидавший подобной прыти, Ша’арнез едва не налетел на меня, но вовремя успел остановиться. Реакция у этого мужчины была развита на уровне инстинктов, не зря ему подчинялся такой могучий зверь как дракон.       — Это угроза?       — Предупреждение, — мягко ответил он. — Принц сегодня был, как бы это выразиться, на грани. А вы, леди Тисс, умело эту грань расшатывали.       — Его Высочество, привел меня в его шатер силой, — выдохнула я, чувствуя, как заливает жаром лицо.       — Согласен, но ваше поведение делает ситуацию хуже, чем она есть на самом деле.       — Отлично, — сказала я ледяным тоном. — Тем больше причин держаться от него подальше.       Ша’арнез тихо фыркнул, почти невесомо, а я продолжила путь к своей несчастной палатке.       — Леди Тисс, если бы это работало, мне бы не пришлось провожать вас сейчас.       Я споткнулась на ровном месте, лорд вежливо подхватил меня за локоть, удерживая от того что бы упасть лицом в пыль. Меня снова спас имперец, дважды за эти сутки.       — Спасибо, — процедила я, неловко освобождаясь от рук летуна. Достаточно на сегодня прикосновений.       — Всегда к вашим услугам, — ответил Ша’арнез, я заметила как он коротко, раздраженно выдохнул, очевидно уставая от моей компании, как и я от его       Я заставила себя идти дальше, не отвечая. Лорд, к сожалению, шёл рядом…

***

      Полог палатки опустился за моей спиной с мягким вздохом ткани и тишина обрушилась на меня так резко, что я на мгновение потеряла равновесие. Никаких голосов, взглядов. Никаких принцев и лордов, чинно объясняющих мне, как правильно жить.       Один шаг, второй, и я почти рухнула на низкую походную кровать. Но решив сначала умыться, я налила в металлический таз холодной воды и плеснула себе в лицо. Ледяные капли стекали по скулам, пробирая до костей, и всё же это было приятно. Я выдохнула, провела руками по волосам и наконец решилась, задрала подол ночной рубахи и оголила щиколотку.       Пятно никуда не исчезло. То самое, из-за которого имперский лагерь, включая наследного принца, решил устроить вокруг меня научный совет. Я осторожно коснулась его, кожа была обычной, но подушечки пальцев отозвались странным покалыванием.       — Ну здравствуй, тварь, — прошептала я себе под нос. — Решила испортить мне жизнь? Становись в очередь.       Пятно, разумеется, не ответило. Я откинулась назад, опираясь на руки, и позволила мыслям, наконец, догнать меня. Тай и его пугающий взгляд, то, как он держал мою ступню в своих руках… Пока я внутри кричала от стыда, он не смущался вовсе. Я закрыла глаза ладонями.       — Великолепно, Тисс, — пробормотала себе под нос. — Просто блестящее начало дипломатической миссии.       Но стоило подумать о нём дольше секунды…       …как в груди снова что-то болезненно свело.       Слова лорда со Генэша отозвались эхом в моей беспокойной голове:       «Принц Тай не из тех, кто позволит вам оставаться подальше».       Я вновь коснулась пятна на ноге, будто это могло что-то объяснить. Будто если я буду трогать его чаще, оно просто испариться, а вместе с тем, ненужное мне внимание с вражеской стороны.       — Я не хочу… — прошептала я в пустоту, чувствуя как слезы медленно застилают глаза.       Пятно на щиколотке, слабым холодом скользнуло под пальцами, как ласковый зверь, облизывающий хозяина.