5.

      Первые лучи солнца, бесцеремонно пробивающиеся через окно, начали щекотать нос девушки. Женя сонно поморщилась, смирилась с неизбежным и подставила лицо солнцу. Тепло приятно разлилось по телу пробуждая наивную радость хорошей погоде.       Женя заставила себя открыть глаза. Перед ее взором предстала давно полюбившаяся комната: небольшая, но такая уютная, сделанная в пастельных тонах. Она села на кровати и сладко потянулась. Ноги ощутили мягкий ворс белого коврика — причины хорошего настроения с самого утра. Подойдя к чуть запыленному окну, девушка раздвинула бежевые шторы. Летнее солнце мгновенно заполонило всю комнату на радость растениям на тумбочке. Часы показывали полдесятого, значит времени еще хватало немного побездельничать. Было принято решение принести его в жертву социальным сетям.       Фотография за фотографией мелькали перед глазами Жени, и каждая оставляла какой-то след. «Тут свет хорошо выставлен», «интересный ракурс» или «выкалите-мне-глаза-я-хочу-это-развидеть». Фотография была ее горячо любимым хобби. На стенах висели коллажи, которые в зависимости от настроения приводили Женю в восторг или заставляли почувствовать себя бездарностью, а на полке ждал своего часа цифровой фотоаппарат. Пленочная камера на постоянной основе прописалась в сумке девушки.       Около десяти она все-таки решила предпринять попытки выползти на кухню. Расчесала длинные волосы, накинула халат и вышла, метнув взгляд в зеркало.       На первом этаже уже бодрствовали ее домочадцы.       — Доброе утро всем.       Невысокий худой мужчина средних лет, что-то усердно ищущий в холодильнике, обернулся и улыбнулся, увидев девушку.       — И тебе, Жень, — ответил тот.       Она села за стол напротив Алекс, с энтузиазмом поглощающей хлопья. На ней была безразмерная футболка и легкие штаны — лучшая, по мнению Фровой, пижама. Растрепанные короткие черные волосы по мере возможности были убраны за уши, но одна прядка так и норовила вылезти, чем раздражала Алекс и забавляла Женю. По-доброму забавляла, по-сестрински. Они не были родственниками по крови, но вот по духу…       Мама Жени в свое время училась в медицинском институте с Павлом, в будущем отцом Алекс. Эти люди достойны уважения хотя бы за то, что сумели пронести свою дружбу через года. Все началось с приглашения на чашку чая. Потом дети, свадьбы, разводы и переезды. В любой момент жизни они понимали, что могут рассчитывать на чашку чая в хорошей компании. И не только на нее: вскоре после рождения девочки от Павла ушла жена, и Анна по мере возможности помогала молодому отцу. Поэтому девушки, можно сказать росли вместе.       И сейчас, летом своего семнадцатого года жизни Женя как обычно приехала в Бестужевск к своей почти-родне. И, казалось бы, все так же: та же комната, тот же весёлый и жизнерадостный Павел, та же прямолинейная и бойкая Алекс. Только вот кое-что все же изменилось — она.              Приглашение на озеро было более чем серьезным. Днем на улице было совсем невыносимо, поэтому встречались ребята вечером, душным и жарким. Алекс спасалась светлой безразмерной футболкой с каким-то необычным принятом и джинсовыми шортами. Все так же контрастно смотрелась Женя в своем цветочном сарафане. Обе прекрасны. Обе по-своему.       Латок холодной клубники в руках Тимы выражал признательность за дружелюбие лучше любых слов. Хотя и без вежливых реплик он, разумеется, не обошелся.       Маленький отряд двинулся к озеру, подгоняемый непреодолимым желанием искупаться. Снова разговоры, снова таинственные взгляды от Жени.       — Что-то не так? — не выдержал Тима.       Девушка без капли смущения ответила:       — Ты про то, что я почти откровенно на тебя пялюсь? — Женя озорно улыбнулась. — Мне безумно нравится твоя рубашка.       — Вот оно что. Оказывается, все так просто.       — Не совсем, — поспешила пояснить девушка, — я увлекаюсь фотографией, и у меня есть пара классных идеек на счет тебя. Так что, если будет скучно — зови.       — Приму за честь, — без доли усмешки ответил Тима.       Вполне обычная рубашка в бело-голубую вертикальную полоску, произвела такой удивительный эффект. Значит, теория верна: на каждую, даже невзрачную, вещь найдется свой ценитель. Интересно, а с людьми так же?              На подходе к озеру ребята ощутили, как изменился воздух. Тима не сразу разобрался с чувством дежавю от окружающего запаха. Пахло как… как на Неве летом загородом. Когда со всех сторон обступили хвойные деревья, ассоциация стала совсем яркой. Тропинка вела прямиком к небольшому пляжу, расположенному на пригорке. Отчаянные люди прыгали в воду прямиком отсюда. С противоположной стороны лес резко уходил ввысь, расстилаясь колючим одеялом по холму. Девушки повели их дальше. Спустя пять минут ходьбы заковыристыми путями, они вышли на небольшую, абсолютно пустую полянку. Со всех сторон от нежелательных взглядов ее защищали раскидистые кусты и высокие старые деревья. «Наше место. Только это секрет», — шепнула на ухо Женя, после чего приложила палец к губам и подмигнула. Ее ненавязчивое кокетство, ее простая красота и легкость в общении — это была не девушка, а французская песня. Настолько правдивое сравнение, что Тима даже не смутился своим мыслям.       Недолго думая, ребята скинули с себя вещи и, переглянувшись, со всех ног помчались в воду. Тишину полянки тут же прорезало веселье. Сквозь смех слышались шуточно-недовольные восклицания Тимы, на которого летели брызги с обеих сторон. Он нырнул, наивно надеясь скрыться от импровизированного шторма, но не учел кристальной прозрачности здешней воды. Проследив за траекторией плавок, Алекс с легкостью вычислила лучшую позицию для атаки. И она не прогадала. Обрушив на парня невероятной силы дождь, она с чувством торжества услышала заветное: «Сдаюсь!» Женя скомандовала: «Прекратить обстрел!» — и ребята расхохотались. Не обижаться же на такие шалости в самом деле!       — Вы убийственный дуэт.       — Ха! А были сомнения? — разумеется вопрос Алекс был риторическим.       И так отличное настроение стремилось вверх за каплями воды. Было хорошо до желания расцеловать первого встречного. Жене захотелось хотя бы дать «пять» подруге за успешную военную операцию, а лучше завалить сильнейшими брызгами. Так же внезапно, как «тьма накрыла ненавидимый прокуратором город», на Женю опустилась тяжелая серая туча. Улыбку медленно стерло с лица и глаза наполнились дождливой грустью. Она поборола себя, как смогла, но полностью от тучи было не избавиться. Что-то изменилось в ее жестах и движениях, что-то неуловимое и гнетущие наполнило легкие и разошлось с кислородом по телу. Такие вещи другие люди редко подмечают и еще реже придают им значение. А вот Алекс заметила. Ей хваленая наблюдательность вечно не давала покоя.       — Мы молодцы, — всего и сказала Женя. Прохладный ветер блуждал в ее словах, неся на себе невесомое равнодушие.       Девушка не первый раз приезжала на лето к Фровым. Но впервые Алекс ее не узнавала. «Куда подевалась та Женя, с которой мы росли? Та милая, дружелюбная, веселая девушка, которая всегда была мне лучшей подругой?» С кем-то Женя оставалась прежней, с кем-то, вроде подруги, становилась другим человеком. И Алекс никак не могла понять, почему. «А может, мне все это кажется? Я превращаюсь в какую-то истеричку». С желанием отвесить себе отрезвляющую пощечину бороться становилось все труднее.       Задумавшись, Алекс по инерции продолжала шагать по дну, отдавшись на волю воде. И это оказалось ошибкой. А точнее подводным обрывом. В один момент дно ушло у нее из-под ног. Алекс вскрикнула от неожиданности и в легкие тут же попала вода. Она судорожно пыталась нащупать ногами поверхность, от которой можно было бы оттолкнуться, но все тщетно. Она медленно уходила все глубже и глубже под воду. Тело безуспешно боролось с физикой. Бессмысленные рывки отнимали слишком много сил и воздуха, которых и так почти не осталось. Прекратить их казалось таким рациональным решением… Девушке вдруг стало как никогда спокойно. Тьма постепенно тянула ее все глубже, а солнечные лучи, пробивающееся через водную гладь, пытались удержать остатки сознания. Алекс вытянула обессилевшие руки в надежде ухватиться за один из них. Но это были всего лишь лучи, и пальцы прошли насквозь. «Такой, значит, конец?» — промелькнула тихая, едва различимая, мысль.       Алекс всегда думала, что умереть не так уж и просто. Смотря на медленно отдаляющуюся водную гладь, чувствуя нехватку воздуха и ощущая каждый удар сердца, она поняла, что это не так. Иногда хватает мгновения, чтобы больше никогда не пришлось задумываться о времени.       Никогда. Какое сильное слово. Его смысл начинаешь понимать, только когда часы отбивают твои последние секунды. Как же забавно, однако, устроен человек. Можно прожить всю жизнь, так ничего и не осознав, зато в свои последние мгновения ты поймешь все. И получишь ответы на все свои вопросы, даже на те, которые никогда бы не отважился сформулировать.       Множество сбивчивых мыслей тогда посетило девушку. И, к счастью, у нее оказалось достаточно времени, чтобы их обдумать: что-то внезапно схватило Алекс за руки и рывком, дернуло наверх. Как только она почувствовала, что водная тьма сменилась ослепляющим светом солнца, она тут же наполнила свои легкие дозой кислорода, которой ей так не хватало. Алекс зашлась в кашле, пытаясь избавиться от злосчастной воды в легких. И ей это удалось. Вот только сил совершенно не осталось, и мир стал размываться, превращаясь в кадры старого фильма. Последние, что девушка тогда заполнила — затуманенные, полные страха и, казалось, лишившееся последних признаков жизни глаза Жени.       Все еще находясь в воде, Женя притянула к себе обессилившую подругу, заключив в самые крепкие объятия. Комом в горле стоял ужас. В последний момент им все-таки удалось ухватить ее за руки и вытянуть на поверхность. В самый последний момент. Сейчас Алекс без сознания обмякла в руках сестры.       Тима первый пришел в себя. Он подплыл к девушкам и осторожно перенял Сашу из трусящихся рук. Подхватил под спину и колени и осторожно вынес хрупкую ношу на берег. Пульс, дыхание, словом все, что пришло в голову проверить, было в норме. Обернувшись, Тима увидел медленно приближающуюся Женю. Она обнимала себя обеими руками пытаясь согреться. Безуспешно, ибо холод шел изнутри. Видя пустоту в прекрасных зеленых глазах, парень поспешил успокоить девушку:       — Скоро она придет в себя. Скорее всего потеряла сознание из-за резкого вдоха.       Миричев не чувствовал страха, мысли были ясные и четкие. Спокойно прозвучало: «Эту девушку я мог вдеть второй и последний раз в жизни». Трезвость сейчас была очень кстати. Как минимум потому, что Женя ей похвастаться не могла. В таких ситуациях полагается утешить человека и поддержать? Тима сделал неуверенный шаг навстречу и заключил ее в объятия. Она уткнулась носом в его плечо, и парень с облегчением почувствовал, что сделал все правильно.       Да, они были знакомы от силы сутки и сейчас на них были только купальники. Но это-то как раз смущало меньше всего. Горе объединяет людей лучше крови. И сейчас, когда Женя дрожала в его руках, он почувствовал, что никого роднее у него нет. Тима успокаивающе приговаривал глупое: «Шшш, все хорошо».       Внезапно за спиной раздался кашель. Тима аккуратно отстранился и отчего-то шепотом сказал:       — Я проверю как она.       Женя судорожно кивнула.       Когда парень подошел, Алекс уже начала приходить в себя. Последовал очевидный вопрос:       — Как ты себя чувствуешь?       — Хорошо, — слабым голосом ответила девушка.       — Врешь?       — Естественно.       — Сарказм — признак здорового человека. Будем считать, нам всем очень сильно повезло.       Как только выяснилось, что с Алекс все в порядке, Женя заставила себя отвести отсутствующий взгляд. Мыслями она была не с ними.